Tu eres mi adicción

Месяц спустя. За этот месяц многое изменилось. Она поняла, что Егор действительно влюблен и то, что она, однажды напившись, чуть не спалилась, когда стала в открытую приставать к Маше. Правда Крис хуй вспомнит, как та отреагировала, но весь факт в том, что это было и ей не было стыдно перед другом, даже на утро. Даже через пройденное время. Но самое смешное то, что Крис надеялась, что это временно, что это ее помутнение рассудка пройдёт. Но, блять, как же она ошиблась, когда на день рождения друга, она увидела Машу в черном, облегающим платье, в котором та откровенно говоря выглядела очень привлекательно. На столько ошибалась, что ей этот образ до сих пор сниться во снах и то, как льститься её смуглая кожа к её губам. Дредастая глаз толком открыть не успела, как голову пронзила ужасная трель дверного звонка.       — Блять, — чертыхается она, по пути натягивая на себя халат. — Кто? — спрашивает она прежде, чем припадает глазом к глазку. И какого было её удивление увидеть там Лебедеву. Она была у неё всего лишь раз, когда подозревала парня в измене, тогда Крис приложила максимум усилий, чтобы её успокоить. — Егор не тот человек, который будет изменять, — сказала она тогда, смотря в эти бездомные, заплаканные, омуты напротив. — Он просто не тот человек. Если ещё не давно, она лелеяла мечту на то, чтобы они расстались, то теперь было поздно. Друг был ей очарован. Откровенно говоря, она даже завидовала тому, как часто эти двое проводят вместе, если вспомнить каких усилий ей стоило, чтобы уговорить друга посмотреть с ней какой нибудь фильм, вот так просто дома один на один.       — Что… — она не успела даже толком дверь открыть, не то, что рта, как подруга Егора, её грубо перебила:       — Он у тебя?       — И тебе привет, — пропуская Машу в квартиру, говорит Штрэфонд. — С какого перепуга он должен быть у меня?       — Ну, может вот с этого, блять? — буквально тыкая ей в нос экран своего смартфона.

Вы: «Только, блять, честно, пожалуйста, хотя бы раз. Вы с ней трахаетесь?»

Милый: «Да!»       — Блять! — всё, что может произнести Крис после увиденного в смартфоне девушки.       — Какая же ты сука, Штрэфонд, — зло выпалила Лебедева. — И впрошлый раз была ты, да? Именно по этому ты так его выгораживала. — нервный смешок срывается с её губ вместе со словами. — Ну, конечно. Как же я сразу то, не догадалась! Дура! Кристина даже слова не успевает вставить, как Лебедевой и след простыл. Она не могла поверить, в то, что только что произошло. Она просто отказывалась верить, хоть у неё и были доказательства предъявляемые Машей. Не могла потому что, Егор казался таким счастливым рядом с Машей, что просто не мог сделать ей вот так вот больно, тем более оскверняя при этом ещё и её репутацию в глазах брюнетки. Ночная смена выдалась, как никогда — трудной и первое желание, которое посетило Крис — было выспаться. Но сейчас, она чувствовала, как сон рукой сняло. Именно поэтому она уже который час пытаеться дозвониться до друга, чтобы услышать от него дельных объяснений. Но сколько бы раз она его не набирала, всё было тщетно. Он либо не брал, либо сбрасывал.

Вы: «Какого хуя, Егор?»

Поняв, что друг не настроен на диалог, написала ему смс. Но ответа не было, как сейчас, так и через полчаса, когда она вышла из ванной. Бросив все попытки до него дозвониться, она поехала к нему, чтобы иметь возможность видеть его глаза, когда она даст ему в морду. Никто не имел право с ней так обходиться, даже тот кого она знала на протяжении десяти лет. Если в подъезд она, ещё попала, то в квартиру — так и не удалось. В последний раз набрав знакомый номер и не получив ответа, она со всей дури долбанула по двери.       — Гори в аду! На душе от всего произошедшего словно кошки скреблись, хотелось, как в детстве — разреветься, забиваясь в угол. Было до жути обидно, что человек которого она допустила к себе и была уверена в нем на все сто процентов, вот так с ней обошёлся. Домой возвращаться желания не было. Вернуться туда, значит точно вогнать себя в депресняк и по этому, она не нашла ничего лучше, как отправиться в клуб. Хотелось напиться, да так чтобы на утро ничего не вспомнить.

Я разбиваюсь о твои плечи Слова тонули в глубине противоречий Я обнимаю, но боль увечий Напомнит, что твое присутствие не лечит Я рассыпаюсь на твои плечи Словами выстрелил, оставив след картечи Я обнимаю, но наши встречи Напомнят, что твое присутствие не лечит.