child of the sun

Пусть северные ветры поют об одиночестве! Мы споём о любви

В спальне гуляет яркий лунный лучик. Он скользит по голым плечам, предплечьям и кистям, задерживается на тонком кольце на безымянном пальце, а после скрывается в мятой простыне. Омега мягко обнимает себя за согнутые и прижатые к груди колени, чуть покачиваясь. Теперь тишина в их доме появляется лишь с наступлением ночи, когда волчата, немного подросшие за три года, устают и засыпают крепким сном, видя самые сладкие сны. Они родились в пору светлых ночей, долгожданные пришли в этот мир летом, в конце августа. В солнечный день, объятые теплом двух крепких сердец. Новоиспеченные родители весь вечер и всю ночь глаз не смыкали, всё наглядеться не могли на крохотные носики, что забавно морщились от малейших прикосновений. Мальчишки родились крепкими и здоровыми, с еле заметными веснушками на щеках. Чонгук тогда благодарил Луну и мать-природу за малышей и мужа, выл счастливо и утыкался носом в макушки альфочек. Сейчас они подросли и радуют родителей успехами и любопытством. Каждая прогулка – целое приключение! Всё хочется потрогать, обнюхать и узнать побольше. Стая стала одной большой семьёй, которая раз за разом, год за годом всё крепнет, растёт. А отношения в ней всё теплее и теплее, роднее и уютнее. – Почему не спишь? Дверь тихонько скрипит, впуская изрядно уставшего и замученного Чонгука в спальню, где его уже заждался муж. После увеличения территорий появилось много работы, так что альфа возвращается к ночи. А Тэхён с мальчишками навещает его ближе к обеду, принося ему и работающим альфам вкусностей. Чонгук подбирается, рядом присаживается на кровать и в объятиях стискивает крепко-крепко, потираясь носом о метку и целуя нежную кожу шеи. Урчит довольно от близости и млеет, когда Тэхён, развернувшийся к нему лицом, гладит по груди и ключицам, снимая рубаху, пропитанную пылью, усталостью и потом. – Тебя ждал, уснуть все никак не мог, – шепчет и накрывает его губы своими, сливаясь в чутком и нежном поцелуе. – Еле уложил спать детей, весь вечер хныкали и просились к тебе. Тэхён ведёт в ванную, набирая тёплую воду и добавляя какие-то приятные масла, пока Чон снимает широкие штаны с бельём, а после со стоном погружается в воду, смывая груз с плеч. Тэхён водит мочалкой по крепкой груди, отмывая кожу, массирует и вспенивает волосы, губами выводя дорожки из поцелуев. Помогает расслабиться, уничтожая всё мысли, плотно засевшие в голове, оставляя лишь приятную пустоту. А в спальне, что хранит в себе громкие стоны и запах секса, самые глубокие и трепетные поцелуи, витает приятная атмосфера. Какая-то неизведанная тишина и стойкое ощущение того, что сама ночь забралась к ним и тихо сидит у окна. Они почти засыпают после долгих поцелуев, утомлённые и уставшие, но вмиг улыбаются, отгоняя сон прочь, стоит услышать скрип половиц и шорохи. Через минуту к ним забегают близнецы, тянутся руками к ним и обнимают наивно и доверчиво, весело хохоча. Они рассказывают Чонгуку о том, как сегодня играли с другими волчатами в прятки, как перевернули ящичек с бусинами и нитками, как долго искали потерявшиеся пуговицы. Рассказывают о том, как папа прочитал им сказку перед сном, напоследок чмокнув в макушки и пожелав доброй ночи. – А потом мы услышали, как ты пришел и решили пойти к вам! – Да! И напугать вас! Они очаровательно хихикают и льнут ближе, удобно располагаясь под тёплым пуховым одеялом. И никто не задумывается ведь о том, что не оно греет холодными вечерами и ночами, а любовь, тёплые объятия и нежность. – Я завтра буду целый день дома, чем займёмся? – Чонгук заглядывает в их просиявшие глазки, не сдерживая смешок. – Пойдём на речку, а потом на охоту! – Неет, будем гулять целый день в лесу! – Прямо с утра и до ночи? – Тэхён лукаво улыбается, – Не устанете? – Нет! – Хором отвечают и смеются задорно. Они заснут совсем скоро, а на утро действительно отправятся в лес, но только до обеда, ведь усталость возьмёт верх над ними, а волчата, перекинувшись, обезьянками залезут на Чона, как на дерево, и уснут.