Нордскол. Хребты Безумия

К этому времени Рахай вовсю занимался своими «духами», поэтому мне пришлось дальше работать уже без него. От Оплота Серебряного Авангарда мы продвинулись на северо-северо-восток, к месту, которое, для простоты, будем называть ристалищем. Место полнилось разными строениями и аренами. Лестным для меня стало появление бани. Не сказать, что лучше бывшей, но явно больше. Пока мы ждали начала турнира, то занимались делами — про Черного рыцаря я упомянул выше — ставили баррикады, обживались на новом месте, проводили разведку да в целом, можно сказать, пытались привыкнуть к тому, как много людей (обобщенно) здесь собралось. Обойдусь в этом рассказе без ворчания на организацию турнира. Она выдалась не блестящей, но и не такой ужасной, как принято считать некоторыми. Поперво я поддался искушению, тоже приняв участие в этом действе. Я не достиг больших успехов, но сами схватки стали прекрасным опытом для меня. Видимо за время моего отдыха в Штормграде я растерял себя, а сейчас набирал обороты заново. Каждый из оппонентов чем-то меня удивил: начиная от малыша Мэригона заканчивая, как бы странно это не звучало, призраками. Некоторые схватки проходили гладко, другие впечатались в моих воспоминаниях. Призрак — кто вообще позволил участвовать призраку? — мог бы получать от меня урон, но это существо было достаточно честным, чтобы мы смогли обойтись обычным «касанием». Здоровяка Габриэля Рэдфилда на тренировочном бое я смог победить без проблем. На арене же не смог даже коснуться. Вот уж точно бился в полную силу. Иероним Фолькоф — та еще заноза в заднице. Что называется выхватил победу в самый последний момент. Сильный противник, не зря он Габриэлем в конце дрался за звание чемпиона. С ним знаком мало, но мне он показался заносчивым. Рад, что мы не пересекались. Джеанна Граймс — я не стал любить рыцарей смерти больше, битвы с Оттосисом Серым мне хватило сполна, а теперь мне предстояло встретиться с таким врагом вновь! Клянусь, это труднейший бой из всех. Мы сражались на грани своих сил, вращаясь чуть ли не в смертоносном танце Был еще среди нас тролль Бакки, страннейшее существо из виданных мной. Ему тяжело давалась социализация, он не любил, когда его называют троллем (или не считал себя таким?), и, что главное, всегда старался сражаться насмерть. Я знал, что однажды это доведет его, так, впрочем, и свершилось в будущем. Всё проходило сравнительно хорошо. В этом месте горы не так сильно давили, а теплая атмосфера развеяла гнетущее чувство безнадежья, сменяемое на ужас, когда уют оставался позади. Я часто проводил время у обрывистого берега, глядя на горизонт, который невозможно было разглядеть, настолько было тепло даже для моего зрения. Я смотрел в бездну и слышал шептания, я постепенно сходил с ума.