Vampire Love

      Тэхён битые часы сидит над книгой, которую взял из библиотеки. Сверлит взглядом текст, пытаясь всеми силами вспомнить, как читать некоторые буквы. Выходит плоховато.       Сидит, надо отметить, на кровати попой кверху. Склоняется перед книгой, периодически заваливаясь рядом, когда сидеть на коленках уже неудобно.       Тэхён вздыхает, грустно смотря на пожелтевшие от старости страницы. Ему кажется, что он любит чтение, но почему-то в данный момент времени оно его угнетает. Он не понимает почти ничего из написанного, не везде различает имена людей от обычных неодушевлённых предметов. Ему долгое время казалось, что Элизабетт — это какая-то тряпочка для пола. Потом он вспомнил, что существует такое имя.       Это настолько сложно, что у Тэхёна голова кругом идёт. Он тяжело вздыхает, чувствуя что-то странное. Не помнит, как это называется, но что-то близкое к слову «устал».       Он гладит пальцами странички, запоминая их запах, чувствует подушечками шершавость бумаги и смотрит на напечатанный текст. Пока что Тэхён ещё не успел задаться вопросом о том, как на бумаге появляются буквы. Он даже не понимает, что лист и текст — это не одно целое и это определённо не первоначальный вид.       Мир устроен слишком сложно. Особенно тогда, когда ты даже не понимаешь, что такое «имя» и почему у каждого человека оно разное.       Тэхён вертит книгу в своих руках, хмуря брови. Ему кажется, что он может изобразить эти буквы графически. Только как? Пока непонятно.       А ещё он не разобрался с символами внизу страницы, но вывел некую закономерность. Символы идут последовательно до «9», а потом самое переднее значение изменяется. Что это значит, Тэхён не может вспомнить. Какие-то непонятные каракули. Он подгибает уголок страницы от скуки, понимая, что ему не нравится то, что он сделал. На ровную бумагу куда приятнее смотреть.       «Интересно…» — мелькает в голове, когда Тэхён задумывается о том, почему же ровная бумага лучше смятой. Это слишком непонятный для его пустой головы вопрос.        — Ш, — Тэхён недоволен. Ему не нравится пялиться в текст и ничего не понимать. — Ш-ш-ш… — шипит устало, закрывая чтиво. — Ш! Ш! — аж злится, пугаясь своих эмоций.       Тэхён укладывает свои ладони на область сердца. Почему оно так стучит? Физиология пока что ему явно непонятна. А ещё его пугают слишком сильные эмоции, он их забыл, не помнит и переживает всё заново. Он злится, и злость — слишком страшная эмоция. — Ш-ш… — уже тише выговаривает своё недовольство, решая, что «ш» — это всё негативное в его жизни.       Он встаёт с кровати, болтнув руками в воздухе. Он так напряжен. Почему, когда злишься, то тело напряжено? Тэхён не понимает, куда скинуть эту эмоцию, поэтому трясёт хаотично руками и ногами, чувствуя, что ему становится легче. Обычно люди скидывают свою злость в матерные слова, в интонацию и так далее. У Тэхёна же вариантов мало, простого «ш» для выражения недовольства ему кажется мало, «материться» — он вообще не помнит, что это, а своей интонацией управляет плохо, не помня, при каких эмоциях какую надо использовать. Ну вот вообще, она у него ровная, словно роботизированная. Он просто пока не понял, как и что когда следует говорить.       Мир снова и вновь слишком сложный. В процессе жизни мы не задумываемся о том, сколько всего на самом деле знаем и сколько всего перешло в автоматические действия. Мозг слишком ленив, чтобы обрабатывать кучу действий, поэтому пытается почти все движения человека сделать автоматическими.       У Тэхёна же с потерей памяти, видимо, разрушилось слишком много нейронных связей, благодаря которым он делал что-то автоматически. Теперь придётся самостоятельно в короткие и сжатые сроки нарабатывать потерянное.       Правда, Тэхён не знает, что оно потерянное, но не суть.       Он кружится по комнате, выполняя какие-то странные движения, пытаясь насовсем избавиться от сильных эмоций. Вроде бы выходит, поэтому Тэхён довольно улыбается, чувствуя, что приятные эмоции ему нравятся гораздо больше.

* * * * * *

      Чонгук сладко облизывается, наслаждаясь привкусом крови на губах. Он помешивает жидкость в бокале, удобно облокачиваясь на подушки. Да, единственное, в чём книги не ошиблись — это в любви к роскоши. Пить из бокала считается традицией. Главное, чтобы кровь не загустела — невкусно потом будет.       Кровь продаётся свежими порциями в специализированных магазинах. Чтобы продукт не портился, к каждому магазину приватизируют несколько вампиров, которые составляют расписание своего привычного рациона — то есть, появления жажды. Основываясь на этих данных, в такие магазины точно в такие сроки поставляют кровь. Также она поставляется на основе предпочтений каждого вампира. Это заполняется в специальных документах.       Естественно, есть определенные правила хранения. Продукт, как никак. Жидкую кровь хранят до трех недель при определённой температуре.       Чонгук сам с правилами не ознакомлен, потому что предпочитает сразу же выпивать полученную еду.       За время хранения остается примерно семьдесят процентов первоначального количества жизнеспособных эритроцитов. Этот уровень живых эритроцитов считается минимально допустимым, поэтому кровь, хранившуюся больше трех недель, вампиры уже не употребляют в пищу. Да и вообще мало, кто любит застоялую кровь.       Чонгук слегка причмокивает, раскатывая вкус крови на языке, пока рассуждает на эту тему. Он отстранённо помешивает жидкость, вытягивая расслабленно ноги.       Не успевает он окончательно расслабиться, как приходится резко повернуть голову в сторону входной двери. В коридоре слышны шаги и скрип половиц. Надо же.       Чонгук принюхивается. Ведёт носом в воздухе, прикрывая глаза. Человек.       Вампир хмыкает, успокаиваясь. Подумаешь, ещё один любопытный полуночник в поместье. Правда, Чонгук забыл, что уволил всех, кроме садовника и повара.       Тэхён же в это время просто пошёл на кухню, потому что приспичило поесть. Чонгук по аромату крови не определил, что это именно он, ему и не особо это важно.       Душа сонно бредёт по коридору, скрываясь на кухне.       Чонгук же лишь спустя несколько минут понимает, что это был Тэхён. Запах слишком чистый и лёгкий. Вампир закатывает глаза, допивая свою «еду». Надо будет попробовать что-нибудь ещё. Кровь этого человека, которая у него сейчас в пищеводе, довольно сладкая, скорее всего женская. Возможно, экстраверт с пылким характером. Кровавый букет, конечно, вкусный, но слишком вяжущий и ярко-сладкий, с примешенной кислинкой. Хочется чего-нибудь менее вызывающего.       Чонгук на пару минут задумывается о том, что ему, вообще-то, ещё нужно каким-то образом обеспечить потеряшке «уют», а он тут кровинушку сосёт.       Вообще пьёт, но не суть.       Один из обязательных пунктов, когда на человека с потерянной душой пишется документ о владении — это моральное и физическое благополучие.       Запах еды со стороны коридора отвлекает от этой мысли, и Чонгук морщится. Звериная еда. Вампиры не любят вкус животного мяса, а ещё не любят их кровь. Чонгук зеленеет (на самом деле бледнеет сильнее обычного), открывая окно. Если он будет чувствовать запах животных каждую ночь, то свернёт потеряшке шею. Как правило прислуг в поместье к ночному времени уже нет, режим их работы с девяти утра и примерно до времени, когда наступает ужин. У некоторых выездная работа по вызову — повар и садовник из такого рода. Вампиры редко питаются человеческой едой, поэтому в основном повар работает на слуг, обеспечивая их питанием.       Не исключено, конечно, когда в поместье у вампира прислуга живёт на постоянной основе, но нет, спасибо, Чонгук вполне доволен холостяцкой берлогой. Разве что теперь по ночам родной дом придётся делить с потеряшкой.       Вообще, в еде вампиры не привередливы. Приватизированная система очень удобна, ведь в любой момент можно изменить предпочтения и попробовать что-то новое. Допустим, вместо женской крови мужскую, либо кровь гуманитария, а не технаря. От человеческих качеств и характера меняется и кровь. Единственные люди, чью кровь законом запрещено поставлять или брать — это чем-то болеющие и дети. За детскую кровь суд вампиров наказывает особенно жестоко, ведь это считается своеобразным родом педофилии.       Чонгук постукивает по бокалу, складывая губы уточкой. Знает он один клан, в котором вампира в педофилии уличили. Он вспоминает, как подписывал разрешение на Кровавую охоту, ведь тот уже не в первый раз промышлял незаконной деятельностью. Довольная улыбка расползается на лице. Чонгук любит правосудие. У вампиров часто довольно радикальные методы по отношению к нарушителям закона. За это, в принципе, можно и осудить, но вампиры таким образом всего лишь проводят чистку. Они не жалуют среди своих тех, кто морально опустился на дно.       Из окна дует приятный прохладный ветер, и Чонгук запрокидывает голову, наслаждаясь тем, как нежно тот скользит по его коже. Комната наполняется свежим природным ароматом с улицы, выветривая запах животной пищи. Чонгук делает ещё один глоток из бокала, словно пьянея от удовольствия. Он так давно не отдыхал нормально.       Шорох за дверью отвлекает от прекрасной привилегии под названием «релакс», и Чонгук лениво разлепляет глаза. Вампир чувствует, как Тэхён медленно расхаживает по длинному коридору, периодически останавливаясь около каких-то дверей. В каких целях — непонятно, но Чонгук предполагает, что на этом основывается его познавательная деятельность.       Вампир сконфуженно отставляет бокал с кровью на тумбу. Почему-то до сего момента ему казалось, что с человеком он пересекаться вообще не будет. Чонгук чувствует моральный упадок. Его угнетает чужое присутствие в поместье, он хочет остаться один. А Тэхён, словно назло, ходит туда-сюда, воняя своей человеческой едой.       Чонгук благодарит приятный ветер и открытое окно.       Дайте ему сил на дальнейшую жизнь с потеряшкой, он тут всего несколько дней, а Чонгук уже заколебался.       В случае своего разочарования вампир решает абстрагироваться от всех внешних раздражителей, запивая стресс кровью. Насколько же Чонгук любит одиночество, раз впервые задумывается о седых волосах на своей голове. Естественно, их там никогда не будет, но почему-то его слишком раздражают люди. Лишние присутствующие.       Чонгук приходит к выводу, что был слишком добросердечным, раз действительно решил взять ответственность за потерянную душу на себя. Он думал, что будет проще, потеряшка будет жить в его поместье спокойно, никак не мешая Чонгуку функционировать в привычном ритме. Вон, какое поместье громадное, а вампир всё равно какого-то чёрта слышит этого человека под своими дверьми.       Выясняется, что уже на какой-то ничтожный по счету день Чонгук не выдерживает, уходя в стресс из-за шорохов за дверью, которые неимоверно раздражают.        — М-да… — разочарованно вздыхает, взбалтывая кровь в бокале.       Есть, конечно, очень простой выход — попросить ночью не ходить на первый этаж. Да, Чонгук обязательно попросит этого не делать, иначе он действительно попросту перепродаст этого человека, сбрасывая груз ответственности с себя.       Ещё лучше будет, если Тэхён попросту покинет его поместье сам. Если, конечно, дойдёт до этой мысли и достигнет уровня самостоятельности, чтобы работать и думать, а с потеряшками это редко происходит. В основном потому, что их никто ничему не обучает, и они просто болтаются без дела внутри поместья, живя, ни о чем не подозревая.       Чонгук задумывается. Обычно людям, которых подвергли всяким незаконным штукам, в процессе которых они потеряли память, не рассказывают о прошлом. Связано это, естественно, с ленью. Почему-то не считается обязательным рассказывать потеряшкам о том, кто они, зачем они и так далее.       Чонгук приходит к выводу, что чуть позже как-нибудь расскажет Тэхёну о его жизни.       Такие документы обычно лежат в столе, а там целое досье. Кем работал, родственники, социальные сети, старая контактная информация, даже наличие домашних животных.       Чонгук помнит, что у Тэхёна есть собака. Сейчас она в ветеринарной клинике проходит обследование на наличие различных болезней. Вампир не хочет возиться с чужим питомцем, поэтому пока что в поместье он его не будет перевозить. Отдаст брату под опеку, тот любит животных. Не как еду, естественно.       Что касается родственников Тэхёна, кстати, из них у него только старшая сестра и мама.       Чонгук хмыкает. По какой-то бумажке можно столько всего рассказать о человеке. Вампир расслабляется в кровати, задумываясь о том, насколько же всё-таки люди отличаются от них, таких «нечистивых». Вон, рожают по нескольку детей, а вампирам зачать-то хоть кого-то уже проблематично. В союзе с человеком, конечно, дети без проблем рождаются. Детей, рождённых в таком союзе обычно называют дампирами.       По половым функциям, вообще, определённо можно многое сказать. Вампиров, например, по численности гораздо меньше, чем людей. Первый фактор — бессмертность, это логично.       Опустим тот момент, что после примерно шестого века жизни многие вампиры решают самостоятельно себя убить. И происходит это отнюдь не с помощью осинового кола, воткнутого в грудь.       Если бы вампиры плодились так же, как и люди, то произошёл бы дисбаланс, популяции людей бы вымерли, следом за ними на тот свет отправились бы и вампиры из-за своего безумия. Без крови вампиры превращаются в бешеных хищников — это ещё одно наказание за то, что они находятся на верхушке — среди высших существ. Конечно, процесс этот не моментальный — это длительное мучение.       Что касается второго фактора малочисленности — это низкая сексуальная активность. Изначально в человеческом мире медики считали, что у вампиров наблюдается половая дисфункция, но на деле всё гораздо проще.       Сложная оплодотворяемость. Зачатие происходит не так часто. И, на самом деле, ещё очень много биологических различий, в подробности которых окунаться не стоит.       Что касается морали и религии — во многих вещах вампиры слишком различны с людьми. У них есть своя вера и исповедь (это вовсе не говорит о том, что все вампиры ударены в свою религию. Скорее, это как часть исторической ценности, которая показывает, как менялось сознание, но не более), а также положительное отношение к гомосексуализму. Причина вполне ясна — из-за бессмертности традиционные пары среди вампиров не очень почитались, а в какой-то период времени и вовсе подвергались гонениям. Некоторые казням. А вот союзы между вампирами и людьми, кстати, не считались чем-то грешным. Дети таких союзов живут дольше обычных людей и не подвергаются старению, также сильнее по здоровью. Правда, они смертные. Можно, конечно, провести обряд по становлению полноценным вампиром, но за это полагается штраф. Тоже есть небольшая статейка в своде законов по этому поводу.       Но возвращаясь к теме однополых отношений: даже сейчас гомосексуализм среди вампиров распространён гораздо больше и является более привычным явлением, чем гетеронормативные отношения.       Среди людей же всё совсем наоборот и в их обществе всё ещё очень много гомофобов. Объяснить это как-то Чонгук не может. Просто однажды какой-то человек, который писал их религию, зачем-то решил, что это плохо, и все ему поверили. Ну, с точки зрения быстрого вымирания — да, а так нет.       Чонгук думает, что душка под его покровительством воспитается, определённо, не верующей. Это если Тэхён будет развиваться самостоятельно, ибо вампир не хочет тратить свои ресурсы на чужое образование. Нанимать репетитора Чонгук не видит смысла.       Хотя, это был бы удобный вариант. Стоит об этом подумать.       Тэхён всё ещё ходит где-то в коридоре, кажется, забыв, куда идти. Вампир кладёт на своё лицо подушку, болезненно в неё простонав. Его слишком сильно сбивают чужие шараханья. Всю жизнь один жил, а теперь по коридорам какой-то червяк ползает и мешает думать.       Через некоторое время возня в коридоре прекращается. Чонгук чувствует из-за этого неимоверное облегчение, обмякая от удовольствия в кровати.       Из окна всё ещё дует приятный ветер, а комнату освещает блеклый лунный свет. Ночь, поистине, прекрасна. Вампиры любят ночь, так как подвержены любви к эстетике. Вот такие вот они существа — романтичные, меланхоличные и грустные одиночки по жизни.       Сложно найти места соприкосновений между вампирами и людьми. Одни всю жизнь ищут смысл жизни, другие его попросту не видят. Одни боятся умирать, другие жаждут этого больше всего. Этих противоречий очень много.       К тому же, раньше вампиры нападали на человека, потому что другого способа добычи пищи не было (не считая крови животных, но она не утоляет жажду в той мере, в которой это делает людская кровь. Ещё и противная). Сейчас их «еда» в свободном доступе. Есть доноры крови — часть поставляемой ими «продукции» (говоря более грубо) уходит на пропитание вампирам, часть на лечение людей и так далее. Донорам делают определённые выплаты и у них есть некоторые льготы. Это увеличивает количество желающих заниматься донорством.       По этой причине многие люди предвзято относятся к вампирам. Мол, слишком высокого о себе мнения, пользуются людьми так, как считают нужным.       Да, никто не отменял того, что вампиры считают себя высокими существами. Но по отношению к людям они слабы и зависимы от них, потому что без крови они всего лишь низшие и безумные существа. Одно исключает другое.       В каждых плюсах будут минусы. Люди и вампиры равны, потому что имеют схожее количество отрицательного и положительного.       Но история всё равно даже при таком раскладе не исключает того, что между вампирами и людьми была вражда. В средневековье среди вампиров было много гулей. Такое движение и увеличение их в количестве зависело как раз от сложнодоступности добывания пропитания. Вследствие таких событий людям и вампирам пришлось заключить между собой пакт о перимирии, который действует и по сей день, и включает в себя добровольные взаимоотношения в виде «донор-потребитель».       В принципе, гармония.

* * * * * *

       Тэхён наслаждается запахом роз. В этом саду множество цветов, но яркий красный цвет привлекает взор гораздо больше. Отчего так не совсем ясно.       Он большую часть времени проводит именно здесь, даже не подозревая, что, вообще-то, если постараться, можно найти выход отсюда. Мир Тэхёна пока что ограничивается садом и поместьем, он даже не думает о том, что существует что-то ещё. Поэтому, собственно, не пытается куда-то уйти и что-то искать.       К тому же, даже если бы он нашёл главные ворота, то не смог бы выйти — заперты.       Чонгук наблюдает за этой картиной снова. Раскрывает шторы, наблюдая за потеряшкой. Сегодня он покидает поместье. Ему нужно увериться в том, что человек сможет прожить самостоятельно неделю. Прислугу он так и не нанял, поэтому следить за ним будет некому. Разве что только повару и садовнику, но они не на постоянной основе в этом доме.       Тэхён отскакивает испуганно от куста, когда в его руках рассыпается первый бутон розы. Чонгук видит, как человек присаживается на корточки, перебирая лепестки в своих руках.       Вампир хмыкает, закрывая пыльные шторы. Он неспеша идёт по коридору, сложив руки за спиной. Выходит на порог поместья, заглядывая в свой сад. Тэхён его в упор не замечает, убиваясь из-за цветка.       Чонгук решает подойти. Он никогда самостоятельно не проявлял желания с кем-то контактировать, только в редких случаях. Ему просто жалко эту душу.       Он подходит со спины, внимательно смотря на чужие пальцы, что бережно собирают красные лепестки. Чонгук видит, как покраснели кончики чужих ушей. Он кладёт свою ладонь на чужое плечо, присаживаясь рядом на корточки.        — Чего опять ревёшь? — интересуется вампир, отвлечённо наблюдая за некогда бывшим бутоном розы. Тэхён вытирает рукавом своей пижамы неприятную мокроту с лица, шмыгая носом.        — Я её убил, — шепчет расстроенно в ответ на вопрос. Тэхён вспомнил значение этого слова. Теперь он понимает, почему оно такое негативное.       Чонгук смеётся, звуча немного зловеще. Он слегка пугающий, хотя Тэхён не находит его таковым.        — Все цветы имеют свойство увядать, — вампир задумывается о доходчивости своих слов. — Они умирают, — потеряшка на это грустно дует губу, вызывая улыбку на лице вампира. В последний раз его так же умилял только собственный брат. — Потом они продолжают жизнь через некоторое время, — добавляет Чонгук, чтобы человек совсем уж не раскисал.        — Правда? — смотрит с надеждой, хотя интонация такая равнодушная, что непонятно, вопрос ли это вообще был. Чонгук лишь кивает, вставая с корточек. Он разминает свою шею. От такого короткого диалога он уже устал, надо же. — А почему они такие яркие? — внезапно спрашивает Тэхён, всё ещё сидя около куста. Он не понимает, почему что-то зелёного цвета, что-то белого. Это сложно, поэтому он интересуется.       Чонгук отмечает, что потеряшка говорит уже чуть более складно, чем несколькими днями ранее. Он хмыкает.       — Вампиры считают, что это цвет любви, поэтому такой яркий.       Тэхён задумывается.        — Что такое любовь?       Чонгук, признаться, сам особо не знает, как правильно истолковать. Почему вопросы такие сложные?        — Просто запомни, что это приятное чувство, похожее на радость, — пожимает плечами вампир, не собираясь раздумывать о том, как бы более подробно ответить. Чонгук смотрит на свои розы. Вот красный куст, а на другой стороне девственно-белые розы. Видимо, Тэхён пока не понял, что это один и тот же цветок.       Вампир выпрямляется в спине, гордо поднимая подбородок. Он величественно указывает рукой на белый куст с розами, расплываясь в ухмылке.        — Вот эти розы не так привлекли твоё внимание, верно? — Тэхён смотрит на белые розы, вставая с земли. Он смотрит на них долго-долго, чуть позже подходя к кусту. Смотрит на белые лепестки, ощупывая их. Они идентичны красным розам. Почему же тогда другого цвета? Чонгук, словно слышит вопрос, отвечает слегка горделиво, как присуще многим вампирам. — Множество историй повествует о том, что розы всегда были белыми и только потом превратилась в красные, — Тэхён смотрит на цветы, нежно гладя их.        — Почему? — задаёт вопрос, вовсе не смотря на Чонгука. Розы ему интереснее.        — О, родной, по этому поводу множество легенд, — хмыкает вампир, в два счёта подбираясь к белым розам. — Одна из древнегреческих рассказывает, что богиня любви Афродита бежала к своему тяжело раненному возлюбленному Адонису сквозь кусты роз, — Чонгук обхватывает стебель цветка, сжимая в ладони до боли, чтобы шипы вонзились в руку, порвав слои кожи. — Не замечая острых шипов, и капли ее крови окрасили розы в красный цвет, — вампир ведёт своей же собственной кровью по белым лепесткам, наблюдая за ужасом в чужих глазах. Ему нравится пугать людей, но он отнюдь не злой. Тэхён размахивает руками, явно напуганный.       Зато понимает его сознание. Наш мозг может воспринять чужую кровь за свою собственную, поэтому для того, чтобы спастись, он выключает сознание. Мозг думает, что если человек потеряет сознание, то не умрёт. Какой глупый.       Чонгук лишь после тихо смеётся, наблюдая за тем, как раны на его руке затягиваются.       — Но ты, сладкий, так не делай, договорились? — подмигивает, показывая свою ладонь. Тэхён слегка отходит назад, потому что отчего-то ему немного страшно. Он лишь кивает, кидая взгляд на сорванную розу, перепачканную в крови. Чонгук аккуратным движением прокручивает цветок меж пальцев, опуская его позже наземь.        — Вам… — Тэхён присаживается на корточки около сорванного цветка. — Не грустно? — спрашивает, печально осматривая розу. Чонгук лишь пожимает плечами.        — Кстати, — вспоминает вдруг мужчина, осматривая человека сверху. — Христианские, — Чонгук смотрит в чужие глаза. Он же сам недавно приходил к выводу, что потеряшка под его эгидой вырастет не верующим. Но легенды — это не религия, почему бы тогда не поделиться? Скорее всего Тэхён многого из сказанного не понимает. — сказания гласят о том, что белая роза была создана Богом и помещена в Эдемский сад. А когда ее поцеловала Ева, роза зарделась от счастья, и от того превратилась в красную. — Тэхён смотрит на белый куст, протягивая руки к цветам. Значит, белый — это начало? Потеряшка переводит взгляд на вампира, что скучающе запихивает руки в карманы своих классических брюк.        — А если меня поцелует Ева, я тоже стану красным?       Вампир смеётся, обнажая в улыбке свои устрашающие клыки. Чонгук, словно коршун, обходит юношу кругом, осматривая со всех сторон.        — Не исключено.       Тэхён не знает, что это значит, но интонация его пугает.       Чонгук, довольный и насытившийся своими играми, разворачивается на пятках, важно складывая руки за спиной, чтобы с ровной осанкой гордо удалиться прочь. Чуть позже останавливается, кидая взгляд из-за плеча.        — Если будет интересно послушать легенды, то приходи, — и подмигивает, оставляя Тэхёна одного рассуждать о розах.       Вампиры действительно любят эстетику. Хоть они и не верят ни в каких Богов, они склонны до утра зачитываться красивыми легендами, которые складывали люди на протяжении своей жизни. Вампиры не умеют придумывать это, но они умеют этим наслаждаться.