The 31st

      Даллас, Техас, 1993г.       Гермиона, стиснув зубы, закрывает багажник, а затем опирается о него бёдрами. Она раздражённо вздыхает и стирает капли пота с груди, смотря на безоблачное небо. На ней купальник и джинсовые шорты, однако лето в этом году чертовски жаркое.       — Гарри, Рон, вы скоро? — кричит она, отходя от машины.       — Уже!       Она вскидывает голову. Чёрные волосы Гарри блестят на ярком солнце, когда он смотрит на неё, высунувшись из окна её квартиры. Он машет ей рукой, а затем исчезает. Гермиона фыркает.       К тому времени, как её друзья спускаются на улицу, она заканчивает читать книгу по философии в машине. Профессор Люпин задал на лето изучить несколько статей и высказываний философов старого времени и написать эссе о своём мнении. Осталось выполнить последнее, и Гермиона будет полностью свободна от учебных обязанностей.       Гарри садится на переднее сиденье и заводит машину. Она кидает взгляд на Рона, что лёг позади них, и вскидывает брови.       — Он спит? — слова невольно срываются с её пересохших губ.       Гарри усмехается и качает головой.       — Нет, он просто устал.       — Мне жа-арко, — стонет Рон, в мольбе протянув ей руку. — И твои вещи чертовски тяжёлые.       Гермиона закатывает глаза и легонько бьёт его по запястью, отворачиваясь от друга.       — Эй! Так нечестно, Гермиона! Где моё спасибо?       — Не стоит, Рон, — Гарри смеётся и выезжает на дорогу. — Она сегодня не в духе.       Гермиона сжимает губы. Она убирает книгу в рюкзак и бросает его возле ног, откидываясь на спинку сиденья. Позади слышно шуршание.       — Что случилось? — спрашивает Рон, обращаясь к ней.       — Это Живоглот, — тихо бормочет она, опустив взгляд на свои руки. — Я не хочу брать его с собой, но я также не хочу оставлять его с Джинни.       — Мне уже обижаться? — он ухмыляется, совсем не помогая её беспокойству. — Не бойся, моя сестра не убьёт его.       — Да, но она может забыть о Живоглотике.       — Боже...       — Звони ей, — предлагает Гарри и пожимает плечами. — Я уверен, что там будет работать сотовая связь. Всё-таки она есть сейчас практически в каждом городе.       Гермиона смотрит на него, рассеянно обмахиваясь рукой.       — Я ранее даже не знала о его существовании, Гарри. Насколько я знаю, население в городе не превышает тысячи. Там наверняка есть такие проблемы.       — Да ну, ты просто драматизируешь, Гермиона, — Рон опускает мокрую ладонь на её плечо. — Мы же смогли как-то купить дом.       Гермиона раздражённо сбрасывает его руку, закрывая свои плечи и грудь. Она хмурится.       — Хватит меня лапать! И вообще, — она отбрасывает волосы в сторону, — я его ещё не купила.       — Да-да, — Рон отстраняется от неё и скучающе смотрит в окно. — Но мы тому парню, вроде как, понравились. А ещё... кто будет травку?       — Не веди себя как придурок, — говорит Гарри, плавно останавливаясь, когда загорается красный. — Всего несколько часов.       Гермиона усмехается.       — Да что не так? Я лишь спросил.       — После этого у моего отца появляются вопросы.       — Сам виноват, — мрачно отвечает Рон. — Мог бы уже давно купить машину на собственные деньги, а не брать на прокат у мистера Поттера.       — Я не...       — Хватит, мальчики, — Гермиона прерывает их, закатывая глаза из-за очередного спора. — Вы сейчас оба ведёте себя как придурки. Можете помолчать хотя бы пять минут?       Боковым зрением она замечает, что Рон хмурится.       — Твой кот действует на тебя не лучшим образом.       Гермиона ещё раз бьёт его по руке, однако на это раз он начинает смеяться, качая головой.       — Нет, нет, Гермиона. Подумай об этом!       Лучше бы поехала с родителями в Лондон. Она вздыхает, слыша, как Рон продолжает что-то бормотать ей, и включает радио. Гарри недавно настроил новую волну, поэтому первой начинает играть известная каждому ребёнку Theme For Halloween.       Она вскидывает брови.       — У нас сегодня что, Хэллоуин? Майкл Майерс придёт по наши души?       Гарри поправляет очки и улыбается.       — Нет, просто мне захотелось разнообразия. Надоело весь июнь слушать сборники песен Рона.       Она медленно кивает.       — М-м... Интересно.       — Я могу переключить, если ты против.       — Да нет, нет, — Гермиона пожимает плечами и делает музыку погромче. Зловещие минорные аккорды бьют по барабанным перепонкам. — Всё в порядке. Мне самой иногда хочется чего-то подобного, но, надеюсь, здесь будет Mr. Sandman.       Она разговаривает с Гарри ещё несколько минут, прежде чем Гермиона решает немного отдохнуть. Учёба и жара напрочь забрали все её силы. Она позволяет себе наконец расслабиться и насладиться музыкой, однако через несколько минут салон машины наполняется дымом. Глаза начинает щипать, а лёгкие резко протестуют.       — Рон!       Она опускает стекло со своей стороны, надеясь, что это поможет избавиться от мерзкого запаха. Рон смеётся ещё сильнее, когда она отказывается курить вместе с ним.       — Отвали от меня! — Гермиона отталкивает его от себя, едва не выкинув наркотик в окно. — Если ты решил накуриться, то, прошу, не ввязывай меня в это. Мне хватило проблем с этой дрянью ещё в старшей школе.       — Тогда ты сама решила попробовать.       Она качает головой и скрещивает руки на груди.       — О чём сейчас жалею.       — Не говори с ним, Гермиона, — Гарри широко улыбается, наблюдая за их взаимодействием. — У него уже голова поехала от дыма.       Гермиона обводит парней скептическим взглядом, прежде чем смотрит в окно. Сейчас день, однако машин на улице, помимо них, ужасно много. Мимо проносятся магазины и кафе, появляются пробки.       Скоро они должны начать приближаться к шоссе.

×××

      Гарри останавливается около двух раз, чтобы заправить машину и перекусить.       Гермиона внимательно следит за временем. К вечеру они заезжают в небольшой город. Внешне он похож на ковбойское пристанище, которое являлось популярным сюжетом для фильмов двадцать лет назад. Разного рода магазины выглядят давно заброшенными и пустынными, будто в этом городе не появлялись люди как минимум с конца шестидесятых.       Через пятнадцать минут всё подобие населённой местности заканчивается. Они едут по шоссе, вскоре свернув на широкую тропу. Впереди виднеются несколько точек, которые она не может разглядеть, и местная природа.       — Чёрт, — Рон округляет глаза, смотря в окно, когда они медленно едут, — да здесь действительно пусто! Где остальные дома?       — Мы их недавно проехали.       Гермиона открывает окно и опускает локоть на раму, слегка высовывая голову. Она вытягивает шею и хмурится.       — Странно, что эти два дома стоят на отшибе.       — Да... — в голосе Гарри сквозит глубокая задумчивость. Гермиона замечает, что его руки побледнели от того, как сильно он сжимает руль. — Нам остаётся только надеяться, что наш сосед не извращенец или что-то типа того.       — Эта музыка, которую мы слушали всю дорогу, как раз в тему, — бормочет Рон. — Но если серьёзно... ты прав, Гарри. Как ты вообще откопала этот дом?       Гермиона рассеянно смотрит на него, скользя ногтями по раме.       — В объявлении возле университета.       Рон поднимает брови, кажется, очень удивившись её словам.       — Какой идиот решил его туда повесить?       — Если так смотреть, то это очень логично, — говорит Гарри. — Студенты в конце семестра часто рассматривают варианты отдыха неподалёку от города. Это недорого и доступно. Сейчас конец века, у каждого второго американского подростка есть машина.       — Кроме тебя, Гарри.       Он на мгновение поворачивается к Рону, отвлекаясь от управления. Гермиона округляет глаза и хватается за ткань его футболки, безмолвно умоляя вновь посмотреть на дорогу.       — Рон...       — Гарри, это того не стоит! Пожалуйста, следи за управлением! — Гермиона взволнована, а сердце бешено бьётся в груди.       Она ненавидит ездить в машине с накуренным Роном. В следующий раз скажите ей, пожалуйста, чтобы она отнесла очередной косяк миссис Уизли.       — Слушай Гермиону, Гарри, — он широко улыбается. — Она плохого не посоветует.       Гермиона оборачивается к Рону, когда Гарри возвращается к дороге, и яростно смотрит на него.       — Что на тебя нашло? Ведёшь себя не лучше Малфоя!       Небольшой румянец, что едва заметен из-за заката, появляется на его щеках.       — Это травка, — бросает он, недовольно закатывая глаза. Он скрещивает руки на груди. — Ты же сама знаешь ответ на свой вопрос.       — А ты знаешь, что, будучи под кайфом, лучше держать свой рот на замке...       — Эй, хватит, — громко прерывает её Гарри. — Мы приехали.       Гермиона бросает на Рона последний предупреждающий взгляд, прежде чем возвращается обратно. Она смотрит перед собой, с уколом в сердце замечая, что их дом уже совсем близко.       Гарри паркуется на окраине тропинки, не рискуя заезжать дальше. Гермиона сжимает в холодных пальцах лямку рюкзака, не отводя взгляд от здания. Она решает, что это их дом, потому что, в отличие от второго, он выглядит необжитым. Он небольшой, одноэтажный, однако они вполне способны прожить тридцать дней без особого комфорта.       Они поочерёдно выходят из машины. На ней открытые сандалии, поэтому пыль и песок этой местности мгновенно оставляют следы на её загорелых ногах. Гермиона недовольно морщится, осматривая стопы с разных сторон. Чёрт, я совсем забыла, что это пустыня.       Ну почти. Она действительно находится в нескольких милях от дома, просторами которой славится Техас, вместе с сосновым лесом. Она читала, что неподалёку отсюда есть небольшая река, поэтому мысленно делает себе пометку сходить туда. Надо будет уточнить у местных жителей об обязательных атрибутах для подобных походов.       — Я думаю, нам нужно сначала туда, — Гермиона показывает пальцем на противоположно стоящий дом. Он выполнен в том же стиле, однако рядом находится дополнительное помещение. — Я должна заплатить за неделю.       — Неделя? — спрашивает Рон, когда они начинают идти.       Несмотря на вечер, в пустыне ещё более жарко, чем в Далласе днём. Гермиона съёживается, внутренне мучаясь от такого перепада температур. Рюкзак на спине кажется тяжелейшим грузом.       — Мы договорились, что я буду платить каждую неделю в случае, если мы решим уехать отсюда раньше положенного срока. Он согласился, — она пожимает плечами.       Гарри чешет затылок, следом убирая прилипшую чёлку со лба.       — Ты вообще знаешь его имя?       — Слушайте, — она хмурится, раздражённо оглядывая блестящие лица друзей, — вы сами согласились на это. Моим делом было найти эту чёртову бумажку и позвонить арендатору. Всё. Не более. Поэтому не надо задавать мне глупые вопросы. Я изначально была против всей этой затеи.       — Ладно, ладно, — Рон закатывает глаза и поднимает ладони вверх в жесте капитуляции. — Мы поняли тебя, Гермиона. Не злись.       Она скрещивает руки на груди, сжимая губы.       — Ну-у, — протягивает Гарри, — она права. Прости, не хотел показаться грубым. Просто странно, что он не назвал тебе своего имени.       Гермиона пожимает плечами. Сейчас она уже начинает немного сомневаться в своём решении взять неделю назад эту листовку. Быть может, тот парень действительно какой-нибудь извращенец.       Не делай поспешных выводов.       — Куда делись мои безбашенные друзья, вечно попадающие во всевозможные неприятности? — она пытается пошутить, когда чувствует, что в горле нарастает ком. — На самом деле, он назвал своё имя. Томас Гонт, насколько я помню.       Рон свистит.       — Ну, Гарри, а ты волновался! — он улыбается, сжимая лямку рюкзака на своём плече. — И вообще, ведь правда. Когда мы в последний раз вляпывались во всякое дерьмо?       — Когда были в старшей школе, — бормочет Гарри.       Год назад.       — Да, на выпускном. Вы подожгли туалет, из-за чего Снейп потом хотел повторно оставить вас в двенадцатом классе, — Гермиона закатывает глаза, а затем следующие слова застревают в её горле, когда она замечает, что они подошли.       Дом напротив них кажется невероятно огромным. Они останавливаются возле него, наивно ожидая, когда кто-нибудь выйдет наружу. Гермиона жуёт щёку.       — Может, стоит постучать в дверь?       — Я могу, — Рон пожимает плечами и снимает рюкзак, оставляя его на деревянной веранде. — А вы пока сходите и проверьте задний двор. Может, хозяин там. Сейчас ещё не так поздно, чтобы сидеть дома.       Они с Гарри синхронно кивают и обходят дом. Она осматривает его со всех сторон. Создаётся впечатление, что он был создан тем парнем — выглядит не настолько старым, как предыдущие, однако в нём ощущаются жизнь и какое-то особенное тепло. Любовь.       — Слышишь?       Гермиона отрывается от созерцания деревянных стен и смотрит на профиль Гарри. Он кивает на постройку, которую она увидела, когда вышла из машины. Что-то вроде сарая.       — Что?       — Похоже, он там, — Гарри на мгновение задумывается. — Знаешь, такой звук, будто кто-то колет дрова.       Гермиона склоняет голову набок.       Догадка Гарри подтверждается, когда они заходят за сарай и видят несколько десятков дров и брёвна, раскиданные рядом. Человек, который должен приютить их здесь на время, стоит в самом центре и замахивается топором. Пот блестит на его мощном теле, и Гермиона невольно сглатывает, скользя глазами по его мускулистым рукам и торсу. О мой бог. Я бы... не назвала его парнем.       Резкий колотый звук пронзает воздух, и она слегка морщится. Он кидает дерево на песок, а затем замирает, когда Гарри подаёт голос.       — Эй, ты Томас Гонт, верно?       Мужчина медленно оборачивается к ним, держа топор в сильной руке. Его глаза горят каким-то неведомым ей огнём, когда он убирает волнистый локон с лица свободной рукой в перчатке и окидывает их взглядом.       — Да.       Она сжимает губы, игнорируя сладкое ноющее чувство в низу живота. Боковым зрением ей видно, что Гарри немного тушуется, стоя рядом с этим огромным человеком. Ей не нравится топор в его руке.       — Добрый вечер, мистер Гонт! Я Гермиона Грейнджер, — она решает подать голос, предварительно прокашлявшись. Она делает несколько неуверенных шагов к нему. — Я звонила вам на прошлой неделе, сэр. Это мой друг Гарри, а... — Гермиона на мгновение оборачивается, растерянно осматривая двор, — где-то должен быть ещё один.       Мистер Гонт кивает. Одним движением он вонзает лезвие топора в полено и отряхивает руки, медленно снимая серые перчатки. Гермиона и Гарри ждут.       — Вы поздно, мисс Грейнджер.       Гермиона робко улыбается, схватившись пальцами за лямки.       — Д-да... В центре было много машин.       Мистер Гонт поднимает бровь. Все его движения спокойные и плавные, и у неё создаётся впечатление, что он — нечеловек. Невозможно контролировать себя так хорошо.       — Я слышал, что в Далласе в последнее время проблемы с населением.       — Э-э... — она чешет шею, задумавшись над его словами. — Да, это так. Вчера передавали по новостям, что с последней переписи город обеднел на несколько тысяч человек, — Гермиона пожимает плечами. — Даллас всегда был чем-то вроде центра Техаса, поэтому странно такое осознавать.       Мужчина смотрит на неё, пока она смущённо не отводит глаза. Она снова прокашливается и достаёт из рюкзака кошелёк с деньгами. Мистер Гонт внимательно следит за её движениями.       Гермиона замирает. Она поднимает голову.       — Вы не против, если я сразу заплачу за эту неделю? Но... если вы заняты, то мне не хотелось бы отвлекать вас от работы...       — Нет, мисс Грейнджер, — его глаза смягчаются. — Мне в любом случае надо показать вам дом, прежде чем впускать туда.       Это звучит... справедливо, поэтому она кивает. Гермиона возобновляет свои движения и берёт из кошелька заранее подготовленные купюры.       — Сто долларов, как и договаривались, — она улыбается и протягивает ему деньги. Мужчина делает несколько тяжёлых шагов к ней, вызывая мурашки по её спине, и принимает их. — Ну, вроде бы всё.       Он пересчитывает деньги, прежде чем убирает их в карман рабочих брюк. Прежде чем развернуться, Гермиона скользит по его одежде глазами, замечая, что это костюм — верхняя часть свисает у бёдер, а рукава завязаны в узел на его торсе. Она поспешно отворачивается.       — Прежде чем мы пойдём, я бы попросил вас найти вашего друга. Очень не хотелось бы, чтобы он... ненароком попал в дом.       Гермиона качает головой.       — Рон не такой, — быстро говорит она, однако Гарри уже тянет её за руку назад.       Он приближается губами к её уху, и она чувствует его влажные волосы на скуле.       — Он прав, Гермиона, — шепчет Гарри. — Лучше найти Рона, пока он не разозлился. У него огромный топор.       — И не только... — бормочет она, когда они заворачивают за угол.       Гермиона облегчённо выдыхает, когда видит Рона, сидящего на ступеньках возле дома и кидающего маленькие камни на песок. Гермиона подбегает к нему, и он поднимает голову, окидывая их удивлённым взглядом.       — Вы нашли его? — Рон поднимается на ноги.       — Да, — Гарри хмурится и подаёт ему рюкзак. — Гермиона уже заплатила ему за эту неделю.       — А-а, — он кивает и улыбается другу. — Ты чего такой недовольный? Наши проблемы относительно этого парня решились. Деньги у него, а нам осталось только отнести вещи в дом и отдохнуть. Не знаю, как вы, но я ужасно устал.       Гермиона опускает голову на свои грязные ноги, проводя носком по жёлтому песку. Странно видеть такое на каждом шагу.       — Он... — голос Гарри понижается, и он на мгновение оглядывается назад. — Он не особо нравится мне.       — Ой, не начинай, — Рон зевает, надевая рюкзак. — Этим должна заниматься Гермиона, а не ты, братан. Оставь ей это дело.       Гермиона бьёт его кулаком по бицепсу и улыбается, когда он начинает смеяться. Иногда Рон такой Рон.       — Мисс Грейнджер.       Они замирают, как по щелчку пальцев. Мистер Гонт стоит перед ними, опустив руки в карманы, и Гермиона замечает на нём чёрную футболку.       — Да, сэр. Мы готовы идти, — она улыбается шире, сверкая зубами.       Ветер обдувает её мокрые от пота волосы и щекочет шею. Мужчина переводит взгляд на Рона, ничего ей не отвечая.       — Ой, это Рон! — она представляет ему своего рыжего друга, похлопывая его по плечу.       Рон кисло улыбается мистеру Гонту.       — Добрый вечер, сэр.       Мужчина кивает.       — Это все ваши друзья? — он сухо обращается к ней, и Гермиона не знает, смущаться ей или задаваться вопросами, почему он разговаривает только с ней. То, что она ему звонила, ещё ни о чём не говорит.       — Да, мистер Гонт. Думаю, мы можем идти.       Не дожидаясь хозяина, они с Роном идут к дому. Гарри оставляет их на тропинке и садится в машину, чтобы подогнать её ближе к их жилищу.       Мистер Гонт склоняет голову набок, следя за каждым из них, когда остаётся один на своём участке. Горячий ветер проходит сквозь его мокрую футболку, оставляя неприятное послевкусие, пока он не возобновляет шаг, догоняя их.