Дежавю

      Случались ли у путешественника неудачные полёты? Думаю, в Монштадте были некоторые проблемы, да и в некоторых местах следовал штраф за полёты в общественном месте, но больше подобных случаев не припоминалось. Так не вовремя поднявшийся ветер ударил в лицо Итэра, поднимая планер и его самого намного выше, чем рассчитывал герой. Становилось холодно для тёплых и солнечных равнин. Необычно тёмные тучи заволокли небо светлого Монштадта, а парень, как «легендарный искатель приключений», отправился изучать необычное поведение погоды. Не хватало шалящих в разные стороны молний. Уж тогда бы история с инадзумовским устранением опасных природных явлений повторилась бы и в спокойном городе свободы, что не привык к ужасным бурям… — Ветер поднимался, я не мог разглядеть: близка ли какая-нибудь плоская поверхность для безопасного приземления, — профессор Чжун Ли сидит за столом и не спускает с героя глаз. — Что-то яркое промелькнуло перед глазами, но больше я уже не помню. Может, я рухнул где-нибудь и пролежал без сознания какое-то время, но лопатки ноют при любом движении, — Итэр, встретив первого знакомого в лице Архонта, обрадовался. Ситуацию можно было коротко обрисовать, и старый друг помог бы мудрым советом. Но Чжун Ли отреагировал совсем не так, как ожидалось, скорее даже агрессивно, из-за чего путешественнику пришлось в срочном порядке приводить убедительные доводы того, что от него не стоит ожидать опасности и будущей угрозы. Кажется, Моракс всё ещё ему не верил, однако Итэр ещё надеялся на рассудительность и благоразумие такого человека, как он. В голове вертелась одна идея о необычном перемещении в другой мир, параллельный. Но как это возможно? — Вы можете не верить моим словам, — удручённо проговаривает блондин и поднимается с услужливо поданного стула. — И мой внешний вид может уже о многом вам говорит, — парень часто не мог понять, какую же эмоцию испытывает Архонт, смотря на его строгие черты лица. — Пожалуйста, помогите мне вернуться… — Хорошо, — примирительно кивает Чжун Ли и мягко улыбается, выражение лица смягчается так, как в точности помнил путешественник. — Прошу прощения за мой несколько угрожающий вид, и, возможно, моя аура слишком давила на тебя, — что это такое? — Ты очень похож на одного здешнего студента. Может, она сможет тебе помочь, — плечи парня расслабились, как кольнуло в спине. — Насчет боли в области лопаток… Боюсь, тебя ударило молнией. Вот только интересно, как ты выжил? Судя по данному описанию, такая погода может быть вызвана только кем-то, и сама она никогда не ухудшится до такой степени.       Итэр кивнул. Паймон бы уже прокомментировала каждое слово Моракса… Привычно повернув голову в сторону всегда парящей рядом спутницы, блондин досадно нахмурился. Проводницы по Тейвату не было. — О том, откуда ты, — начал профессор деликатную тему, — лучше никому об этом не знать и не рассказывать, — тут же ее закрывает, на благо герою, благодарно улыбающемуся как обычно думающему наперёд Архонту (но не в плане моры).       Чжун Ли пересаживается за рабочий стол, на котором лежали две аккуратные стопки, настольная лампа, и начинает писать. Итэр уже видел подобный мир, вот только этот всё же отличался наличием знакомых людей. Властелин Камня был тем же высоким мужчиной с острым взглядом и запоминающимся строгим нарядом, вот только состоящий из пиджака и брюк, а не старомодного фрака. Чувствуя себя неуютно в образовавшемся молчании, блондин собирается обратно присесть, как подскакивает от непривычного грохота открывшейся деревянной двери. — Профессор Чжун Ли! Я готов отработать пропущенную неделю и сдать зачётку, — путешественник лишний раз убеждается, что все люди здесь — те же, что и в Тейвате. Дверь остаётся открытой, мимо которой уже с привычными выражениями лица проходили студенты. — Чайльд, скоро начнутся экзамены, и твоя зачётная книжка снова тебе понадобится, так что можешь её не сдавать… — кажется, Моракс скоро вышвырнет бесцеременного ученика, когда рыжий оборачивается и неподдельно, в удивлении всматривается в лицо путешественника. — Ха, Люмин, что ты тут делаешь? Хотя… — Простите за вторжение! — следом влетает Гань Юй в синеватой рубашке и уверенно хватает оцепеневшего Чайльда за локоть, кланяясь в пояс. — Извините, я не смогла удержать его подле себя. И прошу прощения, что прерываем вашу беседу, до свидания, — пролепетав множество извинений, оба скрылись за захлопнувшейся дверью. Красивая ваза покачнулась на одной из верхних полок. Здешняя Гань Юй весьма отличается, или же Итэр обыкновенно не знает девушку настолько, чтоб понимать каждое изменение. Внезапно вернувшуюся тишину прервал вздох Чжун Ли, подписавшего листок широким мазком. У кабинета хорошая звукоизоляция, что шум и грохот из коридора почти не слышен. — Это была Гань Юй, староста потока Ли Юэ. До неё должность занимала Нин Гуан, но она заканчивает последний курс и решила оставить руководство на более юных ростках, — начал профессор и подаёт несколько листов. — Тут твоё разрешение и утверждённая подпись от моего лица о принятии в нашу Академию. Если же захочешь поступить на другой курс, например, Монштадт, обратись к Венти. Думаю, тебе не доставит труда найти его. Он часто сидит во дворе Академии и устраивает уличные концерты с классической музыкой, — вчитываясь в данные бумаги, новоиспечённый студент устало вздохнул, прикрывая глаза. Если Венти заведует курсом, значит Джинн должна занимать пост старосты, как минимум.       «Школьная форма должна в обязательном порядке включать деловой стиль. Не забываем про специальные брошки! (Если же вы их потеряете/сломаете, обращайтесь к заведующим вашего курса). Во время тренировок и спаррингов допускаются сшитые для студентов защитные костюмы по их выбору и предпочтениям…». — А что с одеждой? — тот наряд, что всегда носил Итэр, подходил для физических занятий, а судя по всему, нужна обычная, человеческая одежда, коей, конечно, в рюкзаке героя не находилась. Не успел обдумать вопрос Чжун Ли, как тревога в золотистых глазах путешественника нарастала. Профессор встал из-за стола и положил руку на дрогнувшее плечо, усаживая парня в кресло и начиная размеренно, словно лектор, рассказывать всё самое важное об Академии. Спокойный и уверенный голос постепенно заглушал беспричинное беспокойство Итэра, заполнял пустоты о неизвестном мире, прояснялось что было и что ожидается в скором времени. Он помнил, как Властелин Камня, скрывающийся в человеческом обличье, также медленно шагал по улицам Ли Юэ, а путешественник слушал и старался запоминать большой объем информации, льющийся с уст Архонта.       Внешний шум незаметно стих. Неспешное повествование подходило к концу, а Итэр, чьи мысли текли медленной рекой вслед за чужими озвученными словами и рассуждениями, окончательно расслабился. Часы тикали, показывая послеобеденное время. — Спасибо, — тихо проговорил Итэр и откланялся. В кармане позвякивал ключ от его собственной, одиночной комнаты в общежитии, слава Архонту. Дополнительное жилое здание было чуть меньше основного учебного корпуса, но выглядел внушительно со всего тремя этажами, разделённые по направлениям. Видимо, здесь училось множество приезжих людей, не считая сирот и неполные семьи. Оставаться где-то надолго — непривычно. Итэр уже успел позабыть, каково это жить на одном месте, знать, что есть куда возвращаться уставшим или после насыщенного дня.       Обычная кровать располагалась у дальнего угла, рядом с окном, выходившим на солнечную сторону, стояло рабочее место в виде квадратного стола с выдвижной полкой и деревянным стулом, шкаф и тумбочки. Здесь недавно жил один ученик и скоро переехал в другую комнату, по словам Чжун Ли, так что теперь эта небольшая обитель была полностью под распоряжением путешественника. Послышался грохот с левой стороны. Кажется, там находились душевые. Может быть, кто-то поскользнулся. По пути в комнату никто, на удивление, не встретился на глаза юноши, что было очень странно, учитывая, что общежитие — людное и живое место само по определению, так что Итэр решил побродить по коридорам и этажам. Вдруг встретится кто-то знакомый. — Люмин… — сестра здесь! И, может, учится тоже здесь! Внезапная догадка оглушила Итэра, он бегом бросается проверять комнаты, выискивая нужное имя. Взгляд недолго задерживается на табличках, где имя начиналось с не той буквы. Кто-то выходит из комнаты, почти сбитый очень знакомым лицом. Извиняясь за причинённое беспокойство, путешественник спускается по лестнице вниз, перепрыгивая через две-три ступени за раз. Простые двери с протершимися ручками проносятся мимо глаз. — Не то, не то… — сердце было готово выпрыгнуть от скоро предстоящей встречи. Вот остаётся две комнаты. «Люмин и Эмбер». Ладонь сжимается в кулак. Это необычное ощущение от сиюминутного, долгожданного воссоединения сжало всё внутри, словно от страха. Рука поднимается, готовая постучать. Тук-тук-тук… — Можете входить! — весёлые голоса доносились изнутри. Эмбер с неизменным ободком в виде ушек сидела на кровати, сложив ноги крест накрест, Люмин расчёсывала свои короткие волосы. — Сестра, — пробормотал Итэр, вспоминая их последнюю и совсем безрадостную встречу. «Мы ещё встретимся, брат, когда ты закончишь своё путешествие. Мы поговорим, но только не здесь и не сейчас». — Брат? — девушка узнала его. — Т-ты… — не сдерживая слёз, Люмин бросается в крепкие объятия. Она совершенно такая же, какой всегда и была. Две заколки в виде цветков лилий украшали светлую макушку, единственные длинные пряди волос обрамляли красивое лицо. Тепло объятий было настоящим. Девушка рада, очень рада видеть его, но нечто мигом отрезвило разум. — Ты же погиб два года назад… — резко оттолкнув героя, Люмин наскоро вытирает солёные дорожки от слёз и вглядывается в такие же черты лица, та же длинная коса лежала за спиной. В недоумении нахмурившись, путешественник сделал пару шагов навстречу, но девушка отошла. Испуг и недоверие сменили радость после горькой разлуки. — Хаха, — Итэр пускает нервный смешок и прожигает потухшим взглядом пол. — Кажется, я всё же ошибся… — противоположные чувства боролись между собой. Хотелось начать оправдываться, доказывать забывшейся сестре, кто он и что он может рассказать многое о Люмин, то, что могут не знать другие. Или же мог сдаться, принимая реальность этого мира: здесь Итэр мёртв, а Люмин живёт дальше, возможно, за них двоих. Эта реальность давно простилась с ним. Итэра не должно существовать.