Курение убивает

      Люмин молча слушала, как жужжал старенький немецкий тонометр. Манжетка с криво пришитой липучкой плотно обхватила кожу у её предплечий, от чего девушка сжала губы: не самое приятное ощущение. На поцарапанном экране медленно, но верно цифры добежали до отметки «170» и задержались на этом значении на какое-то время. Прибор громко запищал, и она невольно задержала дыхание, ожидая результат. Люмин почувствовала облегчения, когда компрессор на руке ослабил хватку, медленно сдувая воздух.       — Сто на семьдесят, — вздохнула девушка, быстро убирая с руки манжетку. — Хорошо.. хорошо. Сто на семьдесят.. Сто на семьдесят..       Люмин быстро сделала заметку в подготовленном заранее скромном чёрном блокноте, невольно цепляясь за оставленные не так уж и давно записи сверху: «22.10.21: сто десять на восемьдесят»; «23.10.21: сто десять на восемьдесят». Быстро добавляет ещё одну запись «24.10.21 сто на семьдесят». «Уже лучше»       — Люмин, — позвал брат, неожиданно появляясь в дверном проёме за спиной девушки, от чего та чуть не роняет старенький тонометр, который секундой ранее старательно запихивала в коробку, пытаясь поскорее убрать. — Меряешь.. давление?       — Да.       Она знала, как брат относиться к её проблемам со здоровьем, особенно в последнее время, когда на носу экзамены, а в спину дышит взрослая жизнь, пугая неизвестностью и скорой ответственности.       — Всё хорошо. Я выпила таблетки и скоро уже пойду. Помнишь: врач сказал мне ещё неделю проследить за давлением. А это.. всего лишь ежегодная профилактика, — она покачала головой. — Осталось подождать Мону..       — Она пошла домой переодеваться, да? — поинтересовался Итэр, присаживаясь напротив сестры, аккуратно подбирая ту за руку. — Нервничаешь, Люми?       Та молчит, в очередной раз устало вздыхая. Свободной рукой она нервно зарылась в волосы, слегка оттягивая светлые вьющиеся пряди в сторону. Всё ведь хорошо. Верно? Поводов для паники на горизонте не видно, затишье. Так почему же седьмое чувство, скрытое в закромах человеческого сознания, кричит ей, вопит, не давая и думать не о чём другом, скребётся длинными костями на душе: «Не иди!», «Не нужно!».       Девушка вновь возвращается к началу, где терзала себя мыслями о исходе этого «безобидного» мероприятия. О Боже, а ведь никто за язык её не тянул? Девушка впервые в своей непримечательной жизни идёт на эту чёртову вписку, от чего вдвойне неспокойно. Кто знает, что там произойдёт? Люмин уже насмотрелись программ на первом канале, подозревая, что после посещения этакого мероприятия, вполне может оказаться вся в слезах на мягких бардовых диванчиках напротив Малахова. Ладно, тут уже она преувеличивает, вчера с бабушкой у телевизора дают о себе знать.       От бурного потока мыслей, направленного на внутреннюю борьбу со своей собственной интуиции, которой Люмин пока не решила доверять или нет, её прервал брат.       — Люмин.. ты выглядишь прекрасно. Прямо принцесса.       Парень не смел лгать, лишь убеждаясь в красоте своей сестрёнки. Он уже сам волнуется, сомневаясь в обещании Моны, которая заверила его в том, что с Люмин ничегошеньки под её крылом не случиться. Да её такую украдут и даже за денежное вознаграждение отдать откажутся (но всё-таки больше стоило переживать за эмоциональное состояние самой сестры).       С этим лёгким макияжем Люмин и правда кажется посвежевшей. Пусть это и невесомым тени на веках; тонкие линии стрелок, которые девушка поначалу и вовсе отказалась видеть на себе, но поддалась уговорам Мегистус; пастельная помада на губах да еле заметный румянец — Люмин неотразима своей невинностью.       — Спасибо, — тихо усмехнулась она.       Девушка пытается легонько улыбнуться, чувствуя теплоту со стороны брат. Ох, чтобы только можно было одолжить у Итэра долю его спокойствия. Как ему удаётся так легко и сводить всё волнение на «нет»?       — И-извините, я вам помешала? — поспешно извинилась Ноэлль, появляюсь на пороге кухни. — Там просто пришла ваша подруга, я открыла дверь..       — Люмин! — воскликнула Мона, врываясь в комнату, чуть ли не сбивая в дверях напуганную от её возгласов Ноэлль. — О Боже, прости! Я не специально! Всё нормально?       Девушка отмахнулась, легко улыбнувшись Мегистус, вызывая и у той тёплую усмешку.       — Мона.. ты меня пугаешь. Что за спешка? — облегчённо вздохнула Люмин, отпуская руку брата и оглядывая подругу всю такую нарядную и парадную.       По её образу видно, что она готова как никогда.       — Там просто Скар в машине ждёт.. — улыбнулась она, почесав затылок. — Но вообще.. я принесла тебе платюшки! Поэтому давай! Руки в ноги.. или ноги в руки? Я думаю, они не должны быть тебе сильно большими.

———

      — Привет, Скар, — проговорила Мона, целуя парня в щёку, устроившись на переднем сидении старенький синей Ауди. — Поехали.       — Привет, — ответил Скар, переведя взгляд на Мегистус, что светилась ярче новогодней ёлки. Парень хмыкнул, пробежавшись по её наряду глазами. — Замечательно выглядишь.       — Подлизываешься? — ухмыльнулась девушка. — Что ж, спасибо.              — Добрый вечер, Скарамучча, — поздоровалась и Люмин, выглядывая из-за заднего сидения. — Напоминаю тебе о том, что в понедельник ты должен принести мне справку об освобождении.       — Привет, староста-, — парень запинается, когда обернувшись, замечает на сидении машины совершенно не ту девушку, которая, если уже цитировать его слова, «ебёт ему мозги» днями напролёт, стоит Скару переступить порог школы. — Староста.. А у Люмин есть сестра?       Удивление Скарамуччи понятно, Мона тоже пришла в приятном шок от результата своей работы, даже не подозревая, что в ней дремлет будущий стилист. Если бы Люмин согласилась на более яркий макияж и откровенный наряд, это была бы бомба замедленного действия!       Девушка одевалась в школу, следуя всем правилам: всегда скромно и закрыто — не зря её ставили в пример. Опрятная, отглаженная одежда, юбка положенной длины и совершенно неброский макияж, точнее тонкий слой гигиенической помады на губах. А тут.. Девушка в аккуратном бледно-голубом платьице: в достаточно непривычном для себя образе. Лёгкий макияж освежает лицо, делая её вид не таким измученным и уставшим, как кажется в школе. Учителя сами интересовались её здоровьем, говоря, что она слишком уж бледна.       Староста чуть покраснела от столь внимательного взгляда одноклассника, уже было подумав, что решением Моны в выборе платья с открытыми плечами было слишком уж откровенно. Она невольно захотела укрыть их джинсовой курткой, которую всё время сжимала в своих руках.       — Скар, — пихнула его в плечо Мегистус, на что Люмин лишь тихо посмеялась, расслабившись. Скар тихо шикает («Всё-таки Мона и Скар стоят друг друга»). — Не обращай на него внимание, Люми. Он всего лишь хотел сказать, что ты выглядишь чудесно!       Девушка легко улыбнулась, тихо спросив:       — Поехали?

———

      Доехали они спокойно, если не считать того, что Скарамучча хамил другим водителям, а Мона пыталась подавить фонтан его эмоций. Собственно, не такой уж и спокойной была поездочка.       — И кто вообще выдал тебе права, мудила!       — Но у тебя ведь тоже нет прав! — отвечала на это Мегистус, сама уже стараясь не сорваться на своего парня, ведь то, как её вертит из стороны в сторону последние две минуты езды, начинает изрядно раздражать. — Скар, можно ведь поаккуратнее! С нами Люмин! А если полиция? Если остановят? Да и мне кажется, ты достаточно превысил скорость!       — Люм знала на что шла, когда садилась в машину, который я «одолжил» у сестры. Верно, староста? — дерзил Скарамучча, пытаясь влиться в поток автомобилей, при этом не оставив на семейной ценности вметин. — Да и тем более, ведьмочка, раз уж так боишься, чего на автобусе не покаталась? Я бы дал тебе денег, как настоящий джентльмен!       Поначалу Люмин думала отвлечься от их споров немым простором в окно, наблюдая за тем, как за слегка мутным стеклом исчезают холодные многоэтажки. Но когда её и саму начало изрядно укачивать, стало и вправду немножко страшно, даже не смотря на то, что Скарамучча «таксист» проверенный временем и невредимыми конечностями. Хотя в первый раз, когда парень предложил подбросить её до школы вместе с Мегистус, она вовсе побоялась садится в эту старенькую Ауди.       — Ну слава, Богу. Не зря крестилась, — вздохнула Мегистус, с заметным облегчением откидываясь на сидении и освобождая плечи от ремня безопасности. С горем пополам, но они доехали. Люмин до сих пор сомневается хорошо ли это. — Люм, ты как? Не тошнит после такой поездки?       — Всё.. хорошо, — истерически усмехнулась девушка, накидывая на плечи куртку.       Мона вздохнула, порывшись в своей сумочке, достав оттуда небольшое складное зеркальце, которое Люмин когда-то подарила ей на день рождения.       — Так. Голова не болит? Не кружится? — поинтересовалась Мегистус, оглядывая своё лицо, краем глаза замечая, как в отражении зеркала староста мнётся, колебаясь с ответом. — Люмин?       — Нет-нет.. Всё хорошо, Мона. Честно.. Не стоит, — попыталась отмахнуться девушка.       — Ну.. ты говори если что. Я же как никак волнуюсь. Люми.. ты главное не нервничай. Не то я тебя знаю. Мы со Скаром будем рядом, никому не дадим тебя в обиду.       Мегистус, вздохнув, захлопнула зеркальце.       — Выходим? — поинтересовалась Мона, через плечо наблюдая за тем, как подруга поправляет подол платья, тщательно подобранного, учитывая замечания самой старосты, её брата и его девушки.       — Да-да.       Будущий астролог отворила дверь, выбираясь на улицу.       — Скар, идём, — проговорила девушка, обойдя машину и подбирая Скарамуччу за руку.       — Боишься уведут? — посмеялся он, сплетая пальцы с её.       — Да кому ты нужен, — фыркнула Мегистус.       Люмин, последовав примеру одноклассников, выходит на улицу. Вдыхая свежий вечерний воздух, она с некой опаской оглядывает обыкновенную серую многоэтажку напротив них. А на душе до сих пор кошки скребут.. Пожалуй, стоило выпить ещё одну таблетку перед выходом, так бы хоть руки не подрагивали в предвкушении.       Но в предвкушении чего? Да она сама толком не может определиться.. Несмело пробежавшись глазами по этажам, девушка невольно останавливается на окне девятого этажа, где разными цветами переливается свет, а на шторах криво висит гирлянда.       — Что ж, пройдёмте, — усмехнулся Скар, пиная попавшуюся на пути пластиковую бутылку.

———

      Если Люмин скажет, что не нервничала, когда перед ними с грохотом открывались дверцы лифта — солжёт. И уж тем более, даже если будет утверждать, что коленки не подрагивали, когда Скарамучча стучал в дверь квартиры, когда они приехали на девятый этаж, сама же признается во лжи.       — Скарамучча! А мы вас уже заждались, — воскликнул синеволосый парень, отворяя дверь. Он протягивает Скарамучче ладонь для рукопожатия. — Заходите! Думаю, выпить там осталось.       — Кэйа, и только скажи мне, что эта прошмандовка со второго курса опустошила все бутылки, — усмехнулся Скар, пожимая руку так называемому Кэйе, который улыбнулся хозяину квартиры в ответ. — Эта красотка тоже с вами? Заходи, не стесняйся!       Люмин вздрогнула, наконец выныривая из пучины собственных мыслей, в которых пыталась спрятаться ещё когда они зашли в подъезд.       Это.. ей?       — Ну же! — засмеялся парень, когда Скарамучча и Мона исчезли за дверью квартиры. — Я Кэйа. Кэйа Альберих. А ты?       — Люмин, — девушка неуверенно протянула ему свою ладонь, которую парень отходчиво пожал, давая девушке лицезреть свои нестандартные украшения. — Любишь.. кольца?       Надо же ей хоть как-то налаживать контакты с такими же беззаботным подростками. По крайней мере, не думать о плохом в данный момент. Отвлечься..       — Ага, — коротко ответил Кэйа, впуская её на порог квартиры. — Есть такое. Небольшое увлечение, скажем так.       Наконец попав внутрь, первое, что кинулось в глаза Люмин, это куча народу, что сумели уместиться.. в двушке? Вот это конечно чудеса.. Тут человек..? Да ей даже страшно предполагать.       Всё было по законам обыкновенной молодёжной вечеринки. Приглушённые свет, громкая музыка и конечно куча людей, что слегка пугало старосту, заставляя и без того паниковать больше.       — Что ж, развлекайся, красотка, — похлопал её по плечу Альберих, с характерным звуком захлопнув дверь сзади. — Хорошего вечера!       — А.. Погоди! — успела лишь пискнуть Люмин, как новый знакомый исчез, оставив её одну с неизвестью, можно даже опустить то, что этот паренёк сам являлся частью чего-то ранее неизведанного.       Девушка, растерявшись, боязливо оглядывается по сторонам пытаясь найти подругу или её парня.       — Люмин! Ну вот ты где! — воскликнула Мегистус, неожиданно появляясь перед ней, проталкиваясь через кучку людей в коридоре. — И пяти минут не прошло, я уже тебя потеряла.       — Извини, я.. заговорилась с тем парнем.       — Ах, Кэйа? — посмеялась Мегистус, подбирая подругу за руку. — Кэйа парень хороший. Первокурсник, учится в нашем унике.       — Первокурсник?       — Да. Это друг Скарамуччи, говорят познакомились через кого-то.. — продолжила Мегистус, утягивая её на кухню.       Люмин снова понадобилась инструкция о том, как стать воздухом, расстроиться в гуще газов. Она с превеликим удовольствием попыталась бы это доказать, знала бы только как.       С подругой рядом чуть спокойнее. Девушка лишь надеяться, что за этот вечер они не разлучаться, и Мона Мегистус на время станет её проводником в море новых забав.