Цербер

Цербер закрыл свои шесть глаз и мечтал о другой жизни, когда он был настоящей собакой. В своих снах он вспоминал дни, когда был схвачен и обучен работе опекуном мертвых.

Гермиона должна была выйти ещё десять минут назад, но не могла: машина Тома всё ещё стояла, а встречаться с ним желания не было. —Ты ещё дома? —удивлённо спросила Джин, собираясь на работу. —Ты же опаздаешь. Грейнджер не знала, как ей сказать, что она ждёт, когда Реддл уйдёт, поэтому, нацепив шапку, сделала вид, что не слышала, но уже выходит. Гермиона не могла ходить очень быстро, но пыталась успеть проскочить мимо его дома быстрее, чем он её заметит. Но не подозревала, что это была игра в кошки-мышки. —Подвезти? —выкрикнул Том, подбегая к машине. Она никак не могла понять, почему он так хочет её подвезти, ведь было очевидно, что она желанием не горит, раз постоянно отказывается. —Нет, я хочу прогуляться, — покраснев до кончиков пальцев, ответила Гермиона. —Можешь ехать. —Ты уверена? —напрягся Реддл. Она была уверена, что не хочет ехать с ним в одной машине, и надеялась заболеть или умереть до вечера, чтобы не идти на свидание. —Да, говорю же: прогуляться хочу, —повторила Грейнджер, неловко улыбаясь. —Ладно, —нахмурившись, сказал Том и громко хлопнул дверью.

***

Гермиона благополучно дошла до школы, но ужасно замёрзла, так что всю перемену обнимала Рона. Его подвезли близнецы, и он был тёплым. —Надо было заехать за тобой, —настороженно произнёс он. —Она хотела прогуляться, —процедил Том, проходя мимо. Грейнджер крепче сжала тело Уизли. Реддл был невыносимым. —Ничего мне рассказать не хочешь? —отталкивая её от себя, спросил Рон. Гермиона покачала головой. — Правда? —с усмешкой уточнил он. —Он предложил меня подвезти, а я отказалась. А вчера совершила огромную глупость, — сдалась Грейнджер. —Ну? Какую глупость? —после минуты её молчания не выдержал Уизли. Он был не из тех, кто верил в любовь, Рон был законченным пессимистом, поэтому, узнав правду, начал предполагать возможные развития событий. В конце каждого Гермиона умирала или начинала принимать наркотики. Молча слушая, что её будут насиловать на заднем сидении машины, а Рон будет пить какао и не знать об этом, Грейнджер очень злилась, потому что это были лишь сказки, она ни знала ни одного подобного случая. Но при этом стала бояться ещё больше. Гарри пришёл за минуту до урока, обиженно садясь на заднюю парту. Уизли на это закатил глаза и показательно потрепал волосы Гермионы.

***

Уже находясь дома, она болтала с Джинни по телефону, пытаясь отвлечься. Если бы Джин увидела, что она опять сидит на комоде, потому что не может достать до телефона стоя, то у неё случился бы сердечный приступ (по крайней мере, она обещала его уже раз десять). Джинни громко смеялась, рассказывая, как Дин пытался её поцеловать. Невольно улыбнувшись, Гермиона была готова забыть о свидании. Но у Рона были другие планы, поэтому он громко попросил сестру отговорить её. —Серьёзно? Свидание со старшеклассником?! Да это круто! —взвизгнула Джинни. —Только перцовый баллончик возьми! О боже! Свидание со старшеклассником! —Я не хочу идти, —громко возразила Грейнджер, пытаясь перекричать подругу. Уизли резко затихла. —Тебе нечего надеть или что-то серьёзное? —поумерив пыл, спросила она. —Серьёзное, —раздражённо ответила Гермиона, —пока, Джинни, —услышав шаги на крыльце, она бросила трубку и спрыгнула с комода. Быстро сев за стол на кухне, Грейнджер сделала вид, что ест яблоко. Родители тихо переговаривались, снимая верхнюю одежду. —Гермиона! Тебе твой парень написал! —весело оповестил Уильям. Несмотря на то, что Виктор не был её парнем, она резко вскочила, уронив яблоко на пол, и помчалась в прихожую. Толстый белый конверт лежал там, где она буквально минуту назад сидела. —Привет, —поцеловав в щёки родителей, сказала Грейнджер и, схватив письмо, умчалась в спальню. Она так долго его ждала, что предвкушение заставило её бабочек отплясывать вальс. Дрожащими руками открыв его, Гермиона увидела две фотографии, письмо и кулон. На фотографиях был изображён Виктор с медведем и с большой рыбой, а в уголке было нарисовано немного кривое сердечко. Кулон был на обычной верёвке, сплетенной в косичку, но с красивым белым камнем. Глубоко вздохнув, она прижала подарок к себе и раскрыла письмо. «Дорогая Гермиона, Пишу тебе с радостной новостью, мы вернулись! Теперь я смог распечатать фотографии, доделать твой кулон и, самое главное, написать тебе. Больше пропадать не буду, честное слово. Более того, через три месяца мне восемнадцать! И я договорился с отцом переехать поближе к тебе, может, даже на одну улицу, ну, если повезёт. Послезавтра я приеду забрать кое-какие вещи, забытые в вашей школе (совершенно случайно), и мы сможем встретиться! Позвони мне, если не против. Номер мой знаешь. С любовью, Виктор Крам». Восхищённо вздохнув, Гермиона легла на кровать, прижимая его подарки к груди. Она не понимала, как могла подумать, что он не напишет или пользовался ей. Это был лучший парень. А его «с любовью» приятно отдавалось в груди. —Гермиона! Том здесь! —крикнула Джин, обрушивая на неё реальность, в которой она должна была провести вечер с ним. —Сейчас спущусь! —натягивая на себя легинсы, громко ответила Грейнджер. Её мысли снова были заняты вовсе не Томом, даже когда Джин одобрительно улыбалась. —Ты чего застыла? —спросил Реддл, когда она уже минуту не могла застегнуть замок на куртке. —Не получается, —быстро придя в себя, сказала Гермиона. Том подошёл к ней и, один раз дёрнув бегунок, застегнул куртку, заодно поправив шапку. Совершенно этого не ожидая, она покраснела. —Ну что, может, в «Карамельное латте»? —предложил Реддл. Грейнджер ни разу там не была, но кивнула, делая вид, что знает, о чём он говорит. Она села на заднее сидение машины и уставилась в окно, перенося себя в послезавтра, где Виктор обязательно сделает ей предложение встречаться. На её губах застыла улыбка. Том, восприняв это на свой счёт, решил пошутить: —Если бы я знал, что поездка со мной вызывает у тебя восторг, ты бы жила здесь. Это было не смешно. Во-первых, Гермионе стало стыдно, что она думает о другом, когда едет на свидание. Во-вторых, она была уверена, что это не шутка, и, при желании, он правда заставит её здесь жить. Но хихикнула. Они ехали ещё десять минут. Иногда Том поглядывал на неё, и когда это случалось, она улыбалась, чтобы он ничего не подумал. «Карамельное латте» находилось около магазина мужской одежды. Внутри было очень мило, там сидели несколько парочек. Официант, увидев Тома, криво улыбнулся и указал на свободный столик в конце кафе. Гермиона не хотела сидеть там, но Реддл по каким-то непонятным соображениям взял её за руку и уверенно повёл. Официант утешительно улыбнулся, но это не помогло, она чувствовала его горячую руку. —Что будешь? —наконец отпустив её руку и сев напротив, спросил Том. Гермиона открыла меню. Её глаза разбежались от большого количества выбора. Но Реддл ожидающе смотрел на неё, заставляя её замереть, поэтому она наугад ткнула на зеленый чай и классический чизкейк. —Хороший выбор, —сказал он, рукой подзывая официанта. —Хорошо выглядишь, кстати, —тихо заметил Том. —Спасибо, ты тоже неплохо, —выдавила из себя Грейнджер, тихо ненавидя его костюмы. Когда официант подошёл, Реддл вновь стал грубо себя вести, презрительно отчеканивая каждое слово. Гермионе было очень стыдно за это, и она угрюмо отбивала пальцами ритм. —Ты знала, что я заставил Лонгботтома связать тебе тот свитер, —негромко похвастался Том. —Он рыдал. Ужас застыл в глазах Гермионы, Невилл послал ей его почтой и не пришёл на её прошлое день рождения, да и вообще перестал с ней общаться. —Ты же шутишь? —дрожащим голосом спросила она. Том промолчал, рассматривая её. —Пожалуйста, скажи, что ты шутишь. —Я шучу, — улыбнувшись, ответил он. Гермиона была не настолько глупой, чтобы поверить в это. Страх твердил ей уходить, а бабочки в животе, что она влюблена. —Ваш заказ, —вмешался официант, аккуратно ставя чашки. —Спасибо, —слабо улыбнувшись, сказала Грейнджер. Сразу взяв чай, она сделала большой глоток, не подумав о его температуре. Горло обожгло, и Гермиона застонала, глубоко дыша. —Какого черта? —зашипел Том. —Ты что ей подал? —Я сама такое выбрала, — говорить было больно, но Реддл, не обращая внимания на её слова, казалось, был готов убить бедного официанта. —Зря ты это сказала, я был готов сломать ему руки, —усмехнулся он, кровожадно разрезая ложкой пирог на половинки. Гермиона не сомневалась, что это правда. Но и терпеть его не собиралась, он вёл себя отвратительно. —Ты знал, что нельзя все мысли произносить вслух? —ответила Грейнджер. В её мыслях было лишь одно: как уйти, чтобы после всё было как прежде? —Правда? Это почему? —выгнув бровь, спросил Том. —Всем всё можно, только глупец считает иначе, а ты же не глупая девочка? —Гойл тоже сделал, что хотел, —парировала Гермиона, —но ты избил его за неправильность действий. —Не за неправильность действий, а за то, по отношению к кому он их совершил, —беззаботно поправил он. Гермиона решила, что единственный выход — просто встать и уйти. —Мне пора, —бросила она, резко поднимаясь. Единственный страх, что он схватит её руку, сбылся в эту же секунду. —Свидание ещё не закончено, —процедил Том. Испуганно повернувшись к официантам, она обнаружила, что они также испуганно смотрят, один из них разговаривал по телефону, было похоже, что диктовал. Адреналин ударил в кровь, и Гермиона попыталась стукнуть кулаком по его руке, но Том схватил и её, не давая возможности ничего сделать. —Полиция уже едет, —несмело сказал один из официантов, подходя ближе. Посетители напряжённо на них смотрели. —Лучше отпусти девушку, —посоветовал крупный парень за соседним столом. —Я её и не держал, —поцеловав её ладонь, протянул Том. —Девушку отпусти, —повторил он. Реддл фыркнул и показательно поднял руки, давая Гермионе возможность сбежать. Выйдя из кафе, она растерянно оглянулась, уже зная, кого ей нужно найти. Чарли нашёлся у продуктового магазина. Он напоил её чаем и довез домой, даже не спрашивая, в чём дело. Немногословность была одной из лучших его черт. То, что она вернулась раньше Тома, а ещё и с Чарли, заставило родителей недоумённо нахмуриться, но спрашивать, в чём дело, они не стали. Войдя в комнату, Гермиона упала на кровать. Слёзы нескончаемо лились, не давая возможности сосредоточиться хоть на чём-то. Она даже не помнила, как уснула.