Однажды в Сан-Франциско

Гермиона не могла поверить в то, что увидела, когда Гарри показал ей тот листок, с примерным портретом маньяка. Она чувствовала гнев, боль, разочарование. На фото был изображен высокий черноволосый мужчина, широкие плечи которого она узнала бы из тысячи. И почему все обернулось именно так? Почему именно он? Почему? Особенно тогда, когда она влюбилась в него. Гермиона проплакала весь вечер. На вопрос мужа, о том, что ее так расстроило, Гермиона отмалчивалась. Гермиона быстро сообразила, что если у этого маньяка на нее могут быть виды, то не стоит ходить безоружной по городу. Потому на следующей же день после разговора с Гарри, она сходила в оружейную лавку и приобрела там пистолет. Гермиона вспомнила, что Гарри всегда носил с собой «Смит энд Вессон», однако, сама приобрела «Глок 1911». В течении двух дней Гермиона не показывалась в кофейне, хотя ее сердце влекло ее к Шварцу. Она до боли желала его. Где-то глубоко внутри она чувствовала сомнение в том, что ее любовник – маньяк. А вдруг Гарри ошибся? Или это она сейчас ошибается? Она купилась, как дурочка на нежность и бережность этого человека, но ведь зло никогда не являет себя таким, какое оно есть на самом деле. Оно всегда приходит под видом заботы и безопасности. Гермиона пребывала в противоречивых чувствах, пока собиралась на работу на третий день после своего открытия. Складывая необходимые бумаги в сумку, она заметила, что ее муж забыл свое удостоверение личности на кухонном столе. Повертев в руках документ, на котором было написано его имя, она вдруг подумала, что с той встречи со Шварцем совсем и думать забыла про мужа. Они почти не общались и не спали вместе. Да, собственно говоря, Гермиона не помнила ни одной подробности их физической связи. Уже третье утро она шла в Университет, с тяжелым сердцем, сжимающимся от боли. Весь этот путь на работу напоминал ей о ее запретном, но таком захватывающем, чувственном и незабываемом романе. Романе, где все казалось искренним и настоящем. А теперь она даже не знает чему верить, и кто ее возлюбленный? Она ведь почти согласилась на его предложение оставить мужа и начать новую жизнь с ним. Шварц… Человек с немецкой фамилией и странным именем, наверняка, тоже немецким. «Да, забавно… - думала она. – У Гарри – итальянская фамилия, у Дрея – французская, и только у Деби и у меня – английские». Было тяжело, но работать все же было нужно. Так что Гермиона разложила документы на рабочем столе, которыми собиралась заняться, как вдруг дверь в ее кабинет отворилась. Думая, что это Деби пришла за порцией очередного трепа и сплетен, Гермиона развернулась, собираясь отправить подругу восвояси, как замерла на месте, когда увидела кто же на самом деле к ней вошел. - Как ты здесь оказался? – вскричала она. - Не шуми пожалуйста. Я не сделаю ничего… - Ничего?! – вспылила Гермиона. – Как ты сюда попал?! Отвечай немедленно! - Я вошел через дверь. - Чрез дверь? Там охрана. - Я смог, - со скрываемой нервозностью произнес Шварц. Липкий страх, сковавший Гермиону, путал ее мысли. Вот сейчас приход Деби не помешал бы. Или нет? Отмерев и попытавшись успокоиться, она вспомнила, что в сумочке у нее лежит ее «Глок». Не принужденно, как ни в чем не бывало, она подошла к ней и достала оружие, направив его на посетителя. - Воу! Полегче с этим, - воскликнул Шварц, поднимая руки к верху. - Кто ты, на хрен, такой?! – задала Гермиона вопрос, который мучил ее уже третий день. - Появляешься в моей жизни, очаровываешь меня! Кто ты, Гештерн, мать твою, Шварц? - Гермиона, спокойно! – Шварц вскинул руки в успокаивающем жесте. – Я предполагаю… - Предполагаешь?! – вскричала она. – Ты на хрен предполагаешь? Ты что, маньяк? Хочешь убить меня?! - Нет! – тут же запротестовал он. - Я - не маньяк, даю тебе слово. - Конечно же! Ведь все маньяки так и признаются в том, кем являются! Шварц глубоко вздохнул. - Тем не менее, я не маньяк. - Гарри работает на ФБР, недавно он принес мне предполагаемый портрет маньяка. И, знаешь, милый, - издевательски произнесла Гермиона последнее, - этот портрет как-то слишком похож на тебя! Шварц открыл от изумления рот, но потом быстро собрался и сказал со всем спокойствием, на которое был способен в данную минуту: - Я не знаю, что там разнюхал твой Гарри, но я в жизни никого не убивал, - сказал Шварц, сохраняя спокойствие, а затем вытащил из-за пояса предмет. Им оказался пистолет. Гермиона невольно вздрогнула. - Спокойно, - успокаивающе произнес он. – Я для тебя его достал. Гермиона изумленно посмотрела на него. - Это «Глок», модель - девятнадцать-одиннадцать, самое эффективное на данный момент, короткоствольное оружие. Он полностью заряжен, здесь настоящие пули, смотри внимательно. Гермиона издала ироничный смешок, но палец со спускового крючка не убрала и прицел не сбила. Она внимательно смотрела на оружие в руках Шварца. - Если я вдруг начну делать то, что обычно делают серийные убийцы, ты можешь им воспользоваться. Только не пали напрасно, мне дорога моя жизнь. Гермиона медлила. - Зачем все это? - Потому что я не тот, кем ты меня считаешь, - сказал он, и у Гермионы что-то екнуло внутри, она словно испытала чувство дежавю. - Я люблю тебя и хочу быть с тобой, - между тем продолжил Шварц, посмотрев на нее умоляющим взглядом. - И в данный момент, моя жизнь зависит от тебя, а не наоборот. В любом случае, ты сможешь себя защитить. Пожалуйста, доверься мне. - Что это значит? - Нам нужно уехать, сейчас. - Уехать? Куда? - В Лос-Анджелес. - Уехать? С тобой? - Да, нужно ехать на авто… - Ты что думаешь, я дура полная? Завезешь меня в глушь и там зверски прикончишь! – с яростью выпалила Гермиона, сверкнув глазами. Она продолжала держать его на прицеле. - Пожалуйста, успокойся, - вновь поднял руки вверх Шварц. – Твоя жизнь в опасности, только не спрашивай меня, откуда я это знаю. Просто… - Довериться тебе? Серьезно, черт возьми?! - Потому что моя жизнь в опасности, и твоя тоже станет небезопасной, если ты со мной. - Так, может, мне просто дождаться тебя? Зачем уезжать вот так, оборвав все нити? - Ты все поймешь, а сейчас нужно ехать. - Ты как-то туманно выражаешься, слишком много непонятного, недовольно проворчала Гермиона. – Выглядит как… - Я знаю, как это выглядит! – эмоционально перебил он. – Но, пожалуйста, поехали со мной. Поверь, это действительно нужно сделать. Он смотрел на нее умоляющим и безнадежным взглядом. Ей хотелось ему верить, очень хотелось. Хотелось уехать с ним. - Гермиона, - нежно, с едва уловимой ноткой обреченности в голосе, произнес он. - Я не могу, Геш, прости. - Нет, Гермиона, прошу тебя! Она не могла смотреть в его глаза. Они были наполнены болью и страхом. Она почти согласилась. Она была в одном шаге от того, чтобы послать все к черту и уехать с ним прямо сейчас. Но она была разумным человеком, а разумные люди не делают глупостей. - Прости, Геш, мне нужно время, чтобы во всем разобраться. - Хорошо, - согласился он. – Я… Я буду ждать тебя в кофейне, только не в «нашей», я буду в следующей. Или буду в своем номере, адрес ты знаешь. Я люблю тебя, - его голос дрогнул. Шварц молча поднял руки, достал из сумки книгу и положив на ее рабочий стол посмотрел ей в глаза. - Это тебе, подарок. - Спасибо, - рассеянно поблагодарила она. - Можно поцеловать тебя? - Нет! Прости, не сейчас. - Хорошо. Я буду ждать тебя. Он посмотрел на нее с надеждой и, развернувшись, вышел из кабинета. Гермиона судорожно вздохнула, слушая, как ее сердце отстукивает тяжелые удары. Невольно бросив взгляд на книгу, она заметила название «Чжуань Цзы и его концепция бабочки». *** Гермиона сидела у себя дома за чашкой горячего чая, после того, как приняла душ и переоделась в голубую футболку и серые джинсы. Оглядывая цвета кухни, она невесело усмехнулась. И кто придумал оформить здесь все в сером цвете? Тоска, да и только. От размышлений ее отвлек звук открывающегося звонка. Почему-то она вздрогнула. А через минуту увидела своего мужа. - Здравствуй, милая! – поприветствовал он, подходя к ней и целуя в шею. Она поежилась, а в животе что-то неприятно засосало. - Привет, - ответила Гермиона. - Как ты? – спросил он, присаживаясь на соседний стул. - Да так, думаю о том, почему у нас такая скучная кухня. - Скучная? – не понял он. - Да, Дрей, скучная, - она посмотрела на его одежду, которая тоже была полностью серой. – Не люблю серый. - И давно? – поинтересовался он. - Не знаю, мне нравится голубой. - Голубой тебе не идет! – резким тоном отрезал Дрей, затем, заметив ее удивление, добавил уже мягче: - Дорогая, голубой цвет для маленьких глупых девочек, но мудрые женщины носят серый. Ты ведь мудрая, не так ли? Дрей говорил бархатным успокаивающим голосом, от которого у Гермионы бежали мурашки по спине, а внутри зрело чувство дискомфорта. - Дрей, ты… У тебя было чувство, что ты несчастлив, при том, что твоя жизнь вроде бы идеальна? – спросила Гермиона сама не зная почему. - Ты чувствуешь себя несчастной? – спросил он. - Да, мне кажется – да. Он встал, мягкой походкой подошел к Гермионе, положил ей ладони на шею. Гермиона вздрогнула. - Этого не может быть, - промурлыкал он над ее ухом, Гермиона застыла. – Ты счастлива, ты очень счастлива, ведь у тебя идеальная жизнь: твоя работа, где ты звезда; твой комфортный великолепный дом, где все так, как ты и хотела. И у тебя есть твой идеальный муж, который любит тебя. А ты любишь его. «Нет, - проснулось что-то внутри Гермионы. – Не люблю». Она хотела подняться со стула, но сильные руки не дали ей этого сделать. - Ты счастлива, - продолжал он нашептывать ей на ухо. – Тебе только кажется, что ты несчастлива, но этого чувства на самом деле нет. И ты сама в глубине души это осознаешь. - Ты так хорошо знаешь меня? – неуверенно спросила Гермиона, ощущая, как тревога медленно разрастается внутри живота. - Да, милая, - бархатно прошипел он. – Я отлично знаю тебя, я знаю тебя даже лучше, чем ты сама себя знаешь. Потому что люблю. И я всегда действую в твоих интересах, ты это тоже знаешь, как знаешь и то, что я всегда буду защищать тебя. Я твоя каменная стена, разве ты забыла? - Нет, - выдохнула Гермиона, чувствуя, как его ладони руки сдавили ее плечи. - Вот то-то же. Он приподнял ее подбородок, чтобы посмотреть ей в лицо. - Ты будешь со мной всегда, на вечные времена. Гермиона встала, высвобождаясь от его рук. - Да Дрей, конечно, но сейчас пойду пройдусь. - Я надеялся провести с тобой время, книжку почитать или… - его взгляд остановился на книге, что лежала полке. Гермиона всмотрелась в название. Надпись гласила: «Чжуан Цзы и его концепция бабочки». Она вспомнила, что одолжила ее у Шварца. - Откуда эта гадость в нашем доме?! – завопил ее муж. - Дрей, ты чего? – взвизгнула Гермиона от резкой перемены в его настроении. Его глаза налились злобой и яростью. Он быстро схватил открыл один из шкафов, достал оттуда бутылку темного цвета. Книгу бросил в раковину, полив жидкостью из этой бутылки. Чиркнул спичкой и бросил ее туда же. Вспыхнул огонь. - Что ты, твою мать, делаешь? – крикнула Гермиона. - Никогда не читай эту книгу, никогда! Я же говорил тебе! – закричал он, схватив ее за плечи. Вот теперь Гермионе стало по-настоящему, страшно.