в объятиях апатии

*** Метель по-прежнему нагоняла тоску. Зимние каникулы никак не впечатлили Эдуарда. Всё было бы не так уж плохо, если бы мать паренька не решила вернуться домой. А хотя… Зачем лукавить? Что Эдди целыми днями проводит дома один, что он так же сидит дома, но под надзором блюющей и орущей матери-алкашки. — Чего дома валяешься без дела, а? — шатаясь, завалилась в комнату унылого одинадцатиклассника дурно пахнущая женщина лет сорока восьми. По ее дряблому виду можно было понять, как она проводила несколько недель: сбитые в мочалку темные волосы, опухшее лицо, а на одежде пятна от рвоты, которые, скорее всего, пытались оттереть, но сделали только хуже. Эдик чуть не засмеялся, когда увидел маму. Ему было достаточно посмотреть на ее голову. Что ж, теперь перед ним шатается дядька-рокер из девяностых, который мыл голову, по-видимому, за десять лет до рождества Христова. В общем и целом, Эдуарду не потребовалось особых усилий, чтобы проглотить навязчивую смешинку, ведь он прекрасно понимал, что легко может отхватить по чайнику за насмешку над родной матерью. — Откуда же я знал, дорогая мама, когда же вы соизволите вернуться? Ключи, вестимо, вы не брали, а если бы меня не было дома, то как бы вы доползли до двери? Я, честно сказать, уже начал волноваться… Авось решили рекорд побить? — монотонно произнес парень. Он говорил уверенно, местами протяжно, будто ночами репетировал этот диалог.А что ему ещё оставалось? Наступила минутная тишина. Тётьке понадобилось некоторые время, дабы переварить изложенное сыном высказывание. Когда обрывки сказанных слов замигали лампочками в голове, женщина машинально подняла брови, и прищурив глаза начала говорить. — Ты мне ещё здесь подерзи, пиздюк.! Последние два слова она попыталась сказать как можно угрожающе, но к большому сожалению, из-за своего нетрезвого состояния губы совсем не хотели слушаться и помогать словам выходить из горла. Благодаря этому ее речь была очень нелепой. Очень противно из рта вылетали слюни. Эти мелкие и раздражающие капельки выводили из себя. Эдуар решил смолчать, но мать не хотела заканчивать. Чтобы сын понял своё положение в семье, женщина решила наградить его: -… Раз такой умный, сходи маме за чекушкой… Хотя нет! Лучше ноль-пяточку возьми, да.! Хорошо будет… Эдуард на секунду задержал взгляд на одной точке и тут же выдал: — Ты что, хочешь, чтобы было как в другие 3 раза? Ты же знаешь, что мне не продадут. А если снова инспектор приедет? Не думаю, что ты так быстро протрезвеешь. Продавщицы в ближайших магазинах и ларьках уже осведомлены, забыла? — Эдик стал уже было повышать голос, но в данной семье никто не хочет уступать друг другу. Мамаша чуть было не упала, когда на крыльях гнева решила подойти к сыну и вбить ему в голову, что возражать он права не имеет, ведь ноги как и разум вряд-ли за пару минут придут в чувство, после такой-то гулянки. — Я что тебе сказала?! Вали в магазин блять! Только попробуй сейчас как-то возразить, я тебе сама, сучонок, голову пробью! Эдди знает, что она не шутит. Всегда знал. Ещё с самого детства. Не даром, глядя на определенные части тела он с горечью вспоминает безжалостность матери, ведь после каждого ее заскока оставался шрам. В ответ он уже ничего не говорил, а молча собрался и вышел из дома. На улице к вечеру становится ещё холоднее. Эдуард не хотел долго находиться здесь. Ближайший магазин был в пяти минутах от дома, так что парень уверенно зашагал по вытоптанной снежной дорожке через двор. Одинокую «прогулку» парня сопровождали тусклый жёлтый свет фонарей и маленькие белые мухи, которые садились на его лицо и тут же таяли. Конечно же, Эдди не собирался ничего покупать. Он знает, что это чревато последствиями. Так уже было несколько раз. «Тетенька, ну продайте, меня мама накажет!», «Тетенька, пожалуйста, не звоните в полицию, мама будет злиться!»… Никто даже и представить не мог, что же ждёт рыдающего от отказа в продаже алкоголя мальчика дома. Всем было плевать. «Это ведь незако-онно, меня поса-адят…». Сейчас парень это понимает, но всплывающие в памяти монологи продавщиц так обидели его, что теперь вряд-ли он забудет интонацию, воспроизводимую в его же мыслях. «Насрать. Скажу ей, что не продали», — сам с собой говорил парень. «Пускай уж лучше она меня отпиздит, нежели менты придут домой». Так, походив туда-сюда, и отсчитав нужное время, Эдуард принял решение возвращаться домой. Очень неприятно сосало под ложечкой, желудок опустошился, и теперь вместо бабочек там пархали букеты из кинжалов. Это был страх. Никого Эдуард не боялся так, как свою мать. Но ему это даже нравилось, ведь благодаря любимой матушке, парень мог чувствовать хоть что-то. *** Как и ожидалось, по возвращению домой Эдди отхватил смачный шлепок по лицу, поэтому сейчас он, смирившись со своей беспомощностью, засел в телефоне. Компьютер включать он не решился, ведь мать уснула, а машинка уже старовата, поэтому шумит, так что этот «раздражающий фактор для мамули» Эдуард оставляет на потом, — когда мать опять перешагнёт порог квартиры. Соцсети у него были, но смысла он в них не видел. Выбор пал на ВКонтакте. Там был анонимный чат. Эдди частенько вступал в конфликты и дискуссии, с помощью этого бота. Иногда, бывало, и флиртовал. «Ну а что, я тоже парень, и у меня есть потребности!.. Сексуальные в том числе». От сегодняшних собеседников он не ждал ничего. Просто ему нужно было скоротать время до того момента я как он захочет спать. *** Уже больше получаса Эдуард искал достойного противника, собеседника, но диалоги умирали настолько же быстро, как и зарождались.  — м ж? Гордон. —  — ебн : Собеседник покинул чат.  — Алина, 15, пошленькая, ищу компанию на вечер))) Молли? — : Собеседник покинул чат. «Все люди абсолютно одинаковые. Одинаково жалкие. В таком обществе вряд-ли мы поднимемся на ступень выше, а только с презренным кувырком достигнем развития человека разумного», — повторял про себя Эдуард. «Ладно, последний претендент на сегодня и спать»: -привтеик -привеиик* -ДА БЯЛЬТ я тебя понял с самого начала. и тебе здравствуй. — -ок прости похуй. — Далее последовал диалог. Оказалось, что собеседником оказалась девушка шестнадцати лет — Настя. Неожиданно для обоих, расстояние между ними было ничтожно малым. Проще говоря, чтобы добраться до Анастасии парню требовалось сесть на районный автобус, и после двадцати пяти (+/-) минут тряски с вонючими бабками и дедульками он оказался бы рядом со своей новой знакомой. Для самого Эдди стало сюрпризом, что он задумался над их встречей. По большому счету, Настя показалась ему хорошим собеседником, хоть и шутки у нее были глупые, а о манере общения даже и говорить нечего. Но что-то в ней было такое, что Эдуард посчитал нужным обменяться своими никнеймами в телеграмм, чтобы и дальше общаться. Настя была только «за», ей тоже было приятно познакомиться с такой загадочной личностью, как Эдик. Новоиспеченные «друзья» попрощались, на этом и закончились силы парня. Он не стал сопротивляться с желанием закрыть глаза и приготовился ко сну. Ещё несколько минут он пролежал на кровати в перемотке событий прошедшего дня, после чего его посетила мысль: «Было ли ей интересно со мной? Разве я могу заинтересовать кого-нибудь?»… Эдди сразу и не понял, что начал интересоваться мнением о нем самом. Это его сильно насторожило. Тревого потихоньку разгоняла туман сонливости, но парень твердо проговорил: «Меня никто и ничего не интересует. Эта девушка глупа, раз связалась со мной. Такие долго не задерживаются в моей жизни, и места в ней для некой Насти нет, и быть не может…». С такой мыслью он и погрузился в крепкий сон. *** Никогда ещё Эдуард не обманывал себя, он всегда оставался верен самому себе, кажется, до этого момента…