Чужие

Немо вздрогнул от неожиданности, когда его обняли со спины и прижали к себе. Увидев знакомые руки, вздохнул и предпринял попытку выбраться, но хватка была сильной. — Тарталья, не мешай, — сказал Немо, наблюдая, как жарится мясо на ужин ребятам. Дорис ушла по другим делам, оставив его одного с готовкой. Парень даже вздохнул от облегчения, абсолютно не в обиду Дорис. Просто иногда хочется немного отдохнуть от всего этого. Но потом, будто по щелчку пальцев, появлялся Тарталья. Такое ощущение, будто тот следит за ним, а ему одного Якова хватает. — Ну не вредничай, — надувает губы Тарталья, сильнее прижимаясь к нему. Потеревшись щекой о щёку парня (при этом чуть наклонившись, ведь Немо ниже него), остался стоять в таком положении. Немо нахмурился и вновь потянулся к мясу, но даже сдвинуться не смог. — Ты хочешь лишить всех ужина? — спросил парень, всё же сдавшись и смотрел, чтобы ничего не подгорело. — Меня другие не волнуют, — пробурчал Предвестник. Он выпрямился, но руки не убрал, тоже посмотрев на мясо, что готовит Немо. — Пахнет вкусно. — Будет пахнуть горелым, если ты меня не отпустишь и сам будешь всё готовить, — ворчит Немо, сложив руки на груди. Немо не подозревал, что после тех объятий на площадке, Тарталью потянет постоянно его обнимать. Оказался через чур тактильным, что с одной стороны вызывало улыбку, а с другой — раздражало иногда. Особенно, когда он был чем-то занят, а Тарталья даже отпускать его не хочет. Сам же Тарталья не особо понимал в чём дело. Но ему нравилось обнимать Немо. Ощущать тепло его тела. Слушать его ворчание, если мешает, но всё равно видеть его улыбку, которую старается скрыть. Тарталье нравится проводить с ним время. Смотреть на него. Видеть в его глазах восхищение, когда он рассказывает о своих «приключениях», упуская некоторые детали. Улыбка Немо вызывает приятный ком в груди и желать, чтобы она никогда не исчезла. Когда он улыбается, то выглядит ещё более красивым. Касаться мягких волос, трепать их и обнимать. Обнимать, вдыхая его запах, чувствовать сердцебиение и просто быть счастливым. Может, просто хочет заглушить своё одиночество? Возможно. Но он искренне желает быть рядом с Немо. Будто Немо — необходимая часть пазла. Есть что-то в Немо такое, что заставляет его быть всегда с ним. — Тарталья, — с нажимом зовёт Немо, слега ущипнув руку парню. Тот резко убрал руку и сам нахмурился, когда Немо смог вырваться из его объятий. — Вредина, — говорит Чайльд, всё сдавшись и облокотился о стол, что стоял по середине кухни. Немо закатил глаза, и убедившись, что ничего не подгорело, а даже приготовилось, выключил плиту. Осталось только наложить ужин в тарелки и относить в столовую. — Зато ужин готов, — довольный сказал парень, и когда наложил ужин, повернулся «нарушителю спокойствия». — Бери тарелки и отнеси их в столовую. Скоро все придут. Всё ещё недовольный и хмурый, Тарталья решил выполнить просьбу. Через пару минут, ужин уже стоял на столе и весь отряд начал трапезничать. Тарталья, попробовав то, что приготовил Немо, приятно удивлён, что ужин получился вкусным. Заметил, что Яков с подозрением смотрит на еду, молча и бесцеремонно забрал её, под недоумённый взгляд оного. — Ты же всё равно не ешь. Чего еде пропадать? — и невинно улыбнулся, вызывая нервный тик у параноика и смех у Руф, что тоже не упустила шанса подколоть сослуживца. Не, ну правда. Ему тут готовят, стараются для него, а он ещё ничего не ест и нос воротит. Пускай сам себе готовит, ведь: «Я ем только то, что сам готовлю». Вышедший из кухни Немо, что доделывал дела там, выгнул бровь, когда увидел, что Яков пожирает взглядом Тарталью, а тот смотрит в ответ, всё также невинно улыбаясь. Рядом с ним была вторая порция ужина. Между этими двумя, была своя атмосфера, которая больше раздражала, чем пугала. Яков часто говорил, что от «чужеземца» будет много проблем, а когда Немо и Тарталья стали активно общаться, то его подозрения возросли в разы. Тарталья, не изменяя себе, подкалывал его на пару с Руф, с которой он смог найти общий язык. Немо сел на своё излюбленное место, между ними, и потянув Тарталью за рукав пиджака, намекнул, чтобы тот прекратил и отстал от Якова. Ещё раз кинув взгляд на Якова, Чайльд спокойно продолжил ужин и всё своё внимание переключил на Немо, иногда отвечая на редкие вопросы других членов отряда. Атмосфера между ними была уже не такой угнетающей и неловкой, как первые дни. Тарталья сидел в стороне, не желая с кем-то разговаривать и полностью погружённый в себя. Никто не решался к нему подходить, раз он сам не идёт на контакт. Только Немо начал с ним общаться, а его самого никто не останавливал. Если хочет — пускай общается. И отряд даже слегка удивился, что Тарталья общаясь с Немо раскрепостился. У него не появилось желание общаться со всеми остальными, но хотя бы находясь в одной комнате, не чувствуется эта неловкость и молчание, что порой давила на всех. Эти двое, словно не разлей вода. Они почти всё время вместе, в редких случаях занимаясь своими делами по отдельности. Немо не скрывает, что находясь рядом с Тартальей, он уже не чувствует, то одиночество, что пожирало его. Стало в какой-то степени легче переносить её, но по большей части, ему просто нравится компания Предвестника. Слушать его рассказы о том мире, о битвах, через которые прошёл, абсолютно не скрывая восхищения. Ему хотелось попасть туда и чтобы Тарталья вёл по тем местам, которые он сам посещал. Не отрываясь, смотреть, как Тарталья тренируется. За его движениями. Его объятья давали защиту и тепло, что ему не хватало, находясь здесь. Немо за него цеплялся, боясь отпустить. Будто казалось, что он утонет, если расцепит пальцы. Ему не хочется, чтобы он уходил, но понимал, что нельзя заставлять человека что-то делать. Немо казалось, что Тарталья — часть его жизни, что ему не хватало. Его не волновало, что они из разных миров и, возможно, придёт время и они попрощаются, раз и навсегда. Когда Тарталья будет возвращаться домой, он будет улыбаться для него. Поэтому, он старается сохранить всё, что касается его друга. Все их разговоры и чувства, что он испытывал рядом с ним. Будет хранить, как самое ценное сокровище.