О семейной жизни Малфоев

      — Все свободны, — рычу я, отпуская второй курс воронов и барсуков.        До конца пары ещё двадцать минут, я направляюсь в кабинет ЗОТИ к своей супруге.        Да-да, я женат уже десять лет, а вот кто моя суженная попробуйте догадаться.        Я проскальзываю в кабинет ЗОТИ и, скрестив руки на груди, остаюсь около дверей.       — Мистер Лонгботом, подумайте хорошо, — моя девочка уже выходит из себя.       — Я… Я не знаю, — отвечает Невелл.       — Садитесь, считайте, что «тролль», но авансом так и быть поставлю «слабо». Можете быть свободны, — супруга поднимает на меня свои серые глазки.        Длинные волосы цвета луны лежали ровно. Её осанка просто царственна. Метр восемьдесят ростом. Плавные движения, ох, это просто восторг. Дорогая мантия с гербом Малфоев. Никого она вам не напоминает? Правда чистое описание Люциуса? Да, я женат на Лайме Малфой. У вас, наверное, некое замешательство. Как я мог выйти за дочь своего друга? А вот вы не угадали. Лайма — сестра Люца, младше его на три года, соответственно на три года старше меня. Жестоко, конечно, жениться на девушке старше тебя… Для неё я несмышленый малыш, но люблю стерву.       — Сев, ты что-то хотел? — мягко спрашивает Лайма.       — Тебя, — усмехаюсь я, преодолевая расстояние между нами.       — Оу, Север, — супруга обнимает меня за шею. Какая же она милашка.       — Устала, милая? — я усаживаю её на стол.       — Очень… А ещё три пары, хнык…       — А у меня ещё две, — улыбаюсь я, затягивая Лайму в поцелуй.       — Сев, ну так не честно…       — Всё честно, хочешь, я начну проверять твои тетрадки? — О н-е-е-т! Мне прошлого раза хватило, — она игриво расстёгивает мой сюртук. — Я потом пыталась оправдаться, почему это они проверены твоим почерком, и оценки занижены…       — Мисс Малфой…       — Профессор, я так хочу вас, сил моих нет!       — Если ваш муж узнает, мне не поздоровится.       — Поверьте, он не узнает, он у меня глупенький, — скалится Лайма.        Я резко разворачиваю супругу лицом к столу, заставляя опереться на локти. Подняв подол великолепного тёмно-зелёного платья, я зверею.       — Тебя жизнь ничему не учит? — я припечатываю ладонь к её заднице, оставляя красный след.       — Ой, ну за что? — хнычет супруга.       — За чулки…        У Лаймы есть идиотская привычка: носить чулки даже в самые лютые холода. Нет, выглядит это красиво, но вот словить цистит плёвое дело, особенно в подземельях.       — Тебе не нравится?       — Нет!       — Сев, пути меня!       — Ой, кто тут решил зубки показать?       — Снейп, ещё раз ударишь — будешь спать один!       — Я думаю, мы вечером поговорим, а паддл нам в этом поможет.       — На месяц без секса останешься! Сев, пути!       — Слушаюсь, мамочка, — смеюсь я и отпускаю Лайму. — То-то же… — она прижимается ко мне, а я обнимаю её в ответ.       — Чего ты такой низкий? Даже голову тебе на грудь не положить.       — А может, это ты высокая, м-м?       — Нет, это ты низкий…       — Метр восемьдесят пять — это низкий?       — Очень…       — Ну простите, мисс Малфой, я не ваш отец, это он у вас великан.       — Я тебя всё равно люблю, — мурлычет Лайма.       — А я тебя нет.       — Зараза…       — Моя ты девочка.       — Твоя я, твоя… А теперь бери мел и пиши тему урока на доске, — Лайма гордо вскидывает голову и садится за стол.       — Будет сделано, моя госпожа.       Мне ничего не остаётся, как взять мел и старательно выводить тему урока для шестого курса. И как ей удаётся меня, Ужаса Хогвартса, подчинять себе. Ох, уж эти вейлы…