Верю тебе

- Потрясающие персики. - Эйдан добавил себе в тарелку десерта, коим являлись фрукты. - Ты купила их на базаре у фермеров? Лорен покачала головой. - Это Пятый принес. Эйдан бросил взгляд через стол. - Я забыл. Ты всегда обожал персики на ровне с зефиром. Где ты их взял? Продавали где-нибудь у дороги? Пятый качнул головой. - Нет, Лютер принёс. Он с семьёй путешествовал на каноэ в Арканзасе. в прошлые выходные.       Эйдан замер, не донеся ложку до рта. - Лютер опять приходил к тебе? - Сегодня днём. Он нахмурился. - Это уже третий раз за неделю. Все по тому же поводу? - Да. - Пятый по другую сторону стола грустно улыбнулся. - Он сделал мне такое предложение, что я не смог отказаться. Да и журналист, не плохая работа.       У Эйдана сразу же пропал аппетит. Ложка звякнула о тарелку. - Ты собираешься вернуться к ним на работу? - Не совсем. - Пятый собрал ложкой последние капли сока. - В качестве независимого журналиста. Я буду писать статьи по истории Далласа два раза в месяц для воскресного номера. - Ну да, ты дашь ему палец, а он потом откусит всю руку.       Пятый пожал плечами. - Он может надеяться на что угодно. Я согласился, потому что считаю, что, если моё имя будет там светиться, это может популизировать "Вестник прошлого". - Понятно, - пробормотал Эйдан. И не глядя на него, он чувствовал на себе взгляд. - Что случилось? - спросил Пятый. - Ничего. - Эйдан поспешно встал и принялся убирать тарелки. - Пора привести кухню в порядок.       Пятый отодвинул свой стул. - Я помогу. - Не беспокойся, - вмешалась Лорен. - Мы сами справимся.       Эйдан остановился в дверях. Ему нужно было всё обдумать одному. - Никки, скорее всего, уже вернулся к Рэнди. Они наверняка ждут, чтобы ты покидал им мяч, как обещал. - Подождут. - Пятый пожал плечами. - Нет. - Он почти рыкнул. Пятый удивлённо вскинул густые брови. Эйдан поспешил сгладить свою вспышку: - Прошу тебя. Мальчикам нужен кто-то, кто побудет с ними.        Пятый развёл руками. - Прекрасно. Меньше всего мне хотелось бы вмешиваться в такие женские дела.       Наконец-то! Эйдан загрузил посуду в машину и стал наполнять мыльной водой раковину, чтобы протереть полки. В окно, выходящее на задний двор, была видна высокая, худощавая, мускулистая фигура Пятого.       Кого он обманывает? Он любит Пятого и больше всего на свете боится потерять его... снова.       А может, Пятый прав, и между ними существует какая-то связь на уровне первобытного инстинкта, которая тянула их друг к другу, даже когда они не знали, жив ли каждый из них.       Эйдан чувствовал эту связь постоянно. Он, не глядя, знал, когда Пятый входил в комнату. Ему хотелось прикоснуться к нему всякий раз, как он находился поблизости. И Пятый, казалось, всегда знал, о чём он думает.       Пятый снова пропал из виду, отчего Эйдан опустил свои глаза. Главное сейчас - чтобы ему опять не захотелось ехать куда-то, на какое-нибудь опасное задание, которые он так любил раньше.       Эйдан закончил уборку и пошёл работать над журналом. Всё же это была его работа, хоть он и находился дома. Пятый присоединился к нему час спустя. Тот молча сел за стол и вытащил папку.       Пока Пятый перебирал бумаги, Эйдан рассматривал рекламу старинного оружия на экране компьютера. Пятому всякие такие штучки раньше нравились....Наконец, сделав глубокий вдох, он нажал клавишу "сохранить" и повернулся в кресле. Пока в нём не покружился раз. Раз он хочет, чтобы Пятый остался, значит, надо сделать так, чтобы и он захотел этого. Значит, он должен получить то, чего, как он сам знал, он давно ждёт. - Файф.       Голос прозвучал ужасно хрипло. Пятый удивлённо взглянул на него через плечо. - Да? - Я хотел спросить.... - Эйдан откашлялся, - не хочешь ли ты, чтобы я до тебя дотронулся? Пятый замер - первый раз Эйд сам обращался к нему. - Я же тебе говорил. - Пятый произнёс это более глубоким, чем обычно, голосом. - В любое время. В любом месте.       Эйдан медленно покатился на своём кресле к тому поближе и нерешительно протянул руку. Пятый перехватил её на полпути, сжав тёплыми сильными пальцами. Он увидел как Харгривз расслабился, откинувшись назад. - Что ты вспоминаешь? - спросил он его. - Время, которое мы проводили в моей квартире на берегу реки. - Пятый лениво улыбнулся. - Ты так же замечательно готовишь, как твоя мама. - А ещё? - спросил Эйдан.       Пятый пристально посмотрел тому в лицо. - Похоже, я начинаю повторяться. Мне кажется, я вспомнил почти всё, что можно было вспомнить. - О нас, - уточнил Эйдан, нахмурившись. - А о том, что было до нашей встречи?       Пятый помотал головой. - Твоя магия распространяется только на то время, что мы были вместе.       Харгривз уже совсем близко придвинулся к нему, и его колено коснулось ноги Пятого. Эйдан от этого вздрогнул. - Что ты делаешь?       Харгривз замер, но его руки не отпустил. - Я тоже хочу прикоснуться к тебе, Эйдан. Я хочу поцеловать тебя.       У Галлахера перехватило дыхание - это было то, что нужно, единственный способ удержать того рядом. - Хорошо, - прошептал он.       Лицо у Харгривза стало напряжённым, горящие глаза смотрели на него в упор. Он хотел даже отвести взгляд, от прожигающего взгляда, но не смог. Пятый поставил его кресло рядом со своим, и Эйдан обвил его шею руками, когда он прижал к себе Эйда, обняв за талию.        Пятый закрыл глаза, словно прошлое снова нахлынуло на него. Отчего нахмурившись, Эйдан взъерошил чужие волосы, как при чужой привычке. - Я здесь, Файв. Я - не воспоминание.       Он сразу же открыл глаза. - Я знаю. Я чувствую это каждой клеткой своего тела. - Ты вроде собирался поцеловать меня. - Обязательно. - Пятый провёл пальцами по его щеке. - Я мечтал о тебе ещё с того поцелуя в грузовике. Нет, с того момента, как ты вошёл в конференц-зал. Я хочу насладиться мгновением.       Эйдан наклонился и коснулся губами его губ. - Чёрт возьми, Эйдан - выдохнул Пятый, чуть отстранившись, - это куда лучше любого воспоминания! Поцелуй меня ещё.       Бешенная радость охватила Эйдана. Его план сработал. Он открыл губы навстречу его губам.       Чертыхнувшись, он рванул Эйдана с кресла, отшвырнул его ногой и усадил его к себе на колени.       Эйдан сразу вспомнил наслаждение, которое он был способен ему дать. Это был его муж, его давно потерянный любовник. Он узнал бы его, даже если Эйдан стал бы незрячим и глухим. - Как давно это было.       Эйдан прижался только теснее.       Пока вдруг Пятый не взял его за подбородок. - Посмотри на меня. - Нестерпимое желание сделало его лицо жестким, как камень. - Скажи, что ты хочешь меня не меньше, как я тебя.       Ох, Эйдан уже давно забыл, что бывает такая страсть. - Я... - Пап!!Пять! Вы там? - Чёрт!       Они воскликнули это одновременно и виновато улыбнулись. - Я только хотел сказать тебе, что это ещё не конец. - Пятый откинул прядь волос у него со лба. - Но мне кажется, нам не стоит так спешить.       Эйдан еле сдерживал разочарование. - Ты прав. Я никогда не хотел, чтобы всё зашло так далеко.        Пятый услышав это, грустно улыбнулся. - Ты забыл, что имеешь дело с человеком, неистовым, как подросток. Если мы займёмся любовью, для меня это будет как первый раз, со всеми вытекающими отсюда последствиями.       Никки влетел в комнату, как маленькая ракета, и сразу же забрался к Пятому на колени, чтобы выслушать следующую главу сказки.

***

      Пятый вбежал по ступенькам лестницы быстрее, чем обычно. Хотя была почти полночь, у него в квартире горел свет. Он надеялся что Эйдан ждёт его.       Он распахнул дверь. - Эйдан.       Никто не ответил.       Пятый сделал ещё два шага и увидел, что он спит на диване.       Он выглядел таким же юным и чистым, как Эйдан из его воспоминаний.       Пятый отвел прядь каштановых волос с чужой щеки. - Я дома.       Дома. Ему действительно казалось, что он пришёл домой. Такого не случалось за все годы, что он провёл в Хьюстоне.       Эйдан пробормотал что-то и ещё глубже зарылся в одеяле. - Посыпайся, Amado. Я хочу поцеловать тебя.       Ресницы у Эйдана взметнулись, и он открыл глаза. Пятый, как зачарованный, смотрел, как кошачьи, тёмно-зелёные глаза приобретали яркий оттенок весенней зелени. Окончательно проснувшись, Эйдан сонно улыбнулся. - Который час? - Он зевнул, прикрыв свой рот. - Почти полночь. В Атланте шёл дождь, и самолёт задержали на несколько часов. - Как всё прошло? Ты получил заказ?       Пятый кивнул. - Они заключили со мной соглашение на год. Похоже, они в восторге от идеи, и им понравился пробный экземпляр. Я сказал, что у меня работает лучший в Далласе художник-оформитель.       Эйдан, улыбаясь, протянул руку, дотронувшись ладонью до его щеки и провёл большим пальцем по неровной линии шрама, прочерченной сверху вниз. - Я скучал по тебе.       Пятый даже затаил дыхание, наклонившись, чтобы обнять его за талию. - Правда? - Почему ты не позвонил? - Я задержался допоздна прошлой ночью. Менеджеру так понравилась твоя идея, что он потащил меня на ужин. Он даже предложил некоторые темы для статей.       Эйдан криво усмехнулся. - Которыми ты, конечно, воспользуешься.       На что Пятый улыбнулся в ответ. - Конечно. Совсем не плохие идеи. несколько минут они улыбались друг другу. Наконец пока Эйдан не произнёс притворно сердитым голосом: - Мне казалось, что ты собирался меня поцеловать.       У Пятого напрочь перехватило дыхание. Время было позднее, и вряд ли кто-то мог им помешать. Но если он начнёт его целовать, ему захочется отнести Эйдана в спальню и уложить, обнажённого, на свою огромную кровать. И тогда ему тоже придётся раздеться. Он содрогнулся от отвращения к самому себе и непреодолимого влечения к мужчине, которого держал в своих объятиях. - Что случилось? - Спросил Эйдан нерешительно.       Пятый провёл пальцем по его нижней губе. - Боюсь, что, поцеловав тебя, не захочу остановиться.       Эйдан затрепетал. - А это было бы плохо? - Я думал, что мы договорились не торопиться. - Понятно. - Улыбка на лице Эйдана погасла. Он приподнялся, опершись на локоть. - Это моя ошибка. Мне казалось, что ты хочешь меня. - Невзначай так проговорил Галлахер.       Пятый рывком поднял его с дивана и крепко прижал к своему телу. - Теперь скажи, что я тебя не хочу.       Эйдан на это с усмешкой обвил его шею руками. - Тогда поцелуй.       Пятый прижался к его губам. Пока они стоят, всё будет нормально. Эйдан не увидит его шрамов и не задохнётся от отвращения.       Только когда он соскользнул руками под свитер Эйдана, в голове зазвонили тревожные колокольчики.       Пятый тут же отдёрнул руки и поправил на нём свитер, потом поцеловав его в макушку. - Я.... хочу, чтобы ты был абсолютно уверен в том, что это то, чего ты хочешь.       Эйдан слегка отклонился назад, чтобы видеть его лицо. - Ты, не переставая, давил на меня, пока я наконец не понял, что хочу тебя. А теперь сам уклоняешься. - Я никогда не давил на тебя.        Эйдан высвободился из его рук. - Может быть, не так откровенно, но ты всегда так смотрел, будто хочешь меня. - Я и хотел, - сказал Харгривз. - И продолжаю хотеть. - Тогда почему же ты остановился?        Пятый сам себе удивлялся. Почти месяц он мечтал о том, чтобы этот мужчина оказался у него в постели. Может быть, если он выключит свет....       Нет, тогда Эйдан почувствует шрамы и ещё сильнее ужаснётся. - Я сказал тебе: хочу, чтобы ты был полностью уверен. Ты всего три дня назад решился доверять мне. Пусть пройдёт ещё немного времени. - Сколько?       Пятый посмотрел прямо в кошачьи, зелёные глаза. - Пока ты не скажешь Никки, что он мой сын.       Эйдан виновато отвёл глаза, и Пятый понял, что на какое-то время получил отсрочку. Ему стало легко и захотелось выть от тоски.       Бывший киллер схватил Эйдана за руку. - Пойдём, я отведу тебя в твою комнату.       Два дня назад кровельщики закончили ремонт крыши, можно было снова переселяться на второй этаж. Комната Эйдана была в дальнем конце дома. Его отделяли от Харгривза от него двадцать ярдов травы и бетона, а ему казалось, что несколько световых лет.       Пятый поцеловал его губы, с толикой секундной жадности. - Ложись спать. У нас завтра игра.       Эйдан на это кивнул и ушёл к себе.       Пятый спустился по лестнице, запер заднюю дверь и поднялся в свою квартиру. Он выключил свет в офисе и увидел, что в комнате Эйдана свет не погашен. Пятый, хромая, подошёл к окну.       Шторы были не задёрнуты. Он увидел, как Эйдан проходил перед окном, стягивая свитер через голову.       Одеревеневшими руками Пятый упёрся в подоконник и попытался глубоко дышать, чтобы охладить закипевшую в жилах кровь. Это не помогло.        Он начинал думать, что ничего не поможет. Никогда.

***

      В пиццерии царило веселье.《Тигры》и их родители праздновали победу, одержанную сегодня утром.       Эйдан сидел с матерью Рэнди за угловатым столиком и наблюдал за детьми, устроившимся у игровых автоматов. И эта женщина и Эйдан работали полный день, так что поболтать удавалось редко, хоть и их дети здорово дружили. Но Эйдан получал удовольствие.       Когда все уже собирались расходиться, мама Артура попросила всеобщего внимания. - Я хочу сделать снимок команды, - объяснила миссис Миранда, увидев приближающегося Эйдана. - Вставайте с левой стороны детей, Эйдан. Вы, Пятый, - справа. Никки, почему ты не встанешь рядом с отцом? - Что? - Никки вытаращил глаза на миссис Миранду. - Пять? Он не мой папа. Мой отец Эйдан.        Мама Артура перевела взгляд с одного на другого. - Странно, вы похожи как две капли воды. Ну хорошо. Тогда встать рядом со своим тренером.        Никки встал рядом с Эйданом. Отчего появилась неразбериха. Почему Пятый встал рядом с обоими. Он бросил на Эйдана умоляющий взгляд. Как ему хотелось закричать на весь мир, что Никки - его сын. Эйдан отвёл взгляд глаз. Скоро ему придётся сдаться. Но не сейчас. Не при всех. - Улыбнитесь все! - крикнула Миранда.

***

      Эйдан потягиваясь, вошёл в спальню. Какое счастье снова иметь отдельную комнату.       Не зажигая света, он подошёл к окну, которое выходило на задний двор, прямо напротив квартиры Пятого.       День был долгим, но удачным. После пиццерии Пятый повёз их в кино, а потом поужинать. Когда они наконец вернулись, Никки был настолько усталым, что они едва уговорили его помыться перед сном.       Сегодня Эйдан даже пе приступил к работе, но это его мало заботило, что было странно. Обычно он оценивал, настолько успешным был день, по тому, сколько успел сделать. Он старался, чтобы график был достаточно плотным. Чтобы забыть про пустоту в душе.       Эйдан провёл пальцами по губам. Они всё ещё были влажными после поцелуя Пятого. Ему не хотелось отпускать его сегодня. Он страстно хотел войти с Пятым в его спальню, упасть в его огромную кровать и почувствовать себя, как раньше, безгранично, бесконечно любимым.        Эйд ткнулся горячим лбом с чёлкой в оконное стекло. Он всё ещё не был готов сказать Никки, что Пятый его отец. Как признаться сыну, что он обманывал его все эти годы? Как объяснить пятилетнему ребёнку все сложности запретной любви?       Когда стекло охладило ему кожу, само запотев, приняв на себя его температуру. Он вдруг заметил некоторую странность в квартире Пятого. Свет там не горел. Эйдан выпрямился. Прошло меньше пяти минут с тех пор, как он ушёл. Пятый должен был быть уже там. У него заколотилось сердце. Вдруг он упал на лестнице? Пятый устал не меньше его, а при его травмах...       Эйдан повернулся и сиганул вниз, помчавшись. - Файв! - Он распахнул незапертую дверь. - Что случилось? - с тревогой спросил Харгривз. - Ты где? - Я здесь?       Эйдан пошёл на его голос и увидел его силуэт на фоне окна. Пятый поднялся из кресла, повёрнутого к окну. - Что случилось? -ещё раз спросил он. - Это я пришёл тебя спросить. - Эйдан шагнул в комнату. -Почему ты сидишь без света? Ты не заболел?       Харгривз тихо выругался на греческом. - Нет. - Что ты делаешь? На что тот покачал головой. - Отказываюсь отвечать на этот вопрос, чтобы не подвергать себя опасности быть арестованным. Ну или побитым.       Эйдан сразу же нахмурил лоб - Что?       Пятый громко вздохнул и протянул к нему руки. - Иди сюда. Я тебе покажу.       Эйдан осторожно подошёл. Мало ли что у этого мужчины сейчас было на уме. Потому что в следующую секунду, Пятый заставил его слегка вскрикнуть, когда притянул его и поставил перед собой к окну. Благо просто спрашивая. - Что ты видишь? - Дом? - спросил смущённо Галлахер - Точнее, твоё окно - Да. Ну и что? - Сердце внезапно забилось и Эйдан возмущённо ахнул. - Ты подглядывал за мной. - Ты меня застукал. - Пятый хмыкнул. - Я извращенец. Я подглядываю за тобой каждую ночь, с тез пор как ты перебрался обратно наверх. Ты раздеваешься перед шкафом, который стоит прямо перед моими глазами. Ты ни разу не задёрнул занавески.       Эйдан прижался спиной к его груди и почувствовал, как бьётся чужое сердце. - Я никогда их не закрываю. Слуги в доме давно не живут, а больше заглядывать некому. - Я заглядываю. - Пятый куснул его мочку уха. - Ты даже не представляешь, сколько раз я думал, может ли сейчас та шпалера выдержать мой вес. - Тебе надо было всего-навсего... - Эйдан понял руку и взъерошил чужие волосы, - подняться по лестнице. Нечего портить манимы садовые конструкции.       Пятый сжал его в объятиях. - Ты ведёшь себя так, что мне трудно держать своё слово.       Чувственная улыбка появилась у Эйдана на губах. - Прекрасно. Приятно знать, что не мне одному. - Ведьмак.       Эйдан хмыкнул и повернулся к нему лицом. Он обвил его шею руками и почувствовал, как он напряжён. - Есть лишь одно средство. - Так исцели меня. Я больше не могу. - Пятый приподнял его и прижался губами к его устам. По коже побежали мурашки от внутреннего жара. Как давно Эйдан не чувствовал горячих рук на талии, влажного огня губ. Слишком, слишком давно. - Ты ещё красивее, чем шесть лет назад, -выдохнул Пятый хриплым шепотом. -Как это может быть?       Эйдан почувствовал на коже его нежные руки и застонал. - Прикасаться к тебе так приятно. - прошептал Пять. - Ты такой нежный и тёплый. И на вкус - как выдержанное виски. Тебе ведь нравится, да? - Он нежно коснулся его груди. - Господи, я помню всё. Это, - Пятый провёл языком по его шее, - сводило тебя с ума.       До сих пор сводит. Ухватившись за край его рубашки, Эйдан выдернул её из джинсов, потом потянулся к воротнику. Не хотелось терять время на пуговицы, и он рванул полы рубашки, распахивая её. Пуговицы со стуком покатились по полу. Он протянул руки к его груди, но там оказалась майка. - На тебе слишком много одежды. - Эйдан засунул под неё руки.       И вдруг остановился, дотронувшись до неровной кожи. - Что это?       Пятый разразился ругательствами на греческом и привычном английским. Тело у него напряглось, лицо стало страдальческим.       Эйдан готов был убить себя. - Я знаю, что ты весь в шрамах, Пять. Я забыл на секунду. Прости. - Наверное. тебе лучше уйти. - Нет. -Прошептал Эйдан, когда он задрожал, лишившись его тепла. - Пять, это не имеет значения.       Харгривз повернулся к нему и сдавленно простонал, глядя на его всё ещё обнажённую грудь, с затвердевшими сосками, которую Эйдан и не пытался прикрыть. он отвёл взгляд. - Ты их не видел.       Эйдан протянул руку и потрогал шрам у него на лице. Железная рука остановила его. - Прошу тебя, Файв. Дай мне ещё один шанс. - Разве нам всего, что есть, недостаточно? - Он так сильно схватил его запястье, что Эйдан вздрогнул, и он отпустил его. - Мы и так работаем бок о бок каждый день. У нас общий дом, семья, захватывающее новое дело. Зачем нам постель? - Затем, что ты хочешь меня так же сильно, как я тебя. -Эйдан взглянул ему прямо в лицо. - Я... просто... не могу. - Почему?       Пятый долго и пристально смотрел на него, как будто не хотел отвечать. - Потому что я боюсь потерять тебя. Я боюсь потерять ту жизнь, которую нашёл. Что так упорно искал. - Ты считаешь, что я могу убежать из-за каких-то несколько шрамов? - Не ты первый. Даже мама плакала, когда видела их.       Эйдану хотелось выть, колотить его по груди, дать смачно кулаком по лицу, за то, что он довёл его до неистовства, а потом бросил... - Похоже, я - не единственный, кто не умеет доверять, - проговорил он. - Эйдан, я... - Всё в порядке, guerido**. Кто-кто, а я понимаю. - Эйдан взял его за руку и прижал к щеке. - Но я предупреждаю, я не сдамся. С этого момента ты должен помнить: я - мужчина упрямый. Я любил тебя вопреки отцу и был тебе верен, пока не узнал, что ты умер. Я не оставлю тебя и сейчас. Ты всё равно мне поверишь.       Пятый протянул руку и погладил его по щеке. - Неужели я когда-то был мужчиной, заслуживающим такой любви? - Ты был ангелом, Пять. Ты и останешься моим ангелом. Не знаю только насколько сильно кровоточат твои уже переломанные крылья. - Эйдан улыбнулся сквозь слёзы. - Наверное, придётся мне теперь научиться лечить крылья ангелов.