Il mio sogno cupo / Мой мрачный сон

Дама убрала палец с кнопки записи диктофона. Серые глаза, под которыми поблёскивали мешки, воодушевлённо наблюдали за хрупкой, измятой девушкой, чьи искусанные губы остановились. Несчастная уже совсем охрипла, устало положила лоб на руки. — Ты что, правда книгу будешь издавать? — осторожно задала вопрос. Девчонка подняла голову, пожала плечами. Живые черты её лица постепенно угасали в тюремной камере, где холодные зелёные стены придавали всем заключённым худший вид. — Не знаю. Возможно. — Ты… Очень умно говоришь. — мотнула головой женщина, сложила диктофон под подушку. Такую вещицу мало кто признаёт, но, как оказалось, иногда всё может поиметь спрос. Следующая фраза неприятно проникла в девушку: — Такая молоденькая, а уже такая умная. — Спасибо. Надеюсь, это мне пригодиться… — застопорилась, грустно усмехнулась. — Когда-нибудь. — Да ну! Не отчаивайся, не навсегда же! Поправив закостенелой рукой каштановые волосы, девушка обратила пустой взгляд на железную дверь. Остальные соседки старалась спрятать своё удивление, но рассказчица видела, с каким удовольствием они слушали. Да и у самой медовые глаза приятно блестели. А сейчас талант накрылся угрюмостью и меланхолией. — Учитывая мою судьбу и мои навыки в целом, я в принципе не являюсь превеликим везунчиком. Пусть хоть кто-то обо мне знает. И о… Моём… Счастье? Единственном удовлетворении в жизни? Возможно. — Брось ты. Чего нос повесила? — Стоило шею. Её в шутку хлопнули по плечу. Улыбнуться девушка уже не смогла, лишь безвольно покачнулась от удара. Дверь открылась. — Точилина, к вам адвокат. — интерес забрезжил из-под опущенных пушистых ресниц. — Адвокат?.. — Явно не повар! Пошевеливайся, солидные люди, да ещё и бесплатно решаются тебе помогать. Она брезгливо скривилась, встала. Такая высокая, но сгорбленная и щуплая, словно несколько месяцев голодала. И всё же, не плетётся, а чётко шагает в сторону полицейского. В более приятном для глаз коридоре встретилась со своим адвокатом. Мужчина был совсем молодым, русоволосым, с аккуратно бородой. Осанистый. Среднего телосложения. Кое-как их ознакомили. Тот сдержанно кивнул, после чего девушка заинтригованно взглянула в его лицо. Когда полицейский со своим укоризненным, припечатывающим взглядом наконец удалился, она, улыбаясь, шепнула: — Юр, ты что ли? Мужчина задумчиво сдвинул брови, поднял зеленоватые глаза. Серьёзность на лице его долго не растворялась. И всё же морщины на лбу расправились. — Мы знакомы? — Шапочно. — она махнула рукой, заулыбалась. Глаза засветились от чистой, светлой надежды. Абсолютный ребёнок. — Помнишь, я у тебя дорогу в бар спрашивала? Ты ещё спросил, как я поживаю или что-то вроде того. Помнишь, нет? Она всё больше оголяла ряд ровных зубов. Щёки пропитывались румянцем. Внутри этой девушки явно зарождался новый путь, который та невероятно хотела построить. — Припоминаю. — с напускной мрачностью, дабы не терять должностное лицо, проговорил он. — При избиении вы были в состоянии алкогольного опьянения?.. — Да нет же! — воскликнула та. Мертвенное лицо постепенно окрашивалось жизнью. Хоть её и подозревали, энтузиазм не исчезал. — Там и избиения не было. Меня подставили. — Подставили?.. — он скептически поднял бровь. — Именно! — горячо воскликнула та. — Говорят, вы угрожали диктофоном. — Да, но такового не было со мной. Я старалась их испугать. — Жаль. Очень жаль. Потому что разобраться будет крайне сложно. Таисия надеялась на знакомство. Думала, что оно положительно повлияет на ход истории. Улыбка чуть померкла, но сама не сдавалась: — Вообще никак? Не бывает же такого. Ну, я ей только по щеке дала. Обычная пощёчина, вот и всё. Какое из этого избиение?.. — Может, действительно никакого. Но побои они сняли. Я перехватил результаты анализов, которые вы сдавали. У вас есть какие-то проблемы со здоровьем? Он разложил свой аккуратный портфель на небольшом столике. Таис осторожно подошла, сложив потрясывающиеся руки на груди. Волнение стучали в верхней стороне затылка, мешало дышать. — Нет, вроде… По крайней мере, я об этом почти ничего не знаю. Единственное, офтальмолог. Я не знаю, что будет с моими глазами после ожога, но влияет ли это косвенно? — Вы посещали его? — Да… Перед отъездом. Меня задержали именно тогда. — Возможно, они здесь. Помимо психологической экспертизы может быть что-то ещё. Готовьтесь и к этому. Девушка неуверенно кивнула. Вся сжалась, затравленно глядя на шуршащие в руках Юрия бумаги. Держалась несчастная из последних сил. Спазм окутывал ступни и кисти. Пришлось сгорбиться и терпеливо ожидать своей участи. Юрий в это время продолжал вскрывать конверты неярким канцелярским ножом без всякого пристрастия. Хоть и молодой, но видно, что с опытом. Или бессердечием. Цинично кивнув, мужчина выдал: — У вас нет расстройств. Абсолютно никаких. Не могу поздравить, правда. Но… — Погодите… — протянула девушка, заворожённо глядя в пол. — Я падаю в обморок от сильного волнения. Меня много раз пытались направить к психотерапевту с подозрением на панические атаки. — И…? — Не давали заключения. — Что же, получается, вы действительно здоровы. Но опять же, не повод для радости. Вас будут судить по всей строгости закона. Таисия истерически улыбнулась. Взгляд снова опустел. — За что же меня будут судить? — За имеющиеся налицо факты. Я постараюсь порыться. Найти что-то. Как-то смягчить наказание. Но не надейтесь на многое. Она покачала головой, уже не веря в реальность происходящего. — Может, это сон? Мрачный кошмар, который слишком реалистичен из-за моей простуды, который просто не может закончиться? — шептала она себе под нос. Собиравшийся адвокат услышал её краткий монолог, безразлично констатировал: — Никто здесь не спит. Все чертовски бодры для злорадствования и…преступлений. — Я никак не могу обойти срок? Это же… Клеймо. На всю жизнь… — Не знаю. Ещё раз, я попробую разобраться. Если вы действительно невиновны, я уцеплюсь. Если нет… Сами знаете. Я постараюсь в любом случае. Вы действительно не пили в тот день? — Ни грамма. — Что ж. Я услышал вас. Остаётся только ждать. Если уж не получится смягчить срок, постараюсь подыскать для вас более благоприятную камеру. Девушка сглотнула от предвкушения чего-то омерзительно страшного. Вместе с переживанием словно сглотнулось стекло. Всё внутри давило. Если не спасут в этот раз, последствия будут неумолимыми. На всю жизнь, как сама и сказала. Хотя это будет чертовски несправедливо, ведь она ничего не успела толком. Таисия, конечно, продолжала верить. Судья огласил приговор в душном помещении, от которого разделяла металлическая решётка. Свет слепил, как и взгляд следователя. Решающий стук: — Шесть месяцев. Это раздавалось в голове девушки ещё долгое время. Её расширенные глаза долго не закрывались. Метнув потерянный карий взгляд на адвоката, та обнаружила его удивлённое настроение. Сопротивляться бесполезно, всё решено. В предплечья вцепились. На выходе из зала та успела бросить ему вопрос: — Я могу встречаться с близкими людьми? — Думаю, что можно. Но не в ближайшее время. — её тянули к выходу из зала. Брыкаться не получилось бы в любом случае. Юрий пошёл навстречу. — Кому отослать сообщение? Её постоянно подталкивают. Грубо, без сожаления. Девушка превосходила по росту многих полицейских. Потому её старались как можно быстрее вывезти. А комфорт никого и не волновал. Запутавшаяся пыталась найти своего адвоката в мельтешащей толпе. Где-то её оставшиеся друзья и мама. Сознание ни на чём не фокусировалось. Сплошной туман. — Итан. Итан Торкио.