Цербер

Задачa Цербepa — нe допускать в царствo мертвыx живыx людей, желающиx вызволить оттудa своиx возлюбленныx.

В школу Гермиона пришла на полчаса раньше, чем обычно. Благо, машины Реддла не было. У неё было несколько важных дел, мысли о которых заставляли её плакать. — Эй! — на пути к кабинету технологии её остановила Беллатриса. — Где Том? «Надеюсь, не здесь». — Не знаю, — собрав последние силы, чтобы не послать её, ответила Гермиона. — Вы же вчера были на свидании, — удивилась Лестрейндж. — Какая разница? Я знать не хочу, где он, — воскликнула Грейнджер и, намеренно стукнув Беллатрису плечом, пошла к кабинету. Когда она вошла, Невилл резко перестал поливать цветы и повернулся, но, увидев её, его улыбка померкла. — Что ты здесь делаешь? — напряжённо поставив лейку, спросил Лонгботтом. Гермиона не знала, что сказать даже сейчас. Утром она репетировала эту речь несколько раз, но сейчас все слова остались за дверью. — Я была на свидании с Реддлом, — сказала она, горько улыбнувшись. Невилл вздохнул, проведя рукой по волосам. — Полагаю, тебе не понравилось, раз ты здесь. — Не понравилось?! Я думала, что сделала что-то не так, как-то обидела тебя, но ты! Почему нельзя было обратиться в полицию? Твои родители там работают! Лили! Или к директору? Дамблдор бы засадил его в колонию! — возмутилась Гермиона, чувствуя, как злость начинает расти. Невилл, казалось, тоже был не рад, хотя всегда спокойно относился к таким её речам. — Какую полицию, Гермиона? Все и так считают меня слабым, и они правы, черт возьми! — Неправда, — возразила она. — Я оставил тебя на его съедение, как десерт, оставленный церберу, но цербер всегда съедает всех, кто ещё не сдох! —воскликнул Лонгботтом, игнорируя её. «Десерт, оставленный церберу, но цербер всегда съедает всех, кто ещё не сдох» «десерт» «Не за неправильность действий, а за то, по отношению к кому он их совершил» . Гермиона никогда не рассматривала себя, как чей-то десерт, но сейчас она именно так себя и чувствовала. Будто была перекусом, который приятен, но не так важен в жизни. — Невилл, ты перечитал Шекспира? Что за драму ты устроил? Он не цербер, а псих, — как можно спокойнее парировала Грейнджер.

***

Невилл попросил её быть осторожной, так она и собиралась поступить. Избегать всех, кто может причинить вред. Но Гермиона совершенно забыла о тех, кто желал ей только добра. Гарри и Рон премило общались, сидя за одной партой. Как будто ничего не было. — Она меня не слушает! Гермиона из ума выжила! — шептал Рон. Она знала, что врагов всегда будет объединять другой враг. А этих двух тем более. Они ссорились каждую неделю, но потом Грейнджер делала что-то «выдающееся», и они объединялись, чтобы вытравить из неё «идеи, способные её уничтожить». Но Гермиона знала, что она всего лишь повод. — Полностью согласна, — шёпотом ответила она вместо резко покрасневшего Гарри. — Как прошло свидание? — едко спросил Рон. — Отвратительно. Разве Чарли тебе не рассказывал? Он подвёз меня домой, — удивлённо сказала Гермиона. — Он обидел тебя? — нахмурился Гарри. — Он псих, он всех обидел. — Гермиона, ты видела Виктора? — любопытно протянула Лаванда Браун. — Нет, — удивлённо ответила Грейнджер. Она была уверена, что он приедет завтра. — Разве он тебе не писал? — нахмурилась Парвати. — Писал, что прилетит завтра. — Может, письмо поздно пришло? — предположила Лаванда. — Он в спортзале. Иногда от сплетниц была польза. Хотя Браун и придумала ей прозвище «заучка» в третьем классе, и её называли так вплоть до седьмого класса, временами она была доброй и помогала. Парвати всегда была за Лаванду, но один раз, втайне, дала списать Гермионе домашнее задание. — Сколько до урока? — Две минуты, — растерянно ответил Гарри.

***

Она ненавидела бегать, но встреча с Виктором стоила отдышки. Когда она открыла дверь, он играл в футбол с местной командой. Первой её заметила Анджелина, которая помахала ей рукой, привлекая внимания Виктора. Он нахмурился, для него игра была всем, и он не понимал тех, кто может обращать внимание на кого-то другого во время футбола. При этом, обнаружив смущённую Гермиону, широко улыбнулся, пропуская мяч. — Крам! Сукин сын! — возмущённо крикнул Фред. — Гермиона? Привет! Ли, дружище, придётся заменить его. Джордан застонал, отрицательно мотая головой, но Джордж уже подхватил его на руки, громко хохоча. — Ты не позвонила. Я думал, ты мне не рада, — сказал Виктор, нахмурившись. — Письмо пришло только вчера, а потом произошла неприятность, и я забыла, — на одном дыхании выпалила Грейнджер, чувствуя, как покрывается румянцем. — Неприятности? Это хорошо. Будет, с чем помочь, — улыбнулся Виктор. — Я не в том смысле, что им рад, я просто хочу помочь, понимаешь? — Понимаю, — кивнула Гермиона. Анджелина, пробегая мимо, подмигнула. — Я буду здесь до вечера, может, погуляем? — предложил Виктор. — И пропустим мои уроки? — неловко улыбаясь, спросила Грейнджер. — Ах, точно, — стукнув себя по лбу, засмеялся он. — Я уже должна идти, но мы ещё увидимся. Гермиона была уверена, что выглядит, как большой помидор, укатившийся из буфета на второй этаж. — Да, конечно, иди, — кивнул Виктор.

***

День длился вечность. Гермионе очень хотелось подойти к Виктору на перемене, но она держалась, чтобы не показаться слабой или одержимой. На последнем уроке проблем прибавилось — Лестрейндж ходила около их кабинета, чем очень пугала Гермиону, даже если не смотрела на неё. Лаванда и Парвати весь день хихикали, посматривая на неё. Гарри и Рону это очень не нравилось, и они ещё пуще шептались, временами втягивая её в разговор такими вопросами, как: «Думаешь, они влюблены в Крама? Или в тебя?». — Грейнджер, Том был здесь, — прошипела Беллатриса, как только она вышла из кабинета. — И что? — несмело спросила Гермиона. — Он меня убьёт? — Не знаю, — ответила она, после чего истерично захохотала. — Лучше уйди отсюда, —буркнул Невилл, держа Гермиону за плечо. — Я хочу помочь, Лонгботтом! Когда на горизонте показались Гарри и Рон, Лестрейндж быстрым шагом удалилась в сторону старого туалета. Страх набирал новые обороты, не давая Гермионе сосредоточиться хоть на чём-то.

***

Виктор ждал её у выхода с небольшим букетом ромашек. Рядом с ним Гермиона чувствовала тепло, Крам постоянно шутил, рассказывал как ловил рыбу, а его отец гордо говорил, что сделал это сам. Признался, что рад, что первый её пригласил, заметил, насколько она красивая. Делился планами на жизнь: он хотел стать тренером, жить в большом доме с балконом. Гермиона ляпнула, что тоже мечтает об этом, хотя она терпеть не могла балконы. Грейнджер рассказывала ему, что с детства любила собирать цветы, когда прямо перед ними резко затормозила машина. Гермиона вскрикнула, схватив Виктора за руку. — Это Реддл, — вздохнула она. — А что он тут делает? — нахмурился Крам, продолжая идти мимо машины, бережно держа её руку. — Я не знаю. Вчера у нас было свидание, от которого я не смогла отказаться, и он вёл себя просто отвратительно, — дрожащим голосом прошептала Гермиона, боясь, что Виктор отпустит её руку, бросая здесь. — Дерьмо, — выругался он, смотря назад, — не поворачивайся, хорошо? Похоже, ему что-то не понравилось. Грейнджер и вправду пыталась не поворачиваться, несмотря на то, что очень хотелось знать, что там такое, что не понравилось Виктору. — Нам ещё долго идти до твоего дома? — тихо спросил он. — Да, еще четыре поворота. — Гермиона, я не хочу тебя пугать, но сейчас ты должна бежать к телефону и позвонить в полицию, назвав этот адрес, — прошептал Крам, отпуская её руку. — Что? Зачем? — недоуменно нахмурилась она. Повернувшись, Грейнджер испуганно вздохнула. Том медленно приближался, кидая из одной руки в другую пистолет. Увидев, что она смотрит, он улыбнулся и помахал рукой в знак приветствия. —Привет! Ты сбежала! Это некрасиво! — крикнул Реддл. — Очень некрасиво! Гермиона подавила в себе желание закричать, но громкий всхлип всё же вырвался. Ей стало очень страшно. Оглянувшись на Виктора, она увидела, что по его лицу течёт капля пота. — Не бойся, он блефует, — тихо сказал Крам. — Давай будем медленно идти, он же не псих, чтобы стрелять. Это просто игрушка, чтобы припугнуть тебя. — Я занимаюсь охотой с десяти лет, я в этом разбираюсь, — добавил он с улыбкой. Гермиона не сомневалась в его словах, но страх обуревал ей больше и больше. Чувствовать, что позади тебя идёт вооружённый псих (в чём она убедилась) было очень даже дерьмово. Бессилие и отчаяние душили ее. Наверное, это чувствуют охотники и звери, загнанные в угол. — В самом деле, ты хочешь напугать родителей? — громко спросил Том. — Блеф, — шёпотом возразил Виктор, — не поворачивайся, всё под контролем. — Мы прошли только один поворот, но здесь же есть люди, почему они ничего не заметили? — Они не рассматривали, что там у него в руках. Гермиона взглянула на Крама, сохранявшего стойкость в такой ситуации. Но был один вопрос, который не мог её не волновать. — Если это игрушка, почему ты не можешь его просто вырубить? Ты же сильнее. Виктор еле заметно дёрнулся и, повернувшись к Тому, спокойно заговорил: — Не хочу его убивать, Гермиона. Видишь, стою, смотрю на него. Грейнджер растерянно посмотрела на Виктора, потому что он и в правду перестал идти. Том приближался с хмурым выражением лица, а Виктор стоял и смотрел. — Идём отсюда, — шепнула она, взяв его руку в свою. — Ты права, я сделаю это, — слабо улыбнувшись, ответил Виктор, — я покажу ему, почему не надо преследовать мою девушку. Ты же станешь моей девушкой? — Виктор, пойдём отсюда, — дрожащим голосом попросила Грейнджер. — Гермиона, ты же станешь моей девушкой? — Да! А теперь идём! — умоляюще сказала она. Крам поцеловал её руки и осторожно отодвинул за себя. Животный страх овладел Гермионой, она была в таком ужасе. В окнах домов стали появляться люди, удивлённо и испуганно смотрящие на неё. Многие кому-то звонили, что давало какую-то надежду. — Том, давай просто поговорим, — предложил Виктор, поднимая руки в знак того, что он готов сдаться. — Пошёл к черту, — с яростью выпалил Реддл, наставляя пистолет. Грейнджер вскрикнула и зажала рот рукой. Крам начал медленно подходить, пугая её ещё больше. — Не надо, — тихо взмолилась она. Том, в отличие от Виктора, на секунду повернул голову к ней. А затем взвел курок. — Что ты делаешь?! — вскрикнула Гермиона, зажмуриваясь. Когда она услышала звук, похожий на выстрел, то открыла глаза. Грейнджер уже слышала подобное в фильмах. Виктор держался за живот, испуганно вдыхая воздух. Том держал пистолет, нацеленный на него. Гермиона взвизгнула, подбегая к Виктору. Она смогла взять его за плечо прежде, чем он упал, утягивая её за собой. На его красном пальто выделялось пятно. Задыхаясь, Гермиона провела по нему, и палец стал красным, словно она сдавила малину. — Виктор! Виктор, что это? — Гермиона, всё в порядке, — из его рта полилась струйка крови, — он просто убил мою бабочку, летевшую к тебе. — Виктор! — из-за слёз она мало что видела, но его лицо, перекошенное от боли, обещало ей сниться. — Беги, — прошептал Крам. Гермиона не могла бежать, оставить его одного. Он этого не заслуживал. — Я…я просто хотел быть с тобой, хотел тебя, — дрожащий голос Тома заставил её повернуться. По его щекам текли слезы. — Я не хотел! — Ты — монстр! — выкрикнула Грейнджер, чувствуя, что грудная клетка Виктора больше не поднимается. Он выглядел так же, как статуи и экспонаты в музее. Вдали показались яркие машины, в которых с трудом Гермиона узнала полицию. — Нет, нет, нет, нет, — шёпотом просила она, прижимая голову к груди Виктора. — Ты жив! Ты должен быть жив! — Я сдаюсь, сдаюсь! —отдалённо слышался голос Тома. — Мисс, мисс, отойдите от тела, — голос, смутно похожий на женский, подходил ближе. — Мы вам поможем. Гермиона помотала головой, поворачиваясь к голосу. Перед ней стояла темнокожая женщина, протягивая руку. — Он не дышит. Почему он не дышит? — Мисс, мы поможем, но и вы должны помочь. Гермиона посмотрела на Виктора и осторожно встала, подавая руку. Они помогут ему. Они же полиция. Тома сажали в машину. В последний раз взглянув на неё, он улыбнулся. По её коже прошёл знакомый холодок.