Стоп-слово

- Тань, - тихо позвала Аня, поднимая взгляд на подругу. Они лежали на кровати и молча рассматривали друг друга. Девушка выводила непонятные узоры на облаченной в черный латекс Таниной груди, иногда спускаясь к плоскому животику. - Что, родная? - Голубые глаза на миг утонули в омуте карих, выразительность которых рождала легкую дрожь в теле темноволосой. - Зачем здесь клетка? - буднично поинтересовалась русоволосая, укладываясь удобнее в объятьях девушки. - Вообще для пет-плея, но я люблю эксперименты, - по ее губам скользнула легкая улыбка, но лицо подруги излучало спокойствие и серьезность, поэтому она сразу же сменилась сдержанностью. - Какие например? - взор девушки был направлен на клетку, поэтому мимолетная грусть Тани, не получившей ожидаемой реакции на двусмысленную фразу, осталась незамеченной для нее. - У меня есть мысль посадить тебя внутрь и поливать сверху воском. Такая практика позволяет человеку ощутить чувство мнимой свободы, когда ты в праве пытаться ускользнуть от горячих капель, но в итоге они все равно достигают тебя. - Рассказывая, темноволосая мысленно представила свою девушки внутри клетки и почувствовала легкое возбуждение от этих мыслей. - Интересно, - отозвалась Аня, которая все это время изучала выражение лица подруги. От нее не ускользнула властная полуулыбка, на долю секунды появившаяся на ее губах. Девушка тоже улыбнулась в ответ, потому что идея подруги пришлась ей по вкусу, - Что еще? - Тебе так не терпится узнать все, моя девочка? - ласково улыбнулась Таня, замечая огонек интереса в карих глазах. - Нет, - решительно покачала головой Аня и, заметив удивление подруги, добавила: - Мне хочется все попробовать! - Торопыжка, - усмехнулась темноволосая, нежно погладив русые пряди, - У нас полно времени, все успеешь, - добавила она, запутывая пальцы в волосах подруги. - Я хочу сейчас! - требовательно произнесла девушка, заглядывая в голубые омуты. Танины глаза каждый раз отражали ее настроение и одного взгляда всегда было достаточно, чтобы понять, злится она или нежна. - Ты разве не устала? - приподняла бровь девушка, оценивая внешний вид подруги. Несколько раз за пару часов Таня доводила подругу до исступления своими действиями, одновременно причиняя боль кожаным кнутом и ласку, своими прикосновениями. В этот раз, как и в кролике с пятихвосткой, на теле девушки она не оставила никаких следов, но зато подарила целый букет новых ощущений и самое главное - удовольствие. Вообще Тане нравилось оставлять на теле девушке красивые красные полосы, но сегодня был не тот случай, чтобы брать в руки что-то, что может оставить их. Хотя, конечно, кнут в умелых руках тоже может оставлять весьма болезненные следы, но умея правильно обращаться с опасным девайсом, девушка использовала его сегодня исключительно в целях доставить удовольствие русоволосой мазохистке. Анино влечение к флагелляции было гигантским. Вопреки ожиданиям девушки, она больше испугалась ее образа женщины-кошки, чем протянутого в руке кнута. Страх в карих глазах конечно же был, но кроме него там было такое сильное желание, что непонятно, чего было больше. На хлесткие удары по спине русоволосая отзывалась всем телом. Тяжело дыша, она влюбленно смотрела на Таню, желая продолжения. Только насытившись очищающей и всепоглощающей болью, она остановила подругу и почти сразу утянула ее в страстный поцелуй. Сама Таня усталости не чувствовала, но стойкое чувство насыщения не покидало ее. Ей было до безумия хорошо вот так лежать и обнимать свою любимую русоволосую мазохистку. Однако она хорошо понимала ненасытность своей нижней и невольно почувствовала приближающуюся опасность. Если позволить девушке слишком многое испытать в один день, это непременно разрушит их отношения. Это дважды проверенная на личном опыте истина: "После вкусной еды должно оставаться легкое чувство голода, иначе она теряет свой вкус". Увы, очень многие тематики в один момент испытывают слишком сильное перенасыщение, после которого чувство "голода" начинает преследовать их постоянно. Именно это разрушает союзы людей, и в ее жизни разрушило отношения с обеими подругами. С Ксюшей она сама перегнула палку в поисках постоянного контроля, но надо отдать должное той, что не позволила роковой ошибке случиться и Таня не покалечила ни себя ни ее. С Алисой все произошло слишком быстро и результат был плачевным. Девушка до сих пор винит себя в том, что позволила ей так много, не думая о последствиях. Покорность и страсть к связыванию чуть не погубили златовласку и надолго ввергли Таню в депрессию с бесконечно проматывающейся картинкой подвешенной к потолку девушки. Это была ее ошибка. Таня слишком многое показала ей в одночасье и вызвала перенасыщение, перешедшее в острый голод. Ко всему прочему она не сразу смогла заметить его проявления в поведении девушки, а когда заметила - было уже слишком поздно. Киса походила на паровоз, на всех парах несущийся к обрыву и он случился, низвергнув девушку в больничную палату. - Устала, - честно ответила Аня, пытаясь понять собственные чувства. Ей будто бы было мало того, что дала ей подруга, - Но как будто хочется еще.. Карие глаза вновь столкнулись с голубыми и Таня прочитала в них недоумение. Ласково улыбнувшись, она крепче прижала к себе подругу, нежно касаясь подушечками пальцев ее спины. Чувствительность кожи была высокая и Аня вздрогнула от смешивающихся ощущений от этих касаний. С одной стороны даже легкое прикосновение отдавалось болью, а с другой она чувствовала электрические импульсы, проходящие сквозь нее от этих невинных ласк. - Это нормально, что хочется еще, - отозвалась Таня, улыбаясь реакцией тела подруги, - Так и должно быть, моя девочка, - наклонившись к самому уху прошептала она и коснулась губами виска подруги. - А у тебя тоже.. такое чувство? - робко спросила Аня, вопросительно глядя на нее. - Нет, солнце, мне сейчас достаточно того, что ты рядом со мной, - ласково ответила девушка, умиляясь подруге, в больших глазах которой было так много вопросов, которые она несомненно однажды задаст ей. - Почему тогда у меня оно возникло? - Разница в опыте, - отозвалась девушка, тронутая любознательности подруги, - Для тебя все новое и хочется быстрее все узнать, - быстро пояснила она, замечая что Аня недобро хмурит брови. Ревность девушки Таня успела очень хорошо ощутить за эти месяцы. Не только к подругам, но и вообще ко всему. Это к счастью не выглядело как сумасшествие, но заставляло темноволосую избегать двусмысленных выражений, в которых девушка могла найти скрытый подтекст. Впрочем Таня и сама была жуткой собственницей и иногда ловила себя на мысли, что ревнует подругу даже к ее одногруппницам и что самое смешное, к собственным подругам. Когда Аня о чем-то мило беседовала с Ксюшей или Кисой у темноволосой рождались нехорошие мысли, особенно когда их части тела соприкасались в невинных жестах вроде обнимашек или шутливых драках. Невольно возникали мысли о том, что втроем они буквально образовали "любовный треугольник", а обостренная фантазия машинально дорисовывала четвертую грань. Однако сомневаться в верности Ани она себе никогда не позволяла, да и подруги не собирались покушаться на ее девушку, увлеченные друг другом, поэтому Таня не позволяла себе ревновать открыто. - Может тогда тебе стоит.. быстрее показать мне все? Ну, чтобы у меня тоже появился опыт? - задумчиво предложила Аня, делая серьезное выражение лица. - Это тебе навредит. - холодно отрезала Таня, но чуть смягчившись, добавила: - Нам навредит. - Как? - непонимающе спросила Аня, немного шокированная резкой переменой настроения подруги. - Я расскажу тебе утром, а сейчас давай спать? - Таня ласково поцеловала любимую, в мыслях умоляя девушку согласиться и не продолжать расспросы. Портить такой вечер тяжелыми объяснениями и рассказами из прошлого ей вовсе не хотелось. - Хорошо, - согласилась Аня, после того как долго смотрела в голубые глаза. Это их выражение она знала, как и то, что бесполезно продолжать расспрашивать подругу сейчас. Если Таня решила молчать - никакие слова на нее не подействуют, зато вечер будет неизбежно испорчен ссорой на пустом месте. Ткнувшись носом в шею любимой, она опустила руки, позволяя подруге встать, чтобы освободиться от латекса. Таня снимала его довольно долго и медленно и все это время Аня, уже укрытая теплым одеялом, наблюдала за ней. Ей нравились четкие линии ее тела. Она не была худой, но стройность и сила очень хорошо гармонировали в ней. Ровная осанка, как след от балетной школы, всегда четко очерчивала линии ее выступающих ключиц, а подтянутый животик позволял угадывать нахождение последних пар ребер при ее вздохе. В эту природную хрупкость линий удивительным образом вписывалась большая грудь и в меру широкие бедра девушки. Аня находила ее крайне сексуальной и женственной для себя и в любой удобный момент напоминала подруге о ее красоте. - Можешь оставить один светильник зажженным? - робко спросила девушка, когда подруга уже собиралась щелкнуть выключателем. - Ты боишься темноты? - осторожно спросила Таня, подходя к одному из комодов и доставая большую свечу и зажигалку. Девушка смущенно кивнула в ответ, чувствуя свою беззащитность. Когда конкретно она стала бояться темноты, девушка не знала. И какого-то страшного случая из детства припомнить толком не могла. Просто помнила, что всегда старалась быстро добежать до кровати и спрятаться под одеялом, особенно в лагерях, куда она часто ездила в детстве. Родители не покупали ей ночник, впрочем она никогда и не просила его и просто убегала от своего страха. Потом работала вожатой и замечала детей с подобным страхом, некоторые из них привозили маленькие светильники и ставили их на тумбочку перед тем как лечь спать. Некоторые так с ними и спали, другие же выключали как только гас основной свет и спокойно засыпали. Аня же каждый раз словно пересиливала себя, когда заходила в темный актовый и на ощупь искала выключатель. В такие моменты девушку охватывал ужас и руки тряслись от страха, бешено шаркая по гладкой стене. Почти все в отряде знали про этот панический страх темноты и с пониманием относились к чужой фобии, но были и те, кто смеялся над ней. Однажды, когда Ане было 16 и она поехала на очередную смену, напарница с которой ей не удалось найти общий язык вместе со своим другом решили подшутить над ней и закрыли ее в костюмерной. Маленькая комнатка до потолка заваленная старыми коробками за завешанная костюмами не имела окон и выключатель находился снаружи. Когда свет погас сердце девушки ухнуло в пятки, а из глаз полились слезы. Ей хотелось кричать и как можно быстрее выбраться отсюда, но за закрытой дверью слышался только смех. Костюмерная находилась возле котельной и в дальнем углу проходила большая труба. Аня слышала звуки, доносившиеся оттуда и всеми силами пыталась не сойти с ума. В кромешной тьме глаза стали медленно различать силуэты, но страшные маски костюмов и торчащие чучела с разных мероприятий лишь усиливали страх девушки. Это всего лишь костюмерная.. Это всего лишь страх.. - пыталась убедить себя Аня, но сердце ее колотилось так, что казалось сломает ребра. Потом все закончилось. Свет включился и дверь оказалась открытой. Аня выбежала из комнаты и, кажется, наконец смогла вздохнуть. После этого случая страх темноты усилился, сильно мешая Аниной жизни. Когда она переехала в общагу, то сразу же поставила лампу возле кровати. Благо соседки оказались нормальными и никогда не пытались издеваться над девушкой из-за ее страха. И все равно выходить в темный коридор или включать ночью свет в умывалках и туалете ей было слишком страшно. У Тани в спальне стояла настольная лампа, которую Аня всегда зажигала вечером и страх темноты слабел и не тревожил ее. О нем она еще не успела рассказать девушке, но лишь потому, что не было подходящего момента. - Только не смейся, ладно? - тихо попросила Аня, когда подруга подошла к ней с зажженной свечой в руках. Свет все еще горел и девушка с облегчением выдохнула, когда на лице подруги отразилось понимание и сочувствие. - Здесь нет ничего смешного, - спокойно отозвалась темноволосая, садясь на кровать возле подруги. - Завтра я установлю светильники возле кровати, а сейчас возьми свечу и не бойся, потому что я буду рядом. - Таня протянула девушке толстую свечу, которая приятно пахла ванилью и ласково улыбнулась, когда подруга с трогательной радостью приняла ее. - Спасибо, - Этот жест со стороны подруги был пропитан заботой и любовью и Аня была тронута до глубины души. Темноволосая быстро выключила свет и вернулась к кровати. Девушка сидела со свечой в руках и не чувствовала страха. Возможно свеча тоже сыграла свою роль, но ощущение, что Таня защитит ее даже от собственных страхов на этот раз оказалось сильнее. Задув ярко-оранжевый огонек, Аня прижалась к подруге и быстро уснула в объятиях любимых рук.