Солнце заходит завтра

      Эрин стояла посреди помещения в полном оцепенении. Перед ней от страха и боли тряслась девочка, казалось еще один вдох и она сейчас упадет. Женщина не могла пошевелиться, она лишь пристально смотрела на изувеченное тело брюнетки. И только когда её взгляд пересекся со взглядом, что был полон ужаса и боли, Эрин подорвалась с места, подхватывая хрупкое тело. — Боже, Лира, что произошло?! — Женщина была в курсе всех событий и этот вопрос был слегка глуповат в такой ситуации, но думать сейчас получалось с трудом. Она крепко держала брюнетку за плечи, помогая дойти до небольшого пуфика.       Женщина ждала, что Лира ответит хоть что-то, но девочка не могла связать и двух слов. Каждое новое предложение тут же обрывалось чередой всхлипов. Слезы не прекращали литься из покрасневших глаз. Адреналин медленно отступал, постепенно хрупкое тело начала пронзать боль, особенно сильно болели стопы. Они были покрыты множеством царапин от острых камней, в некоторых местах на чувствительной коже виднелись занозы от сухих веток, что были разбросаны по всему лесу. Эрин обратила на это внимание не сразу, но как только Лира схватилась за ногу, издав болезненный стон, женщина тут же подскочила с места и побежала за аптечкой, попутно позвав мужа из мастерской. — Лоренс! Срочно иди сюда!       Дверь с неприятным скрипом отворилась, из неё вышел явно загруженный работой мужчина. Обычно он знал, что жена может позвать его по всяким пустякам, поэтому особого значения не придал её словам и в этот раз. Лоренс уже хотел сказать, что занят и не может сейчас посмотреть на то, как мило спят котята во внутреннем дворе, или на то, как красиво его любимая сложила кухонное полотенце, или на любую другую чепуху, которую любила показывать женщина. Но в этот раз слова комом застряли в горле, когда он увидел сидящую в помещении Лиру. Девочка медленно подняла голову, завидев хозяина дома из её глаз снова хлынули слезы. Лоренс совершенно не знал, что делать в такой ситуации, благо подоспевшая жена спасла положение. — Чего ты стоишь?! Помоги мне! — слегка раздраженно прошипела Эрин. Обычно в таких ситуациях мужчина не мог сказать и слова, что уж там говорить о каких-то действиях, но благо любимая жена всегда оказывалась рядом и руководила процессом.       Мужчина успел лишь кивнуть и вот они уже вдвоем оказывали медицинскую помощь, пытаясь вытянуть хоть слово из Лиры. Но все было безуспешно. Казалось, сейчас не самый лучший момент для допроса, так оно и было. Только вот оставлять все так как есть никто не хотел. Родителям нужны ответы, а Лире нужно было просто все рассказать. Хотя слово «просто», тут не совсем уместно. Скорее это было мучительно сложно и каждый звук, каждая произнесенная всхул буква разрезали горло бедной девочке. Она изо всех пыталась унять свой плач, пока ей перебинтовывали ноги, обрабатывали раны и вытаскивали мерзкие занозы. Лира знала, что рассказать о всём случившемся было её долгом, но как это сделать представления не было вовсе. Не каждый день ей приходиться сообщать родителям своей близкой подруги о том, что их дочь погибла, спасая её жизнь. Оттягивать время она могла еще долго, но постепенно слезы прекращали литься, а всхлипы становились всё тише и тише. Лоренс и Эрин всё это время лишь покорно ждали объяснения, они ни за что не стали бы давить на бедную девочку, ведь понимали, что ей сейчас очень не просто. — Мне удалось сбежать от Уилльяма. — Наконец Лира заговорила, её тихий и наполненный болью голосок заставлял внутри всё содрогнуться от боли. Как только плотное волокно тишины разорвалось, родители тут же выпрямились и стали внимательно слушать девочку. — Н-но сделала я это не сама. — Грудь бедняжки судорожно вздымалась, она не прекращала жадно глотать воздух, предвкушая новую истерику, что комом подкатывала к горлу. — Мне помогла Май. — На этот моменте глаза Эрин заметно округлились, а Лоренс неприятно нахмурился. Они словно ждали бурю, что виднелась из-за скал стояли, словно статуи, и внимали каждому слову девочки. — Я не знаю как она меня нашла, но она помогла мне выбраться. — С каждым словом Лире становилось говорить всё сложнее и сложнее. Она не знала, как сейчас на неё смотрели родители Май, но всем телом чувствовала перепуганные взгляды. — Она вытащила меня. Мы собирались бежать, но в комнату зашел охранник… — девочка прожигала дыру в полу своим взглядом, она не хотела смотреть в глаза людям, что стояли прямо перед ней, она заметила лишь то, как Эрин начала дрожать, а руки Лоренса сжались в кулаки. Последние слова застряли где-то в глотке, но Лира всё же заставила себя это сказать — …он застрелил её.       В комнате повисла гробовая тишина. Лира слышала лишь стук собственного сердца, что бешено колотилось. Она ожидала чего угодно от родителей Май, ей казалось, что после всего сказанного они просто вышвырнут её за дверь. Ведь их дочь погибла из-за неё. Именно из-за неё это случилось, а она даже не смогла её вызволить. Просто трусливо сбежала, в надежде спасти свою шкуру. Но так думала только Лира. Вместо каких-либо слов хрупкие и бледные руки Эрин обняли дрожащее тело девочки. Лира готова была разрыдаться, но вместо этого сдержала свои слезы, она слышала, как женщина тихо всхлипывала, её голова опустилась на плечо девочки и та почувствовала, как одежда в том месте медленно становиться мокрой от слез. Лира поспешила сжать женщину в объятиях настолько сильно, насколько она могла это сделать. Украдкой девочка взглянула на Лоренса. Он стоял поодаль от них прикрыв глаза рукой, его тело пронзала мелкая дрожь, а под ноги капали слезы. Сейчас всем было очень тяжело, каждый в этом доме пережил потерю, боль от которой не сравнить ни с чем. — В-всё будет хорошо… — Эрин медленно подняла свою голову, лицо её было красным, а зеленые глаза сдерживали в себе нечеловеческой силы боль, что так хотела вырваться наружу. Даже сейчас, когда она узнала, что её единственная дочь погибла, на лице расползалась раздирающая сердце на кусочки улыбка. Женщина не хотела, чтобы Лира почувствовала себя плохо, она видела, как девочка тряслась от ужаса и пыталась успокоить её, показывая, что всё якобы в порядке, но это было совсем не так. — Сейчас тебе нужно отдохнуть и принять душ. Я помогу тебе дойти до комнаты… — Эрин уже хотела сказать «до комнаты Май», часто в прошлом Лира оставалась у подруги на ночь и Эрин даже не предлагала брюнетке разместиться в гостевой, но в этот раз она вовремя себя одернула, вероятнее всего Лире будет там тяжело не то что спать, просто находиться — … до гостевой комнаты. Пойдем. — Женщина сама еле передвигалась, ноги её не слушались, но не смотря на это, она все равно пыталась помочь.       Лире было слегка совестно принимать эту помощь. Она почти ничего не могла сделать для них, но, что Эрин, что Лоренс — они все равно помогали. Даже в этот момент, когда им пришлось обо всём узнать, когда их души переполнены болью, они помогают ей. Лира очень это ценила и понимала, что никого роднее у неё не осталось. Девочка твердо для себя решила, что сделает всё возможное для этих людей.       Эрин проводила брюнетку в комнату, быстро показав, что где находиться. Лира успела лишь вымолвить тихое и слегка хриплое спасибо, на что заплаканная женщина лишь криво улыбнулась. Она скрылась за дверью и направилась в свою комнату, все бы ничего вот только после очередного звука хлопнувшей двери девочка услышала женский плачь за стеной, теперь уже настоящий, полностью преисполненный болью и душевными страданиями. Лира подошла ближе к стене и начинала прислушиваться. — За что? За что нам это, Лоренс?! — Эрин не просто плакала, она рыдала. Приглушенный вой и всхлипы пронзали душу брюнетки. Она чувствовала всю ту боль, которую испытывала сейчас женщина, примерно тоже самое было и с ней, когда погибли её родители. — Моя девочка, моя милая девочка… — От этих слов всё внутри Лиры сжалось и перевернулось. Она не могла слушать, как сейчас плачет Эрин, как тихо шепчет ей Лоренс, что всё будет хорошо. Она не могла, не могла продолжать терзать своё сердце еще больше.       Лира поспешила заглушить все звуки журчанием воды, только вот собственные внутренние крики она заткнуть не может. Это медленно и мучительно убивало девочку. Она словно тонула в вязкой черной жиже, которая явно не собиралась её отпускать. Нужно было гнать все мысли прочь, иначе новый шквал слез обрушится на её и так покрасневшие от соли щеки. Лира хотела поскорее лечь спать, хоть она и понимала, что уснуть в этом доме сегодня никто не сможет. Выйдя из ванной комнаты, она чувствовала себя чуть лучше физически, но не душевно. С опаской девочка подошла ближе к стене, прислушиваясь, но в этот раз женский плач был не слышен, только тихое ерзанье на скрипучей кровати и мягкие шаги по комнате. Никто не спит, все просто затихли. Хоть в доме и стало тише, но скорбь и боль еще долго будут тяжелым камнем лежать на этой земле. Лира медленно прошлась к просторной кровати, с такими ранами передвигаться было сложно, но девочка все же смогла весьма безболезненно дойти. Сейчас ей бы хотелось упасть на кровать в другой комнате, щекотать перед сном подругу и слышать её приглушенный смех, но вместо этого Лира аккуратно легла на холодную постель, рассматривая побеленный потолок. Глаза стали невольно закрываться, физически девочка была давно в напряжении и нормально отдохнуть возможности не было, поэтому не удивительно, что сейчас она практически моментально погрузилась в сон.       Невыносимая боль пронзила всё тело. Лира сразу вышла из сонного состояния не понимая, где она находится, брюнетка попыталась встать, но веревка неприятно связывала её ноги и руки. Разомкнув веки она снова увидела тот подвал, лужу крови и своё изувеченной тело. «Нет, нет, нет! Только не это!» — паника заполнила бедный разум. Девочка пыталась хоть как-то высвободиться из оков, но всё, что у неё получалось — это беспорядочно ерзать по бетонному полу, царапая нежную кожу. На миг она остановилась, прислушиваясь к звукам снаружи, кто-то шел и шаги становились всё громче и громче. В какой-то момент они стали невыносимо громкими, хотелось заткнуть уши, казалось сейчас она оглохнет. Но резко звуки стихли, теперь же невыносимой была тишина. Это пугало еще больше. Лира выжидающе пялилась на дверь, а точнее на её очертания, в комнате было темно, даже темнее чем обычно, девочка могла разглядеть лишь то, что было у неё практически под носом. Бросив взгляд в сторону окна, она толком ничего не смогла увидеть. Окно было полностью заколочено и не пропускало даже лунный свет в помещение. Но сейчас это было не важно, Лира сразу переключилась на проблему, что требовала к себе внимания. Дверь медленно отворилась, все надежды на то, что этого не произойдет, рухнули, словно карточный домик. В комнату прошла фигура, девочка догадывалась кто это мог быть, но верить в это уж точно не хотела. Сейчас она как можно ближе прижалась к холодной стене, стараясь слиться с ней. Тяжелые шаги расхаживали по небольшой комнате, давящую тишину разрубил пополам хриплый мужской голос. — Ты думала, что у тебя получится сбежать? — какой-то нервный и весьма не сдержанный смешок издал мужчина, девочка встревоженно окинула фигуру взглядом. Он подошел к Лире так, чтобы она могла видеть его хоть немного. — Ох, ты только посмотри… — Уилльям небрежно кинул на пол, прямо к связанным ногам, бездыханное тело. — … твоя подружка такая хрупкая, из неё явно вышел ужасный спаситель.       Лира медленно перевела взгляд на лицо подруги. Её мертвые помутневшие глаза впивались взглядом в лицо девочки, казалось, что сейчас Май встанет и начнет обвинять Лиру в своей смерти, приговаривая, как сильно она её ненавидит. Девочка готова была закричать, то ли от страха, то ли от боли. — Что, не нравится зрелище? — Уилльям медленно опустился к лежащему телу. Он провел рукой по холодной коже, хватая её за щеки, слегка приподнимая тяжелую голову. — А ведь это ты виновата. — Он вдумчиво вглядывался в лицо Май. Её покрытая трупными пятнами рука повисла, словно тряпка, задевая холодными пальцами ногу Лиры, когда мужчина начал всячески поднимать тело. — Ну же, просто признайся, что это ты её убила. Это же не сложно. — Он переместил свою руку на макушку Май, сжимая её розовые волосы в своё кулаке. — Давай Лира, скажи ей это прямо в лицо! — Уилльям сверкнул своей хищной улыбкой. Он быстро перевел взгляд на дрожащую девочку, ему хотелось увидеть, как она страдает. — Замолчи. — Лира не смотрела, ни на подругу, ни на мужчину. Она лишь слушала всё то, что говорил ей этот садист. — Ты убила её и только ты виновата в этом. Никто тебя не простит. Ты убийца. — Словно в бреду мужчина продолжал повторять одни и те же слова. Они, словно острая игла, проникали под кожу. Копошились, как черви в теле трупа. — Заткнись, заткнись, заткнись! — Лира зажмурилась, она не хотела слышать всё это, не хотела видеть. Она хотела исчезнуть, сбежать, спрятаться. Всё, что угодно, только не это. — Скажи это! Скажи, что ты убила её, признайся в этом самой себе, Лира! Ты убийца.       Уилльям начал кричать, его слова больно резали не только чувствительные уши, но и сердце. Он приблизил лицо Май практически вплотную к Лире. Девочка подняла свой взгляд и моментально встретилась с потухшими зелеными глазами, что свинцовым взглядом впились в неё. Лира билась в истерике на бетонном полу, слезы лились из синих глаз, она пыталась высвободиться и сбежать, подальше от этого сумасшествия. Девочка продолжала кричать, что не виновата, что она не убийца, что никогда не причинит вред близкому человеку. Но мужчина не слушал, он лишь продолжал повторять одно единственное слово — «убийца».       Лира подскочила с мягкой кровати в холодном поту, сердце её колотилось, как бешеное. Это был всего лишь сон. Девочка провела дрожащей рукой по лицу и продолжала осматривать комнату, убеждаясь раз за разом, что она в безопасности. Тяжелая голова медленно вновь опустилась на подушку, но в этот раз Лира даже не пыталась уснуть, она медленно приходила в себя, выравнивая собственное дыхание. — Это просто сон. — Сама себя вслух успокаивала девчонка, но это был далеко не просто сон. Это был самый настоящий кошмар. — Чертов сон.       За окном только начало светать, на часах было всего пять утра. Слишком ранний подъем, но больше подобных снов Лира видеть не хотела, так что она поспешила встать с кровати. Из открытого окна повеял прохладный ветерок, который слегка обжигал влажную от пота кожу. Заправляя кровать, Лира заметила, что на подушке было большое мокрое пятно, видимо она плакала. И это было не удивительно, сейчас её состояние шаткое, словно табуретка с тремя ножками. Она готова была снова разрыдаться здесь и сейчас, но слезами ничего не исправить, вообще ничего не исправить. Оставалось только жить, хотя бы ради Май. Лира опустилась на край заправленной кровати, устремляя свой взор в окно. Солнце еще где-то далеко за горизонтом, на улице ни души, лишь птицы что-то пели на своём языке. После вчерашнего дождя на асфальте было много луж, но стоит только небесному светилу взойти, как они тут же все испарятся и снова по этим дорогам начнут ходить люди, вечно куда-то спешащие. На секунду в голову Лиры пришла совсем неожиданная мысль — «А как там Рэй..?». Но тут же она прогнала её прочь, больше не вспоминая брата. Хотя братом его назвать было сложно. Лира до сих пор не могла поверить в то, что он и пальцем не пошевелил ради неё. Конечно, сейчас девочка могла заявится в его дом и высказать ему всё, что она думает. Но делать этого она не собиралась, прошлое должно оставаться в прошлом. Она уже не считала его братом, не считала их жильё и своим тоже, не считала нужным выяснять какие-либо отношения. Выяснять уже было нечего.       Разогнав прочь все навязчивые мысли, Лира принялась приводить себя в порядок. Она была безмерно благодарна тому, что Эрин со вечера оставила аптечку в её комнате и чистую одежду. Умывшись теплой водой и обработав свои раны, Лира уже собиралась переодеться из хлопковой ночной рубашки в комплект одежды, что любезно ей предложили, но завидев его, в груди что-то больно кольнуло. Это была на вид простая одежда: молочного цвета блузка с коротким рукавом и перламутровыми пуговицами и черные классические шорты. Вроде бы ничего необычного, но Лира точно помнила, как Май возмущалась, что Эрин без спроса купила ей эту блузку. То был день города и мать настояла на том, чтобы девочка надела что-нибудь праздничное. Ей очень не понравилась эта одежда и больше её носить она не стала, кроме того раза. Лира до сих помнит эту слегка нелепую сцену, которая сейчас вызывала вместо легкой улыбки, слезы скорби. — Это просто кусок ткани. — Девочка продолжала себя убеждать, отмахиваясь от воспоминаний.       Она натянула на себя блузку и шорты и взглянула в зеркало. Её волосы падали на плечи, за это время они слегка отрасли, но всё еще выглядели немного неухоженными. Серьезный взгляд синих глаз блуждал по собственному телу, кто бы что ни говорил, но ей была к лицу эта одежда. Несмотря на многочисленные раны, перебинтованные ноги и руки. Лира была красивой. Солнце незаметно поднялось и слегка осветило комнату, золотые лучи упали на её спину, согревая утренним теплом. В зеркале это выглядело, словно Лира засветилась, как ангел. Разбушевавшийся ветер полностью раскрыл окно и довольно сильным потоком прошелся по комнате, девочка даже пошатнулась, припадая к зеркалу еще ближе и хватаясь за него одной рукой. Взгляд сразу же упал на отражение, свет вокруг её силуэта скапливался еще больше, а волосы стали слегка спутанными из-за ветра. Лира никогда не верила в знаки, но сейчас ей казалось, словно сама Май, откуда-то с небес, треплет её по голове, взъерошивая волосы, и говорит: «Всё хорошо, подруга.». От этой мысли на глаза невольно навернулись слезы, но девочка поспешила смахнуть их куда-то в сторону.       Лира решила наконец выйти из комнаты и старалась сделать это, как можно аккуратнее открывая дверь, удивительно, что она не проскрипела, как это было обычно. Но в этот раз старенькие петли, которые давно не смазывали, сжалились над девчонкой и решили не петь свою противную песнь на весь дом. Прислушавшись Лира подметила, что во всем здании было тихо. В соседней комнате не было слышно ни разговоров, ни шагов. Лира сразу поняла, что Эрин с Лоренсом пребывали в царстве снов. Она понимала, что скорее всего они смогли уснуть только под утро и решила не создавать лишнего шума, а наоборот сделать хоть что-то хорошее для них, в знак своей благодарности. Девочка поспешила спуститься на кухню, чтобы заняться приготовлением завтрака, обычно это дело не занимало у неё много времени, но сейчас у неё в арсенале была не только крупа и буханка хлеба, а всё-таки чуть больше продуктов. Лира хотела сделать что-то особенное, но не слишком сложное. Присев за обеденный стол, девчонка начала перебирать рецепты в своей голове и, найдя подходящий, тут же вскочила с места в поиске нужных ингредиентов. Блюдо, которое она хотела приготовить было незамысловатым. Девочка хотела сделать простенький омлет. Благо молоко и яйца присутствовали в этом доме. Брюнетка быстро нашла всё, что ей было нужно, включая посуду и прочую кухонную утварь. И каким бы сильным её желание не шуметь ни было, выходило это с трудом. Сковородка, которая была потрепанная не только временем, но и своей службой, лежала на самой верхней полке. Девчонка не отличалась высоким ростом, так что поспешила подвинуть стул и достать столь желанную на данный момент вещь. Еле как она дотянулась до чугунного изделия, но не удержав равновесия соскользнула со стула и упала на твердый деревянный пол. А сама утварь полетела вниз. Грохот на кухне мог разбудить не только Лоренса и Эрин, но и всю округу. Лира, скривившись от боли, поднялась на ноги. Она долго стояла и прислушивалась ко всем звукам в доме и за его пределами, но не услышав ничего, кроме пения птиц и шуршания листвы, спокойно выдохнула. Ей не хотелось никого разбудить, тем более, что сейчас этим людям, как никогда нужен был отдых или хотя бы просто спокойный сон. Синяки неприятно ныли, а некоторые раны снова начали кровоточить. Не прошло и дня, как снова на её коже начали расцветать алые пятна. Девочка, поспешила отогнать от себя ненужные мысли и смыть кровь. На удивление она перестала идти довольно быстро, судя по всему истощенный организм уже свыкся с очередными увечьями на хрупком теле. Сковорода, что покоилась на полу, была поднята. Лира не стала долго ждать и начала готовить завтрак. В этот раз все прошло без происшествий и достаточно быстро. Она помнила о всех прихотях этой семьи: Лоренс пил крепкий кофе с утра, Эрин любила зеленый чай с большим количеством сахара, она всегда клала не меньше трех ложек — это точно. Лира остановилась на этом, она не хотела вспоминать, что нравилось её подруге, чтобы вновь не загонять себя в пучину отчаянья и скорби, из которой она всеми силами хотела выбраться. Брюнетка поспешила закончить все прочие приготовления к завтраку, а стол уже давно был сервирован. Хоть в этом доме и не было шелковых скатертей и серебряных приборов, всё равно смотрелось очень мило и опрятно. Всё было готово, оставалось ждать лишь пробуждения остальных проживающих здесь людей.       Лира аккуратно присела на свободное место и мельком поглядывала на часы, времени было немного, примерно около семи часов утра. Девочка не знала, когда Эрин с Лоренсом проснутся, поэтому просто ждала. Но ожидание оказалось слишком утомительным. Лира вовсе не заметила, как задремала сидя за столом.       Тяжелые шаги заставили девочку проснуться, но глаза открывать ей явно не хотелось. Тоненькая ручка аккуратно опустилась на хрупкое плечо и медленно поднялась выше, поглаживая растрепанные волосы. Лира, нехотя, открыла глаза и увидела перед собой не самую лучшую картину. Перед ней стояла совершенно незнакомая женщина, словно это и не Эрин вовсе. Женщина выглядела мягко говоря не очень: кожа её была нездорово бледной, как будто она месяцами не выходила на свет, под глазами красовались синяки, а волосы, кажется приобрели еще больше седых прядей. Лира с болью взглянула на неё. Девочка никогда бы не подумала, что увидит прекрасную, всегда жизнерадостную женщину в таком состоянии. Эрин сразу заметила печаль в глазах юной особы, но постаралась изгнать все неприятные чувства улыбкой. Вот только эта улыбка, в которую она пыталась вложить все хорошие эмоции, что были у нее, показывала лишь только печаль и скорбь, ведь именно они заполнили сейчас душу Эрин. От этого брюнетке стало еще хуже, но виду она старалась не подавать. — Доброе утро, Лира. Я вижу ты на славу постаралась, спасибо тебе большое. — Женщина медленно подошла к плите, заглядывая под крышку сковороды. — Очень вкусно пахнет. — Вы так много для меня сделали, я просто хотела отплатить вам тем же. — Девочка нервно теребила ворот блузки. — Тебе не стоит так напрягаться. Всё… — на секунду женщина запнулась, словно подбирала нужное слово. Глаза её моментально помутнели, а с лица сползла хоть и фальшивая, но улыбка. — …хорошо.       Лира поникла еще больше от этих слов, Эрин поспешила удалиться с кухни, но чуткий слух брюнетки успел уловить звук всхлипов. Девочка понимала, что сейчас всё это крайне сложно пережить и она не сможет залечить рану от этой потери. Но сделает всё возможное, чтобы хоть как-то заглушить боль. Как только в проходе появилась женщина, что смахивала слезы со своих щёк, Лира подскочила со стула и кинулась обнимать Эрин. От таких действий миссис явно опешила, но без слов обняла девочку в ответ. — Эрин, — женщина внимательно начала вслушиваться в каждое слово — я понимаю, что не смогу ничего сделать для вас такого, чтобы облегчить вашу боль и уж тем более не смогу вернуть Май к жизни. — Услышав имя дочери, Эрин крепче сжала тело девочки, снова по её щекам потекли слезы, которые она так старательно скрывала. Казалось, что сейчас их количество абсолютно нескончаемо. — Но я постараюсь сделать хоть что-то для вас с Лоренсом. Вы единственные близкие люди, которые у меня остались.       Эрин не произнесла ни слова, она просто начала тихо плакать, обнимая девочку. Столь чувственный момент прервал Лоренс, появившийся в проходе. Лира отпрянула от женщины и взглянула на главу семейства, она хотела начать говорить ему то же самое, но мужчина лишь одним своим движение остановил её. Он опустился перед ней на колени и заключил в крепкие объятья, широкие мужские плечи легонько подрагивали. Брюнетка в ответ слегка коснулась его мускулистой спины теплыми ладонями. Лоренс слышал часть их разговора, а Лира поняла это без каких-либо объяснений. Это утро выдалось одним из самых тяжелых, что когда-либо переживал каждый из этих троих. Раньше за прочным деревянным столом было много разговоров во время приёма пищи, все что-то рассказывали и просто наслаждались обществом друг друга, но в этот раз все было иначе. Никто даже и не думал что-то говорить, пока Лоренс не начал первый. Мужчина привлек внимание остальных легким кашлем, дрожащими руками он положил приборы на стол и скрестив руки на груди начал свою тираду. — Все здесь присутствующие понимают, что ничего мы изменить не сможем. — И как бы больно это ни было — это было правдой. — Этот ублюдок, Уилльям, должен понести наказание, но никто не решиться лезть на рожон. Потеря, которую мы понесли… — на секунду мужчина прервался, лицо его нахмурилось еще пуще прежнего, а глаза моментально почернели, утратив свой былой блеск — …слишком велика. — Лоренс, к чему ты клонишь? — Эрин была как-никогда серьезна, она не имела ни малейшего понятия, что замышлял её муж. — Нам нужно уехать отсюда и как можно скорее. Всё в этом месте будет напоминать о нашей дочери, Эрин. О дочери, которая погибла. — Тон мужчины незаметно повысился. — Но куда ты предлагаешь уехать? Всё, что у нас есть — это твоя мастерская и мой магазин! — Женщина была в замешательстве, идея Лоренса казалась ей безрассудной, но в то же время она понимала, что жить они здесь не смогут. — У меня есть один приятель, который у меня, так скажем, в долгу. Сегодня я навещу его и он поможет нам быстро продать дом и найти новый. Думаю, небольшой городок на западе нам подойдет. — Мужчина поднялся из-за стола, прихватив грязную посуду, он поставил её в раковину. — Лоренс, погоди, какой это еще приятель у тебя есть? Я ничего не понимаю. Это всё слишком. — Женщина облокотилась на стол, прикрывая лицо руками. Мужчина ещё держался, но вот его излюбленная жена уже давно дала волю чувствам. — Милая, — Лоренс подошел к жене, свою большую ладонь он медленно положил на подрагивающее худощавое плечо. — Я понимаю, что тебе очень непросто сейчас, как и нам всем, но эта необходимая мера. Все мы сейчас можем быть подвержены опасности, тем более Лира, и если что-то случится… — мужчина прервал свою речь, он не хотел произносить такие резкие слова при живой девочке, которая прямо сейчас внимательно слушала главу семьи. — … то мы не сможешь пережить такое ещё раз. Ты же это понимаешь?       Эрин аккуратно положила свою хрупкую кисть, на руку Лоренса, которая всё ещё держала её плечо. Женщина спокойно поглаживала мозолистую руку, произнося слова настолько тихо, что для того, чтобы услышать хотя бы звук, нужна была гробовая тишина. — Я понимаю, дорогой. Я всё понимаю, делай, что должен, а мы с Лирой начнем собирать вещи. Правда, милая? — девочка лишь безмолвно кивнула на вопрос женщины, давая утвердительный ответ.       Лоренс услышал то, что хотел. Он ещё раз поблагодарил семью за завтрак и ушел из комнаты. В коридоре ещё было слышно, как мужчина собирался, как прозвенел колокольчик у входа, и как захлопнулась дверь. Эрин лениво и без особого аппетита ковырялась в тарелке, иногда неприятно шаркая металлом по керамической тарелке. Лира же обеспокоенно бросала взгляд на потухшую женщину. Ей хотелось задать вопрос, который начал её мучать почти что с раннего утра. Наконец, набрав в легкие побольше воздуха, она начала говорить. — Эрин, сегодня меня мучает один вопрос и я хочу узнать, что думаешь по этому поводу. — Девочка скомкано и как-то несвязно вымолвила слова, казалось было, вопрос простой и ответ на него известен, но Лире он покоя точно не давал. Женщина на удивление резко перевела свой взгляд на девчушку, ожидая продолжения. — В общем, я думала о брате, что теперь будет с Рэем? — Эрин ожидала любой вопрос, но точно не такой. Вилка, которую она лениво держала в руках, с противным звоном упала в тарелку. Она уставилась на Лиру прожигающим взглядом потускневших глаз. На секунду девочка заглянула в них, ожидая увидеть гнев, но увидела скорее беспокойство, отчего на душе стало чуть легче. Даже несмотря на то, что всему точно пришел конец, Лира все равно продолжала думать о брате. Эти мысли, о таком поганом человеке до сих пор не покидали её бедную голову и уже обустраивались в её ноющем сердце. — Лира, дорогая. — Начала Эрин тихим голосом, слегка с хрипотцой. — Ты же не собираешься идти к нему? Ты же понимаешь, что он может сделать с тобой всё, что угодно? Я не думала, что скажу когда-то такое про Рэя, но он отвратительный человек, смерть ваших родителей, эти игры… Всё это — погубило его, и не оставило ничего хорошего. Нам, с Лоренсом, ты как родная, мы не хотим тебя потерять. — Женщина медленно положила свою холодную ладонь на ручку Лиры. — Не ходи к нему, мы не сможешь вынести, если с тобой что-то случится. — Девочка наконец-то осмелилась полностью взглянуть на Эрин. Её зеленые глаза были полны скорби и мольбы, она буквально готова была разрыдаться на месте, лишь бы не пускать девчонку к этому человеку. — Не переживай, я не пойду, правда. Я просто, хотела знать, что ты думаешь, по поводу этого всего. — На секунду Лира почувствовала вину, за то, что заставила эту бедную женщину, которая и так уже погрязла в горе, ещё больше переживать. В этот момент всякая мысль о Рэе сразу отступила прочь, ей незачем беспокоиться о брате, который в нужный момент не мог так же побеспокоится о ней. — Давай лучше я тут уберу всё, а ты отдохни. — Девочка встала из-за стола и начала убирать грязную посуду, Эрин лишь улыбнулась ей из всех сил, что у неё были, и пропала где-то за пределами кухни.       В то время пока на одном конце города все было относительно спокойно, на другой неслась буря. Дорогое авто не спеша подъехало к старенькой квартирке. Из машины вышел Уилльям, он аккуратно поправил свой костюм, держа в руках ту самую трость, которую поспешно приказал слугам отмыть от капель девичьей крови. Вслед за ним из авто так же вывалились амбалы, было ощущение, что без них он максимум ходит в ванную комнату. И то, скорее всего, оставляет их где-то рядом. Мужчина медленно прошёлся ко входу, постукивая каблуками дорогой обуви по уже высохшему асфальту. Набалдашником трости Уилльям звонко ударил по двери, с учётом того, что она пережила, это было крайне опрометчиво, но его не волновало ничего, кроме того паренька, который точно находился в помещении. Перед своим визитом, мужчина конечно же уточнил, не зависает ли Рэй в казино или не проводит ли свой досуг еще в каком-нибудь захудалом и нелепом месте. Было бы весьма неприятно, если бы столь уважаемая персона направилась в гости, а гость бы и не ждал его вовсе. Внезапно из-за двери раздался голос. — Кто там? — слегка подрагивающим голосом спросил парень. — Рэй, дорогой, открывай скорее. Невежливо заставлять гостей ждать.       По спине юноши прошёлся холодок, он не ожидал этих гостей так скоро. У него было ещё время и он не понимал, по какой причине Уилльям сейчас пришёл по его душу. Дрожащий рукой, парень открыл дверь. Хищный взгляд карих глаз моментально впился в Рэя. Белоснежная улыбка озарила морщинистое лицо, Уилльям явно был рад видеть своего старого знакомого. — Вот мы и снова встретились, уважаемый Рэй. — Мужчина зашёл в помещение, парень даже не сопротивлялся, потому что знал, что если этот человек здесь, значит он все равно не уйдёт, пока не получит то, что ему нужно. — Не ожидал, что увижу тебя в добром здравии, думал, что ты поспешно убегаешь от проблем, как обычно ты это делаешь. — Рэй зыркнул на Уилльяма, опять он читает его мысли, одну за другой. — Но ты не переживай, дорогой друг, я не по твою душу. Просто хочу предупредить. — Мужчина похлопал парня по плечу, чтобы успокоить, но это лишь напрягло юношу. — Я пришёл, чтобы сообщить новость. — Какую ещё новость? Я ничего не понимаю, зачем ты здесь? Я отдам тебе всё, у меня ещё есть время! — Нервы Рэя начали сдавать, он каждой клеточкой своего тела чувствовал напряжение. — Перебивать невежливо, разве тебя этому родители не уличили? — Уилльям слегка был недоволен тем, что парень так нагло прервал его монолог. Он звонко ударил тростью по полу, от чего тот жалобно проскрипел. Слегка успокоившись Уилльям продолжил. — Я хотел рассказать тебе о том, что условия нашего договора меняются. Твоя сестра, милая девочка, сбежала. Так что теперь все будет по другому. — Рэй опять хотел перебить мужчину, но вовремя осекся. Уилльям выжидающе пялился на него, поэтому парень осмелился сказать хотя бы пару слов. — То есть как..? Лира сбежала от тебя? — Рэй медленно опустился на помятый диван, парень не мог поверить в слова своего врага, но врать этот человек точно не стал бы, как минимум в этой ситуации ложь была ни к чему. — Но даже если и так, какие условия договора теперь? — Уилльям ухмыльнулся на собственные мысли. — Знаешь, Рэй, меня забавляет тот факт, что ты, после такой новости, до сих пор думаешь, как бы спасти свою шкуру, но не о том, что с твоей горячо любимой сестрой. — Стальной взгляд впился в бедного парнишку, его пристыдили, а главное кто. Человек, который даже и не думал заботиться о ком-то. Человек, которому абсолютно плевать на человеческие чувства, сейчас пытается вызвать чувство вины и стыда, хотя сам ни капли не лучше. — Не думаю, что ты стал бы утешать меня, как заботливая матушка, если бы вдруг я развел здесь сопливую сцену. Перейдем к делу, что с договором? — Парень твердо поставил свой вопрос и отходить от темы больше не собирался. Уилльям слегка опешил и даже на каплю зауважал Рэя после его слов, но всего лишь на каплю. — Мне нравится твоя напористость, уважаемый Рэй. — Мужчина слегка ухмыльнулся и продолжал упорно пялиться на парня, пока тот старался держать планку и так же сверлил взглядом собеседника, ожидая ответа. — И так, в самом начале тебе был дан срок до конца месяца. И я тут подумал, в ходе нашего разговора, что будет разумно, если мы оставим все как есть. Если до конца августа ты не вернешь мне долг, то будешь платить своей жизнью. — Но до конца августа осталось буквально пара недель! Ты шутишь или что? Где я возьму такие деньги?! — Рэй вскочил с дивана и поравнялся с мужчиной, он находился в опасной близости от Уилльяма, казалось, что они сейчас буквально соприкоснуться носами. Охрана, что стояла позади мужчины напряглась и сделала шаг вперед, но их тут же остановил наниматель легким движением руки. — Рэй, я дал тебе кучу времени, чтобы найти деньги. — Мужчина положил свою жилистую руку на плечо парня и слегка оттолкнул его, выводя лишнюю персону из своего личного пространства, тем самым остужая юношеский пыл. — Да, ты прав, до конца месяца всего лишь пара недель, но это не мои проблемы, время у тебя было. Так что разбирайся сам, как ты и говорил, я не твоя матушка, чтобы утешать тебя. — Уилльям отошел на несколько шагов, явно показывая, что этот разговор он точно собирается закончить. — И да, Рэй, попробуй насладиться этим прекрасным временем, августовские солнечные деньки так и манят. Согласись, летняя пора — прекрасна. Главное, чтобы она не стала для тебя последней. Разрешите откланятся, уважаемый господин. Буду ждать от вас вестей.       Мужчина медленно вышел из квартиры, а за ним и его прислуга. Дверь с грохотом захлопнулась и чудом не повалилась снова на пол. На улице послышался звук заводящегося мотора и было слышно, как это дорогое авто, что Рэй видел в проеме секунду назад, уже поспешно удалилось из района.       Слова Уилльяма сильно напрягли парня, ему предстоит раздобыть небывалую сумму, и он даже представить не может, как это сделать. Но об этом он подумает немного позже. Его поразило то, что Лира смогла сбежала от этого человека. Конечно, без помощи такое просто невозможно и тут парня озарило. — Ну конечно. Май. — Рэй начал собираться и пулей вылетел из дома.       Он вспомнил, как эта заносчивая девчонка постоянно донимала его, не удивительно, что она пошла на такой риск ради подруги. Идти Лире было некуда, так что парень сразу направился к дому Май. Он точно знал, что сестра там. Как и говорил Уилльям на улице был прекрасный летний день, но вся эта чудная пора проходила мимо него. Рэй хотел увидеть Лиру, но даже если он её увидит, что будет дальше? Вероятней всего она уже не простит его. И парень это понимал. Всё это время он ничего не делал для её спасения и постоянно находил оправдания. Он настолько долго откладывал свои проблемы на «потом», что совсем забыл, на кону стоит жизнь. И ладно его жизнь, свою-то шкуру он обязательно спасет, но вот свою сестренку вряд-ли. Так и получилось. Её спасли и это был не Рэй, что весьма печально.       В потоке размышлений, парень быстро дошел до пункта назначения, он не стал заходить внутрь магазина, а принялся следить за всем, что происходило в помещении. Рядом со зданием стояли несколько скамеек. Он поспешно присел на одну такую и стал наблюдать через большие магазинные окна за происходящим. На двери висела табличка «Закрыто», что насторожило парня. Обычно Эрин никогда так рано магазин не закрывала и Рэй это прекрасно помнил, может быть за несколько лет его отсутствия в этом месте что-то и поменялось, но парень в этом сильно сомневался. В самом же помещении проходил настоящий ураган. Он заметил, что владелица этого места складывает весь товар в коробки, попутно что-то отмечает в документах и мечется от одного места к другому. Из-за городского шума было не понятно, что она говорила, хотя слышимость всегда была хорошая. Парень лишь заметил, что она кого-то позвала и тут его сердце пропустило удар, а глаза предательски начали выдавать удивление. Из-за угла выскочила Лира, которая притащила еще несколько пустых коробок. Они с Эрин начали что-то бурно обсуждать и Рэй очень сильно хотел бы узнать, что именно, но сейчас пустота и белый шум заглушили всё вокруг, даже звуки, что окружали его до этого момента испарились в секунду. Девочка мило улыбнулась женщине, когда та потрепала её по голове. Лира быстренько убежала выполнять дальнейшие указания женщины, а сама Эрин вновь что-то заполняла в документах.       Парень встал со скамейки и быстро ушел в противоположном направлении от магазина. Хотя ему очень хотелось ворваться в помещение, обнять сестру и извиниться перед ней, за все, что он сделал. Но его там никто не ждал. Рэй шел по улице, сбивал прохожих, когда ему гневно кричали что-то вслед, он не замечал. Было уже все равно, собственные мысли заполнили голову, ему было не до каких-то там людей. Медленно боль и чувство вины накатывали всё сильнее, впервые за долгое время он дал волю чувствам настолько, что слезы покатились по щекам. Парень понимал, что виноват, но вот исправить он уже ничего не мог. Постепенно слезы прекращали литься, но в голову вонзились воспоминания, где он еще маленький обещал отцу, что будет защищать сестренку, что никогда не бросит её. В итоге, он всё испортил.       Рэю было больно, больно от собственной ничтожности, он слишком долго себя жалел и теперь нужно решить все накопившиеся проблемы. Юноша зашел в дом и начал размышлять, ни минуты больше он не хотел тратить. В его голове были мысли только о деле. Но ничего путного не приходило на ум. Конечно, он мог взять в долг у «друзей», но это была не самая лучшая идея. Эти «друзья» от Уилльяма не сильно-то и отличались. Он так же мог продать всё ценное и даже жилье, но это вышло бы не более пятидесяти тысяч фунтов, а этого маловато. Но копаясь в чертогах своего разума, Рэя будто осенило. Он подлетел к шкафу со своими вещами, в котором не позволял копаться никому, хотя вредная сестренка всё время рвался навести там порядок. Парень начал что-то судорожно искать. Его привычка не выбрасывать хлам оказалось очень полезной. В старой коробке с безделушками он отыскал старенькую, местами потертую визитку.

«Говард Фултон. Юрист. 44 20 7923 4000.»

      Рэй помнил, что сохранил визитку того юриста, который когда-то сотрудничал с его отцом. В то время он сильно помог парню, может и сейчас он поможет ему. Верить в то, что спустя десять лет этот номер всё ещё действует, а с господином Фултоном ничего не случилось — было глупо. Но это последний шанс хоть как-то исправить ситуацию. Рэй подошел к телефону и поспешно набрал номер, в трубке послышались гудки, это означало, что номер хотя бы рабочий. И на том спасибо, что он может дозвониться хоть куда-то. На другом конце провода кто-то взял трубку. — Добрый день, юридическая компания Говарда Фултона, слушая вас. — Мягкий женский голос вселил надежду в парня, возможно ему удастся найти помощь. — Добрый день, мне нужно чтобы вы соединили меня с господином Фултоном, у меня к нему личное дело. — Голос Рэя слегка подрагивал, то ли от волнения, то ли от страха, то ли всё вместе. Было непонятно. — Секунду, сэр. Ожидайте пожалуйста. — На секунду в трубке повисла полная тишина, но сразу же парня словно оглушил громкий голос Говарда. Рэя пронзил и холод, и жар одновременно. Это был тот самый юрист, что приходил к нему много лет назад. — Говард Фултон слушает вас, говорите, по какому делу вы обращаетесь? — У мужчины был слегка торопливый и не заинтересованный голос. Было слышно, что он копался в каких-то бумажках и был весьма занят, но от обслуживания очередного клиента никогда не отказывался. — Добрый день, это Рэй, вы ранее сотрудничали с моим отцом, его звали Маркус. Вы, после трагедии с родителями, сильно помогли мне десять лет назад. — Парень сделал паузу, он надеялся, что юрист вспомнит его. Шум бумаг на фоне резко прекратился. — Господи, Рэй, неужели это ты? Не думал, что ты спустя столько времени обратишься ко мне, думал, ты уже позабыл старика. — Мужчина слегка усмехнулся на собственные слова, это помогла парню чуть-чуть расслабиться, но память о предстоящем разговоре снова напрягала его. — Господин Фултон, простите, что так резко, но мне срочно нужна ваша помощь. — Парень чувствовал, что Говард сможет ему помочь, может быть это была просто слепая вера в собственный успех, а может и правда истинное ощущение. Рэй не знал, но хотел разобраться хотя бы с одной проблемой. — Что случилось, сынок? — Мужчина напрягся, по тону парня он слышал, что случилось что-то серьезное. — Прошу прощения, но подобные вещи лучше обсуждать лично, можно ли как-то с вами встретиться? Мне очень нужна ваша помощь. — Рэй не переставал повторять свои слова о помощи, всё-таки это был единственный способ хоть как-то исправить положение. — Понял тебя, сынок. Приходи завтра в мою контору в обед. И адрес запиши.       Рэй поспешно взял листок с ручкой и записал сказанный Говардом адрес. Еще раз тысячу раз поблагодарив мужчину, парень тепло попрощался с ним. Завтра предстоит сложный день. Но теперь у него появилась надежда на спасение.