- Проберись в их машину. Если сможешь захвати вещи. - подприцельный кинул весточку в мозговой чат.
- Как? - тут же пришёл ответ от Америки.
- Как угодно! Я рискую своим хвостом. Вспоминай, что умел.
- Мы слушаем, что ещё интересного скажешь, находясь под прицелом. - Сколько лет знаю вас, а вы никак не изменяетесь. Все также дырявите колёса. Не надоело? - Странно, я слышал оборотни чтут традиции. - Испания встряхнул левую руку, в ладони которой был револьвер. Той же фирмы, что и у Италии. - Верно-верно, - Ита театрально вздохнул, - это все из-за того, что вожака назначили не волка, а блохастого пса. Острый слух уловил шорох около открытой задней двери машины. Может что-то да получится. Вот только Италия стоит слишком близко, да что там близко, в притык к сурпе. А к гордой спине уже приставили два ствола из трёх. Последний же ещё пока терпеливо «сидел» в руках у хозяина. - Но знаешь, в чем проблема, Росс, я знаю, что ты был не один в машине. - слова слетели с губ единовременно с гулом мотора белого автомобиля. Италия знатно удивился, когда опора в виде машины резко отъехала. Он шлепнулся ровно на пятую точку, запачкав в пыли идеально чистую одежду. Ценная игрушка куда-то отлетела. А обратно прилетел кулак в рожу. «Минус один» - промелькнула мысль. Резкий поворот на 180, пока сурпа делала разворот под предводительством Америки. Послышалось два хлопка, но в этой суматохе, это свалили на колёса и камни. Такая манёвренность не присуща обычным людям. Поэтому испанец и португалец немного, на самом деле много, охренели от жизни. И встали в ступор. Поэтому огребли с полна - валялись на пыльном асфальте дороги. Россия только успел заскочить в машину, как она дернулась и стала набирать скорость. Самодовольный Италия и пара прислужников зализывали раны. Теперь Америка и Россия более спокойно ехали по дороге. Потому что, как говорится, хуже еще быть не может. Не обсуждая и даже не сговариваясь, американец гнал обратно по дороге, лишь изредка отвлекаясь на указания по дороге. - Надо позвонить. - проворчал Росс. - Где мобильный? - Посмотри в сумке. Если найдешь, включи и мой, пожалуйста. Перевесившись через бардачок, около коробки передач, он нашарил сумку. Но выпрямляясь и садясь на место уже с целью на коленях, он заметил, что что-то поменялось в тканевом мешке. Нахмурившись он стал разглядывать. Это какие-то кляксы. Стоило коснутся, как на пальцах остался след. Россия поднес руку к лицу. Такой запах только у одной жидкости. Это кровь, сомнений нет. Только чья? - Хей, что-то случилось? - Аме повернул голову, выражение лица изменилось. Спокойствие изменилось на беспокойство. - У тебя футболка в крови. - Я понял. Не останавливайся, это не серебро, я не умру. Быстрее доедем, быстрее решим, как жить дальше. - Ладно. - нехотя согласился американец. Дальше ехали они почти в тишине. Из звуков было толко шуршание шин по дороге, да ветер, который свистел за окном, пригибая маленькие деревья. Дорога снова пуста. По радио передавали какую-то фигню, из этого и последовало скорое выключение со словами: «Все равно слушать нечего». А дальше, как по заказу, печальные и реалистичные думы о жизни. И снова отдых насмарку. Почему все так не правильно? Глупо? Может попытаться это как-то образовать. Если по красоте не получается? Дома конечно лучше. Вчера пришло сообщение от Укропа, новый дом начали строить, побольше и со строителями. Будем жить. Хата больше, места много, авось и пересекаться между собой не будем. Но что ж так страхово. Как-то все быстро, иль наоборот, слишком медленно. Домой надо… и желательно выпить. Бошка иначе взорвется. Но это потом, мелькающие ёлки и берёзы быстро сменялись, образуя единый ковёр, лишь кусты иногда выделялись на этом полотне. Стало как-то тепло и спокойно. Даже немного откинутое кресло, казалось, невероятно удобным. Потихоньку начал морить сон. Так пробрался с заднего сиденья и закрыл веки. Ибо, усталость в организме накапливается, поэтому поспать - не повредит. Сумка валяется где-то в ногах. Сам спит. А Америка терпеть не мог дороги в тишине, хотя его и учили ездить так. Но это больше не к чему. Ведь рядом весьма острый нюх, который бы не стал спать, чувствуя опасность от чего-то. «Что-то меня пронзило, ещё в ту самую первую встречу и далеко не единожды. Запечатлится можно только раз, а влюбиться сразу и бесповоротно. Наверное, что и произошло со мной. Вот только жизнь даёт пинки, стоит только присесть на найденное место». - обдумывал Аме, придерживаясь средней скорости дороги, восьмидесяти километров в час. Он переодически поглядывал на русского, проверяя, что тот дышит, слова, конечно, не до конца убедили беспокойную американскую душонку. Дорога она длинна, как цепочка событий, уходящая в Даль. Она так же петляет, так же пропадает из виду, стоит немного отойти. Дорога и есть жизнь. Где-то яма, где-то кочка, где-то прямая. «Я знаю эту дорогу, скоро уже приедем» - подумал англоговорящий, сворачивая на лесную дорожку.