Запах Льда

      Вы не ждали, а мы вернулись :D

***

- Государь, прибыл разведчик из Ётунхейма, - эйнхерий преклонил колено перед золотым троном Асгарда, за его спиной в нескольких метрах еле стоял на ногах воин. Его одежда была всё еще покрыта инеем, на щеке красовалась длинная ссадина. Повелитель Золотого Города кивнул, разрешая путнику приблизиться. - Мой царь, я… - без сил он опустился на колени, но отказался от помощи стражника, который его представил. – В разведку я отправился три дня назад, мне повезло: ледяные великаны меня не заметили. - Что же нового в Ётунхейме? – Зычный голос государя раздавался под сводами малого зала. По левую его руку стояли Трое Воинов, по правую руку, на ступень ниже расположился малый трон, в данный момент пустовавший. - Я могу подтвердить слова предыдущих разведчиков – великаны действительно восстанавливают свое царство, столица практически обрела прежнее величие и красоту. - Как же так? Когда мы в прошлый раз там побывали, Тор там почти всё уничтожил! – Хохотнул Вольштагг, но потом опомнился и поспешил исправиться: - Простите, я хотел сказать: «Ваше Величество»… - Полно тебе, друг, - улыбнулся Тор и вновь повернулся к воину, преклонившему колени перед троном. – Продолжай. - Да, работы идут удивительно быстро, ледяные великаны выглядят уверенно, воодушевлённо, ходят слухи, что у них новый лидер. - После смерти Лафея их миру несладко пришлось. Досталось и от Таноса, да и Хель свою руку приложила. А что за лидер, он известен в Асгарде? - Нет, государь, он скрывает свою личность. Но ётуны отзываются о нем с большим почтением, говорят, его правление будет великим. - Он из ётунов? – коротко спросил громовержец, нахмурившись. О происхождении Локи знал он и Всеотец, Трое Воинов только догадывались. - Точно неизвестно, его мало кто видел, государь. Но, смею предположить, вряд ли ледяные великаны допустили чужака на свой трон. - И то верно. Хорошо, ступай, отдохни. Благодарю за службу. Разведчик удалился, за ним по велению Тора и эйнхерии покинули зал, в котором воцарилось молчание. Молодой царь погрузился в раздумья, понимая, что упускает какую-то важную деталь. Ответ был практически на поверхности, но пока недостижим. - Ну, что об этом думаете? - Если этот новый правитель не такой фанатик, как Лафей, то у нас есть отличный шанс заключить мир, - подергав свою манерную бородку, произнес Фандрал. Его поврежденная в последней битве рука лежала на перевязи, но он бодрился и делал вид, что всё в порядке. - Что это, славный Фандрал, ты не желаешь повоевать с ётунами? – хмыкнул Вольштагг, засунув большие пальцы рук за пояс, обхватывающий его объемный живот. - Хватит с нас битв пока, Девять миров нуждаются в отдыхе и восстановлении после набегов полчищ Таноса, - возразил Тор и поднялся с трона. – Я пойду проведаю отца, а вы проследите за отправкой провизии в Ванахейм. Хогун, если ты не против, я отпускаю тебя к родным, им сейчас необходима твоя поддержка. Однако громовержец не направился в покои отца, для начала решив пройтись по дворцовому парку, который очень любил. Его восстановили лишь недавно, и теперь он еще больше радовал глаз, напоминая о победе над Таносом. Но удалось им одолеть безумного титана слишком большими жертвами, жаль не повернуть время вспять. С тех горестных событий прошло больше года, и ни весточки не было ни от Абелоун, ни от Локи. Эти двое канули в неизвестность, затерявшись на бесконечных просторах Девяти Миров. Новый царь Асгарда посчитал своим долгом донести до каждого, чьими усилиями была предотвращена разрушительная война. Честь Локи была восстановлена, по инициативе нескольких вельмож в его честь был установлен памятник на побережье и расширена библиотека, где теперь собиралось больше народа. Асгардцы вновь обратили свой взгляд к науке и магии, уделяя им столько же времени, сколько ратному делу. Тор отлично справлялся с ролью царя, возложенной на него самим Всеотцом, хотя сложно было сказать, стремилось ли к власти его сердце. Только теперь он осознал, как был глуп в юности, охваченный жаждой править, понимая, насколько тяжела эта ноша. Если раньше ему требовалось лишь оберегать покой Асгарда и Девяти миров от военных угроз, то теперь приходилось думать о провианте, образовании и союзах с другими царствами. Еще нового государя волновала судьба младшего брата и его невесты, от которых не было вестей. По словам Абелоун, Локи пожертвовал их ребенком ради спасения всех остальных. Подобный поступок было сложно трактовать, учитывая сложную натуру трикстера, его напускное равнодушие к окружающим и прежние поступки, не отличавшиеся благородством. Однако и здесь Локи умудрился обхитрить всех и выйти героем, проиграв сам. Чувства Разрушительницы тоже можно было понять, ведь ее отношения с богом обмана были далеки от идиллии. Она верно отказывалась принять тот факт, что своими действиями Локи спас все Девять миров, не могла поверить, что он мог сам желать появления этого ребенка. Впрочем, что за создание могло появиться на свет от такого опасного союза? Тяжело вздохнув, Тор окинул взглядом наполненный жизнью парк, прислушался к детскому смеху, послышавшемуся вдали. С недавних пор царь разрешил юным ученикам собираться на зеленых лужайках, хотя учителя от этого были не в восторге: дети постоянно отвлекались и прятались среди зарослей. - Здравствуй, отец, - Одинсон неслышно ступил в полумрак спальни, в центре которой, окруженный золотистым свечением, лежал Всеотец, погруженный в свой Сон. Это позволяло ему восстанавливать силы и вновь возвращаться к жизни, но в этот раз он слишком долго не приходил в сознание. Потеря жены и угрозы Таноса пошатнули и без того слабое здоровье старика, даже Мудрейшему в Девяти Мирах требовался отдых. – Мир восстановлен, жители Асгарда могут спать спокойно. Потребовался год, но это того стоило. Ванахейму досталось больше остальных, сегодня отправляем туда большой отряд с провиантом и самыми необходимыми вещами. Я отпустил Хогуна навестить родных, думаю, так будет лучше. Он мой хороший друг и верный соратник, но сейчас его царство нуждается в нем больше. Сев подле кровати, Тор вгляделся в лицо Одина, но, как прежде, не находил ни малейшего признака пробуждения. Визиты к отцу стали традицией, он просто открывал всё, что накопилось на душе, и от этого становилось легче, нужные ответы сами приходили в голову. Громовержец не сомневался, что в этом была и заслуга царя-отца. Пробыв в покоях Всеотца еще некоторое время, громовержец наконец решился вернуться в свои покои, его там уже ждали. Совсем недавно он получил разрешение от старейшин пригласить Джейн в Асгард, и теперь его мучила мысль о том, как поступать дальше. Нет лекарства от смертности, как и нельзя продлевать жизнь жителям Мидгарда на больший срок, чем им отпущен. Этот вопрос Тор не рисковал задавать Одину: тот изначально был против присутствия землян в Золотом Городе. - Ты вернулся! – С мягкой улыбкой девушка подошла ближе и обняла его, такая хрупкая и нежная в асгардских одеяниях. – Ты снова был у отца? - Да, - при ней Одинсон не мог скрыть довольной улыбки. Джейн делала его счастливым, он чувствовал, как его заполняют тысячи и тысячи капелек света, тепла и радости. Но к этой безграничной любви примешивалось горе, отдавало кислым на губах, заставляло вздрагивать при любом упоминании, что время неумолимо отмеряет свой шаг. – Ты не скучала? - Сиф учила меня управляться с мечом, - смущенно пробормотала смертная, потупив взгляд. Ей было неловко находиться в компании воительницы, она прекрасно видела ревность в ее глазах. – В итоге я вывихнула запястье. Я такая неловкая! – Девушка отвернулась, мучительно покраснев. - Ты молодец, - тихо рассмеялся Тор, обнял ее и поцеловал в макушку. – Ты же только начала тренироваться, а Сиф – опытный учитель, того и гляди, сделает из тебя опасного воина! - Из меня воин, как из тебя – хранитель библиотеки, - хмыкнула Джейн и снова повернулась к громовержцу. – Кстати, я хотела тебя попросить. - О чем же? – Он позволил увлечь себя к банкетке, что стояла у распахнутого окна. Они сели рядом, не размыкая объятий. - Я хотела бы попасть в библиотеку. Понимаю, там много того, чего смертным знать непозволительно. Просто… Ты же знаешь, я посвятила астрофизике всю свою жизнь и хочу понять саму суть мира, то, как вы его видите. Я не буду делиться знаниями с другими, только для успокоения своей души. Я не могу спать ночами, зная, что многовековая мудрость, что содержится в этих книгах, так близко. - Тебе не нужно меня убеждать, я верю тебе, Джейн Фостер. Завтра же оповещу хранителя, чтобы тебе разрешили доступ во все отделы. Тебя это устроит? - Конечно, - она притихла в его руках, чувствуя невероятное умиротворение и удовольствие. – Голова идет кругом, как подумаю, где я сейчас. А ведь раньше считала, что скандинавские мифы – полный бред. А теперь я в самом центре Асгарда обнимаюсь с богом грома – Тором. Кому расскажу – не поверят! - Поверят, я же бывал в Мидгарде, ваши камеры засняли меня, - усмехнулся Тор. – Помнишь, я рассказывал про Ётунхейм? – дождавшись, пока девушка утвердительно кивнет, он продолжил: - Так вот, разведчики передали, что царство ледяных великанов восстанавливается, у них появился новый, могущественный лидер. - А это не может быть… - Она осеклась, не рискнув произнести имя Локи в присутствии громовержца. - Локи? Я уже думал об этом, но не хочу верить в эту теорию. К тому же, почти никто в Асгарде не знает о его происхождении, поэтому мало кто видит логику в его прошлых… Деяниях. - А что с той девушкой, ну, его невестой? - Абелоун? Неизвестно. Я отправил гонцов по всем мирам на ее поиски, но тщетно. Эти двое всегда умели искусно прятаться у всех на виду. - Локи теперь герой, думаешь, она рискнет попробовать убить его? – Ей стало жутко, стоило вспомнить рассказы Тора о событиях, что потрясли Девять миров год назад. Земле тогда тоже досталось: несколько отрядов наемников Таноса высадились в центре Будапешта и практически уничтожили город. - Не знаю, я никогда не мог предугадать действий Абелоун или Локи. - Ты скучаешь по нему? - Он мой брат и всегда им будет. Честно признаться, его советов мне не хватает, - опустил голову громовержец. – Впрочем, давай не будем о грустном. Пойдем, прогуляемся! Ты еще столько не видела в Асгарде? - Господин, южные области восстановлены, - ледяной великан поклонился фигуре на троне, погруженной во мрак. Новый повелитель Ётунхема кивнул, но не счел нужным отвечать. – Так же, в ближайшие месяцы мы вернем былую мощь звериным загонам на северо-западе столицы. Благодаря Вам сила Касскета вновь с нами, вскоре мы сможем собрать величайшую армию и… - Нет! Никаких битв и войн, - резко возразил царь, протестующе подняв тонкую синюю ладонь. – Достаточно кровопролития. Ётунхейм только начал подниматься из забвения, в котором находился больше тысячи лет, ты хочешь вернуть его обратно? - Нет, мой господин, - ледяной великан покорно склонил голову. - То-то же. Нет, открытая война не принесет нам ничего полезного. Наоборот, нужно заключать выгодные союзы. Скажи мне, лаборатории ученых в Железном Лесу восстановлены? - У нас не было достаточно вр…. - Я не хочу слушать отговорки. Чтобы через месяц все было готово. Нам нужен товар для торговли с другими мирами. В Ванахейме интересовались темной энергией, обитающей под сенью тех деревьев. Свободен. Поклонившись, ётун поспешил скрыться с глаз повелителя, яростно блестевших в полумраке, скрывавшем его лицо. С трона послышался разочарованный вздох – до чего же тяжело руководить этими ледяными идиотами! Локи поднялся и подошел к высокому резному балкону, шаги его гулко отдавались под сводами ледяного зала. В отличие от россказней о Ётунхейме, ходивших по Асгарду, не всё в этом мирке было создано из снега и холода. Здесь было достаточно полезных ископаемых и древесины, которые трикстер и приказал использовать для восстановления городов. К тому же, не все ётуны были теми самыми «ледяными великанами», которые состояли изо льда и могли им управлять. Бесспорно, все они любили стужу, но внешне большинство походило на асгардцев, только кожа их отливала голубым. Этот мир принадлежал ему по праву рождения, он наконец стал законным царем, к чему всегда стремился. Хотя царство ему досталось не то, о котором бог обмана так мечтал. Ётунская сущность не позволяла ему замерзнуть, но синяя кожа начала порядком раздражать, и он постоянно чувствовал дискомфорт из-за низких температур, царивших на большей части этого мира. Ледяной город простерся перед ним, похожий на волны, разбивающиеся об утесы, но застывшие в одно мгновение. Миллионы оттенков синего и голубого под холодной звездой, которая давала так мало тепла и света. Ничего, он облагородит этот мир, Ётунхейм вскоре потягается своим величием и богатством с Асгардом. Неосознанно Локи до сих пор стремился в одобрении со стороны Всеотца и Тора, хоть и не желал признаваться себе в этом. Ётунами было легко управлять – они не были склонны к интригам и сплетням, смиренно склонили головы перед новым повелителем, когда он предъявил свои права. Разумеется, трикстер открылся лишь перед правящей семеркой, которая образовалась после смерти Лафея. За это время ледяные великаны так и не смогла прийти к соглашению и выбрать нового правителя. А тут сын их почившего царя с Касскетом – величайшим артефактом Ётунхейма – в руках сам пришел к ним. Такой шанс нельзя упускать. Сочетание белого и синего напомнило Локи об Абелоун: ее волосах белее снега и ледяных глазах. Невольно бог обмана поежился и тут же нахмурился, поскольку не любил думать о тех событиях, что привели его в это заброшенное царство. Он знал, что девушка будет его искать, ослепленная жаждой мести. Ей больше нечего было терять, и биться она будет насмерть. Локи умирать не хотел, поэтому не спешил открывать свое местоположение. Ему хватало сообразительности остерегаться Разрушительницы, ведь он видел, на что девушка была способна. У них были и хорошие моменты, целых три месяца в Риа чего только стоят. Но в Асгарде они уничтожали друг друга морально и физически. Может, даже лучше, что всё вышло именно так, ведь их союз долго бы не протянул. И всё же, ребенок, то создание, у которого не было шанса появиться на свет. Сам факт его краткого существования что-то изменил в Локи, сломал, и из руин проросло неизвестное доселе чувство. Гнетущая потребность в ком-то рядом. А ведь трикстер так стремился убедить всех и вся, что ни в ком не нуждается. Раздраженно поведя плечами, бог обмана отошел от окна, ругая себя за мягкосердечность. Негоже повелителю ледяных великанов быть таким сентиментальным и ранимым. Он есть холод, он – суть стужи и снега. Лёд – его верный помощник и спутник. Позвав слугу, Локи приказал приготовить ему повозку: необходимо лично проинспектировать новые объекты, что строились по его точным чертежам. Здесь, в Ётунхейме, трикстер проявлял весь спектр своих талантов, порой сам удивляясь, на что, оказывается, он способен. На этой планете бушевали постоянные ураганы, невероятно быстрые и разрушительные. Атмосфера, если сравнивать ее, например, с Мидгардской, была ядовита для дыхания, а взвесь черного песка и стеклянный дождь делали мир непригодным для жизни. Однако жизнь здесь была, еще и процветала, схоронившись под поверхностью. Богатая природными элементами окружающая среда позволила местным построить огромные мегаполисы глубоко в недрах планеты. Там были и свои моря, и леса, непроходимые горы и пустыни. Народ здесь жил жестокий и самолюбивый, не желали они платить дань и подчиняться кому-либо. С верностью своим словам у них тоже были проблемы, поэтому соседний с ними мир цвергов, союз с которыми был подло нарушен, решил принять меры. Как нельзя вовремя их навестила девушка в черных одеяниях с белоснежными волосами и глазами цвета морского льда. За ней неустанно следовали жуткие тени, принимавшие различные формы. Она назвалась Разрушительницей, и это имя заставило алчных правителей богатого края содрогнуться. Но они беспрекословно выполнили ее условия, лишь бы она приструнила должников, спрятавшихся за слоями бушующих ураганов. Ядовитые пары и дождь из стеклянных капель не тронули спутницу, она без труда нашла спуск под землю. Что происходило позже, никто не знает, но буквально на следующий день к цвергам приехала торжественная процессия испуганных подземных жителей, которые клялись исполнить все требования. В глазах их застыл первобытный ужас, словно им довелось увидеть первоначальную тьму. А Разрушительница исчезла через сутки, и более ее в этом мире никто не видел. Но еще долгие годы ходили рассказы о зловещей гостье, ее именем пугали детей. Абелоун путешествовала по окраинным мирам, всякий раз точно угадывая, где требуются ее услуги. Ей было плевать, были ли среди жертв невинные, и на чьей стороне правда. Девушка перестала отрицать свою сущность, свое предназначение, о котором так долго ее увещевала Царица Мертвых. Кстати говоря, Хель с тех пор и не искала Разрушительницу, но ее неуловимое присутствие всегда ощущалось покалыванием в подушечках пальцев. В ней не осталось больше ни намека на тепло, сострадание и нежность. Она вся покрылась инеем равнодушия и жестокости, лишь чужая кровь могла ненадолго согреть тонкие руки. Все мечты, которым она предавалась под сводами дворца в Асгарде, теперь казались наивным детским лепетом. Останавливаясь в очередном постоялом дворе, всегда садилась в углу и избегала разговоров. Особо настырных могли приструнить тени, хотя до этого доходило редко – Абелоун старалась не «светиться», излишнее внимание к ее персоне излишне. Девушка целый год скиталась по мирам в поисках трикстера, полагая, что он в очередной раз сбежал и собирает армию. Но ее подозрения не подтвердились, нигде и слуху о нем не было. - Приветствую Вас в нашем захудалом городишке, - местный подвыпивший красавец присел за ее стол, залихватски улыбаясь. Лохматый, чумазый, но в чистом платье, определенно он был сыном какого-то важного чиновника. По повадкам юноша чем-то напомнил ей Фандрала, и она не сдержал кривой ухмылки. - Спасибо, но я ненадолго, - темный капюшон скрывал ее лицо, во мраке лишь глаза хитро поблескивали. Тени сгрудились под столом, пока невидимые для простого народа. - Рэдагар, - он протянул ладонь для рукопожатия, но девушка дальше не шевельнулась. – Ладно, видимо в твоем мире такое приветствие не принято. Могу я хоть узнать твое имя? - Зачем? Завтра меня здесь уже не будет. - Но это завтра, а сейчас у нас вся жизнь впереди, - непринужденно пожал плечами молодой человек, с интересом разглядывая руны на ее дорожном плаще. - Судя по всему, смерти ты не боишься? – Усмехнулась девушка и подалась ближе. - Знакомство с тобой настолько опасно? – Он подозвал трактирщика и заказал еще эля. – Если так, то я рискну. Так как твое имя? - Инара, - поразмыслив, произнесла та и чуть спустила капюшон, чтобы свет упал на ее лицо. Благодаря теням она могла изменять внешность, и сейчас у нее были волосы, черные, как ночь, и карие глаза. – Чем же ты занимаешься, Рэдагар? - У меня свои алмазные шахты по всему царству, - самодовольно вздернул подбородок молодой человек. – А что же тебя привело в наш отдаленный мирок? - Ты невысокого мнения о собственном доме, - укоряюще покачала девушка головой. – Я путешествую. - С определенной целью? - Да, ищу кое-кого. - Почему у меня такое ощущение, что для этого «кое-кого» исход вашей встречи будет не самым успешным? - Верное ощущение. - Могу ли я чем помочь? - О, это вряд ли, - прислушавшись к шепоту теней, она нахмурилась. Те шептали о выгодах, которые может принести богатство этого забытого в Девяти мирах царства. – Но это может подождать. Не найдется ли у вас какой работы? - Зачем тебе работать? Оставайся со мной, у тебя будет всё, что пожелаешь, - светлые глаза Рэдагара пылали вожделением. Мужчины, ими так легко управлять. - Не могу злоупотреблять твоим гостеприимством, тем более, ты меня совсем не знаешь. А вдруг я опасная преступница? - Я тоже чистотой совести не отличаюсь, - развел руками владелец шахт и, наклонив голову в бок, вопросительно взглянул на девушку: - Ну так что, останешься? - Мне нужно обдумать такое заманчивое предложение, - она приподняла кружку. - За встречу! – Он залпом осушил свою и подмигнул девушке. – Инара, красивое имя. Откуда ты? - Тебе это важно? - Хм… - Рэдагар изобразил задумчивость, - нет, совсем нет. Я чувствую, что с тобой опасно связываться, но, во имя Хель, меня это не страшит. Так Абелоун решила задержаться в небольшом царстве, ближайшим к которому был мир Свартальфахейм. Опасность наткнуться на знакомые лица была минимальной, да ее с новой внешностью никто бы и не узнал. Осталась она отчасти из-за усталости скитаться по дряным тавернам, отчасти из-за богатства нового знакомого. Нет, она не собиралась его обворовывать – мальчик сам сложит гору алмазов у ее ног по одному лишь слову. К тому же, девушка так истосковалась по чужому теплу и вниманию, этого Рэдагар мог дать сполна. Он не задавал лишних вопросов даже тогда, когда она предложила ему принять на себя обязанности по выбиванию долгов из его крестьян. Семья юноши держала в ежовых рукавицах всю округу, даже сам царь трепетал перед могуществом этого рода. Разрушительница всюду найдет свою выгоду. Мир, именуемый Хагалаз, что означало «град», был скуден на растительность, все его богатства были зарыты в земле или покоились в море. Алмазы, самоцветы, золото добывались из недр почвы, жемчужные фермы занимали все берега Серого моря. Торговля с другими царствами велась бойко, драгоценности и рыба по завышенной цене обменивались на провизию и одежду. Рэдагар принадлежал к богатейшей семье, в руках которой и была сосредоточена фактическая власть. Абелоун не показывалась его родственникам, но те скоро прознали о таинственной незнакомке, что повергает нерадивых партнеров их отпрыска в ужас. - Ты холоднее льда, - намотав темные локоны девушки на руку, он притянул ее к себе и попытался поцеловать, но та со смехом отстранилась. - Я сильнее льда. Но его запах неустанно преследует меня. – Замотавшись в темные покрывала, она поднялась с постели. - Что это значит? - Ничего, мальчик, ничего. - Я же просил не называть меня так, - возмущенный, Рэдагар сел и поймал Абелоун за руку. – Что дает тебе право так относиться ко мне? - Я намного старше тебя, милый мой мальчик. На тысячи смертных и бессмертных жизней. - Ты из Асгарда? – Он успел заметить, как чуть дрогнула ее ладонь. - Нет, я из ниоткуда. Но в Асгарде бывала, славное место. Клубок змей под золотыми сводами. Давай не будем об этом. Ты же не хочешь оскорбить меня своими расспросами? - Я ничего о тебе не знаю. - И не нужно. Сомневаюсь, что твоему молодому сердцу под силу вынести все те ужасы, что были на моем веку. Спи, - запечатлев на его лбу короткий поцелуй, дождалась, пока его глаза закроются, и скрылась за дверью. Тени обернулись вокруг нее и обратились в ткани одежды. Ее время в этом мире было на исходе, пора было пускаться в путь. Абелоун устроила себе хорошую передышку, Хагалаз при ее поддержке еще больше разбогател. Но жители Девяти миров так любят сплетничать, что рано или поздно слухи о таинственной могущественной девушке могут достичь и Асгарда. А Тор сразу сообразит, что к чему. Или Локи узнает, что она проявилась, и спрячется еще дальше. А девушка чуяла, что трикстер затаился, не рискуя встретиться с ней лицом к лицу. - Куда ты идешь? – шептали за ее спиной тени, заранее зная ответ. - На запах, - бросила она через плечо, без сожаления оставляя царство, в котором провела почти полгода. Воспоминания о бесшабашном Рэдагаре, который не испугался теней, сотрутся через пару дней. Хотя… Нет, пожалуй, в путь она отправится несколько позже, когда будет подходящий момент. - Волнуешься? – Фандрал поправил громовержцу плащ и хлопнул друга по плечу. Когда рядом не было посторонних, они продолжали общаться без всяких формальностей, в дружеской обстановке. - Было бы из-за чего, - отмахнулся Тор, но сам понимал, насколько фальшиво звучат его слова. Через полчаса прибывала делегация из Ётунхейма для заключения мирного договора. Их новый правитель наконец откроет свое имя, и сомнения Одинсона разрешатся. Ему не давала покоя мысль, что Локи отправился к ледяным великанам, но пока доказательств не было. - Даже если это и Локи, что ж плохого? – спросил Вольштагг, пытаясь поудобнее устроиться в новых «праздничных» доспехах. – Наоборот, свой человек нам не помешает. Вряд ли он решит пойти на нас войной. - Никогда не загадывай его действий наперед, - урезонил его Фандрал, прицепляя шпагу на пояс. – Все равно никогда не угадаешь. - И то верно, - вздохнув, согласился рыжий бородач. – Ну что, пойдем? В честь гостей тронный зал был богато украшен, для гостей приготовлены удобные кресла, высокие окна закрыты, задвинуты шторы, не пуская палящий зной в помещение. И наконец момент настал: дверной портал распахнулся, открывая дорогу гостям. Под их ногами змеился иней, покрывая узорчатый пол. Температура постепенно снижалась, и некоторые придворные начали ежиться от холода. Всего ледяных великанов было около десятка, они окружили плотным строем предводителя, который был почти на метр их ниже, то есть, одного роста с асгардцами. На нем был длинный темно-зеленый плащ с капюшоном, поэтому асы тщетно пытались разглядеть его лицо. - Приветствую вас в Асгарде, - Тор поднялся с трона и спустился на несколько степеней в сторону путников, которые остановились невдалеке. – Это честь для меня – принимать делегацию из Ётунхейма. Надеюсь, наш союз будет долог и плодороден. - О договорах потом, дорогой правитель, - царь ледяных великанов медленно опустил капюшон, и по залу пронесся изумленный вздох. – Давно не виделись, брат. - Локи… - громовержец сошел с возвышения, на котором располагался трон, и подался вперед, ряд ледяных великанов перед ним расступился. Светло-синяя кожа, едва видные узоры и красноватые глаза – достаточно, чтобы убедить асгардцев в своем истинном происхождении. Он не хотел являться сюда в истинном облике ётуна, который ему самому был противен. - Мне кажется, твой народ жаждет узнать правду. В том числе, обо мне, - слегка разведя руки в стороны, трикстер криво ухмылялся, снова став самим собой. – Кстати, они в курсе, что это я прошлый раз спас вас всех? – Асгард всегда так действовал на него, Локи просто не мог перестать паясничать. - В твою честь установили памятник в парке, там, где любила гулять мама, и отреставрировали и расширили библиотеку, - тихо произнес Тор, не спуская изумленного взгляда с бога обмана, который тут же перестал усмехаться и опустил руки. – Я рад, что ты здесь, - пока трикстер не успел ничего предпринять, Одинсон сгреб правителя Ётунхейма в охапку и сжал в объятьях. – И безмерно рад, что ты жив. - Спасибо, Ваше Величество, - прокряхтел Локи и мягко, но настойчиво отстранил от себя царя Асгарда. Затем обвел насмешливым взглядом удивленную толпу. – Здравствуйте, мои дорогие. Давно не виделись, м? - Хель меня раздери, вот плут! – Пробормотал Вольштагг, но его слова донеслись до Локи, который лишь рассмеялся. - С дозволения Его Величества, - он махнул Тору, который вернулся к своему трону, - я хотел бы пояснить сложившуюся ситуацию. Видите ли, хоть я известен всем, как младший брат Тора, но, недавно открылось, что моим настоящим отцом является не Всеотец, а Лафей. Бог обмана сделал красноречивую паузу и подождал, пока возбужденный шепот уляжется. Ледяные великаны стояли застывшими сталактитами, лишь красные глаза глядели по сторонам с опаской и интересом. По молчаливому приказу трикстера они сдвинулись с места и уселись на скамьи, приготовленные для них у подножия лестницы, что вела к трону. - Когда полтора года назад я покинул Асгард по ряду определенных причин, - тут он скривился, - я недолго раздумывал, куда податься. Я вижу ваше недоверие, посему прошу, дайте нам шанс. Между Асгардом и Ётунхеймом было много отрицательных моментов, но давайте оставим их в прошлом на совести предыдущих правителей. Начнем всё с чистого листа. - Колдун, обманщик и на половину ледяной великан! И ты просишь тебе поверить? – Раздался возмущенный возглас из толпы. Двое эйнхериев было бросились в ту сторону отыскать наглеца, но Локи их остановил. - Я понимаю ваши сомнения и ничуть не обижаюсь. Именно поэтому я здесь – чтобы убедить Асгард и жителей других миров в нашем нежелании вести войны. Кому, если не мне, знать, как тяжело завоевывается доверие. Локи – мастер вести разговоры, увещевать, подавлять волю и смущать умы простого народа. Поддавались его льстивым речам и придворные, и воины, даже Тор заслушался и подался вперед. В честь вновь скрепленного союза между двумя царствами было устроено грандиозное пиршество. Повсюду царило веселье: слышались громкие голоса, смех, звон разбивающихся бокалов и крики: «Еще неси!». Город погрузился в атмосферу праздника. - Ну что, ты рад? – Локи замер у окна, взирая на залитые светом дома. Он снова был в компании Тора, его верных воинов, ледяные великаны отказались от пиршества – для них приготовили заполненный льдом бассейн. - Конечно! Ты жив, с Ётунхеймом заключен мирный договор, все счастливы! - Вот уж точно, - выдохнул трикстер и внимательно оглядел присутствующих, - а куда вы дели Сиф? Что-то я прям соскучился по ее бесконечным упрекам и подозрениям. - Она в Мидгарде, - настроение Тора моментально ухудшилось. – По собственному желанию. - То есть? – Бог обмана перевел взгляд хитрых глаз на Джейн и понимающе кивнул. – Ясно. Ну что ж, мидгардцам давно пора свыкнуться с мыслью, что они не одни во Вселенной. - И ты этому поспособствовал, конечно, - не удержалась от колкости мисс Фостер и еле вытерпела прямой холодный взгляд трикстера. – Извини, может, ты теперь и царь, но это не уменьшает твоих злодеяний. - Благодарю, Джейн, что не даешь мне забыть об этом, - отвесил ей шуточный поклон бог обмана и подмигнул Тору, который осуждающе покачал головой. – Расслабься, брат, ты же знаешь, она не в моем вкусе. - Кстати, как раз хотел спросить… - произнес Фандрал, не отрывая взгляда от кубка с вином, который держал в руках. – Ты с тех пор видел Абелоун? - Видел ли я Разрушительницу, которая поклялась уничтожить меня? – хмыкнул Локи, - меня бы здесь не стояло в таком случае. Нутром чую, она меня ищет и рано или поздно явится. - И что тогда? - Тор, если ты предложишь мне поговорить с ней, то я всерьез забеспокоюсь за будущее Асгарда. Нет, это не выход, - он взглянул на собственные руки, по которым начала разливаться синева. – Прошу меня простить, - Локи стремительно вышел из небольшой залы, где им устроили трапезу. - Я его не узнаю, - проговорил Вольштагг с набитым ртом, размахивая куриной ножкой, зажатой в руке, - и это тот самый безумный псих, который порывался захватить всех и вся? - Полегче, он все-таки царь, - прыснул Фандрал. - Да, он изменился. Я ни за что бы не поверил, если бы мне кто сказал два года назад, что Локи отправится в Ётунхейм править милосердно и справедливо. - Если вам этого так хочется, могу объявить Асгарду войну и отправиться воевать, - послышался едкий тон бога обмана за их спинами. Локи стоял, прислонившись спиной к двери, скрестив на груди руки. – Но давайте после ужина: я безумно соскучился по тушеной баранине. Они долго сидели за столом, смеясь, рассказывая друг другу о событиях, что с ними произошли за последние полтора года. Вино, эль, различные явства, хорошая компания – всё это подействовало на трикстера успокаивающе, он наконец почувствовал себя умиротворенно. К Тору подошел эйнхерий и что-то тихо шепнул. Ненадолго задумавшись, громовержец кивнул и попросил тишины: - Друзья, простите, что прерываю. У нас будет еще один собеседник за нашим праздничным столом. Из далекого Хагалаза только что прибыла посланница, как я понимаю, невеста наследника богатейшей семьи этого края. - О, Инара! – Фандрал прикрыл глаза и приложил ладони к груди, - прекрасное творение! - Невеста, - еще раз подчеркнул Одинсон, еле подавив смех, - надеюсь, вы не против, если она присоединится к нам. - Что за царство – Хагалаз? Впервые слышу, - нахмурился бог обмана, у него появилось необоснованное предчувствие опасности. - Это недалеко от Свартальфахейма, богатый самоцветами край. Хотя народ их самовлюблен и эгоистичен. Мы поддерживаем с ними мир только ради торговли. Мужчины встали из-за стола, как только отворились двери. Из полумрака коридора выступила девушка в черном плаще, капюшон скрывал ее лицо. - И снова добро пожаловать, Инара, мы ради тебя видеть,- Тор указал на свободное место между Фандралом и Локи. - Благодарю, - тихо произнесла гостья, руки в темных перчатках показались из складок одежды и дотронулись до краев капюшона. В этот краткий миг трикстер вздрогнул и отступил, кончики пальцев мгновенно покрылись инеем. – Боюсь, сегодня я надолго не останусь. Тяжелая темная ткань скользнула вниз, и асгардцы застыли в изумлении. Что-то неуловимое поменялось в лице девушки, которую они часто привечали за последние месяцы и одну, и в компании Рэдагара. Но теперь перед ними замерла с усмешкой на губах сама Абелоун, белизна медленно поднималась по ее волосам, скрадывая темный цвет. Глаза вновь стали ярко-голубыми, взгляд их был обращен мимо остальных только на Локи. - Абелоун?! – Громовержец махнул рукой, и тяжелые двери захлопнулись, эйнхерии скрестили свои пики. - Ты думаешь, ваше оружие остановит меня? – Она даже не повернулась к царю Асгарда, ведя войну в «гляделки» с трикстером, кожа на руках которого снова стала светло-голубой. - Всё это время это была ты, - Фандрал побледнел и отшатнулся, вспомнив, как ухаживал за ней и показывал окрестности Асгарда. - Мужчины, как вы бываете слепы, - снисходительно кивнула девушка и взглянула на Фостер, - Правда же, Джейн? – Но та отступила за спину Тора, сжимая в руке серебряный нож, хотя тот вряд ли мог помочь в битве против Разрушительницы. - Не стоит портить всем праздник, Абелоун, - тихо, но уверенно произнес Локи, спрятав руки за спину, в его ладони уже рос острый ледяной кинжал. - Почему же «портить»? Я тоже хочу порадоваться со всеми, выпить во славу мирного договора. В конце концов, ради счастья и покоя в Девяти мирах мне тоже пришлось многим пожертвовать. - Ты собираешься нам мстить? – Вольштагг стоял ближе всего к девушке, но опасности не чувствовал, лишь обиду, что она всех так обманула. – Есть ли в этом смысл? - Позволь это мне решить, храбрый Вольштагг, - церемонно кивнула ему Абелоун и ступила ближе. – Впрочем, я здесь не для споров. - Ты считаешь себя невинной жертвой? – фыркнул трикстер, а тем временем синева продолжала расползаться по его телу, подобралась к скулам и лбу. – Чудовище, загубившее столько жизней, теперь мстит за даже не сформировавшегося, не родившегося ребенка. - Ты себе так видишь проблему? – Она не ответила на его оскорбления, сохраняя равнодушный вид, словно их беседа шла о погоде и земледелии. - Прошу меня простить, друзья, что мы портим вам веселье, - отвернувшись, Локи поклонился асгардцам, в его руках кинжала не было видно. – Я считаю, нам с Абелоун необходимо прогуляться на свежем воздухе, обсудить… - он пожевал губу, подбирая слова, - наше общее прошлое. В воцарившейся настороженной тишине бог обмана приосанился и направился к двери, у самого выхода обернулся к Абелоун и приглашающе кивнул головой. Помешкав, девушка последовала за ним, ее плащ, упавший на пол, неожиданно дернулся, тени, создавшие его, поспешили за хозяйкой. Пара шла, сохраняя молчание, сквозь коридоры, залы и лестницы, пока не вышла в парк, раскинувшийся позади дворца. Жизнь била здесь ключом, от упоительно сочного воздуха шла кругом голова, цветы самых различных красок и глянцевые листья радовали глаз. Когда они остановились перед той самой беседкой, Абелоун лишь тихо фыркнула и ступила под ее своды, но никаких эмоций, которые надеялся разбудить трикстер, она не испытывала. На расстоянии от них в тени деревьев схоронились трое ледяных великанов, охраняя своего повелителя, но для Разрушительницы они не представляли опасности. - Я слушаю, - по-хозяйски усевшись на скамью, Локи не сводил напряженного взгляда со своей спутницы. – Ты хочешь меня убить? - Я хочу тебя уничтожить. Хочу, чтобы ты страдал так же, как я тогда. Хочу, чтобы ты собирал себя по кусочкам, чувствуя, как твою жизнь выпотрошили. - М-м, как заманчиво. Интересно, как ты себе это представляешь? Всё, что ты описала, я уже испытывал, и не раз. Впервые это случилось здесь, в Асгарде. Если точнее – в Хранилище, возле Касскета, который теперь хранится в моем дворце в Ётунхейме. Ты знаешь меня, поэтому должна понимать, что я переживу, что угодно. Сохраняя равнодушное выражение лица и холод в глазах, девушка опустилась на скамью напротив, широкий серебряный браслет, сплошь покрытый чистейшими бриллиантами, сверкнул в свете отдаленных факелов. Абелоун глядела прямо в глаза трикстеру, словно не слышала его слов. - Красивая побрякушка, от твоего жениха? Я гляжу, ты отлично устроилась. - Рэдагар… милый мальчик, такой наивный. Хотя, он мне уже надоел, - пожала она плечами. - Мы оба получили, что хотели. Я – заветный трон, ты – семью. - Ошибаешься. Ты оставил меня умирать. - Ты сама прогнала меня. - Ты бросил меня умирать, хотя мог помочь. Всё, что еще оставалось во мне светлого, теплого – ушло. Ты верно назвал меня чудовищем, но для начала сам поглядись в зеркало. Кого увидишь? - Царя ледяных великанов, - огрызнулся Локи и скучающе повертел головой, разминая шею. – Всё никак не пойму, что тебе надо? Мои мучения? Так давай, действуй. - Нет, мой милый Локи. Не сейчас, не тогда, когда ты к этому готов, когда твои ледышки настороже. В тот момент, когда ты будешь настолько счастлив, что кажется, вот-вот взлетишь, когда тебя, ётуна, будет греть чье-то любящее сердце. Я вернусь. И вот тогда, Хель тебя забери, ты пожалеешь, что бросил меня опустошенной, раздавленной, безжизненной. - Тебе не надоест ждать тысячелетиями? - О нет, мой принц, - скривилась она, заметив, как бог обмана дернулся от старого прозвища, - очень скоро ты взвоешь от тоски и одиночества в своем ледяном дворце. И появится милая девочка с овечьим взглядом, совсем как эта малышка Джейн. И ты расслабишься, уподобишься Всеотцу, которого так отчаянно стремился ненавидеть, но все равно любил. Смотри, у тебя два варианта: либо рискнуть и всю жизнь опасаться за любимую, либо отказаться от возможности полюбить и быть любимым. Что ты выберешь? Грациозно поднявшись на ноги, она завязала ленты плаща, появившегося из теней на ее плечах. Затем подошла к трикстеру, нежно коснулась губами его лба и направилась к выходу из беседки. - Передай Тору, что Хагалаз желает продления контрактов по-прежнему. Это царство ни в чем не повинно, я буду его защищать в случае агрессии извне. - Никто еще не смел мне угрожать и остаться живым, - резко прошипел бог обмана, в мгновение ока оказался рядом с девушкой, обхватил ее за талию и всадил в живот зазубренный ледяной кинжал. – Мне очень жаль, Абелоун. Острое лезвие легко вошло в плоть, послышался хруст ломаемых костей, горячая кровь мгновенно согрела замерзшие руки Локи. В глазах девушки вспыхнуло удивление и страх, на ресницах заблестели слезы. - Ты могла вернуться ко мне, мы бы попробовали начать всё сначала, - трикстер бережно опустил Абелоун на благоухающую траву. Осмотрев девушку, заметил, что постепенно она начала таять, тени разбегались в разные стороны. – Прости, я действительно всё испортил. – Он поцеловал ее и остался рядом, пока она окончательно не исчезла. Поднявшись на ноги, Локи судорожно выдохнул и прижал дрожавшие ладони к лицу, забыв, что они в крови. Затем наспех вытерся, умылся водой из ближайшего фонтана и вернулся в трапезный зал. Асгардцы встретили его испуганными взглядами и множеством вопросов, но он успокаивающе поднял руки. - Друзья, нам удалось решить этот вопрос. Абелоун меня больше не потревожит. Так же она обещала более не беспокоить своих новых союзников, так что можем не беспокоиться за сохранность Хагалаза. Высокий каменный дворец, его стены украшены яркими фресками из самоцветов, просторные залы, ярко освещенные. Лишь одни покои укрыты полумраком, Рэдагар сидел на полу, прислонившись спиной к кровати, рядом стоит початая бутылка вина, где-то под тумбочкой еще одна – пустая. - Мальчик мой, нельзя столько пить, - послышался тихий смех девушки, и молодой человек неловко подскочил на ноги. - Ты вернулась! - Да, думаю, торговый союз с Асгардом может подождать, - она поцеловала его в лоб и позволила себя обнять. Пока Локи уверен в собственной безопасности, он расслабится, обзаведется свитой и придворными, потеряет бдительность. Позже наконец подарит свою любовь, или то, что он понимает под этим понятием, какой-нибудь милой асинье. И когда он будет предельно счастлив, когда поверит, что все его тревоги и разочарования позади… Тогда Разрушительница вернется.