Однажды в Сан-Франциско

Поцелуй

Они гуляли по иллюзорному Сан-Франциско. Она была обворожительной. Великолепной. Каждая её улыбка вызывала в нем приступ страсти, нежности и боли. Ему хотелось взять ее за руку, отвести в отель, где он остановился, и любить её. Любить до безумия, пока она не станет содрогаться в его объятиях от наслаждения. Но он не мог. Он пытался сблизиться с ней с помощью слов. Незамысловатых и легких или же наоборот сложных. Он пытался говорить с ней о том, что важно. О том, что должно помочь ей нащупать ниточку и, в конце концов, уйти с ним. Они вышли на Набережную. Пара неловких фраз. А затем молчание. Томительное, чувственное молчание. Такое, где оба всё понимают без слов. Густая, томная, заряженная тишина. И он приблизился к ней в безумной надежде, что она не оттолкнет, что её тело помнит его, в то время как ее память — нет. Она манила его, она кружила ему голову. Так же, как много лет назад, когда у них только завязывался роман. Так же, как каждый день их жизни. Рядом с ней он вдруг забыл обо всём. О боли и о грозящей им обоим смертельной опасности. В тот момент он мог ощущать только то, насколько она прекрасна. Прекрасна вся полностью и без остатка. Эти ее великолепные глаза, обрамленные темными ресницами, в которые он сейчас смотрел. Они завораживали, как в первый раз. Как в дни их юности в Хогвартсе, когда он так безрассудно влюбился в неё. И когда он подошел еще ближе, уничтожая последнее расстояние между их телами, она не испугалась и не смутилась, заставляя что-то внутри него подпрыгнуть в радостном предвкушении. И она не отстранилась, когда его рука нежно обвила ее талию, вызвав волнующие мурашки во всем теле. Он замер от радости, едва она протянула руку, чтобы провести ладонью по его лицу. Очертила брови, нежно прошлась по скуле. Затем погладила шею. И тогда он наклонился и легко коснулся ее губ своими, вызвав бурю эмоций и ощущений в них обоих. Гермиона обняла его за шею обеими руками и страстно ответила на поцелуй. А затем ничего не было, только страсть, манящая за собой. Два тела, что на мгновения стали одним, сливаясь в поцелуе.