Vampire Love

      Нет никакой паники или чувства… Как же оно называется, это чувство? Тэхён не может вспомнить. Звучит, как «комфорт». Комфорт же? Он не помнит.       Амнезия.       Так и должно быть? Он даже не понимает, действительно ли он что-то забыл или так с самого начала. А где это — начало? И как это… Так?       Он смотрит в потолок. Изучает его и думает, всегда ли так лежал? Или он первый раз видит этот тёмный потолок? Вопросов особо нет, на самом деле. Какие вопросы, когда ты не понимаешь: то ли всю жизнь лежишь вот так, то ли ты просто… Забыл, как было до того, как ты лежал.       Тэхён думает, что так было всегда. Что он всегда вот так открывает глаза, вырываясь из темноты, и смотрит в потолок.       Что такое потолок, в конце концов?       А что такое он? Он, как ощутимый объект? Тэхён думает, что всегда был этим «он». Просто был. Вот тут. Он не помнит своего имени, фамилии, возраста, внешности и голоса. И даже не задумывается о том, что ему нужно знать эти вещи. Ему, вроде как, и без лишних знаний о себе неплохо. А если ему неплохо, то так и должно быть.       Тэхён двигается и слышит шуршание одеяла под собой. Какой странный звук. Он находит его завлекательным, поэтому приподнимается на локтях, чтобы поводить ладонями по постельному белью. Оно классное.       Что такое «классно»?       Тэхён плохо помнит, но называет своё занятие классным. Ему нравится водить ладонями по постели, чтобы слушать шуршание. А ещё ему нравится, как под кожей ощущается шёлк. Потом он смотрит на свои руки. Даже щупает их.       Они всегда такие — подвижные и тёплые?       Тэхён находит их «прикольными». Что такое «прикольно» он тоже плохо помнит, но всё равно даёт название своим рукам. Он смотрит на пальцы и шевелит ими. Потом тихо смеётся над тем, как они двигаются.       Тэхён прикладывает их к губам, не особо понимая, откуда получился тот звук «смешка». Он странный. Что такое «странный»? Почему-то, ему сложно ответить на вопрос.       Но тут всё странное. Тэхён думает, что прямо всё-всё, хотя не очень понимает, что это значит. Что значит «странное».       Он пытается повторить звук, который издал моментом ранее. У него это получается. Тэхён заинтересованно вертит головой, пытаясь понять, где источник звука. Только позже он осознаёт, что сам его только что издал. Он снова называет это «странным».       Тэхён тихо шипит, не догадываясь, как у него это получается. Он о чём-то думает в голове. Сможет ли он повторить голосом мысли, которые воспроизводит в этой самой голове, в которой думает? Как оно работает?        — Ш, — произносит и тихо смеётся. Звучит забавно. Он всё ещё не понимает значения слов, которые возникают в его мыслях. Наверное, эти слова просто всегда там — в мыслях. По умолчанию. — Ш, — и снова смеётся. Это всё забавно.       Тэхён смотрит по сторонам. Тут темно и как-то… Он забыл, как это можно обозвать, поэтому просто ёжится, запоминая ощущение. Он назовёт его «ш». Оно такое же странное и тихое, как этот звук. Такое же некомфортное и неприятно елозящее на языке.       Тэхён неуклюже встаёт с кровати и замирает. Звук под его ногами такой… Необычный. Что такое необычный? Он повторяет этот звук, немного потопав босыми ногами. Холодный. Шлёп-шлёп. В комнате мёртвое молчание, поэтому любой звук отражается от стен слишком громко.       «Я смогу повторить этот звук?» — думает, снова пошлёпав ногами по полу.       — П-п, — непохоже. Как звучит этот звук? Он такой странный. Тэхён обзывает его «пиёк». Для него это слово больше всего похоже на звук шлёпанья босых ног по полу. Он идёт несмело дальше, размышляя, почему ногам так странно. Им холодно. И не очень понятно: приятно это или нет. Тэхён думает, что не очень, поэтому встаёт на цыпочки, чтобы как можно меньше соприкасаться с полом.       Он смотрит на стол и подходит к нему. Такой интересный — кривой, деревянный, широкий. Тут всё интересное, но что это значит — снова не очень понятно. Только отдалённо. Тэхён кладёт на него руки и приходит в восторг. Он чувствует, как расплывается в улыбке. Он помнит, что сокращение мышц на его лице подобным образом называется «улыбка». Наверное, он всегда это знал.       Поверхность стола приятно холодит руки. Тэхён слегка шкрябает ногтями по винтажному дереву, а потом постукивает. Оно прикольное!       Постукивает и шкрябает вновь. Это самый классный звук. Хотя шуршание одеяла тоже классное.       Не обессудьте за ограниченный словарный запас, ведь не каждый день забываешь, как разговаривать.       Тэхён оглядывается. Всё ещё тёмная комната, и такая большая — словно новый мир. Думается, что он всегда здесь находился. Он не может определить срок — долго, мало, день, месяц. Он не понимает, но вроде всегда. Тэхён не знает, где его начало. Поэтому для него сейчас — это всегда. Вот это вот сейчас, в котором он думает — оно же и есть его всегда. Ему не с чем сравнить.       Тэхён наступает на собственную ногу.        — А, — проговаривает и пугается. Какой страшный звук! Тэхён называет его страшным. Своей громкостью он напугал его. — А… — чуть тише и с большей опаской произносит, жмурясь. Вот это да!       «Классно», — думает Тэхён, кажется, понимая, что может издавать звуки сам и контролировать их. Они его пугают, поэтому он пока не хочет что-то произносить.       Тэхён подходит к окну и смотрит в него очень долго. Как оно работает? Стекло холодное, но такое гладкое, что он прижимается к нему щекой, прикрывая глаза. Из окна льётся лунный свет, но ничего, кроме небесной пустоши, не видно. По оконным створкам расползаются линии вьюна, распускаясь нежными бело-розовыми цветами. Они тянутся навстречу лунному свету, покачиваясь от ветра. Завораживает.       «Что это?», — спрашивает сам у себя. Не понимает, что видит, потому по мимической привычке выгибает бровь, как делал раньше до того как… Как что?       Но ему нравится этот белый круг на черном полотне. Он красивый, а ещё очерчивает нежным светом кожу и руки.       Ему хочется назвать этот мягкий светло-голубой поток природы «м». Таким мягким и нежным звуком. Теперь для него всё красивое — это «м». Ему нравится здесь. Живописно.       Прямо так же, как и в комнате, в которой, на самом деле, очень скучный и пустой интерьер. Тэхён осторожно возвращается в постель, шлёпая босыми ногами по полу. Точнее, «пиёкая», в его понимании. Он откидывается на подушки.       «Классно», — снова думает, называя это странное чувство лежания на подушках «классным». Тэхён кувыркается в одеяле, наслаждаясь его шуршанием. Ему совсем не страшно в этой ночной полутьме и тишине. Он лишь называет это чувство «ш». Оно не очень приятное, оно просто «ш». Ему совсем чуть-чуть хочется спать, поэтому он путается в полюбившееся одеяло и зевает, ёрзая.       Становится очень тепло. Тэхён и это тоже называет «м». Это чувство также красивое, просто по-другому. Он засыпает без какой-либо тревоги, напоследок посмотрев на свои пальцы, которые, по его мнению, забавно двигаются.

* * * * * *

      Когда Тэхён открывает глаза, то видит совсем другое. Что-то непонятное. Не то, что было ранее. Ему есть, с чем сравнить. Вчера было темно, а сегодня светло.       Лучи солнца приветливо пробегаются по комнате и скользят по лицу Тэхёна, который прикладывает ладонь к щеке. Солнышко теплит. Ему нравится.       «Классно», — это его любимая мысль. Ему нравится, когда «классно».       Тэхён шуршит ладонями по одеялу в том месте, где есть солнце. На этом участке постельного белья тепло. Он улыбается, мысленно записывая это сокращение мышц, как тоже «классное».       Теперь атмосфера вовсе не «ш». Тэхён думает, что она очень позитивная. Ему нравится «позитивная». Теперь всё, что вызывает сокращение мышц на лице — позитивное.       Тэхён трогает свои щёки ладонями. Они мягкие и приятные. Он тихо смеётся, слегка их оттягивая. Сегодня они какие-то не такие, как вчера. Опухли от сна, хоть Тэхён и не помнит, что пропасть в небытие так называется — сон.       Он вертится в одеяле, наслаждаясь шуршанием. Ему, всё-таки, очень нравится этот звук.        — Нравится, — произносит вслух и покрывается мурашками от своего голоса. Он такое умеет? — Нравится… — говорит тише, трогая пальцами свои губы. — Классно… — произносит, удивляясь тому, что в его голове это слово звучит по-другому. Как-то более… Не так. Оно звучит, как солнышко. Но произносит он его, как вчерашнее «ш». Как-то совсем не так. Тэхён не очень понимает, как управлять интонацией. Но это пока.       Он поворачивает голову к окну. Там слышно птичье пение. Оно такое… «М»        — М, — улыбается, когда слышит чириканье. Отчего-то оно приятно для уха, нежное и мягкое. Тэхёну мало «м». — Ме, — добавляет буковку. Ему так больше нравится. Теперь чириканье птичек — это «ме». Это так странно. Тэхёну нравится слово «странно». Оно интересное, хотя не очень понятно, что это значит.       «Интересно», — и улыбается. Ему непонятно хорошо. Тэхён теребит пижамные штаны, находя их приятными для троганья. Вчера, почему-то, не обратил внимания. Он столько упустил, мог бы жамкать их на одно… Вчера? Да, на одно вчера дольше.       «Здорово».       «Здорово», вроде как, чем-то отличается от «классно». Тэхёну сложно уловить разницу, но, тем не менее, она есть.       Его не пугает внезапный стук в дверь. Он лишь с любопытством поворачивает голову на странный звук. Такой громкий. Прямо как «а». Он разносится странными волнами по комнате. Их, кажется, можно ощутить почти физически. Звук такой… Звукастый. Вызывает слишком много интереса. Тэхён склоняет голову в любопытстве вбок.       «Как это?», — ему немного неясна эта странная система. Источника звука нигде нет — откуда тогда звук? Тэхён смотрит на дверь, но всё равно не понимает. Приходит к выводу, что дверь сама издаёт такие звуки. В неё ещё пару раз стучат. Через некоторое время молчания, она со скрипом открывается.       Тэхён с любопытством смотрит на движущуюся дверь. Скрипящий звук тоже любопытный. Он такой сложный, прямо как сочетание букв — «ыи». Тэхён назовёт скрип «ыи».       «Интересно», — снова думает, когда на какое-то время всё погружается в тишину. Слышится топот.       «Это ещё что?», — задаётся вопросом, не понимая, что за звуки там происходят. Там что-то гремит. Звук резкий, поэтому Тэхён дёргается, но взгляд от двери не отводит.       «Это дверь или то, что за ней?», — вопросительно смотрит, решая встать с постели. Он снова встречается с прохладой пола, поэтому встаёт на носочки.       Внезапно снова доносится звук шагов. Тэхён замирает, понимая, что что-то движется в его комнату.       «Классно», — думает со страхом, поднимая уголки губ в улыбке. В комнату заходит служанка. Тэхён не вспоминает это слово, но на ум ему приходит другое — «женщина».       «Что оно значит?»       Тем временем незнакомка завозит поднос с едой. Тэхён чувствует урчание в животе. Необычное чувство.        — Хрень… — говорит вслух, поглаживая свой живот. Такой странный звук.       — Здравствуй, — здоровается девушка, складывая одежду на стол. Тэхён задумывается. А видел ли он кого-нибудь ещё? Он не знает. Оно, наверное, так и надо. Кажется, что знает эту женщину всю жизнь. У неё очень приятный и тихий голос, а ещё мягкая манера поведения и лёгкие движения.       Для него сейчас — это вся жизнь. Ему не с чем сравнивать.       Тэхён раскрывает рот, чтобы выдать звук приветствия.        — З-з… — он останавливается на этом звуке и выпячивает губы рыбкой, скашивая к ним глаза. Забавный и щекотный звук, скрипящий на зубах. — Здравствуйте.       Служанка тихо усмехается, наблюдая за всклокоченным парнем, сидящем на постели потерянно.       Вглядывается в его ясные глаза и расплывается в улыбке. Она, правда, блекнет при мысли, что эта ясность в глазах отнюдь не от понимания всего, что происходит вокруг. Может, наоборот, они — пустые, как белый лист с редкими кляксами.        — Как тебе здесь? — интересуется, действительно питая любопытство. Тэхён склоняет голову вбок, оглядывая чужой наряд. Он кажется ему таким пышным и непонятным. Но от того не менее интересным, конечно же.       — Классно, — звучит ровно. Тэхён не понимает, почему совсем не так, как в его голове. Хотя сейчас он произнёс гораздо лучше. Эмоциональнее.       До его ушей доносится чужой смех.        — Это твой завтрак, — указывает на тарелки с едой. — Вот здесь одежда, если захочешь погулять по поместью, — Тэхён не понимает, что такое поместье. Совсем-совсем не помнит такого слова, а потому глупо хлопает глазами. «Женщина» внимательно смотрит на чужое непринуждённое и невинное лицо.       Глаза у парня большие такие — любопытные. Завитые русые локоны спадают прядями на эти самые красивые любопытные и чистые глаза, волосы пушатся и забавно блестят в солнечных лучах. Голос у парня глубокий — очень нежный. Его приятно слушать.       С уст служанки слетает вздох, но она тут же расплывается в снисходительной улыбке и выходит из комнаты, оставляя Тэхёна много думать над тем, что такое «поместье» и почему у него выделяется слюна, когда он смотрит на еду. Он не понимает, что происходит, но что-то ему подсказывает, что надо поесть.       «Поесть», — Тэхён кивает сам себе, пододвигая поднос с едой поближе. Он смотрит на столовые приборы. Сначала не понимает, что с ними нужно делать, а потом, словно всегда знал, как ими пользоваться, аккуратно берёт палочки в руки, постучав ими друг об друга.       В комнате пахнет вкусным завтраком, от которого приятно урчит живот. Еда оказывает такое сильное влияние на вкусовые рецепторы, что мозг взбудораженно пытается переварить информацию. Он не осознаёт чего-то такого нового. От запахов тоже кружится голова, но это очень здорово. Тэхён чувствует, что не наелся, хотя уже всё съел.       «Что делать?» — задаётся вопросом, смотря на пустые тарелки. Ему кажется, что они мешают атмосфере в комнате. Какие-то они тут лишние. Их бы отнести… Куда-то.       Тэхён смотрит на дверь с любопытством. Служанка принесла еду именно оттуда.       Значит, тарелки надо туда.       Он встаёт с кровати, жмурясь от прохладного пола. А потом осторожно бредёт к двери, держа в руках посуду. Вот, что так громко и устрашающе гремело.       Тэхён выходит за дверь. Наверное, он всегда вот так вот ходит куда-то. Видел ли он другие комнаты? Он не знает, но отчего-то кажется, что всё так и надо. Конечно же, про одежду на столе он благополучно забывает, поэтому идёт в какую-то сторону по коридору. В «какую-то» — потому что не помнит, как будет право и лево.       В коридоре много света, здесь большие окна. Шторы не задёрнуты, оттого в лучах солнца видно летающие по коридору пылинки. Тэхён находит это забавным.       Он видит за окнами сад, но не очень понимает, настоящий тот или нет. Картинка это или прозрачное покрытие? Настолько для него всё сейчас — загадка.       Ступать по коридору приятнее, потому что пол устелен мягким ковром. Тэхён пару раз шаркает по нему ногами и расплывается в улыбке. Это щекотно. А ещё приятно.       «Что такое щекотно?», — сам у себя спрашивает о всплывшем в сознании слове. Тут так тихо, но почему-то нет никого и нигде, кто бы мог показать, куда деть посуду.       Тэхён проходит мимо множества дверей, доходя до какого-то лестничного пролёта. Тот очень широкий, а мраморные перила толстые. Он садится на них, чтобы скатиться вниз.       Тэхён улыбается, потому что кататься на перилах классно. И совсем не страшно. А ещё, гладкие и светлого цвета. Лишь посуда в руках неодобрительно гремит на такое развлечение.        — Ох, потеряшка, неси сюда, — окликает женский голос. Он совсем не такой, как у прошлой незнакомки. Более высокий, немного неприятный для уха, которое привыкло к тишине. Тэхён оборачивается не на обращение, а на звук. Он вообще не понял, что это к нему.       Девушка забирает тарелки и уходит. Тэхён с любопытством смотрит ей вслед. Она одета так же, как и прошлая незнакомка.       «Они странные», — думается Тэхёну, который позже вскидывает голову, чтобы посмотреть на лестницу, с которой скатывался. Здесь всё такое странное.       Тэхён поднимает голову к потолку и видит большую люстру. Она привлекательно искрится и блестит, поэтому приходится удивлённо выдохнуть. Тут всё огромное. А он такой маленький.       Очень непонятная система.       Тэхён оглаживает ладонями мраморные перила лестницы. Он находит их завлекательными.       «Здорово», — Тэхён гладит руками перила, вспоминая про одеяло. Он хочет им пошуршать. Ему очень понравился тот звук.       Но приходится лишь в любопытстве озираться по сторонам, впитывая каждый звук и шорох. Тэхён хочет слышать и видеть это, потому что… Он не знает почему.       Тэхён долго гуляет по поместью, пытаясь понять слово «картина», которое ему вспомнилось, когда он бросил взгляд на одну из стен. Картину он даже пощупал, но так и не понял, что это из себя представляет.       Но ему очень понравилось. Отчего-то хочется такую же в свою комнату.       Тэхён подолгу рассматривает гобелены, водит по ними пальцами и играется с ниточками, перебирая их меж пальцев. Они очень интересные.       Ему тут, определённо, нравится. Столько всего.       «Я вижу только это», — думает, облизывая пересохшие губы. Ново ли это для него?       Тэхёну не с чем сравнивать, поэтому, данное ему сейчас, он будет называть всей жизнью.