Солнце заходит завтра

      На следующий день Лира со своей новой семьей рано утром уже собиралась уезжать из города. Она проснулась в довольно растерянном состоянии, не понимая, то ли это было, чего она так хотела. На душе была пустота от неизбежной разлуки со старым, родным местом, словно она прожила здесь всю свою жизнь, хотя её жизнь только начиналась. Каждый угол этого города, каждая стена дома, в котором она сейчас была — были для неё тем, от чего она не могла отказаться. Но девочка понимала, что это было необходимо. В голове роились тревожные мысли, она не могла принять тот факт, что уезжает из места, где некогда играла с подругой, где росла и училась говорить, писать и ходить. Её тяготила мысль о том, что она покинет родные края на долгие годы, а возможно и навсегда. Лира не могла поверить, что оставит место в котором когда-то познакомилась с Лулу, но мысль о странном мальчике только сделала ей больнее и расковыряла старую рану в сердце. Девочка сразу же решила отбросить воспоминания, которые заставляли её глаза слезиться. В сердце что-то предательски закололо, когда Лира начала думать о Рэе. Она неспешно собирала вещи в чемодан и грустно смотрела в пустоту. Рэй. От одного только имени становилось так тошно и мерзко, но в то же время, в сердце теплилось приятное чувство родства, она все-таки любила его. И сколько бы лет ни проходило, она все равно будет любить его. Девочка это понимала и поэтому это была ещё одна причина не уезжать. Ещё одна причина остаться, верить и надеяться, что все это просто был страшный глупый сон, что она может сейчас просто вернуться домой, прибежать в квартирку и броситься в объятия брата. Но мечты были только мечтами, а сны были снами. Лира осознавала, что всё, что сейчас приходило ей на ум, было всего лишь её ностальгическим бредом. Может быть она и хотела поверить в сказку, но это время заставило её повзрослеть еще больше, чем она была уже. Всё это было лишь издевательской игрой сознания, заставляющая верить, что жизнь может вернуться в былые время, хотя это было нереально.       Как только все остатки вещей были собраны, снаружи магазинчика стояло авто, с небольшим грузовым вагончиком сзади. Лира вышла наружу, где её ждали Лоренс и Эрин, а точнее «мама» и «папа». Она тащила за собой свой чемодан и тяжело вздохнула, останавливаясь перед машиной. Лира начала осматриваться. В её глазах словно проплывали воспоминания прошлого. Она смотрела на пустую улицу, которую только начал освещать рассвет, на каменные дорожки, на трамвайные рельсы; Лира вспоминала, как она с огромной радостью каталась на трамвае, еще в самом детстве, она вспоминала, как по этим улицам ходили прекрасные дамочки, с кружевными зонтиками от солнца. И конечно же такие девушки были в других местах, так же как и трамваи, и каменные дорожки, они не были достопримечательностью только этого захудалого городишки, но всё-таки в другом месте это уже будет не то, что здесь. Девчушка снова тяжело вздохнула, пропуская через легкие свежий утренний воздух, который еще не был наполнен пылью. Её плечи приподнялись очень нелегко, словно на них лежал непосильный груз. Особенно тяжело было смотреть на этот двухэтажный дом, с мастерской и шляпным магазином. Всё внутри неё сжалось до размеров горошины, когда она поняла, что не вернется сюда, что больше не увидит, как Эрин подметает именно эти ступеньки, не увидит, как именно за этими окнами будут пестрить её шляпки. Сквозь пальцы, будто песок, ускользали счастливые воспоминания, на глазах почти были слезы, но из печальных размышлений её вырвали родители. — Лира, милая, пойдем. Нам пора… — Эрин позвала Лиру нежным голосом, касаясь её плеча. Она знала, как девочке тяжело было покидать это место. Она сама не хотела уезжать, ведь для них с Лоренсом это было не менее важное и наполненное воспоминаниями пристанище, но им правда нужно было уезжать. Лоренс аккуратно забрал чемодан из рук брюнетки, стараясь не тревожить девочку, хотя та, даже не заметила, и уложил его в авто.       Девчушка кивнула и пробормотала тихое «да», она склонила голову и села в машину. Её сердце упало и возможно даже осталось где-то там, на пороге уже пустого дома. Мужчина заботливо пристегнул её ремнем безопасности, и сев с женой на передние сидения, завел двигатель. Авто тронулось с места, колеса медленно начали отъезжать по дороге, в окне пейзажи города сменялись одни за другим, пока вовсе не вышли на лес и проселочную дорогу, Лира обернулась в последний раз, взглянув на город своими синими глазами., в которых читалась беспробудная печаль и горечь утраты. Где-то там остался Рэй, где-то там была её прошлая жизнь, но сейчас всё это не имело значения. Сейчас это уже было не важно.       И бытие шло своим чередом. После того, как Лира со своей новой семьёй обрела новый дом, на её душе воцарился покой. Она снова почувствовала себя живой, как будто бы её место всегда было там, где она сейчас, ни рядом с Рэем, а здесь, с людьми, которые даже не были её родными родителями, но которых она любила больше всех на свете сейчас. Несмотря на то, что она очень долгое время печалилась по поводу переезда, в новом месте она освоилась довольно быстро, понимая, что здесь она так же сможет создать счастливые воспоминания, ведь её дом был там, где была её семья. Конечно, в её юном девичьем сердце теплилась любовь к брату, но Лира строго заключила её под замок. Она не знала, что он мог измениться и не верила в это, как бы ни старалась, душа не позволяла ей снова впустить чувства доверия к парню. И с одной стороны это было правильно, но с другой жестко, между ними образовалась пропасть размером с земной шар и теперь преодолеть её было бы не так легко. Казалось любая попытка заставила бы одного из них погибнуть, ведь перепрыгнуть бездонную яму может лишь глупец из сказки, где всего можно ждать счастливый конец. Лира бы не рискнула бросаться в омут с головой снова, не стала бы рисковать собой ради брата в очередной раз и у неё не было желания подвергать себя опасности, учитывая то, что он ради неё и пальцем не пошевелил. Эта мысль и осознание действительности в самом деле ранили брюнетку, но именно поэтому она решила забыть о том, что в этом мире у неё еще была родная кровь. Лира хотела спокойной жизни со своими родителями, а не очередных приключений. Девочка мечтала прожить свою оставшуюся жизнь без забот и проблем, даже если бы заботы были, она бы хотела, чтобы это была двойка в школе или разбитая коленка из-за беготни по улице, но не более того. Она мечтала о том, чтобы начать ходить в обычную школу, завести друзей и никогда больше не вспоминать о тех смертях и страданиях, что она пережила. Конечно, Лира никогда это не забудет, но это постепенно становился пережиток прошлого, старые раны затянуться со временем, шрамы больше не будут зудеть и сердце наконец-то начнет биться с новой силой. И это касалось не только девочки. Эрин и Лоренс тоже бы начали жить счастливее, только вот на их сердцах рана от потери Май не заживет никогда, время от времени будет кровоточить и ныть, как бы счастлива их жизнь ни была на данный момент. Они искренне любили Лиру и готовы были быть для неё надеждой и опорой, но Май они всегда будут хранить в своём сердце, и пусть даже никто не сможет оправиться от этой потери, нужно было жить дальше, каждый это понимал. В сказку верят лишь наивные беспечные люди, не знающие печали и горести, либо настолько уже отчаявшиеся, в жизни которых не остается больше надежды, кроме глупых сказок, написанных руками таких же глупых людей. Печально было осознавать груз ошибок, тревог и вечной, непоколебимой скорби. Рэй никогда не сможет простить себя за то, что он сделал. Он никогда в жизни не простил бы себя за то, как поступил с маленькой Лирой, и пусть ветхие доски на полу в его квартире, впитавшие в себя мальчишескую кровь, всегда будут напоминать ему о том, что он сделал и чего делать не должен был. Рэй бы винил себя до конца жизни, и жалел бы себя вечность, но если бы его грешную душу не спас дорогой сердцу человек, он бы не так долго проживал в этой вечности. Рэй бы прожил свою жизнь и её конец наступил бы в сентябре. Осень — пора ушедшей любви, летней тоски и тепла. Та самая пора, которая нагоняет грусть, и заставляет задуматься о скоротечности жизни. Юноша не познал бы этого, если бы на долю не выпала счастливая звезда, он вечно будет вспоминать это, и точно никогда не забудет о содеянном. Он скорбел по Лире, и пусть она была жива и в добром здравии, он всегда будет считать её человеком, с которым им больше не суждено будет встретиться, словно они теперь жили в разных мирах. И Рэй даже не мечтал о возможности объясниться и извиниться перед сестрой, хотя простых извинений было бы точно мало. Им просто нужно было жить дальше, жить с той болью и сожалениями, которые остались в их душах. И пусть даже кого-то это терзает до конца существования, они бы все равно продолжали жить, несмотря на тяготы судьбы.       Время утекало сквозь пальцы, словно песок в пустыне. Иногда, под палящим солнцем не хватало воды, и всё сущее умирало без живительной влаги. Но каждый справлялся с проблемами, подобными этой метафоре, по-разному. В новом месте, Лоренс и Эрин обосновались в хорошем доме, даже за меньшую сумму, чем они ожидали. Это был такой же дом, с магазином и мастерской на первом этаже. Эрин была счастлива узнав, что это место Лоренс успел занять раньше, чем другие желающие. Лира тоже была счастлива, что частичка её прошлой жизни всё-таки сохранилась. Постепенно они начали снова развиваться, строить всё с нуля. Лира, как и хотела, пошла в школу, завела друзей, и кажется обрела жизнь, о которой всегда мечтала. В её глазах больше не было страха, она словно снова стала просто девочкой, со своими проблемами, но явно не касающимися взрослой жизни. Девочка жила так, как и должна была изначально, она уже забыла о прошлом и старалась думать о своем будущем.       Эрин открыла шляпный магазин, ведь свою страсть к шляпкам она не забыла. Женщина всё так же заботлива шила головные уборы и её изделия пользовались спросом здесь гораздо больше, чем на прошлом месте. А Лоренс открыл мастерскую, снова, так же начиная всё с чистого листа. Они с женой продолжали своё дело и даже не ожидали, что их труды окупятся быстрее и будут востребованы здесь больше. Это приносило радость всем, и наконец они могли жить так, как хотели.       Постепенно Лира росла. Сначала ей стукнуло шестнадцать, потом восемнадцать, а затем и двадцать. Она постепенно становилась прекрасной девушкой, её длинные темные волосы стали мягче и ровнее, по сравнению с её юношеством. Она уже была не просто девочкой, которая бегает по улице и задирает мальчишек, она стала девушкой, которая заботиться о себе и о родителях, которая старается выглядеть взрослее и мудрее, но сохраняет свой бойкий характер. Она долго думала над своим будущим и определилась в том, что хотела. Лира мечтала быть писателем, ей бы хотелось поведать свою историю с помощью печатной машинки и пары слов. Сейчас она верно шла к этой мечте, и у неё действительно был талант. Девушка постепенно становилась всё известнее, а её красноречие и талант были на вес золота. Её небольшие рассказы начали печатать в газете, а более крупные произведения даже стали появляться на полках книжных магазинов. Это несомненно радовало не только Лиру, но и Эрин с Лоренсом, они искренне поддерживали дочь в её начинаниях и желали её только лучшего в её карьере. Что же до них самих, за эти пять лет эти двое немного постарели, на их лицах стали явно проявляться морщины, а жизненные силы становились меньше, но это была неизменная часть жизни. Лира бы продолжала любить их и заботиться столько, сколько бы это понадобилось, ведь они делали для неё тоже самое до сих пор. Эрин постоянно спрашивала успела ли девушка поесть в перерывах от своего писательского искусства, а Лоренс вечно заставлял одевать шапку в зимний сезон, даже если на улице было тепло. Хоть это иногда и утомляло, но это была приятная томность. Такое проявление любви и заботы только грело девичье сердце.       Это был теплый летний день. На небе светило солнце, а на некоторых деревьях только только начали распускаться цветы, весна была холодной и теперь ароматов мая было не дождаться так скоро, как хотелось многим. Западный ветер, ветра и бесчисленные дожди мешали теплой поре прийти на этот городок, благо сейчас люди могли наслаждаться прекрасной погодой и лучами небесной звезды. Прохожие незамысловато прогуливались по улице, кому-то, конечно, приходилось работать, но большая часть людей могла позволить себе отдых. Эрин не покладая рук трудилась над своими изделиями, стараясь сделать как можно больше перед важным событием. Сейчас атмосфера в их доме казалось была какой-то напряженной, хотя казалось бы, всё было хорошо и каждый был счастлив, но здесь явно было что-то не так.       Через несколько минут с верхнего этажа спустилась Лира. Она выглядела как всегда потрясающе, её тонкий силуэт выглядел бесподобно в легком белом платье, юбка которого была слегка полупрозрачной, длинные волосы аккуратно лежали на ее плечах, а улыбка и румянец на щеках только делали её очаровательнее. — Секунду милая..! Последний штрих! — Эрин усердно трудилась над простой плетеной шляпкой с широкими полями, пришивая к основанию белоснежную ленту и голубые цветы. Лира посмотрела на женщину и улыбнулась очень нежно, заметив легкую испарину на её лбу. — Ох, мама, не стоит так трудиться, ты все силы потратишь. — Лира подошла ближе к столу женщины. Она уже давно начала называть её мамой, как и начала называть Лоренса «папой». Это было гораздо роднее и ближе сердцу, чем просто имена. Девушка стучала каблуками своих очаровательных туфель и хотела положить руку на плечо заботливой матушки, но решила этого не делать, дабы не тревожить гения за работой. — Лира, твоя мама очень старается сделать тебе хороший подарок перед отъездом, ты же её знаешь, она никогда не оставит попыток удивить тебя. — Лоренс подключился в разговор, зайдя в шляпный магазин из своей мастерской. Он протирал руки от вязкой черной жидкости, либо же это был гуталин, либо масло — не понятно, но явно что-то трудно смываемое. — Лоренс, только попробуй дотронуться до чего-нибудь здесь своими грязными лапищами! — Эрин продолжала шить и ругаться на мужа, многозадачность явно была её хорошей чертой. Лира же звонко засмеялась от такой милой сцены. Она уже много раз думала, что они похожи на спорящих детей, которые не поделили песочницу, но это было настолько по-родному, что она даже с радостью за этим наблюдала. — Готово! — Вскрикнула Эрин и выбежала из-за стола, скорее подходя к брюнетке. — Ну же, примерь скорее, надеюсь, тебе понравится!       Лира аккуратно взяла шляпку из рук матери, она оглядела изделие и ей оно уже понравилось. Не только потому что это было красивым и очаровательным, но и потому, что было сделано руками этой заботливой женщины. Лира подошла к зеркалу и надела шляпку на голову, поправив своих кудри, девушка начала смотреть на себя в зеркало. И счастливая улыбка расплылась по её лицу, она наконец-то любила то, что видела перед собой. Её образ был такой нежный и воздушный, по ней и нельзя было сказать, что она пережила, казалось, что эта девушка была создание самих ангелов. Лира моментально повернулась к Эрин и кинулась к ней с самыми крепкими объятиями. — Спасибо большое! Она потрясающая, прямо как и ты, мама. — Эти слова тронули женщину до глубины души. Мать обняла её так же, сжимая хрупкое тело брюнетки своими жилистыми руками. На глазах Эрин выступили слезы, она была безмерно рада такой благодарности со стороны приёмной дочери.       Лира через какое-то время отстранилась от неё и тоже смахнула хрустальные слезинки, этот момент был невероятно счастливым, таким же, как и остальные, что были в её жизни последние пять лет. Лоренс же, почувствовавший себя обделенным любовью, начал слегка возмущаться. В шутку, конечно же, но всё-таки привлекающий их внимание. — Ну что вы тут сопли распустили! Эх вы, дамочки, слишком сентиментальные. — Мужчина шутливо махнул на них рукой и демонстративно отвернулся скрещивая руки на груди, словно был обижен. Лира слегка засмеялась от такого поведения отца. — Не переживай, пап. Тебя я не буду обделять любовью, уж поверь мне. — Лира подошла к Лоренсу ближе и хотела уже обнять этого большого «ребенка», но он остановил её движением руки, из-за чего на юном лице отразилось удивление и недопонимание. — Погоди, сначала я хочу кое-что тебе отдать. — Лоренс еще раз протер руки заляпанным полотенцем, но теперь они стали слегка чище. Он залез в карман своего рабочего фартука и вытащил тонкий золотой браслет с гравировкой. Мужчина взял маленькое запястье Лиры и начал аккуратно застегивать браслет. — Я конечно не ювелир, но надеюсь тебе понравится, я долго старался сделать его для тебя. Тут есть гравировка с инициалами нашей семьи, это чтобы ты всегда помнила о нас, где бы ты ни была. — Пока Лоренс старательно застегивал украшение на бледном запястье, его руки предательски дрожали от волнения, но он все-таки сделал это. Золото аккуратно обвивало ручку девушки и смотрелось очень минималистично, но это именно то, что Лира любила. На лице девушки была благодарна и любящая улыбка, которая не собиралась уходить ближайшее время точно. — Спасибо, папа. Я и так всегда буду о вас помнить, но этот подарок, будет для меня особенным напоминанием… — Брюнетка обняла отца, и уткнулась носом в его грудь, мужчина же в свою очередь растрогался, обнимая её в ответ своими сильными и крепкими руками, поглаживая мягкие волосы девочки.       Эта трогательная сцена могла бы продолжаться долго, да и вообще она могла бы не заканчивать никогда, но к сожалению время остановить было невозможно. Лира отстранилась от отца и повернулась к выходу, девушка аккуратно взялась за ручку чемоданчика и подняла его с пола. Лоренс обнял за плечо Эрин. В душах этих обоих, заботливых родителей начинала нарастать печаль прощания. Они вместе смотрели, как Лира подходит к двери, и сдерживали слезы. Напоследок их обожаемая дочь обернулась, чтобы сказать кое-что напоследок. — Спасибо вам, я обязательно вернусь, очень скоро мы встретимся вновь. Я обещаю! — Глаза девушки были на мокром месте, казалось она снова была готова расплакаться из-за этих прощаний и если бы заметила слезы на щеках родителей, то точно бы разрыдалась. — Удачной дороги Лира! — Мы будем тебя ждать.       Эрин махала вслед дочери носовым платком, время от времени протирая глаза, и Лоренс еле сдерживал себя от откровенного плача. Они не хотели так скоро расставаться с ней, но знали, что это необходимо. Это было необходимо для души Лиры.       Всё дело в том, что несколько месяцев назад её начали посещать разного рода мысли. И эти мысли были о Рэе. Лира не могла смириться с потерей брата, и пусть даже у неё было много времени, чтобы забыть его, она все равно не могла этого сделать. Ужасные чувства гложили её, она не знала, что он избавился от долга и мог жить дальше. Лира беспокоилась за его судьбу, несмотря на то, что он этого не делал в свое время. Но правда была в том, что сколько бы времени ни прошло, Лира всегда бы его любила, сколько бы он ни сделал гадостей, в какие бы передряги ни в лип, она бы всё равно любила его и беспокоилась о нем, как о своём старшем брате. Обсудив с родителями идею съездить в родной Лидс, они пришли к выводу, что она должна была это осуществить. Хотя изначально Лоренс был категорически против, он не хотел, чтобы его дорогая и любимая дочь отправилась туда, где ей грозила опасность в прошлом, но весомые аргументы со стороны Лиры спасли положение, и теперь она направлялась прямо на вокзал.       На станции было шумно, пыльно и грязно. Несмотря на благополучность города, в летнюю пору приходилось терпеть подобные вещи, особенно пыль, которая поднималась только от того, что мимо проходил человек, что уж тут говорить о целом поезде, который приезжал на станцию каждые пять часов. Девушка шла по дороге вдоль вагонов, пытаясь найти свой по билету, держа его в тонких бледных руках. Она иногда придерживала свою новую шляпку, чтобы потом ветра её не унесло куда подальше и вот, найдя наконец-то своё место, Лира быстро зашла в поезд. Внутри было уютно и чисто, аккуратные места, с удобными креслами, чистые полы и удобные полки, куда можно было сложить свой багаж, она была рада, что слегка больше заплатила за билет, но зато проводила время в таком замечательном месте, поездка обещала быть приятной.       Через несколько минут проводник с карманными часами засвистел в свой свисток, объявляя опаздывающим пассажирам, что поезд отправляется, Лира лишь смотрела в окно, наблюдая, как состав начал движение. Тревожные мысли слегка больше нарастали в её голове, а сердце билось всё быстрее в такт стуку колес. И это бы выматывало её и продолжалось бы вечность, если бы легкое покачивание и прохлада в вагоне не заставляли её расслабиться. Девушка не могла сопротивляться такой атмосфере поездки и в итоге заснула, оперевшись плечом на окно. Поездка была недолгой, так что считанные часы сна пролетели, как пуля над головой. Лира даже не успела проснуться, как вдруг её начал тормошить проводник за плечо. — Девушка, девушка просыпайтесь! Конечная станция, Лидс. — Мужчина говорил тихо, но достаточно для того, чтобы разбудить Лиру. — Что..? — она неохотно открыла глаза и посмотрела на мужчину, у которого были очень колоритные усы, Лира моментально почувствовала себя неловко из-за того, что выставила себя в таком не самом подобающем свете. Но спасибо можно было сказать и на том, что у неё хотя бы не потекла слюна во время сна, как это часто бывает. — Ох, прошу прощения! — Она тут же привела себя в порядок и забрав свои вещи, вышла из вагона поспешно поблагодарив проводника, на что тот лишь улыбнулся и сказал, что это «пустяковое дело».       Девушка выходила со станции уже когда было довольно поздно, на улице не было солнца, светила только яркая луна и звезды, она сразу же вспомнила тот вечер с падающей звездой. Нежная улыбка сразу же опустилась на её лицо, как только такая мысль посетила её голову раздробила камень прошлых воспоминаний. Девушка продолжала идти, слегка постукивая каблуками по каменной дороге. Город совсем не изменился, каким был, таким и остался. Тут всё так же делали вид роскоши, но на самом деле ей и не пахло вовсе. Каждый угол был пропитан бедностью и ужасом. Пока она шла дальше и дальше, то замечала бродяг в переулках, что не нашли лучшего места для сна, просто пьянчуг, которые слонялись мимо и девушек, которые явно не заботились о своем статусе, парочка из таких сейчас проходила мимо, что весела щебеча, словно птички под окном. — …Да-да! Представляешь, прямо так и сказал..! Ха-ха! — Лира зацепила краем уха их диалог, когда две яркие пьяные девицы проходили мимо неё, но сейчас это было не то, о чем стоило бы беспокоится. Лира лишь неодобрительно покачала головой, продолжая свой путь вперед, медленно прислушиваясь к тому, как их голоса всё больше отдалялись и растворились в ночной тишине.       По мере того, как девушка приближалась к своему прошлому дому, она чувствовала жар и зной, по всему телу. Как будто бы всё в её сердце сейчас кричало ей, что она должна остановиться, развернуться, уйти и убежать, пока не поздно. Но уверенные шаги продолжали ступать по дороге. Лира не была решительной, она не думала о том, что сейчас увидит брата в той самой квартире, не была убеждена, что он вообще жив. Но даже так, девушка не собиралась отступать, чтобы ни случилось. Пусть в её твердом сердце и поселилась смелость, смешанная со страхом, она не отступала. Но в её голове всё было по-другому, поганая и зудящая мысль начала проедать мозг, что если даже если и увидит брата… Что ей сказать? Как начать говорить? А если он вообще не захочет с ней говорить или не узнает? — все эти вопросы крутились где-то в сознании и на каждый у неё был свой ответ. Брюнетка старалась глубоко дышать и выкинуть лишние думы, именно сейчас она была готова ко всему, и вот, когда её взгляд упал на окна, что горели теплым желтым светом, она замерла, в легкие перестал поступать кислород и на мгновение ей показалось, что она сейчас умрет. Слюна накопилась во рту, руки дрожали, а лицо перекосило от страха. Лира остановилась на пороге дома, смотря на дверь, которая отличалась от той, что была здесь раньше. Она долго думала, прежде чем постучать. Здесь может жить уже совсем другая семья, но сейчас ей нужно было просто постучать и убедиться в этом. Может быть в её душе и была маленькая надежда на то, что Рэя тут нет, но эта надежда боролась с другой, которая говорила о том, что хочет видеть этот балбеса прямо сейчас. Девушка подняла свою тонкую ручку и пару раз ударила по дереву, ответа не было. Она постучала еще раз и теперь услышала, как открывается замок. В эти несколько секунд сердце колотилось как бешенное и когда дверь открылась её синие глаза цвета атлантического океана, столкнулись с голубой лазурью. Перед ней стоял Рэй, самый что ни на есть настоящий, живой Рэй. Губы Лиры свело от волнения, она только жадно глотала воздух, но не могла произнести и слова. Юноша мягко говоря тоже не знал, что сказать, пусть и не сразу, но он узнал свою повзрослевшую сестру, все воспоминания мигом пронеслись в его голове и теперь они оба стояли как вкопанные, но все же он нашел в себе силы начать диалог. — Лира..? Это ты, да..? — Рэй говорил тихо, дрожа от собственных эмоций, в горле пересохло и он уже почувствовал, как его горло раздирает пустынный песок. Лира же молчала, она знала, что это был до боли глупые вопрос, но брат всегда был таким, она выдохнула накопившийся воздух, словно сбрасывая груз. — Да, это я, братец, Рэй. — Девушка говорила так же тихо как и он, тонкое полотно ночных звуков нарушали только их голоса и стрекот сверчков, казалось, что время теперь было похоже на жвачку, оно тянулось бесконечно. — Ты… Кхм, как ты? — Лира хотела провалиться сквозь землю от такой глупости, может брат и повзрослел, но умнее не стал. Спустя столько лет он задал такой простой вопрос, отчего у девушки свело скулы от раздражения. Она подавила в себе крик и ответила спокойно, что это было очень тяжело в данной ситуации. — В порядке, как видишь. А что насчет тебя? — Лира посмотрела на брата слегка приподняв нос вверх, с ним она была такая слегка надменная, но это было даже как-то по-родному для Рэя. Он начал говорить, отводя взгляд в сторону, стараясь разглядеть что-то в собственном жилье. — Я неплохо, видишь ли я…       Рэй хотел еще что-то сказать, но голос из помещения перебил его. Был слышен звонкий женский голосок, который кажется забеспокоился о парне. Для брюнетки это было неожиданностью, она слегка приподняла брови, но не издала ни звука, обдумывая всё и делая предположения по поводу того, кем ему приходилась эта девушка внутри. — Рэй, кто там? Кто пришел? — Лира успела могла разглядеть невысокую милую девушку, которая появилась на пороге, она заботливо нянчила на руках слегка хныкающего ребенка, стараясь успокоить малыша. Сердце синеглазой девушки растаяло от такого зрелища и её раздражение сменилось умилением, она даже не могла представить, что жизнь её брата изменилась так радикально, она то думала, что он погиб или же вовсе не привел себя в порядок, продолжая прожигать года впустую. — Я потом тебе объясню Марта, мне нужно поговорить тут… — Рэй слегка прикрыл дверь квартиры, выходя на порог к Лире. Он запнулся на своих последних слова, не став объяснять своей жене, кто такой была эта девочка. Само же лицо Рэя приобрело пунцовый оттенок и легкая дрожащая улыбка, появилась на его лице, но тут же скрылась за серьезностью ситуации. — Ты женился? — Лира сейчас была очень молчалива, хотя большую часть времени она могла говорить часами. Удивление заставило её задать этот вопрос и теперь, она начинала менять свое мнение о брате в лучшую сторону. — Эм… Да, это моя жена Марта, и мой сын, ему недавно исполнился год. — Рэй снова слегка улыбнулся, поворачивая голову в сторону квартиры. Кажется он был искренне счастлив, что смог обрести семью, в его глазах читалась бескрайняя любовь. — Ты теперь тетя, вроде как. — Рэй потер шею и опустил взгляд на свои ноги, на его лице всё ещё была радостная смешинка, которая стала только шире, от этой мысли потеплело на душе у обоих, честно говоря. — Приятно знать это. — Лира снова бросила одинокую безразличную фразу и замолчала. Девушка нервно держала в руках чемодан, переминая его кожаные ручки и ей казалось, что они вообще не движутся в плане примирения, а лишь болтают так, словно никто из них и не хотел менять сложившиеся отношения.       Повисло неловкое молчание, для них это была словно пытка. Лире было стыдно и она уже хотела уйти, забыть о том, что случилось. Ей показалось это глупостью, которую она совершила. В её голове стойко поселилась мысль о том, что ей вообще не стоило приходить. А Рэй не осмеливался смотреть на сестру, чувствуя великую вину перед ней, и он знал, что это было именно то, что он заслужил. Им было сейчас, что обсудить, но слова просто не хотели вылезать из горла, казалось бы сам бог Велес запретил им говорить, но юноша все-таки осмелился нарушить этот запрет, сжав всю свою волю в кулак. — Не хочешь зайти..? Я пойму если ты скажешь нет, но нам на самом деле надо много о чем поговорить, наверное. — Рэй продолжал виновато опускать глаза перед Лирой и говорить тонким неуверенным голосом, понимая, что он сейчас в ужасном положении перед ней, но такая откровенность только улыбнуло Лиру, заставив отбросить злобу на брата. — Ну, если сказать честно, я бы не отказалась от чашечки чая, за ним и беседа пройдет хорошо. Эрл Грэй, надеюсь, есть? — Лира улыбнулась, нежно смотря на брата и спрашивая про чай, казалось сейчас она старалась скрыть эмоции, но на самом деле была безмерно рада. — Такой найдется. — Рэй усмехнулся продолжая потирать шею ладонью и неловко кивал, он посмотрел на Лиру, еле сдерживая слезы счастья от того, что она вернулась и готова была с ним поговорить.       Парень впустил её внутрь и закрыл дверь. Спустя столько лет она вернулась в свой прежний дом и готова была отпустить все обиды и боль, которую хранила в своём сердце. Этой ночью они будут много разговаривать, рассказывая друг другу о своих жизнях и попивая далеко не одну чашку чая. Эта ночь будет долгой. Рэй будет много извиняться, будет пролито много слез и много долгожданных объятий наконец-то найдут свое место в руках брата и сестры. Они найдут ту частичку родной любви, что потерялась в их душах и наконец-то обретут полное и светлое счастье.