Прагма

Почему-то Ферре казалось, что атмосфера путешествия небольшого отряда схожа с духом армейского братства: затянет кто-то песню на марше, чтобы шагалось веселей, а остальные подпевают. Или вот перед ночным отбоем соберутся всей компанией у костра и травят байки, всякие небылицы рассказывают. И все это дружно, сплоченно, в приподнятом настроении. Сиила как-то попыталась спеть пару задорных куплетов, но ее с редкостным единодушием зашикали, мотивируя демаскировкой, неуместностью пения и просто ударом по чувству прекрасного. А возле вечернего костра обычно все падали: уже не оставалось сил на общение с личностями, с которыми и без того весь день напролет молча сбивал ноги в пути. Разговоры случались редко и зачастую заканчивались перепалками: поскольку кратенькая перепалка с товарищем - наилучший способ выместить свою усталость и агрессию без излишних энергозатрат. Нельзя сказать, что Ферра была разочарована или огорчена нехваткой общения. Пожалуй, ей не хватало банальной эмпатии, поскольку каждый из ее спутников пытался тянуть одеяло на себя, а жреческим морализаторством Ферра в свое время пресытилась. С Ланном было хорошо: их чувство юмора и мировосприятие оказались схожи, но с Ланном постоянно приходилось отстаивать приватные границы. Являлось ли тому виной иное воспитание или имела место быть легкая влюбленность со стороны монгрела, но Ферра никогда не могла полностью расслабиться в его присутствии. Позвоночник всегда натянут струной в ожидании очередных панибратских выходок. Внутри отряда успели сформироваться негласные группы предпочтений если не по взаимной приязни, то как минимум по соображениям толерантности к определенным спутникам. Эта выборочная благосклонность особенно четко проступала при размещении среди соседей на ночном привале. Ферра придирчиво выбирала свое окружение, потому что крепкий сон - залог здоровья! Сиила храпела, Ланн норовил подкатиться поближе к командору, Уголек часто разговаривала во сне, Вольжиф не контролировал свой хвост: раньше командор спала рядом с тифлингом, но однажды посреди ночи получила хвостом по лицу и спровоцировала ложный подъем отряда по тревоге. Дейран обычно долго шуршал перед отходом в объятия дремы в тщетных попытках устроиться поудобнее, но это был простительный недостаток: спал он тихо и неподвижно, будто ангелочек. Камелия в принципе предпочитала существовать круглосуточно без всяких соседей. Нэнио почти не отдыхала и в основном скрипела пером по бумаге. До появления в отряде Реджилла командор занимала место между Дейраном и Зосиэлем: жрец Шелин ни в каких ночных прегрешениях замечен не был. Параликтор же внес хаос в устоявшуюся систему. "Я не буду спать рядом с этим чудовищем". "Ложись на свое старое место обратно, Зосиэль, ты мне в прошлый раз хвост отдавил" . "Тут занято". "Уходи, ты доспехами с утра скрипишь". Словом, после длительных пертурбаций Ферра стала спать между Дейраном и Реджиллом. Как и Зосиэль, после отбоя и в ночные часы параликтор вел себя весьма достойно. При боевом построении как-то само собой сложилось, что Диренж прикрывал левый фланг командора. На военном совете, в походном марше, у костра на привале - всегда по левый бок, со стороны сердца. Всего за пару недель у Ферры в сознании прочно отложилось, что если повернуть голову налево, там практически всегда будет присутствовать гном в черной броне. Если гнома там нет - это повод насторожиться. Довольно быстро рыцарь Преисподней "втерся в доверие", "встрял в ближний круг", "запугал командора постоянным контролем" и получил еще немало нелестных эпитетов со стороны крестоносцев. Впрочем, и командору, и Реджиллу было одинаково плевать на подобные инсинуации.