Сколы

      Он использовал все свои преимущества - опыт, хвост, размеры. И когда Эйлаен валялась под ним, обессилевшая, и румяная, накрываемая одной за другой волнами дрожи, он поглядывал на неё сверху с удовлетворенной улыбкой. - А... Как же ты?.. - спрашивала она, пытаясь отдышаться. - Мне и так хорошо, - он улыбался и смотрел, как эльфийка предпринимает попытки обрести себя и приподняться, но тело было слишком слабым, и она оставалась лежать ещё какое-то время. Полуобнажённая, сияющая.       Он дарил ей моменты забвения часто в последнее время, и хотя Эйлаен терпеть не могла его довольного вида, когда по-настоящему расслаблялась только она, и её бесило то, насколько просто ему удаётся брать и удерживать контроль над ней, в обычной жизни строгой надсмотрщицей диких полуптиц, в моменты с ним - его податливой парой, на душе её было скверно, а эти встречи помогали не думать в принципе, давали почувствовать хоть и не полноценную, но значимость для кого-то, и Эйлаен принимала это, самопроизвольно становилась его куклой и просила ещё. Пусть делает, что хочет, она же может полностью поддаться и абсолютно и полностью (не) быть. Боли на следующий день она почти не заметит, может даже её не запомнит. Только одно останется на поверхности - ощущение полной укрытости, приятной ограниченности, простоты и безусловной тесной близости. И за это она не против потерпеть все... Условия. Встречи были взаимно приятны - ему, как выяснилось, нравились эльфийки, проявлять силу, а ещё нравилось смотреть. И иногда, когда Эйла была уже без сил, он сам доводил себя, поглядывая на неё, и потом приходилось отмываться.