Обитель Греха (House of Sin)

Обитель Греха

Краткое содержание: – Скажи мне сделать это, – прошептал Малфой, не сводя глаз с ее лица, удерживая ее запястье низко у бедра. Гермиона выдохнула. – Сказать тебе сделать что? – ее голос был таким же тихим, как и его, хотя в саду возле паба не было никого, кроме них двоих. – Скажи, чтобы я отпустил тебя, Грейнджер. Ей потребовалось несколько секунд, чтобы осознать, о чем говорит Малфой; это не приходило ей в голову ни разу за все время их противостояния. Больше всего ее беспокоило то, что она могла бы с легкостью выдернуть руку из его хватки... Но почему-то так этого и не сделала... Гермиона замерла, проникшись осознанием. Малфой видел ее насквозь. Ее противоречивые эмоции. – Ты не можешь, не так ли? – его глаза горели тем же порочным взглядом, которым он уже одаривал ее раньше, Малфой подбирался все ближе, пока его дыхание не коснулось ее кудрей. – Ты не хочешь этого. Глава 1: Эскорт Гермиона глубоко вздохнула, услышав звонок в дверь. Для их первой встречи было условлено не связываться посредством камина... Это казалось слишком интимным средством связи для людей, которые должны были увидеть друг друга впервые. Девушка знала, что это было обычной практикой, проформой. Правила Клуба были строгими и честными, а подход к делу – высокопрофессиональным. Гермиона прекрасно понимала, что ничего порочного не произойдет до тех пор, пока не будут подписаны контракты и оба участника не будут довольны соглашением настолько, чтобы перейти непосредственно к делу. Нервная дрожь пробежала по ней при мысли о том, кого она увидит, как только откроет свою дверь. Частный клуб, «Обитель Греха», был известен тем, что подбирал лучших сотрудников для оказания услуг клиентам, исходя из их потребностей… Иными словами – предоставлял эскорт услуги. Гермиона сначала воротила нос от такой возможности, но после нескольких уместных комментариев Джинни и Луны она решилась… Что могло с ней случиться в самом худшем случае? Гермионе Грейнджер, которой на данный момент было двадцать девять лет и которую не интересовало ничто, кроме восхождения по карьерной лестнице, – в настоящее время не хватало секса в жизни. Хотя, нет – это было не совсем так. У нее был секс. Ей часто предлагали сходить на свидание с обещанием дальнейшего развития событий... однако это ее не интересовало. Идея ходить с кем-то на свидания действительно не привлекала ее на данном этапе жизни. Мысль о том, чтобы встречаться с кем-то, предвкушая, как они займутся потрясающим сексом... только для того, чтобы потом оказалось, что он все запорол своим слишком ванильным подходом – полная противоположность тому, что ранее декларировалось в их интимной переписке. Это случалось с ней слишком часто. Уже и не сосчитать сколько раз Гермиона позволяла мужчинам заводить ее обещаниями сексуального разврата, только чтобы потом, когда они наконец приступали к делу, разочаровать ее двойным передергиванием и сквиртом. Ее неурядицы заметили друзья: Джинни сразу выделила ее волнение, когда они вместе потягивали коктейли чуть больше недели назад. Рыжеволосая подруга всегда отличалась рассудительностью, в то время как советы Луны не блистали тактом и сдержанностью… – Все это делают, я не понимаю, почему бы и нет, – Джинни пожала плечами, вынимая фламинго из своего стакана и лениво поигрывая с ним. – Ты не хочешь хлопот со свиданием, но хочешь секса… так почему бы и нет? – Кроме того эскорт учитывает твои потребности, – Луна вмешалась с улыбкой. – Тебе подбирают пару, основываясь на ваших особых увлечениях и кинках, чтобы убедиться, что ваши интересы максимально совпадают. Первые пару раз, когда подруги предлагали это, Гермиона наотрез отказывалась. Это казалось таким... отвратительным. Пользоваться услугами эскорта от безысходности, чтобы получить удовольствие и именно такой стиль «отношений», который она хотела; это казалось отчаянным и совершенно порочным. – Честно говоря, – это идеально подходит для тебя, – Джинни бросила это так небрежно, что Гермиона посмотрела на подругу с недоверием. – Это как, если бы у тебя был друг с привилегиями... – ...которому я должна платить за... – Гермиона закатила глаза. – Который придет по твоему первому зову... – перебила Луна. – Который уже точно знает, чего ты хочешь, и более чем готов обеспечить тебя этим, – многозначительно закончила Джинни. – На самом деле я даже ревную. – Разве ты не с Гарри сейчас? – со вздохом спросила ее Луна. Гермиона хихикнула про себя. Джинни бросила на нее быстрый взгляд, прежде чем покачать головой. – Ничего подобного… Но ведь ничто не сравнится с ощущением, когда ты впервые испытываешь страсть к какому-либо человеку? И Гермиона знала, что Джинни была права. Это был кайф, за которым она, казалось, постоянно гналась. Первый всплеск страсти и одержимость, которую двое могли разделить друг с другом, потому что они просто... совпадали. Гермиона поистине жаждала этого. – Итак, ты собираешься это сделать? – спросила Джинни, когда Луна бросила ей карточку клуба с другого конца стола. – Ты попробуешь? Гермиона внимательно осмотрела карточку, прежде чем поднять глаза на Луну. – И все это законно и по-честному? – она подозрительно посмотрела на девушку. – Никаких незнакомых мужчин, преследующих меня после этого? И я могу отменить подписку на услугу, если захочу? Луна просто кивнула, ее глаза ярко блестели от выпитого алкоголя. – Хотя я не понимаю, зачем тебе это делать… Я – член клуба уже некоторое время... Мне подходит, когда есть какое-то подобие постоянства. Что ж… В эту минуту Гермионе определенно хотелось почувствовать то же самое… Да, мысль о мужчине, который точно знал, чего она хочет, еще до того, как он коснется ее, звучала очень заманчиво. Мысль о том, что он на шаг впереди нее и точно знает, зачем к ней идет... Она просто надеялась, что они окажутся достаточно сексуально привлекательными друг для друга, чтобы все сложилось. В конце концов, чувствовать влечение к кому-то – уже полдела, не так ли? Еще одна трель звонка, и Гермиона разгладила перед своего маленького черного платья. Волосы ее были распущенными, на ногах – высокие черные каблуки: первое впечатление действительно были важно в таких случаях. Поставив бокал с красным вином на кухонную столешницу, она направилась по коридору к входной двери, где уже могла видеть темную фигуру кого-то очень высокого и широкоплечего через витражные окна деревянной двери. Оглядываясь назад, Гермиона должна была понять, кто перед ней, в тот момент, когда узрела потрясающий блонд через щель в двери. Оглядываясь назад, она должна была вспомнить о манерах и о том, что невежливо пялиться, словно увидела призрак. Оглядываясь назад, она должна была знать, что ничто никогда не пройдет гладко, когда дело касается ее личной, сексуальной жизни. Наверняка произошла какая-то ошибка? Драко, блядь, Малфой. Если он и был шокирован, то никак этого не показал. Он был спокоен, собран и смотрел прямо на нее, как будто это была самая естественная вещь в мире. Как будто эта ситуация вовсе не была дерьмовым шоу, а она, несомненно, имела все шансы стать таковым. И, о-о-о, у нее затекла шея смотреть на него с высоты ее роста... Малфой был намного выше шести футов, по сравнению с ее крошечным ростом в пять футов два дюйма. И он смотрел на нее с верхней ступеньки. Просто смотрел на нее, и ничего больше. Ни ухмылки, ни выражения отвращения, ни ужасных грубостей, слетающих с его губ.… просто смотрел. И Гермиона смотрела в ответ. Она воспользовалась возможностью изучить его в течение этих нескольких секунд в свете уличных фонарей. Взгляд зацепился за черное пальто на пуговицах, которое было на нем, намек на белый, накрахмаленный воротник под ним, и на Малфое были брюки... Он явно намеревался произвести впечатление. Гермиона окинула взглядом его точеную фигуру и пронзительные глаза. Малфой выдержал ее взгляд с абсолютно дерзкой наглостью. Хотя, конечно, он имел полное право быть высокомерным, в конце концов выглядел он сейчас просто великолепно… да, он всегда так выглядел, на самом деле. Его высокий рост только усиливал впечатление от его позы, которая выглядела почти угрожающе, когда он смотрел на нее вот так сверху вниз... с жадностью разглядывая ее так же, как и она. – Грейнджер, – голос низкий, глубокий, с нотками любопытства в попытке поприветствовать ее. – Давно не виделись. Она скрестила руки на груди. Ну, конечно... конечно, его не могли прислать сюда из… – Так ты собираешься пригласить меня войти? Малфой был так расслаблен. Он был слишком расслаблен... Очень уверен в себе и расслаблен. Малфой стоял в дверях и все еще глядел на Гермиону сверху вниз с высоты своего роста, прямо на пороге ее дома. Он стоял, не двигаясь, и она тоже. Гермиона просто не могла ничего поделать... кроме как продолжать смотреть на него, позволяя всевозможным эмоциям отражаться на ее лице. Должно быть, парень уловил это, потому что ухмыльнулся. Это вернуло ее во времена Хогвартса, когда она видела эту ухмылку в коридорах замка. Когда он вот так ухмылялся в ее сторону, когда из его рта извергалась желчь и ненависть по отношению к ней. Последнее, что она слышала о Драко Малфое: он провел несколько лет в Азкабане, осужденный за свои преступления против Волшебного мира в нежном восемнадцатилетнем возрасте. Мужчина, стоявший сейчас перед ней, был копией того мальчика, которого она знала, и одновременно кем-то другим... кем-то опасным и пугающим. – Я бы предпочел не обсуждать наши дела на пороге, Грейнджер... – его голос не дрогнул, пока он ждал ее ответа. Разве его не шокировала и не ужасала ситуация? Гермиона поймала себя на том, что делает глубокий вдох, и молча отступила в сторону. Малфой выпрямился во весь рост, проходя мимо нее. Почему она так резко выдохнула про себя, глядя ему в спину, когда он нырнул под дверной косяк в ее кухню? Своим присутствием Малфой сразу же заполнил пространство, едва вошел, вышагивая с таким небрежным высокомерием, как будто он уже знал, где все находится внутри ее дома. Это было плохо. Это было очень плохо, не сулило ничего хорошего, просто отстой. Ведь это не подстава? Это было просто кошмаром, не так ли? И все же она знала… она знала, что он был из Обители Греха... Она знала, что его подобрали ей в пару. И теперь в ее голове крутилось так много вопросов, а ее собственные ноги несли ее за ним на кухню, заставляя остановиться в дверном проеме. Почему он работал на них? Как долго? Почему их поставили в пару? Конечно, все это было просто большой ошибкой… – Я отсюда слышу, как ты усиленно думаешь, Грейнджер... На нем уже не было пальто. Малфой небрежно снял его с себя и аккуратно складывал на одном из стульев в ее столовой. Он действительно был одет в белую рубашку и темно-синий жилет, застегнутый на все пуговицы в тон галстуку и брюкам, которые она заметила ранее. И теперь, когда его руки были свободны, она могла разглядеть их, пока он расстегивал манжеты рубашки и медленно закатывал рукава, по одному за раз. Он не смотрел на нее. – А чего ты ожидал, Малфой? – и это были первые слова, которые она сказала ему за последние десять лет. Это был их первый разговор с тех пор, как они повзрослели… И она прекрасно осознавала, что речь пойдет о сексе, как иронично, да? Вот дерьмо… Он же знает мои сексуальные предпочтения… Конечно же, он знал. Иначе зачем бы он наколдовал папку и решил сесть за ее обеденный стол, вынимая такой знакомый контракт из одного из пластиковых карманов. Малфой выглядел очень по-деловому, наколдовывая перо из воздуха и все еще не поднимая на нее глаз. И, о, черт… очки. Драко Малфой носил очки. Это было что-то новенькое или он носил их в школе? Именно в тот момент, когда он наконец поднял на нее глаза, посмотрев на нее через очки, она поняла, что в ее голове было слишком много вопросов. – Я, по крайней мере, ожидал вежливого приема... Где твои манеры, Грейнджер? – его голос сочился весельем. – Не очень-то любезно с твоей стороны. Гермиона бросила на него свирепый взгляд, все еще стоя в дверном проеме у входа на кухню… Она просто стояла и смотрела на него, как на какое-то привидение. И он это заметил. – Давай просто покончим с этим. – Это было все, что она смогла выдать. Кровь прилила к ее ушам от того, что он мог поймать ее за разглядыванием. Девушка слышала, как он цыкнул, – и это сводило ее с ума, черт возьми. – Спрячь коготки, дорогуша. Я здесь не для того, чтобы ссориться... не в пример старым добрым временам. Я четко помню твой приличный удар... – Малфой тихонько хихикнул, что заставило ее снова сверкнуть глазами. Затем он опять смерил ее серьезным взглядом. – Нет. Вместо этого представь мое удивление, когда я пришел на работу в среду утром, а в моем почтовом ящике – контракт с твоим именем на нем. Итак, он знал. Тяжесть наполнила ее желудок. Он знал о ней и о том, что физически подходит ей, еще до того, как появился на пороге ее дома... но все равно пришел. Любопытно. Она не знала, куда смотреть. Гермиона никогда не видела ничего постыдного в своей сексуальности или в своих желаниях и потребностях... но зная, что Малфой знал… что он знал о том, что ей нравится и что она предпочитает… Это заставило ее щеки вспыхнуть. – В этом нет ничего постыдного. – Его слова прозвучали почти заботливо, и она чувствовала, как его глаза прожигают ее. – Мы оба взрослые люди по обоюдному согласию, здесь... – его тон слегка понизился. – По крайней мере, я так предполагаю…? Ну... хороший вопрос, не так ли? Гермиона сделала шаг по направлению к кухне, замечая, что перед Малфоем лежит еще один контракт рядом с ее экземпляром. Он уже взял на себя смелость подписаться на обоих… Он уже решил, каков будет его ответ… он уже знал, что хочет это сделать. Но почему? Только когда он повел руками, чтобы поправить одну из бумаг, она увидела татуировки, выбитые на обеих руках... На его правой руке даже был какой-то рисунок... узор в виде черепа, а также было повязано что-то вроде браслета. По крайней мере, ей показалось, что это браслет… он выглядел как тонкий, маленький коричневый кожаный ремешок, который был обернут два или три раза вокруг руки и снова застегнут пряжкой. Украшение выглядело неуместно по сравнению с его нарядом. Гермиона никогда не видела, чтобы Малфой носил побрякушки в школе, но, как ни странно, это ему очень шло. Оно соответствовало той угрозе, которую Малфой, казалось, излучал в эти дни. Единственное – угроза исходила не от самого его присутствия, а от его мужественности и сексуальности… он, казалось, источал ее. Он был уверен в себе, и Гермиона поняла, что Малфой говорит серьезно… с ним нельзя было связываться. Но с такой уверенностью… почему он решил работать в эскорте? Ведь, вероятно, он тратил больше, чем у него оставалось в конце месяца? Гермиона открыла рот, чтобы задать этот самый вопрос вслух, но Малфой снова вмешался первым. – Тебя поставили в пару со мной из-за твоих особенных… – его глаза на секунду взглянули на нее, и она могла бы поклясться, что разглядела призрак ухмылки на его губах. – ...предпочтений, которые четко соответствуют тому, что я обычно с удовольствием предлагаю. – Его пальцы пролистали ее контракт, и девушка увидела, как его глаза скользнули вниз. – Так, так… ты определенно любишь поиграть, верно...? – Если ты здесь только для того, чтобы разозлить меня и посмеяться надо мной... – начала возражать Гермиона... Знакомая защитная реакция, которая всегда была при ней при стычках с Малфоем, мгновенно вернулась, как будто и не было стольких лет перерыва в их общении. – Разве то, что я загодя подписал наши контракты, свидетельствует о моем желании разозлить тебя или посмеяться, Грейнджер? – его тон был смертельно серьезным, заставив ее слегка запнуться, когда она подходила к нему на шаг ближе, окинув его высокомерным взглядом. – Неужели то, что я пришел сюда, не говорит тебе о том, что я абсолютно, блядь, серьезен? А ведь я прекрасно знал, кто ты, но все равно принял решение предложить тебе свои услуги... – Я не знаю тебя настолько, чтобы понять, какое ты принял решение, – выпалила она, слегка потирая руку от холода в комнате. – И я тебя тоже, – его мощные предплечья лежали на столе, когда он смотрел на нее, время от времени напрягаясь, как будто пытался вернуть самоконтроль. – Во всяком случае, пока нет... Вероятно, обсуждая внутри, насколько сильно ему хотелось бы задушить ее. Хорошо, что удушье было в ее списке. – Почему ты? – спросила Гермиона, прежде чем смогла остановить себя. Она увидела, как глаза Малфоя на секунду скользнули по ее телу, когда она подошла к стулу напротив него за столом. – Почему ты не перепоручил мой контракт кому-нибудь другому? – Потому что я профессионал, – просто ответил Малфой, снова встретившись с ней взглядом. – Ты просила об услуге, и я оплачиваемый профессионал по данному конкретному запросу… – И в нем не было ни капли злобы, веселья или неловкости. Малфою удавалось. Ему удавалось вести себя в этой ситуации гораздо более взросло, чем она. – Но... – Гермиона увидела, как он поднял бровь, глядя на нее, как будто он не привык, чтобы люди отвечали ему тем же. – Не было бы проще для нас обоих просто... если бы ты перепоручил меня кому-нибудь другому? И тогда она увидела, как что-то изменилось в его глазах. Малфой встал. Он встал, выпрямившись во весь рост, и, черт возьми, он был высоким. Его плечи были широкими и мощными, как будто он проводил много времени в спортзале. Что ж, наверняка он так и делал… Ему нужно поддерживать себя в хорошей форме для того, чтобы трахаться с другими женщинами, с которыми он «работает» … С такими женщинами, как она… – Ты каждый месяц оплачиваешь дорогую подписку компании, которая стремится посылать клиентам своих лучших специалистов. – Малфой окинул ее жестким взглядом, в котором чувствовалась сталь. – Если ты платишь за услугу, то хочешь, чтобы она была самого наивысшего качества, не так ли? Гермиона попыталась было ответить ему, сказать, что есть другие специалисты, кому он мог бы передать ее, и что она была бы не прочь избавить их обоих от неловкости. – Но ты вовсе не обязана подписывать контракт, – закончил Малфой тихим голосом. – Что это значит? – с любопытством спросила Гермиона. – Это значит, что все может закончиться, не начавшись, и я уйду лесом прямо в снежную зарю. – Она увидела, как его плечи слегка опустились, когда он наклонился, чтобы перетасовать бумаги. – Но знай, что... – и тут Малфой посмотрел ей прямо в глаза. – … я уже подписал свою часть… а это значит, что если бы все накрылось, то проблема была бы не во мне, а в тебе. А-а-а… значит с него взятки гладки… и у него не будет проблем с компанией, потому что он уже заранее подписал контракт, показывая, что проблема не в нем. Чертовски умно… – Ты знаешь, что я не могу подписать эти контракты, Малфой. – Она раздраженно выдохнула. Чего он ожидал от нее? У них было слишком много общего прошлого. Да, он вел себя профессионально... но… сделанного не воротишь… – Ты хочешь знать, почему я это сделал? – он вел себя открыто и уверенно. Это заставило девушку поникнуть под его пристальным взглядом. Неужели он всегда был таким... напористым? Гермиона пожала плечами и увидела, как его глаза снова на секунду скользнули по ней, как будто он решал, стоит ли ему говорить ей об этом. А потом Малфой слегка отодвинулся в сторону, чтобы стол больше не мешал ему... и направился к ней. – Я не буду лгать, когда я впервые увидел твое имя на самом верху стопки заявлений, я рассмеялся. – Парень слегка ухмыльнулся и подошел ближе, заставив ее нахмуриться. – И это наша маленькая невинная Гермиона Грейнджер? Какого черта она написала в службу эскорта? – он закусил губу, а его левая рука играла с кожаным ремешком на правой. – А потом я прочел твой список. Гермиона снова покраснела, она ничего не могла с собой поделать. Список предназначался для того, чтобы показать ее личные желания своему партнеру, который должен был изучить его с вниманием и интересом… чтобы было с чего начать, как только их контракты будут подписаны и формальности соблюдены. Гермиона помнила, что там было слово «постановка», и была более чем уверена, что все, что она решит сделать со своим партнером из своего списка, будет заранее спланировано. Она никогда раньше не отваживалась на такой смелый шаг в своей сексуальной жизни, хотя... она полагала, что Обитель Греха был создан именно для этого. Малфой все еще смотрел на нее. Он был ближе к ней, чем раньше, внимательно наблюдая за выражением ее лица, словно пытаясь понять, как лучше выразить ей то, что он хотел сказать. – Ты заинтресовала меня, Грейнджер. – сказал Малфой тихим голосом, слегка склонив голову набок и не сводя с нее глаз. – Я полагаю, ты можешь считать, что я пришел, чтобы увидеть тебя в другом свете… назови это любопытством. – Любопытство убило кошку, – невозмутимо произнесла она, что заставило его губы изогнуться в коварной ухмылке. – У кошки девять жизней… Я уверен, что она выживет. – А потом подошел еще на шаг ближе. – В твоем списке есть несколько вещей, которые привлекли мое внимание, но я должен признать… что никогда не считал тебя покорной… От его слов у Гермионы пересохло в горле. А была ли она покорной? Как бы она охарактеризовала бы это? Разве передача контроля над ситуацией в руки партнёра делала ее нижней? – Мне это нравится. – Его голос был таким грубым, что она почти затаила дыхание от его слов. Вдохнув, Гермиона уловила запах его лосьона после бритья. Малфой действительно пах божественно... и опасно. Девушка поймала себя на том, что ей снова приходится смотреть на него, – он придвинулся еще ближе, засунув руки в карманы и серьезно изучая ее. – Я думаю, тебе это понравится. – Малфой слегка прищелкнул языком и облизнул губы. – Я думаю, тебе понравилось бы то, что я сделал бы с тобой… то, что я бы сделал для тебя… все это удовольствие, и совсем немного боли... Черт... грязные разговоры… – номер один в ее списке, и он, очевидно, знал это. – Но это твое решение, любимая. – И тогда Малфой сократил расстояние между ними, их тела почти соприкоснулись. – Не мое. А потом туман в мозгах от его близости рассеялся, и она отступила назад. Потому что нет… она не могла. Это было абсурдно, не так ли? Это была она. Гермиона Грейнджер; а напротив – он, и подобное не могло произойти… никоим образом, он был Драко Малфоем. Этого просто не могло случиться. – Этого не может произойти, Малфой. – Ее голос звучал решительно, но Гермиона внезапно занервничала. – Это не для нас, и это очень плохая идея, даже если это просто бизнес. Она видела, как его глаза снова изменились, став опасными. Он не двигался, но продолжал наблюдать за ней в течение нескольких секунд, прежде чем, наконец, кивнул, повернулся спиной и вернулся к кухонному столу. Гермиона молча стояла на кухне, пока он собирал свои вещи и надевал пальто. Не было произнесено ни слова, пока он не начал складывать контракты. – Я не собираюсь их уничтожать. – Его глаза снова встретились с ее глазами, когда он убирал контракты обратно в папку. – Я оставлю их себе, а ты возьмешь вот это... – маленькая карточка приземлилась на кухонный стол. Его личные контактные данные. – ...на случай, если передумаешь. И его ухмылка вернулась. Это была понимающая ухмылка. Такая, что вроде как намекала, что они еще не закончили. Та, что напрямую говорила о том, что он еще далеко не закончил с ней. – Не ходи ни к кому другому, Грейнджер. – И тон его голоса был похож на предупреждение, когда он обошел стол и направился к кухонной двери. – Я серьезно. Гермиона хотела возразить, но обнаружила, что не может произнести ни слова. А Малфой только шире ухмыльнулся. – Я не стану выходить на связь, – горячо выпалила она, желая стереть ухмылку с его лица. – Да ладно, Грейнджер... – и она услышала, как он задержался на выходе из ее кухни. Гермиона последовала за ним, наблюдая, как парень шагает к выходу по коридору. – Разве Амбридж тебя ничему не научила? А затем она увидела, как Малфой открыл ее входную дверь и, не оглядываясь на нее, вышел; она только услышала стук захлопывающейся входной двери. Девушка тихо застонала про себя, а ее сердце лихорадочно застучало от осознания... Но она отказывалась в это верить. Она не лгала.