Там, где звездная гладь

Гермиона, вопреки привычке, упала на кровать прямо в одежде. Сумка осталась валяться где-то на полу. Смертельно устала. Темпус показал час ночи. А завтра к десяти… нужно еще сделать конспекты, выучить главу, хотя бы наметать план эссе… Теперь даже подъем в девять казался слишком ранним. Если ложишься спать около шести, то всё, что раньше двух часов дня, кажется безумно ранним. Но это было хорошо. Она почти не вспоминала о Драко. Только оказавшись в своей общажной комнатке, вечером, в момент короткой передышки между приходом домой и началом подготовки к завтрашним занятиям, глупое сердце робко напоминало. Драко Малфой. Измученное бледное лицо в сером зимнем утреннем свете. Глаза, казавшиеся больными. Щемило и давило. И не помогали разговоры с собой. Все равно в груди ныло влюбленное бестолковое сердце. Тяжело вздохнула и поднялась. Сделала вид, что вовсе не соскучилась, что вовсе и не хотела бы его увидеть. Постаралась забыться в вечерней рутине. Ужин. Душ. Книжки и пергаменты. Беспокойный сон, в котором она опять была на том проклятом диване, и опять был тот проклятый Йоль, и ее целовал проклятый Драко Малфой. В гильдии Бэлла встретила ее словами: - А сегодня мы с тобой, милая, идем в филиал ада на земле. - Куда? - Гермиона удивленно посмотрела на свою наставницу. - В министерство. К невыразимцам. Регистрировать одно интересное зелье, - Бэлла уже ждала у камина. В министерстве Гермиона превратилась в тень леди Лестрейндж. Было очень интересно испытать то, о чем не раз писал ей Гарри. Будто ты невидимка. Ты все видишь, все слышишь, но на тебя никто не смотрит, никто с тобой не здоровается, никто тебя не замечает. Тебя просто нет. И тебя никто не стесняется. Говорит то, что никогда бы не сказал при постороннем. Знакомые Бэллы раскланивались с ней и сыпали комплиментами, восторгами или неоднозначными фразами, которые Гермиона не могла определить как любезность или открытую шпильку: - Обставить самого лорда Малфоя. Вы отчаянная женщина, - улыбались одни. - Какая борьба развернулась, всего лишь за магглорожденную девчонку. Видимо, она стоила того, раз Вы пошли против Малфоев, - качали головами другие. - Мы ждали мисс Грейнджер у себя и уже не чаяли ее увидеть вне Малфой-мэнора. Как хорошо, что Вы ее отбили, - не скрываясь, говорили третьи. Оказалось, что это даже комфортно - быть тенью. Гермиона поняла, что, не будь перед ней Бэллы, быть ей погребенной под горой из сплетен и косых взглядов. Когда миновали атриум и спустились на нижние этажи, попав в отдел невыразимцев, восторги встречаемых волшебников утихли, приветствия стали более официальными, а разговоры - только по делу. У секретаря Яксли, начальника отдела невыразимцев, и вовсе тема кардинально сменилась: - Плохо дела сейчас, Лестрейндж. Министр лютует. Малфой тоже. Как между двух огней. Уже думаем, что останется только один. И я бы не стал ставить на министра, - худой, с лошадиным лицом невыразимец качал головой и внимательно вчитывался в бумаги. - Да? Ну посмотрим, - Бэлла дернула плечом. В кабинет вошел волшебник с неприятным, каким-то брезгливым выражением грубого лица. Его длинные волосы были заплетены в тугую косу. - Блэк! - вместо приветствия. - И я рада тебе, Яксли, - Бэлла изобразила улыбку. - Зайди ко мне. Переговорить надо, - и прошел к следующей двери, не дожидаясь ответа. Гермионе он не понравился. Всё в его внешности было отталкивающим, черты лица - рублеными, звериными. Она бросила украдкий взгляд на Бэллу, та казалась безмятежной. Забрали бумаги и отправились к этому Яксли. - Без твоей ученицы обойдемся, - с порога бросил тот. Бэлла обернулась, подарила скупую улыбку и произнесла: - Мисс Грейнджер, в местном буфете отличный кофе. Гермиона кивнула и вышла. Хотелось конечно услышать, о чем они будут говорить… Бэлла устроилась в кресле напротив, расправила пышные юбки, будто на официальном приеме, а не у одного из главных чиновников министерства. - Слышала, что творится? - Яксли достал из стола трубку. Светлого дерева, хитро изогнутую. Принялся неторопливо набивать ее табаком, пока Бэлла отвечала: - Слышала. Первый раз они что ли схлестнулись? - Так первый. И птички мне принесли, что Риддл задумал недоброе, - пальцы тщательно утрамбовали сухие листья в чашу. - Не посмеет тронуть одного из лордов. Малфой сейчас - звезда верхней палаты. Лидер его партии, главный оппозиционер Дамблдора. На нем ученический контракт и брак, в котором он старший. Это же просто идеал чистокровного. - Посмеет. Еще как посмеет. В том-то и дело. Малфой слишком много хапнул и отказался делиться. - Почему не к Поттеру вопросы? Я так поняла, что это мальчик отказался, а супруги не стали его заставлять. Яксли глянул так, будто клеймо поставил - “дура”. Бэлла только хмыкнула. - Ты же понимаешь, что это только предлог. Не случился бы Поттер, нашлась бы другая причина. Снейп. Драко. Ты, - невинная улыбка. - Я? Да большего врага, чем я, для Малфоя сейчас нет. - Ты для него - возлюбленный враг. Вы со школы с ним меряетесь. - Что ты хотел? - Вот посвещать в свои странные отношения с Люциусом Бэлла никого не собиралась. - А хотел я тебе сказать, что время выбирать, с кем ты. - Ни с кем, - тут же поморщилась Бэлла. - Э, дорогая, погоди. Неужели ты думаешь, что на Малфое он остановится? И тут-то и есть выбор: или кланяться ему в ножки, низко так, чтобы лбом об пол биться, а вдруг помилует и не тронет. А можно… - А можно? - копируя интонации Яксли, перебила Бэлла. - Можно отдать Малфою то, что Риддл много лет назад отдал тебе на хранение. - Он мне ничего не давал. - Врешь, - Яксли засмеялся, будто закаркал. - Отдал. Как раз тогда, когда ты только пришла в гильдию, после развода. Напомнить подробнее, в благодарность за какую его услугу ты взяла ту тетрадку? Черной магией от нее за версту несло. - Откуда знаешь? - Бэлла побелела. - Работа такая, - Яксли самодовольно хмыкнул. - Связывайся немедленно и отдавай. Только через камин. Никакой аппарации. Не выноси ее из своего дома. - Я даже не понимаю, что это. - Малфой прекрасно понимает, что это… Тем временем Гермиона устроилась за самым дальним столиком. Кофе и правда здесь был бесподобным. И пирожное. Маленькое удовольствие. Она зажмурилась, запивая сладость терпким глотком. - Не думал именно здесь с тобой увидеться. Грейнджер подавилась, услышав знакомый голос. Вскинулась. Драко уже устраивался на стуле, придвинув его слишком близко. - Я не хочу с тобой разговаривать. Найди себе другой столик, - нельзя с ним разговаривать! Нельзя! Нужно встать и уйти. Дождаться Бэллу в атриуме. Встать и уйти! Но Гермиона продолжала сидеть, разглядывая Драко. А он улыбался той самой нахальной, но чертовски милой улыбкой, с которой всегда безобидно поддразнивал ее в школе. И защемило бестолковое сердце. Если бы она могла, то выдрала бы его из груди, только бы ничего не чувствовать, когда проклятый Малфой смотрит так. - Давай не будем разговаривать. Только не гони. Позволь посидеть рядом. Я буду молчать. Это было что-то новое. Гермиона ждала, что он сейчас начнет рассказывать, как скучал, что она все неправильно поняла и еще множество очевидной лжи, в которую было бы так сладко поверить и так больно слышать. А Драко и правда сидел молча. Смотрел своими чертовыми серыми глазами, даже перестал улыбаться. Взгляда не отводил, и Гермиона подумала бы, что он любуется. Но не пустила эту мысль в себя. Нельзя! Ей стало неловко. Малфой продолжал смотреть. И правда любовался, с какой-то непонятной грустью и легким беспокойством отмечал про себя, что его девочка осунулась, под глазами залегли черные тени. Нелегко приходится ей у Бэллы. И тут же пронзило понимание, что это он с ней сделал. Вынудил ее пойти в каббалу. И даже не туда, куда она всегда хотела. Мечтала об Основе, а ушла в зелья. Стало стыдно. Не получилось отбросить от себя, отмахнуться. Прикрыться привычным, въевшимся с пеленок, что он будущий глава рода и знает всё лучше всех. Драко и правда считал, что для Гермионы самое лучшее - стать леди Малфой, родить ребенка и уж потом идти учиться. Это же самый простой путь для магглорожденной. Ведь поступать будет не мисс Грейнджер, а леди Малфой. А она… она пошла к бешеной суке Лестрейндж, лишь бы не достаться ему. Не любит? О нет. Он чувствовал, даже сейчас, когда она старательно отворачивалась, как тянется ее магия. Робко, украдкой. И он весь тянулся к ней. Дотронуться бы до выбившегося локона волос, заправить его за ухо. Уткнуться носом в ложбинку между ключицами, вдохнуть ее запах, вновь провести пальцами по ее коже, чувствуя, как она дрожит. И самому дрожать… Может и прав Поттер… Но сам Драко не придурок Джеймс. И Гермиона не миссис Поттер… но сбежала же. Схватилась за первое, что попалось. "Единственное, что осталось", - поправил внутренний голос, - "твоими стараниями". Выхода у нее другого не осталось. Или замуж, или к ужасу всех зельеваров на Британских островах… И к гадким мыслям добавилась еще одна, которую Драко и высказал вслух: - Если бы Бэлла не взяла тебя в гильдию, куда бы ты пошла? - вслух это прозвучало, как издевка. Драко постарался исправиться, - ты бы все равно за меня не вышла? Гермиона боролась с желанием выплеснуть ему в лицо недопитый кофе. Останавливало только осознание того, что это даст пищу еще большим пересудам. - Я не выйду за тебя. Никогда, - поднялась, собираясь уходить. Злые слезы подкатывали к горлу. Мерзавец. Какой же он мерзавец! - Подожди. - Схватился за ее руку, будто утопающий за соломинку. Она попыталась выдрать руку. Отдавшись эмоциям, замахнулась, собираясь залепить пощечину, но Драко поймал ее ладонь и быстро прижал к своим губам. Воровато, сгорбившись, зажмурившись, будто готовясь принять удар. Его затопило чувство вины. И сожаление. Не слушай он отца, не поддавайся собственному тщеславию, уступи, и она была бы его. И боль. Драко никогда не было так больно. И так страшно. Он испугался, что потеряет ее. Что сделал всё, чтобы она отвергла его. Гермиона замерла, не зная, что делать. По-прежнему слезы клокотали в груди, и казалось, что еще немного и они вырвутся на волю. - Я не это хотел сказать, - торопливо зашептал, - я не могу без тебя. Не могу. Я всё понял. Я больше не буду. - Я тебе не верю, - слезы все-таки покатились по щекам. Гермиона сейчас ненавидела его. За то, что ей было больно, за то, что не могла поверить ему, за то, что он заставлял ее сейчас плакать прямо здесь, в министерском кафетерии. И люди уже начинали на них оглядываться. - Что скажут люди? - говорила медленно, часто сглатывая и стараясь успокоиться. - Наследник Малфоев так унижается перед грязнокровкой. - Насрать, - Драко продолжал прижимать ее ладонь к своим губам, грел дыханием. - Что скажет лорд Малфой? Или он проглотит это, если ты все-таки притащишь упрямую грязнокровку к венцу? - Перестань… - Отпусти. Драко отпустил. Смотрел больными глазами. От прежней самоуверенности не осталось и следа. Гермиона медлила. Нужно уйти. Уйти, пока опять не совершила глупость, не поддалась. Малфоям верить нельзя. В дверях кафетерия появилась Бэлла. И Гермиона наконец смогла заставить себя пошевелиться. Поспешила навстречу наставнице. - Этот что тут делал? - бросила брезгливый взгляд на Драко. - Не знаю. Пристал, - Гермиона отвела глаза. - Не верь ему, что бы он тебе ни пел… *** Камин пылал, приятно окатывая горячим терпким древесным духом. Гарри расслабленно лежал прямо на полу, балуясь - то выпуская, то вновь заставляя исчезнуть хвост. Его это забавляло. А Люциуса почему-то злило: - Прекрати. Как дитя малое, - бросил подушкой. Поттер подушку поймал, удобно устроил ее у себя под головой. И выпустил хвост, собрал его в кольца, как змея, дернул кончиком. - Перестань! - уже рыкнул. Гарри демонстративно громко хлопнул хвостом по полу. Люциус двинулся на него, по-звериному подбираясь к краю постели, на которой до этого расслабленно лежал. У Поттера от восторга зашлось сердце. Он и рад бы остановиться, перестать нарываться, но не мог. Злой задор щекотался в груди. Хотелось попробовать свою силу. Малфой уже опустил ноги на пол, когда камин вспыхнул зеленым и раздался голос: - Лорд Поттер, мне очень нужен Ваш супруг, - голос Бэллы был чуть приглушен гулом пламени. - Который из двух? - Гарри хитро глянул на Малфоя, который знаками показывал, что его нет дома. - Который Малфой, глупый ты мальчишка, - терпение у Бэллы заканчивалось быстро. - Леди Лестрейндж, его нет дома, - Поттер опять выпустил хвост и медленно, самым кончиком, подбирался им к босой ноге Малфоя. - Скажи этому недоделанному домовому эльфу, что если он сейчас волшебным образом не окажется дома, то я пойду к Риддлу! И отдам Риддлу то, что хотела отдать ему! Люциуса сдуло с постели к камину. Устроился на коленях, завесившись белыми волосами, лениво протянул: - Бэлла, что нужно, драная ты кошка? Гарри удивился: при всем своем возбужденном виде, Люциус говорил вальяжно, нехотя. - Ты меня с Макгонагалл не перепутал? Открывай камин, а то я разнесу его к чертям! - Это не твой захудалый домишко, а родовой мэнор. Здесь даже ничего не дрогнет, пока ты там будешь пытаться разносить. Поттер подумал, что здесь явно лишний. Попытался отползти от камина и удрать в кабинет к Снейпу. Но Люциус поймал Гарри за хвост и, намотав кончик на запястье, крепко сжал его в кулаке. Гарри хотел спрятать хвост, убрать его, но не получилось. Малфой держал его не только рукой, но и собственной магией, не давая трансформироваться обратно в копчик. - Ты хочешь проверить? Не забывай, что это моя лаборатория - самая сильная в Европе, а может, и во всем мире. - Кто тебя подключил к этому камину? Гарри ждал очередной ехидный ответ, но вместо этого Бэлла произнесла очень спокойно с небольшой заминкой: - Яксли. - Яксли? - Люциус переменился в лице. - Открывай, давай потом закончим обмен любезностями, - послышалось усталое. - Дело срочное и важное. Малфой по праву старшего супруга открыл камин в святая святых - в спальню. Бэлла вошла неспешно, прижимая к груди что-то замотанное в ткань, всю испещренную защитными рунами. Оглядела насмешливо босого, в халате, Малфоя, который так и продолжал удерживать Поттера за хвост. - Однако… - вскинула бровь. Люциус наконец отпустил Гарри. - Что хотела? - Вот, - аккуратно положила сверток на стеклянный столик у кресла. - Эту тетрадь отдал мне на хранение Риддл. Яксли сегодня очень советовал передать это тебе. - И за что такая щедрость? - Люциус медлил. Гарри видел, как тот нащупал в кармане халата палочку. Напрягся. - Как тебе сказать… у меня есть личная заинтересованность в том, чтобы ты выстоял против Риддла. Гарри ждал, что Малфой сейчас спросит: “И какая?”. Вместо этого: - Раскрывай, - указал на сверток. Бэлла не сразу, но все же подчинилась. Поттер не понял, что это. Ну, обычная старая тетрадь в черном кожаном переплете. А вот Люциус изменился в лице. - Не вздумай ее трогать голыми руками, - проговорил осторожно. - И без тебя знаю. Один ты, что ли, Основе учился, - поморщилась. - Ты хоть знаешь, что принесла? - Не надо было? - тут же ощерилась Лестрейндж. Малфой промолчал. Он уже колдовал над тетрадью, забыв обо всем. Гарри зачарованно следил за ним через наследие. И наконец разглядел, что это за тетрадка. Крестраж…