The Part Of Us

Пригород Питтсбурга, Пенсильвания – Ты бросила меня, – прохныкал малыш. Нэнси затрясла головой и схватилась за железные прутья забора, что преграждали ей путь. Кайл стоял по другую сторону и плакал. Отовсюду были слышны стоны и вопли. Заражённые уже близко. Они везде. Нэнси беспомощно озиралась по сторонам, но ничего не могла разглядеть в кромешной тьме. Она просунула руки через решётку, но никак не могла дотянуться до мальчика. В груди защемило. Женщина больно прикусила губу, пытаясь протянуть ладонь как можно дальше, но ее пальцы хватали пустоту. – Ты меня убила! Нэнси проснулась в холодном поту и жадно втянула ртом воздух. Джоэл сидел рядом, опираясь спиной о дерево, около которого женщина соорудила себе подобие лежанки. Их взгляды встретились. Мужчина крутил в пальцах тонкий прутик. – Все нормально, – тихо проговорил он, словно зная, о чем был сон Нэнси, – ты можешь еще поспать, я разбужу тебя, когда начнёт светать. Она вытерла лоб, кивнула и прикрыла глаза, хоть и знала, что вряд ли сможет снова заснуть. С тех пор, как Нэнси встретила Джоэла, все пошло наперекосяк. Хотя, может, она просто обманывалась, убеждая себя, что выживать в одиночку было не так паршиво, как с ним? Нэнси украдкой взглянула на напарника. Может, и неплохо, что он рядом? Они должны были навсегда расстаться еще несколько дней назад, но у судьбы, очевидно, весьма скверное чувство юмора. – Есть хочется, – тихо пробормотала Нэнси через пару минут молчания и, поднявшись, уселась рядом с Джоэлом. Тот устало вздохнул – они толком не ели уже больше суток. – Можешь попробовать подстрелить белку, – мужчина пожал плечами. – Что бы ты съел сейчас? Джоэл закатил глаза. Он почему-то ожидал, что Нэнси станет менее болтливой после произошедшего в доме Скоттов, но она хранила молчание от силы часов двенадцать, а потом снова стала собой. Мужчина не думал, будто его спутница так быстро отпустила все, что с ними случилось, но свои переживания по этому поводу она, к его счастью, держала при себе. Джоэл про себя отметил, что Нэнси говорила только о тех потерях, которые давно истерло время. Затерявшись в своих мыслях, мужчина вздрогнул, когда женщина опять подала голос. – Думаю, можно идти дальше, – наконец, проговорила Нэнси и стала собирать свои немногочисленные пожитки в рюкзак, – может, нам и правда встретится белка. Несколько часов спустя Джоэл наступил ботинком на один из рядов колючей проволоки, а верхний руками подтянул повыше. Нэнси наклонилась, пролезая через забор, что тянулся вдоль кромки леса, но запнулась и повалилась навзничь по ту сторону. – Да сука! – выругалась она, поднимаясь и отряхиваясь. Джоэл отпустил проволоку и засмеялся. – Как ты себе еще шею не свернула? – бодрым тоном спросил он, опираясь на бетонный столбик и наблюдая, как Нэнси пытается очистить джинсы от пыли и грязи. – О, ха-ха, пошел ты! – отмахнулась женщина и пошла дальше, в противоположную от напарника сторону. – Эй, а помочь мне не хочешь? – крикнул Джоэл ей в след. Нэнси остановилась и обернулась. – А напомни мне, почему я вообще должна взять тебя с собой? Джоэл даже опешил. – То есть это ты берёшь меня с собой? – Да, – Нэнси задумчиво наморщила лоб, – я позволила тебе ехать в моей машине и даже простила потерянный арбалет, хотя ты мне даже не очень и нравишься. На губах мужчины мелькнула тень улыбки. – Ты берёшь меня с собой, потому что никто больше не в силах выносить твою болтовню. Нэнси хмыкнула, вернулась к забору и проделала с колючей проволокой все те же манипуляции, что и Джоэл несколько минут назад. Когда они оба оказались по одну сторону забора, Нэнси задержала на лице мужчины насмешливый взгляд. – Жаль, что та пуля тебя не убила, – язвительно сказала она и двинулась дальше. – А вот это уже грубо, – заключил Джоэл, но в его голосе не было и капли злости. – Заплачь, – усмехнулась его спутница, почти бегом спускаясь по склону, – там что-то блестит за деревьями. Может, речка? – Ты бы не кричала так громко, – буркнул Джоэл, нагнав Нэнси. – Да брось, – отмахнулась она, – здесь никого нет, мы своей вонью на милю вокруг всех распугали. Неплохо было бы искупаться. Мужчина промолчал, продолжая осматриваться. Через несколько минут они действительно набрели на небольшое озеро, вода серебрилась под лучами полуденного солнца. Ветер трепал цветы и высокую траву вокруг водоема, стояла тишина, нарушаемая разве что редкими вскриками птиц где-то неподалеку. Джоэл спустился к воде, закатал рукава повыше, присел на корточки и несколько раз с удовольствием плеснул на лицо прохладной водой. Немного намочив шею, он поднялся и собирался двинуться обратно, но тут же отвернулся снова. – Какого черта ты делаешь? – воскликнул он, увидев, как Нэнси стаскивает с себя футболку. – Хочу искупаться, сказала же. – Это небезопасно, – с нажимом сказал Джоэл, но позади все равно слышался шорох одежды. Через несколько секунд в его поле зрения появились голые ноги Нэнси, проследовавшей к воде. Джоэл быстро опустил взгляд, уселся на траву и поднял глаза только когда женщина негромко охнула, очевидно опустившись в довольно холодную воду. На всякий случай он достал из кобуры револьвер, поглядывая по сторонам, но вокруг, похоже, действительно не было ни души. Вскоре к берегу подплыли несколько пенных кругов. – Можешь, кстати, присоединиться, пока я не утопила мыло, – негромко сказала Нэнси, а затем полностью погрузилась под воду. Но Джоэл не двинулся с места и, когда Нэнси, отжимая волосы, неспеша выходила из озера, он снова отвернулся, успев, правда, украдкой увидеть, как ее влажная кожа покрылась мурашками от порыва ветра. Мужчина прислушался. За его спиной Нэнси расстегнула рюкзак, что-то доставая, а после откинула назад мокрые волосы, и они громко шлепнулись ей на спину. Затем зашуршали джинсы. Тогда Джоэл решил, что может повернуться. Не успел он встать, как к его ногам подлетел белый влажный кусок мыла. – Или ты им воспользуешься или не подходи ближе, чем на метр. Прежде, чем Джоэл успел возразить, улыбка на лице Нэнси сменилась серьезностью. – Давай. Я покараулю, – женщина протянула руку за револьвером. Расстегивая рубашку, Джоэл подумал, какого дьявола он не пошлет эту женщину куда подальше? Будто он снова женат, ей Богу! Они не разговаривали, пожалуй, не меньше часа, пока не набрели на покосившийся сарай, за которым простиралась целая улица с небольшими двухэтажными домиками. Они прошли полтора десятка метров по серому, немного покрошившемуся асфальту, жадно прислушиваясь, но кроме пения птиц, потрескивания старых досок в домах и шороха их собственных шагов – ничего не было слышно. Внезапно за белым, облупившимся забором у ближайшего коттеджа раздались звуки какой-то возни. Щелкнула застежка на кобуре Нэнси, но Джоэл машинально отстранил женщину себе за спину, продвигаясь впереди. Он медленно приоткрыл калитку, под его ногой треснула ветка, Нэнси вздрогнула, и тут же из-за дома, заливаясь пронзительным лаем, выбежали друг за другом две черные облезлые собаки и умчались куда-то в конец улицы. Джоэл усмехнулся, бросив на Нэнси короткий взгляд. Женщина на него не смотрела, она, держа оружие наготове, обошла дом, заглянула в небольшую деревянную постройку на заднем дворе, но не обнаружила никаких признаков жизни. Дверь в дом была открыта, на пол через большую дыру в разбитом оконном стекле ветер за долгие месяцы занес большое количество пыли и сухих листьев. Джоэл осматривал первый этаж, походу дела заглядывая во все шкафчики в поисках чего-то полезного. Нэнси, кивнув напарнику, двинулась вверх по лестнице. Она бегло осмотрела спальни второго этажа, поднялась на чердак, а оттуда вылезла на крышу. Ее взгляду предстало около двух десятков маленьких домиков, многие из которых даже сохранили вполне приличный вид. Людей видно не было, как и зараженных. Впрочем, одинокий щелкун в полудреме слонялся вдоль забора на другом конце улицы, но Нэнси решила, что избавиться от него стоит только, если они решат здесь задержаться. – Тебе не кажется, – медленно спустившись по лестнице со второго этажа, проговорила Нэнси, – что здесь как-то подозрительно… – Тихо? – уточнил Джоэл. – В точку, – наморщив лоб, отозвалась женщина. Она погладила большим пальцем курок пистолета и убрала его в кобуру. Джоэл пожал плечами – после этих сумасшедших дней, когда они, не жалея ног, убегали от орды, пустой пригород, давно оставленный жителями, был явно тем, чем нужно. – Останемся? – глаза Нэнси странно засияли. Мужчина удивленно приподнял бровь и, присев на подлокотник дивана, скрестил руки на груди. – Да, – наконец, ответил он, – думаю, можем переночевать здесь. – Отлично! – радостно сказала Нэнси и едва ли не бегом вернулась на второй этаж, – Моя спальня напротив лестницы. Обшарив каждую полку на первом этаже, включая гараж, Джоэл решил, что, если они с Нэнси не хотят умереть с голоду, им все же придется обойти и другие дома. Поднявшись наверх, мужчина обнаружил, что дверь в комнату, которую Нэнси решила себе присвоить, была закрыта. Переборов в себе желание просто войти внутрь, Джоэл все же постучал. – Входи! – донеслось из спальни. Нэнси в майке и джинсах, а кроме того, еще и босиком, сидела на полу у огромного стеллажа с грампластинками. Она не обернулась, когда Джоэл вошел. – Вот это коллекция, – мечтательно пробормотала женщина, – жаль, электричества нет. Джоэл вздохнул, понимая, что вытащить Нэнси из дома сейчас будет проблематично. – В подвале есть генератор, – сказал он. – И топливо? – женщина радостно ахнула и поднялась на ноги, уронив две пластинки на пол. – На дне. Очень мало, – констатировал Джоэл, – я не стал его запускать. – Ты должен сделать это, – с серьезным видом произнесла Нэнси, – сейчас. – Что, ради проигрывателя? – мужчина скинул рюкзак на пол и свысока посмотрел на женщину. – О, ну пожалуйста. Когда ты в последний раз слушал музыку? Мы тихонечко. Глаза Нэнси горели огнём, она чуть закусила нижнюю губу, словно маленький ребенок, выпрашивающий сладости. И Джоэл сдался. – Выбирай пластинку, – мужчина закатил глаза и пошел прочь из комнаты, добавив уже в дверях, – не верится, что я это делаю. Когда Джоэл вернулся, Нэнси снова сидела на полу, обложившись горой пластинок в немного выцветших, но все еще довольно ярких конвертах. – Ты только посмотри на это, – она подняла над головой пластинку, на упаковке которой были изображены обнявшиеся в танце мужчина и женщина, броская фиолетовая надпись гласила «Dirty dancing». Джоэл пожал плечами, так и оставшись стоять в дверях. Нэнси наморщила лоб. – Ты что, серьёзно? – разочарованно воскликнула она, – Грязные танцы. Патрик Суэйзи! Не смотрел? Мужчина скрестил руки на груди и покачал головой. – Большое упущение, Джоэл, – серьёзно выдала Нэнси. Она поднялась, включила проигрыватель и быстро поставила пластинку. Игла скрипнула, и музыка тихонько заиграла. Когда женщина запела вместе с голосом с пластинки, Джоэл в который раз закатил глаза. - Now I've had the time of my life, no I never felt like this before... Нэнси вскинула руки, прикрыла глаза, ее бедра двигались в такт музыке, и когда Джоэл уже решил оставить ее одну, она вдруг в два широких шага оказалась рядом и схватила его за руки. – Давай, ты же должен знать эту песню! Мужчина сделал слабую попытку вырваться, но Нэнси была весьма настойчива. Танец получился неловким и неуклюжим. Правильнее было бы сказать, что танцевала Нэнси, а Джоэл, чьё лицо с каждой секундой становилось все более недовольным, просто стоял рядом, позволив женщине переплести ее пальцы со своими и размахивать руками, едва ли попадая в музыку. Когда мужчина уже собрался прекратить это весьма странное мероприятие, пластинку заело, и Нэнси сама отпустила его. Пытаясь наладить умирающий проигрыватель, женщина бросила игривый взгляд на Джоэла. – А ты не был звездой выпускного бала, да? – Я его пропустил, – невеселым голосом отозвался мужчина, надеясь, что этот проигрыватель больше никогда не заработает. – Почему? – Нэнси удивлённо вскинула брови, оставив, наконец, проигрыватель в покое. – Сломал ногу, – небрежно бросил мужчина и, хотя Нэнси уже и сама не стремилась вернуть музыку, добавил, – хватит уже заниматься этой ерундой, нам бы поискать припасов. – Твое настроение меняется, как у девочки-подростка, ты знаешь? – хмыкнула женщина и сгребла в кучу разбросанные пластинки. Когда Нэнси снова подняла взгляд, Джоэл уже ушел, прихватив свои вещи. – О, конечно, – возмутилась Нэнси в полголоса, запихивая пластинки в шкаф, – веди себя, как черствый кусок говна. Единственный день, когда мы не по локоть в крови. Будто мы вовсе не прошли через полную жопу только за последние пару недель. Нельзя хоть раз не быть… Нэнси повернулась к двери, собираясь ее захлопнуть и остановилась на полуслове. – Ой, – женщина прикусила губу, – ты здесь. Джоэл развел руками. – Пойду осматривать другие дома. Подумал, ты присоединишься, – мужчина говорил спокойно: если он и слышал всю эту тираду Нэнси, то решил не комментировать. – Я соберусь через минуту, – женщина сделала попытку улыбнуться. – Жду внизу, – Джоэл резко повернулся и сбежал вниз по лестнице. – Дерьмо! – сквозь зубы выругалась Нэнси. Спустя два часа, троих убитых щелкунов и одинокую банку тушенки, когда на улице уже смеркалось, а ноги гудели от усталости, путники вернулись к дому, который волею случая стал им убежищем на сегодняшнюю ночь. Нэнси скрылась из виду и Джоэл, наслаждаясь одиночеством, прилег на диван в надежде задремать, но сон почему-то не шел. Он открыл глаза и бросил взгляд на стул, куда Нэнси положила для него две рубашки в клетку, завалявшиеся в чьем-то шкафу. Мужчина потянулся, разминая спину, затем встал и переоделся. Одна из рубашек пришлась как раз в пору. Джоэл прислушался, но в доме было тихо. Он хлебнул воды из фляги, выглянул в окно и, ожидаемо никого не увидев, решил выйти на задний двор подышать. Дверь со скрипом открылась, в лицо ударил прохладный ветер. – Чего сидишь здесь? – спросил Джоэл, обнаружив Нэнси на ступенях, – Холодно. – Надеялась тайком съесть ананасы, – женщина пожала плечами, – но ты меня нашел. – Ананасы? Где ты их взяла? Джоэл спустился и сел на одну ступеньку с Нэнси. Она наколола на вилку кусок консервированного фрукта и отправила в рот. – Что смотришь? – чуть улыбнувшись, спросила женщина, – Не надейся, я не стану делиться. – Вообще-то ты мне должна, – заметил Джоэл, – плечо ноет до сих пор. – О, долг исчерпал себя, когда ты привез нас в реку. Мужчина нахмурил лоб. – Справедливо, – заметил он. – Ладно, забирай, – вздохнула Нэнси и сунула Джоэлу в руки жестяную банку, – там все равно мало осталось. Мужчина усмехнулся, приняв этот скромный подарок, захватил вилкой три оставшиеся кусочка ананаса и молча, но не без удовольствия съел их. Нэнси цокнула языком. – Ну что ты, Джоэл, не стоит рассыпаться в благодарностях. Мужчина только усмехнулся. Нэнси поднялась, отряхнула джинсы и молча вернулась в дом. Джоэл, оставшись сидеть на ступенях, отхлебнул сиропа из банки. Вдруг дверь позади снова заскрипела, мужчина удивлённо обернулся. Нэнси, не говоря ни слова, опустилась рядом с Джоэлом и, обхватив его лицо руками, почти невесомо поцеловала. Это был короткий, неожиданный поцелуй со сладким вкусом ананаса. Оторвавшись от сухих, немного обветренных губ Джоэла, Нэнси едва заметно улыбнулась, и вновь оставила мужчину сидеть снаружи. Когда дверь за ней закрылась, Джоэл, недолго думая, поставил банку на землю и пошел вслед за спутницей. Мужчина настиг Нэнси уже у спальни на втором этаже. Все так же не произнося ни слова, он обхватил ее за талию и поцеловал, на этот раз поцелуй был крепким и горячим. Попутно снимая одежду, они продвигались внутрь комнаты и в конце концов оказались на широкой, застеленной старым пыльным покрывалом кровати. Все это недолгое время, что они провели вместе, сделало их скорее партнёрами, и до этого момента они даже не чувствовали себя голодными друг до друга. Но сейчас все было иначе. Словно все, через что пришлось пройти, будь то даже боль, ненависть, отчаяние и много других, уже представлявших единое месиво чувств, вырвались наружу, став катализатором этой любовной агонии. Обхватив бедра Джоэла ногами, Нэнси шумно выдыхала, ощущая, как колючая борода Джоэла царапает ее шею. Она сжимала пальцами его плечи, словно в эту ночь это было самое дорогое, и ничего и никого в этом мире больше не существовало. В какой-то безумной, острой жажде близости Джоэл настойчиво двигался, вжимаясь в тело Нэнси. Его прикосновения были скорей грубыми, но ничего ей сейчас так не хотелось, как чтобы эти широкие мужские ладони скользили по ее разгоряченной коже. Джоэл кончил с хриплым стоном, зарывшись лицом в каштановые спутанные волосы любовницы. Нэнси, прикрыв глаза, нашла наощупь руку Джоэла, и их пальцы переплелись. В комнате было жарко и тихо. Не было слышно ничего, только их тяжелое дыхание. От одеяла исходил ощутимый запах плесени. Джоэл лежал на спине, положив руку под голову и смотрел в окно, через которое комнату освещал довольно яркий лунный свет. Нэнси давно крепко спала, уткнувшись носом в его плечо, ее мерное дыхание немного щекотало кожу. Осторожно отстранившись, мужчина поднялся с постели и натянул одеяло на обнаженное плечо Нэнси, она что-то пробормотала во сне и перевернулась на другой бок. Джоэл оделся и, сев в кресло у самого окна, где было мало-мальски светло, взял со стола свой револьвер с намерением почистить, раз уж ему все равно не спалось. Когда с этим было покончено, мужчина откинулся на жёсткую спинку и перевёл взгляд на спящую женщину. Но оказалось, Нэнси уже проснулась и молча наблюдала за ним. – Решил, лучше спать по очереди, – тихо, едва ли не шёпотом произнёс он, будто пытаясь оправдаться за то, что покинул постель. – Угу, – сонно пробормотала Нэнси, – разбуди меня через пару часов, я тебя подменю. И все. Никакого разговора о том, что случилось между ними. Женщина только укуталась в одеяло поплотнее и вскоре снова заснула. Джоэл так и остался сидеть в кресле, пелена сна накрыла его только когда начало светать.