Вся из себя...

Девушка почти сорвала голос. Она упала на белоснежную простынь. Слишком эстетично тут всё. Обнажённая девушка на белом белье, хоть сейчас камеру ставь и снимай. — Третий раз, — подвёл итог парень, невероятно довольный собой и тем, что произошло, падая рядом. Вот это физическая нагрузка! — Вот так просто лечь в постель с первым встречным… — Слушай, тебе было хорошо?.. — спрашивает девушка, пытаясь как можно скорее восстановить дыхание. — Да. — коротко отвечает блодин. — Ну вот. Лежи и радуйся. Не тебе о нравственности рассуждать. — с укором заявила Саша, прикрываясь концом простыни. — Молодец, сучка, поставила меня на место, — ухмыльнулся Кирилл, натягивая на себя одеяло.      Трёхминутная пауза, дальше девушка поворачивается к Незборецкому: — Будем прощаться… — говорит она, вставая с кровати и натягивая трусики. — Уже? — Я бы с удовольствием, — улыбнулась она, подчёркивая последнее слово, после чего сделала небольшую паузу, — Осталась бы ещё на пару актов, если это в твоих силах, но мне пора домой. Муж будет волноваться… — У тебя муж есть? — неприятно удивился Кирилл. — Да расслабься. Никого у меня нет. — Может тогда останешься ещё хотя бы на час? — спросил он. — Неа. — она надела топ и влезла в джинсы. Присела на кровать, натягивая ботильоны, потом повернулась к блондину: — Пальто мое не видел? — В коридоре. — Окей. Спасибо за вечер, всего хорошего! — искренне улыбнулась она. — Тебе того же… — бросил ей вслед Кирилл. Тут же дверь хлопнула. Ушла. Парень упал головой на подушки и счастливо улыбнулся. Получил то, что хотел. Никто даже не сомневался.      Она конечно горяча. Вроде такая непреступная и гордая, а вроде и поддалась ему. А как она очаровательно улыбнулась ему! Растаяла. Даже она растаяла. Ну всё! Теперь всё встало на свои места.      Через некоторое время Кирилл поднялся и оделся. И поехал домой. С чувством удовлетворения и счастья.      Ну что ж. Теперь можно выдохнуть. Всё сделано. По возвращению домой блондин, конечно же, похвастался брату своими «достижениями». Макс лишь фыркнул, давая понять, что он не верит. — Ну правда! — Ой ладно-ладно, — старший махнул на брата рукой, лишь бы тот отстал, и ушёл к себе. Кир надулся, обижаясь на брата…