Самый сильный

      Его рейтинг оказался: Стрелок-Бугай-Движок-8; Умник-2.       Когда он спросил, какой максимум, ему ответили: 12.       Двенадцать.

***

      — Кто вы и откуда? — мягко спросили его.       — Хоумлендер. Воут.       — Вы прибыли с альтернативной Земли?       — Откуда мне, чёрт возьми, знать?       — Вы кейп?       — Кто?       — Вы обладаете параспособностями?       Глупый вопрос. Уже потом Хоумлендер осознал, что это, должно быть, было сказано на запись или для его успокоения; так или иначе, он вновь позволил лазерам засиять, и стоявший всё время разговора в углу комнаты Оружейник перехватил оружие. Обычно это приносило Хоумлендеру удовлетворение: страх врага, который скоро будет растоптан. Сейчас же…       — Какими способностями вы обладаете?       — Я самый сильный человек в мире, — сорвалось прежде, чем он успел подумать.       Мужчина перед ним вскинул брови, сказал в микрофон, что возможно (возможно!) у него есть потенциал, и предложил проверку способностей. Напуганный и недоумевающий, Джон рассказал им о своих силах и хвастливо продемонстрировал.       Как его заверили, его рейтинги «чрезвычайно высоки».       Но не высочайши.       Хоумлендер не мог поверить в происходящее.

***

      С ним говорили сдержанным и профессиональным тоном; ему выделили комнату, стены которой Джон не мог просветить. Едва он добрался до местного интернета, сразу же принялся читать всё, до чего мог добраться.       Самым сильным человеком оказался некий «Сын», за ним шёл «Эйдолон». Видео с «Сыном» ужасали; способность же Эйдолона описывалась как «возможность выбрать любые три способности».       Означало ли это, что он мог полностью скопировать силы Хоумлендера?.. Это было унизительно.       Сердце женщины, которая говорила с ним, даже не начинало биться быстрее. Она вообще была странной: подозрительно напоминала Мэделин в её лучшие годы, время от времени делала такие движения и говорила такие фразы, от которых Джон беспомощно застывал в изумлении и трепете. Как они подобрали её? Откуда взяли?       В какой-то момент он не выдержал, рявкнул — или взмолился:       — Как. Мне. Вернуться. Обратно?       И та спокойно ответила:       — Я не знаю. Никто не знает.

***

      — Знаете ли вы таких кейпов, как… Глубина, Поезд-А, Старлайт, Сестра Сэйдж… Чёрный Нуар, Королева Мэйв…              С каждым названным именем Хоумлендер выпрямлялся, поднимал подбородок.       — Это моя команда.       Когда их привезли к нему, Хоумлендер улыбался, здоровался, хлопал по плечам. А сам — думал: судя по тому, что он прочёл в интернете, здесь конкуренция на рынке супергероев высока, но высок и спрос. Он умеет нравиться публике; вступать в Протекторат, как ему предложили, не станет ни за что — Хоумлендер больше не будет подотчётен простым людям — нет, у него будет своя отдельная команда.       — Ты-то мне и нужна, — сказал он Сестре Сэйдж; ту привели первой. Отвёл её в сторону…       — Бесполезно, — ответила Сэйдж. — Тебя слышат. Здесь камеры везде; это тебе не Воут, где можно спрятаться в лифте и обсудить протест против тебя. Ты хочешь совета? Я дам тебе совет. Играй честно, Джон, — Хоумлендер скрипнул зубами. Напомнил себе: она полезна… — У тебя достаточно силы, чтобы не проиграть в честной игре. Но выиграть — не получится. А я… мне остаётся лишь регулярно выскребать собственный мозг, чтоб не видеть всей этой хуйни.       Вторым прибыл Глубина.       — Ты будешь работать со мной, — приказал Хоумлендер, и Глубина — хороший мальчик — покорно кивнул.       Третьей — Мэйв.       — Я здесь только для того, чтобы плюнуть тебе в лицо, — прошипела она. Жаль, что Хоумлендер не мог прикончить её сразу: он помнил про камеры и помнил про репутацию… — Я присоединилась к Протекторату, и поверь, я передала им всю информацию до последней капли.              Всю информацию?       Хоумлендер было активировал лазеры, чтобы разорвать (бывшую любимую, понимавшую его когда-то, хоть и не любившую его) чертовку Мэйв, но силовое поле Оружейника оказалось быстрее.       …когда Джон открыл глаза, с ним была та похожая на Мэделин женщина.       — Да, у нас есть данные на тебя, — успокаивающе говорила она. — Но они были и так. Это не помешает тебе работать… тебе не обязательно оставаться в Броктоне: ты можешь направиться в один из более привычных тебе городов. Наши Умники говорят, что у тебя есть шанс исправиться…       Если бы не обычная ровность её пульса, Хоумлендер не заметил бы изменения сейчас: ничтожного, тонкого.       — Потому что мы направим тебя в то же отделение, в котором присоединился к Стражам под именем Форт твой сын.