pacify her

Они были светом и тьмой друг друга. Спасением и горем. Маяком и бездной. Каждый понимал другого с полуслова-полувзгляда. Лилит была его музой. Его спасительницей в тёмные дни. Она была Его. Без собственнического подтекста. Просто Его Лилит. Которая не осуждала, а принимала. Была рядом, когда его мир меркнул, а он расстраивался. Потому что не мог. Не мог создавать шедевры на холстах. Не мог быть достаточно сильным, чтобы принимать свою душевную организацию. Не мог быть смелым, когда уста так и норовили сказать той, чьё сердце покорило его ещё много лет назад: «Я люблю тебя, Лилит. По-настоящему». Но она была рядом. Не отказалась от своего Лиама и демонов его разума. Он был её ангелом-хранителем. Оберегом. Солнечным лучом среди грозового неба и леденящей душу пустыни, что характеризовало остальных жителей этого треклятого городка. Её светлым наставником и проводником. Лиам не осуждал. Также принимал. Он был её слегка сумасшедшим, но комфортным другом, чья нежная, по-детски непосредственная улыбка не могла не заставлять улыбаться её саму.. ..И вот он здесь. Стучит в дверь её покоев и уважительно выжидает. Сейчас это не та Лилит, что он пришёл навестить посреди глубокой холодной ночи. Почти бессонной ночи. Сейчас Лилит немного другая. Но такая она Лиаму нравится ещё больше. Эти слова до сих пор отдавались звонким отголоском в её голове. По телу даже мимолётно пробежали мурашки. Она не помнит, когда в последний раз кто-то говорил ей что-то искренне и прямо о своих чувствах, если вообще говорил. Селена знать не знала, что такое любовь. Ей постыдно это чувство. Потому что не хотела окунуться в него и потопить себя. Боялась обжечься и никогда впредь не доверить никому самое сокровенное — себя. Да. Только она сама есть у себя. И никто ей не нужен. По крайне мере она так считала до тех самых пор, пока не попала в проклятый, не то выдуманный-параллельный мир, ныне пытаясь адаптироваться под его устои, чтобы спасти, конечно же, себя. И возможно остальных временных «жителей». Какая ирония. Синдром спасателя явно не был свойственен для волевой педантичной руководительницы строительной компании. Но здесь она не та, что привыкла быть последний десяток лет, и её правила здесь не действуют. Пока что. Но она обязательно выберется отсюда. Да. Но сейчас, в данный момент, её интересовал один конкретный индивидуум, что слегка растопил верхушку айсберга в её сердце. Ну или проломил ту самую стену, что долго дистанцировала их друг от друга. В этот раз она ожидала его, хоть это и так было в его привычке приходить к ней в любое время суток с очередными просьбами от его религиозной кузины-травницы, исполняя роль персональной совы из книг/фильмов о Гарри Поттере, или расспросами о самочувствии. Думая об этом, она неосознанно слегка улыбнулась. Отвлекая Селену от очередного погружения в свои головные мюсли и грандиозную разработку плана по эвакуации из Тотспела, Лиам постучал вновь, и еле слышно проговорил через дверь: – Лилит? Ты здесь? Можно войти? – Да. Пару секунд. – Селена автоматически или по бытовой привычке начала суетливо поправлять волосы и подол платья. Проверять, всё ли убрано и не помята ли постель — клише на клише, но творческий беспорядок также не входил в характеристику владелицы крупного бизнеса. Девушка нервно потирала слегка влажные ладони, пока подходила открывать дверь, хотя сама понять не могла, зачем. Но ночь обещала быть волнительной. — Ну привет. — Привет. Оба стояли словно истуканы и глядели друг на друга, неловко улыбаясь, с небольшого, но значительного расстояния. Селена вдруг ощутила, насколько высоким был Лиам. Заслуга длинной лебединой шеи или прямой аристократичной осанки, хоть блондин часто сутулился, — не важно. Это ощущалось. Она нежно улыбнулась ему, кажется, впервые действительно рада его видеть. В каком-то смысле неудивительно. Она привыкла, что он с самого попадания в этот непонятный городок находился рядом с ней, хоть и бесил временами её своими навязчивостью и инфантильностью. А больше всего её злило и забавляло одновременно — искусное съезжание с тем, не договаривая тем самым своих мыслей, которые хранила его блондинистая голова. Но Селена привыкла к этому. Сквозь это она почувствовала ту заботу, что не оказывал ей никто вот уже много лет. Кто отдавал ей не прося ничего взамен. Кто дарил поддержку и ценил её личные границы, когда нужно. Её привлекала эта черта в Лиаме. Но сейчас не только это. Ей предстояло это сказать ему. И возможно прямо сегодня. Сейчас. Но как? – Заходи. Я..я тут это.. – ..Ты просила зайти к тебе. Что-то случилось, Лилит? – сгорбившийся Лиам вошёл в комнату Селены, нервно хрустя суставами. – Да! Вернее нет! То есть. Да. Ну не совсем. – она мысленно дала себе подзатыльник за свою несвязную речь. Работая она на саму себя, уволила бы в первый час за такое поведение. Юноша вопросительно посмотрел на неё и тут же окинул доброй по-свойски улыбкой. Как он всегда делает. Это не могло не очаровывать. – Так в чём дело, дорогая Лилит? Ты выглядишь несобранной. Глаза бегают, зрачки расширены. Ты не заболела? — он слегка наклонился и исподлобья заглянул ей прямо в глаза едва касаясь рукой её лба. Этот жест заставил девушку слега отпрянуть. – Ты прав. Я не собрана. Просто.. Не знаю, свойственно ли той Лилит, которую ты знал, моя неуверенность в данный момент, но.. На самом деле.. Я просто хотела.. Ну. Хотела увидеть тебя. – Мы же виделись сегодня не единожды! – парень рассмеялся. Да так мягко, будто сейчас замурлычет. Ну, черт с лицом ангела одним словом. – Вот же глупенький..– девушка демонстративно закатила свои узенькие медные глаза. – А что мне мешает хотеть увидеть тебя и сейчас? Селена подошла к двери, проверила, есть ли посторонние слушатели в коридорах поместья, плотно закрылась и, подойдя медленно, нежно взяла Лиама за руку, повела его в центр своих покоев. Они стояли так в полной тишине на опасной близости, что слышали чуть ли не сердцебиение друг друга. Другим источником звука послужили горящие фитильки свечей и лампад, расставленных в спальне горничной. Селена держала Лиама за обе руки и слегка поглаживала его холодные костяшки, выпытывая взглядом. – Что ты на это скажешь? Останешься со мной сегодня? – С тобой? Остаться? Но зачем, Лилит? – парня сконфузил подобного рода вопрос и он недоверчиво взглянул на подругу. – А ты подумай сам.. Тебе же не 15 лет. – Селена протянула последние слова с некой издёвкой, явно раздражаясь тем, что Лиам снова включил режим недогоняющего слепого котёнка. – Всё равно не понимаю, милая.. Тебя что-то тревожит? Кошмары? Галлюцинации? Принести тебе что-нибудь? Чего ты хочешь? – Ну-у.. Может, тебя? – Селена с вызовом глянула на парня, надкусив нижнюю губу. Её слова вызвали у молодого человека яркий румянец, который сильно пестрил на фоне его болезненной бледности. Выглядело словно дешёвый грим. Он не находил слов на такое заявление подруги. Никогда она не была столь прямолинейна с ним. – Лилит.. Как ты можешь меня просить о таком? Это неэтично с моей стороны и твоей тоже.. – А я не спрашиваю про ваши здешние этикеты и консервативные нормы. Так ты хочешь побыть сегодня со мной? Парень явно не ожидал такого вопроса в лоб. Он не находил нужных слов, хотя в голове явно это было что-то вроде: «Боже. Я хочу быть с тобой рядом столько, сколько мне позволит Великий! Я так ждал этого момента. Мне только услышать от тебя, хочешь ли ты того же!». – Хочу ли я?..Ты меня немного застала врасплох, милая Лилит. Я не хочу навязываться к тебе.. – Я знаю. Просто скажи. – она приложила палец к его губам. – Скажи, Лиам. Есть ли у тебя всё ещё те чувства ко мне? – Я.. Ну конечно есть! Не поверишь, как сильно они выпытывают меня каждый божий день. Сколько лет. Сколько ночей. Я не смею жаловаться тебе, Лилит. Но так больно любить того, для кого ты кажешься чужим! Эти мучения не заканчиваются! Я не знаю, что с этим делать.. ..Любить.. Это слово отдало электрическим эхом в её голове. Даже импульсом, словно молоточек по струне. Её пугало неведение. Ведь что оно такое, любовь? Быть может, тот, кто сейчас стоит перед ней, поможет ей ответить на этот вопрос? Ведь что как не риск придаёт вкус жизни? – Мне жаль, что эти мысли терзают тебя. Правда. Но и я правда не могу вспомнить того, что было до. Не карай меня за это. Я не притворяюсь. Говорю уже не в первый раз. И вы с Жозефиной должны уже принять этот факт. Мне нужно заново научиться жить здесь. С вами. С тобой.. Помнишь, ты говорил про «стать семьёй»? – Я не осуждаю тебя, дорогая.. Я просто ещё не привык к переменам в..твоей голове. Прости, если я говорю меньше, чем ты ожидаешь услышать. Я просто хочу убедиться, что это будет безопасно для нас всех, для самой тебя и вновь кошмары не повторятся. – Ты говоришь о.. – ..Проклятии, да. «Ты слышала, Лилит. Ты сделала Тотспел таким.» «Что бы это могло значить?» – Ладно. Я думаю, мы поняли друг друга. В любом случае я узнаю, в чём заключается чертовщина, царствующая здесь. Но не для этих дискуссий я позвала тебя. Между ними возникла резкая неловкая пауза. – Так.. Ты согласен? – Селена подошла к Лиаму и взяла за предплечье. – Нам нельзя, Лилит.. – Да мне чихать, что подумает твоя кузина. Ты можешь следовать тому, о чём ты думаешь и чего ты хочешь? – Я не хочу, чтобы.. Это ведь очередная твоя игра, так ведь? – Лиам издал истеричный смешок, отстраняясь от девушки. – Я не понимаю, что ты несёшь, но если ты не доверяешь мне, то я не стану тебя держать. Ты можешь идти. – Я доверяю.. Просто.. Лилит, скажи, пожалуйста, ты любишь меня? – Боже.. Я не знаю. Я не могу так вот сразу тебе выдать то, что ты хочешь услышать. Это слишком сложно и ответственно. Лиам. – Так давай проверим, искренние ли твои чувства или нет. – он уставился на неё стеклянным, но проницательным взглядом. Иногда Селену это даже пугало. Она не понимала, как этот человек мог сочетать в себе столь разные эмоции. Лиам для неё был сплошной загадкой.. – Так ты остаёшься? – Если ты позволишь. – Конечно. С этими словами она двинулась к нему ещё ближе, приложила руку к его щеке и аккуратно, словно побоявшись повредить, провела указательным и средним пальцами вдоль острой выразительной скулы молодого человека. Из-за слегка болезненного вида и сильно обтянутой кожи Селена бы никогда не догадалась, сколько могло бы быть ему лет. Но разве возраст так сильно важен? Особенно сейчас, когда лицо Лиама освещалось слабым приглушенным светом и казалось ещё более выразительным. А его светлые, пышные ресницы придавали отдельный шарм. Такая картина заставила Селену томно вздохнуть и прикрыть глаза. Она прислонилась лбом к его, слегка потянувшись на носках. Парень же, в свою очередь, осторожно накрыл руками её талию и прижал к себе. Лишь Великий знает, сколько они так простояли, не проронив ни слова. Но затем Селена решила взять инициативу в свои руки и помочь нынешнему партнеру. Её даже не волновала его неопытность или робость. Просто она знала, что он такой сам по себе и привыкла. Было бы глупо с её стороны, конечно, предполагать, что обычно тихие робкие мальчики по закону жанра ещё какие удальцы в постельных делах. Эта мысль заставила искривиться её лицо, но благодаря положению её головы, Лиам не мог заметить этого. Он лишь нежно блуждал руками по спине девушки и сквозь тонкую атласную ткань платья Селена чувствовала холод, исходящий от его длинных изящных пальцев. Интересно, мог ли Лиам быть пианистом в реальном мире? Её мире. Вновь девушку опьянило чувство легкой эйфории. Даже заставило от возбуждения слегка свести колени. Да. Селена поняла, что её привлекает и заводит тактильность, нежели минутная пенетрация, от которой в большинстве случаев вряд ли получишь удовольствие. Она вдруг представила, как Лиам касается её самых чувствительных и самых интимных точек. Как поглаживает её и входит в неё пальцами. Не удержавшись, она обхватила лицо парня ладонями и, будто бы спрашивая разрешения взглядом, приблизилась к нему, кинув мимолетный взгляд на его бледные губы. Момент. И они оба сомкнулись в медленном, нежном поцелуе. Оба не могли поверить в то, что это происходит сейчас с ними взаправду. Но в разных степенях сложности: Лиам от того, что его любовь и горе его жизни, Лилит, наконец-то ответила взаимностью. А Селена потому что это не в её характере. Она корила себя за то, что дала слабину и волю чувствам, что таились долгие годы под замком её черного сердечного замка. Но в то же время она поняла, что сейчас этот порыв — как глоток свежего воздуха. Она словно почувствовала свободу от самой себя и может раскрывать свою личность с новой стороны. Она явна была рада этому. Когда паре уже не хватало воздуха, оба отстранились друг от друга, но не отрывали рук. Девушка облизнула нижнюю губу и слегка прикусила, что её заставило тут же покраснеть. Она медленно подняла глаза на Лиама и смотрела не то с вызовом, не то с игривостью вперемешку с нежностью. Тот изучал глазами её черты лица: при свете ламп её угольные волосы отливали медью, оттенка которого были и её глаза. а фарфоровая кожа с лёгким розовым румянцем подсвечивалась теплым светом. При контрасте с её пухлыми, налившимися кровью губами это выглядело поэтично и соблазнительно одновременно. Будь у Лиама холст, краски и умения те, которые он мог бы сублимировать в искусство, он без раздумий написал бы портрет любимой женщины. Но он просто наслаждался моментом. Он был готов ко всему. К любым очередным играм и фокусам, что выдаст подруга. Слишком хорошо он знал Лилит. Но перед ним сейчас стояла не совсем та, которую он привык знать. – Лиам.. Ты позволишь? – прошептав, девушка накрыла его грудь руками и, проводя по ключицам, задрала ворот рубашки, явно с желанием поскорее снять её с него. – Хочу увидеть тебя. Полностью. Парень положительно кивнул головой и дал волю в руки партнёрши. Медленно поднял свои руки вверх и Селена также медленно стянула с него рубаху, которая будто облако плавно слегла на пол. Теперь он наполовину предстал перед ней нагим. Так, что она могла смотреть на его тело и изучать его. Лиам неуверенно потупил взгляд и скрестил руки на груди словно от незащищённости от внешнего мира и того, как предстоит его познать. Селена подошла ближе и всё также медленно, плавно убрала его руки, касаясь его своими. Она исследовала каждый сантиметр его выпирающей косточки, поглаживала ладонями и смотрела. Ожидала его реакции. Но Лиам покорно стоял и сам ожидал от неё следующих действий. Просто стоял и слегка рвано сопел. В его взгляде уже не было обеспокоенности. Скорее, уже доверие. Словно у затерявшейся лани, которую ты видишь посреди трассы и, не думая навредить ей, ты едва сокращаешь расстояние между вами, чтобы дать понять ей, что ты не хищник, а друг, желающий помочь отыскать дом. Его спокойная реакция заставила Селену сделать следующий шаг. Она, едва касаясь, провела холодными и слегка влажными от волнения пальцами по его плоскому слегка рельефному животу, остановилась у светлой волосяной дорожки, что вела к паху. Это прикосновение заставило кожу Лиама покрыться мурашками, а Селена, заметив это, прикусила нижнюю губу. Ей явно нравилось исполнять ведущую роль. – Повернись. Доверься мне. – она нежно развернула парня к себе спиной и отошла на небольшое расстояние. Поборов в этот раз свою робость, она медленно потянула за веревки корсета и платье, словно водяная пелена, скатилось вниз по её телу. Сняв с себя оставшиеся предметы одежды, Селена двинулась сторону Лиама. Тихонько подошла к нему сзади и прижалась своим телом к его. Ощутила тепло, которое оно изливало. Вдохнула запах его тонкой, через которую проглядывали капилляры, кожи. Он пах лавандовым маслом и влажной древесиной. Лиам, почувствовав грудь девушки сзади, томно вздохнул и повернулся к ней лицом. Он с интересом изучал её фигуру. Смотрел так, будто хотел запомнить и впечатать этот образ в память, будто видит в последний раз. Селена была ниже него и смотрела соответствующе. Словно неуверенная девчонка, которая впервые оголяется перед мужчиной. Взгляд Лиама со слегка приоткрытыми губами то останавливался, то продолжал бегать изучая. Его внимание привлекли три крупные родинки на разных частях тела девушки, но расположенные так, что они образовывали триангальную форму. У Селены было довольно обычное женское тело: слегка свисающая маленькая грудь, широкие бедра, узкие плечи и слегка выпуклый живот. Кисти её рук были обтянуты кожей и сквозь неё проступали венки. В глазах у молодого человека вспыхнули искры от восхищения. – Ты.. Такая. Настоящая. Живая. Моя Лилит. – он в порыве подошёл к ней и начал покрывать её лицо и волосы сладкими нежными поцелуями. – Я так хотел бы тебя нарисовать сейчас! Как жаль. Как жаль, что не могу! – Зачем тебе рисовать меня, когда я и так здесь с тобой, глупенький. – Селена нежно улыбнулась и поцеловала его в ответ. – Да.. Ты права, моя милая Лилит. Ещё как права.. Прости мне эту нелепую мысль. – Лиам лихорадочно зарывался пальцами в волосы девушки. Покрывая друг друга поцелуями ещё не так долго, Селена, после, медленно повела парня к своей постели. Усадившись на край перед ним, её взгляд был на уровне его паха. Девушка медленно приблизилась к нему лицом и оставила на животе парня беглые поцелуи, которые плавно переростали в нечто более страстное. Селена проводила языком вдоль его пупка и оставляла влажные следы, вид при таком освещении возбудил девушку ещё больше. Лиам же положил руки на её голову и выдал тихие вздохи. Одной рукой тут же сжал кусок ткани брюк сбоку. – Ты сводишь меня с ума.. – Одно твоё слово и я перестану. – Нет! Только не останавливайся, прошу! Слегка смущенно, но опьяняюще улыбнувшись, Селена приложила руку к паху парня и провела ладонью по выпирающему бугорку. Лиам взял девушку за плечи и сжал их, сожмурил глаза от прилива приятного ощущения. В этот момент какие только неприличные мысли не лезли в её голову. Она уже представила, как резким движением повалит его на свою постель, оседлает сверху и будет прыгать на нём крича так громко, чтобы их услышала Жозефина. Селена даже захотела на миг, чтобы так оно и случилось, и одержимая бабка увидела эту картину: как эта проклятая ведьма Лилит совратила её любимого кузена и овладела им, вдавливая в свою постель. Но Селена тут же откинула эту тёмную мысль и вернулась на землю, вспомнив, зачем Лиам здесь. Она подумала об их совместном комфорте, о том, чтобы не травмировать и без того истерзанную душу молодого парня, который, как ей показалось, зажег в ней огонь. Не тот, что она привыкла извергать на своих нелепых сотрудников и сотрудниц. Нет. Другой огонь. Заставляющий душу изливать простое тепло счастья. Была ли она счастлива в этот момент? Селена испытывала спектр эмоций и коктейль чувств, но не могла пока понять, нужно ли ей именно это. Уже мысленно извинялась перед Лиамом за то, что использовала его для своего плотского удовлетворения. Но всё же здесь было нечто большее и платоническое, нежели минутная животная страсть. Она помогла стянуть с Лиама брюки и вот теперь он предстал перед ней полностью нагой. Теперь был черёд Селены изучать его. Будто испытывая очередной спектр, девушка бегала глазами, не останавливаясь ни на одной детали. Она будто сканировала его автоматически. А скользнув взглядом на его возбужденную, налитую кровью с пульсирующими венами плоть, Селена смущённо отвела взгляд. Лиам заметил это и скривился в виноватой и также смущённой улыбке. В следующий момент Селена прильнула снова к животу парня и вновь одарила его поцелуем. Будто зная, как пойдёт дело дальше, Лиам остановил девушку и, взяв за подбородок, прошептал: – Позволишь, я сначала сделаю тебе приятно? – Конечно.. Падай ко мне. – Селена игриво хихикнула и похлопала по месту рядом с ней. В свете лампад и свечей тело Лиама казалось ещё более угловатым и длинным. Казалось, он уже привык к обстановке и его не смущала ни его нагота, ни его Лилит. Мог бы он поверить в то, что та маленькая с волосами цветом вороньего крыла девочка, которая росла с ним в одном доме и проявляла сестринскую любовь, будет сейчас лежать вот так перед ним — полностью оголённая? Телом и душой. Он знал одно: не хотел сейчас думать об этом. Великий позволил ему эту ночь провести рядом с любимой женщиной и Лиам благодарно использовал эту возможность. И вот теперь он наклонился над своей Лилит, одной рукой опираясь о постель, а другой исследовал лицо девушки. Водил по всему телу. Гладил и рисовал на её животе незамысловатые узоры. Вот уже опираясь локтями, Лиам провёл рукой ещё ниже и коснулся самой чувствительной кожи Лилит. При этом он смотрел на её реакцию и проверял, когда ей становится хорошо. С её небольшой помощью парень шире раздвинул бедра партнёрши и одну её ногу закинул к себе на плечо. Эта картина заставила Селену ныть внизу живота. Одна мысль о том, что сейчас этот белокурый нежный человек слегка неуклюже ласкает её своими длинными тонкими пальцами, заставила её изогнуться от удовольствия и издать глухой стон. Она помогла ему ещё и подвела руку к нужной точке, направила в нужное движение. Лиам послушно воспользовался техникой и продолжил стимулировать в том месте, которое отдавало электрическим импульсом по всему телу. Селена уже не сдерживала глухих стонов и дышала так громко и рвано, что от вида вздымающейся груди со стоячими от фриссона сосками парень не удержался, накинулся сверху и стал напористо целовать её. Он последовал раннему примеру Лилит и начал ласкать её грудь языком. Останавливался и слегка покусывал тонкую чувствительную кожу. Затем опускался всё ниже и ниже, пока его лицо не оказалось на уровне лона девушки. Сначала он было растерянно окинул её быстрым взглядом, но тут же взял контроль в руки. Он вошёл в неё языком и водил по половым губам примерно такими же движениями, что пальцами до этого. Селене нравились мальчишеская робость и желание Лиама. Желание сделать ей приятное.. Она сладко постанывала и сжимала постель от всё нарастающего удовольствия, но почувствовав приближение пика, остановила парня, что уже ускорял движения. – Подожди. Я хочу смотреть на тебя. – она, рвано дыша, заботливо подтёрла проступающую слюну у парня и села на него сверху. Девушка пристроилась в такое положение, при котором им было удобнее вдвоём. Лиам обхватил ягодицы Лилит и издал громкий вздох, почувствовав, как его плоть протолкнулась в неё. – Моя очередь удовлетворять тебя. С этими словами Селена опускалась и поднималась. Сначала медленно, чтобы привыкнуть обоим к дискомфортным толчкам. Затем, увеличивая темп и напор, девушка нежно покрывала шею партнёра поцелуями, а тот, в свою очередь, зарылся лицом в её грудь и сжимал волосы. – Лилит.. – Лиам, тяжело дыша, неосознанно начал двигать бедрами в такт девушке. Также робко и неумело, но напористо. Так, что Лилит почувствовала это и издала новый стон. – Лилит. Лилит! Девушка его не слышала, а двигалась всё быстрее и быстрее. Уже еле удерживаясь на ногах и чуя, как начинает скакать давление в комнате. Их тела сливались в одном движении воедино и слипались от проступающих капелек пота. Парень всё сильнее сжимал ягодицы и покусывал девушку за плечо. В ответ та, недовольно всхлипнув, взяла его за волосы и потянула так, чтобы видеть его лицо, но не делая ему больно. Видеть, как ему хорошо, когда он в ней. И как ему стыдно за это. Селену заводила эта реакция и, взяв парня за свободную руку, направила к своей промежности. – Закончим вместе. – хрипло произнесла она и жадно накрыла его губы своими, издавая стоны ему в рот. Сколько они ещё так сливались в страстном танце — неизвестно. У партнёров почти одновременно вырвались из уст горячие стоны, что обожгли уши друг у друга. Обоих накрыла волна неописуемого яркого оргазма с легким головокружением. Оба обессиленно упали, такие беззащитные, разгоряченные, мокрые, со слипшимися на лицах волосами и смотрели только друг на друга, держась за руки. Приводя дыхание в нормальный ритм и не думая ни о чём. Только о настоящем моменте. Никто из них не знал, что творится в головах друг у друга.. ..Потушив все недогоревшие свой час свечи, Лиам ловко запрыгнул на кровать. Галантно вытер бедро Лилит, на которое он излился, накрыл их обоих тяжелым одеялом и заботливо прижал любимую к себе, всё ещё переводя дыхание и нежно поглаживая волосы Лилит. Селену слегка позабавило, что даже это он делал с такой осторожностью, будто не хотел смущать её своим присутствием всю оставшуюся ночь. Она рассматривала его опущенные веки, на которые свалились серебристые пряди волос, что подсвечивал лунный свет, просвечивающий сквозь витражное окно комнаты горничной. Лицо Лиама выражало те самые литературную меланхоличность и изящность, словно он был потерянным потомком Таргариенов. А ещё ангельскую чистоту. Но скорее речь шла о падшем ангеле, Утренней Звезде, некогда любимце Бога. Эта мысль на секунду насторожила Селену, но она тут же выбросила все возможные негативные ассоциации из головы. Здесь, рядом с ней, у неё в объятиях, Лиам казался крошечным беспомощным котёнком, что после долгих игровых потех пристроился в лапах у своей кошки-мамы. Но Селене не хотелось думать о том, что в их отношениях она исполняла бы роль мамки, потому что прекрасно наслышана, к чему приводит такой тип отношений. Однако ей нравился этот контраст во внешности Лиама в сочетании с его темпераментом, который иногда так интриговал своей переменчивостью. Но она знала, что Лиам ни за что на свете не навредит ей. Даже если под чарующей, пробивающей до мурашек маской Призрака скрывался психопатичный Эрик. Даже если Лиам сильно расстраивался и начинал делать больно себе. Она приняла решение, что поможет ему всеми силами. Не оставит его в этой пучине безумия. Отблагодарит его за нежность и заботу, что он дарил ей. За то что успокаивал бушующий океан гнева в ней. Под этим грузом размышлений веки Селены отяжелели и она провалилась в глубокий сон. Она не заметила, как дверь была приоткрыта и в проёме стояла ошарашенная Жозефина со сборником молитв, блокнотом и связкой ключей в дрожащих руках, которые так и норовили выронить предметы, разбудив пару..