Как пламя

Гарри сморщил лицо, когда почувствовал ужасный запах из железного таза, в котором его тётя что-то варила. — Что это? — спросил Гарри. Его тётя посмотрела на него и сжала губы — она всегда так делала, когда он осмеливался задать ей вопрос. «Ещё сильнее сожми. Может, наконец-то заткнёшься», — лениво подумал Гарри. — Твоя новая школьная форма. Гарри заглянул в таз и увидел что-то серое, плавающее в горячей воде с отбеливателем. Назвать это школьной формой было сложно — оно скорее напоминало обрывки старой и сморщенной кожи слона. — Ну да, — с сарказмом в голосе сказал Гарри, — я просто не понял, что её сначала нужно замочить. — Не будь дураком, — огрызнулась его тётя, — я специально крашу старую форму Дадли в серый цвет. Когда я закончу, она будет выглядеть как новенькая. Гарри никак не мог в это поверить, но решил, что лучше не спорить. Он сел за стол, стараясь не думать о том, как будет выглядеть в свой первый день в новой школе «Хай Камеронсе». В кухню вошли Дадли и дядя Вернон, и оба сразу сморщили носы — запах его новой школьной формы им явно не понравился. Дядя Вернон, как обычно, погрузился в чтение газеты, а Дадли принялся играть со своей узловатой тростью, которую он теперь всегда таскал с собой. Через некоторое время послышался знакомый звук из коридора — почта пришла. Почтальон просунул почту через специальную дверцу в двери для писем, и она упала прямо на пол в коридоре. — Принеси почту, Дадли, — сказал дядя Вернон из-за газеты. — Пошли за ней, Гарри. — Гарри, принеси почту. — Пошлите за ней, Дадли, — ответил Гарри. — Ткни в него своей палкой, Дадли, — посоветовал дядя Вернон. Гарри увернулся от палки и пошёл в коридор. На коврике лежали открытка от сестры дяди Вернона по имени Мардж, отдыхавшей на острове Уайт, коричневый конверт, в котором, судя по всему, лежал счёт, и письмо для Гарри. Гарри поднял письма с пола и начал внимательно рассматривать своё. Никто ни разу не писал ему письмо в жизни. Да и зачем? Друзей у него не было — об этом позаботились Дадли и его шайка. Он всегда возвращал книги в библиотеку, поэтому писем от миссис Паркер с требованием о возврате не получал. Однако сейчас он держал в руках письмо, и на нём стояло не только его имя, но и адрес. Сомнений, что оно адресовано именно ему, не было. «Мистеру Г. Поттеру, графство Суррей, город Литтл Уингинг, улица Тисовая, дом четыре, чулан под лестницей» — вот что было написано на конверте. Конверт был тяжёлым и толстым, сделанным из желтоватого пергамента, а адрес — изумрудно-зелёными чернилами. Марки на нём не было. Гарри перевернул конверт и увидел, что он запечатан пурпурной восковой печатью с гербом: Лев, Ворон, Барсук и Змея окружали большую букву «Х». — Давай поживее, мальчик! — крикнул из кухни дядя Вернон. — Что ты там копаешься? Проверяешь, нет ли в письмах бомбы? Дядя Вернон расхохотался собственной шутке. Гарри закатил глаза. Прежде чем вернуться на кухню, Гарри быстро засунул письмо через узкое окошко в дверь своего чулана. Не хотелось, чтобы родственники его увидели. «Они бы просто забрали письмо у меня и уничтожили бы его», подумал Гарри, продолжая есть свой скудный завтрак. «Я был бы полным идиотом, если бы принёс его в кухню». Гарри усмехнулся в чашку чая такой нелепой мысли.

~𓅃~

Через несколько часов Гарри сидел у себя в чулане. Дядя Вернон и Дадли после завтрака отправились в магазин за вещами для новой школы Дадли «Вонингс» — и за «отношением» отца и сына, что бы это ни значило. Тётя Петунья сейчас сидела в гостиной и смотрела какую-то мелодраму, часто комментируя, что главная героиня — точная её копия. Хотя как шестнадцатилетняя брюнетка с нормальной шеей была похожа на его тётю, было выше понимания Гарри. Сидя на матрасе при приглушённом свете, Гарри начал открывать толстый конверт. Сломав печать, он вытащил письмо и список — оба из того же пергамента, написанные изумрудно-зелёными чернилами. Гарри начал с письма.

ШКОЛА ЧАРОДЕЙСТВА И ВОЛШЕБСТВА «ХОГВАРТС»

Директор: Альбус Дамблдор

(Кавалер ордена Мерлина I степени, Великий волшебник, Верховный Чародей, Президент Международной конфедерации магов)

Дорогой мистер Поттер!

Мы рады проинформировать Вас, что Вам предоставлено место в Школе чародейства и волшебства «Хогвартс». Пожалуйста, ознакомьтесь с приложенным к данному письму списком необходимых книг и предметов.

Занятия начинаются 1 сентября. Ждём вашу сову не позднее 31 июля.

Искренне ваша,

Минерва МакГонагалл,

Заместитель директора!

Гарри уставился на письмо, не веря, что ещё такие, как он, существуют — и даже есть школа для волшебников. Он перевёл взгляд на шар света, который использовал, чтобы тихо читать книги по ночам. Его чёрные волосы слегка растрепались, когда он провёл рукой по голове. Он взял шар в руку, слегка улыбнувшись и почувствовав теплоту его магии. Да. Магия. Он знал об этом с восьми лет. Он пришёл к такому выводу у себя в чулане, когда его наказали за то, что он «залез» на крышу школьной столовой. После этого он начал вспоминать все странные и необъяснимые вещи, которые происходили вокруг него. Парик его учительницы внезапно окрасились из чёрного в синий, когда она его несправедливо отчитывала перед всем классом. Его чёрные волосы мгновенно отросли до прежней длины за ночь после того, как тётя Петунья подстригла его почти налысо, оставив только чёлку, чтобы скрыть шрам в виде молнии. Ужасный тёмно-фиолетовый в горошек свитер, который был на три размера больше, внезапно съёжился до размера кукольной одежды, когда тётя пыталась надеть его на него. И он как-то оказался на крыше школьной столовой, когда убегал от Дадли и его компании, которые, как обычно, гнались за Гарри. В какой-то момент он, к собственному удивлению — и к удивлению всех остальных, — очутился на крыше. Классная руководительница послала Дурслям гневное письмо, что он лазает по крышам школы. Гарри пытался объяснить дяде Вернону, что хотел всего лишь перепрыгнуть через мусорные баки за столовой и сам не понял, как оказался на крыше, но тот молча запер его в чулане и ушёл. С тех пор Гарри начал размышлять, почему это происходит с ним. После некоторых минут мышления он в шутку подумал, что он какой-то маг или волшебник, с кривой ухмылкой. Но потом остановился на этой мысли. Ухмылка сошла с лица, и он глубоко задумался. Вспомнил все странные вещи, которые с ним происходили, — и не только их. Он помнил, что когда сказал, что хотел бы быть волшебником как в сказке из школьного учебника, дядя и тётя синхронно вздрогнули, и дядя Вернон закричал, что магии не существует, а потом заперли его в чулане на целый день без еды. Даже когда Дадли говорил слово «магия», они вздрагивали, но не кричали на него и не били. Так Гарри пришёл к этому фантастическому выводу и начал пытаться использовать магию сознательно — тайно, конечно. Сначала пробовал поднять что-то лёгкое, вроде листа бумаги. Протянул руку, приказал бумаге подняться в воздух — и произошло... Ничего. Каждый раз — ничего. Пробовал разными жестами рук и словами — безуспешно. Но не сдавался. Продолжал снова и снова. В течение следующего месяца пытался понять, что делает не так, и пришёл к выводу: магия — это не приказы. Как он сможет сотворить её, если в глубине души сомневается в себе? Закрыв глаза, он протянул руку, сосредоточился и «пожелал», чтобы бумага взлетела. И это сработало. Он почувствовал тепло в середине живота, которое поднялось к груди, стало ещё теплее, а потом распространилось на руку. Открыв глаза, Гарри уставился на лист бумаги, зависший в трёх футах над полом. Он смотрел на него с открытым ртом даже тогда, когда бумага упала. Ему хотелось вскочить с матраса и кричать: «Да! Получилось!» или «Да! Я волшебник!», но он удержался. Вряд ли это понравится родственникам. Потом он вспомнил и проанализировал, что сделал, и пришёл к выводу: вера и воля. Он верил, что бумага взлетит. Желал, чтобы магия подчинилась — и она откликнулась. До этого он просто приказывал, но подсознательно не верил. Попробовал снова, не закрывая глаз, поверил — и бумага взлетела! С тех пор он тренировал магию самостоятельно. Теперь мог заставить парить вещи размером с дядину машину — правда, это сильно истощало, и он поднимал её всего на три дюйма. Научился открывать и закрывать замки магией, так что когда тётя запирала его в чулане каждую ночь, он мог выбраться, поесть и вернуться. Создавал шар света разной яркости, чтобы не привлекать внимания. Выпустив шар из руки, чтобы он снова повис в воздухе, Гарри взял второй лист — список школьных принадлежностей.

ШКОЛА ЧАРОДЕЙСТВА И ВОЛШЕБСТВА «ХОГВАРТС»

Форма. Студентам-первокурсникам требуется: — Три простых рабочих мантии (чёрных). — Одна простая остроконечная шляпа (чёрная) на каждый день. — Одна пара защитных перчаток (из кожи дракона или аналогичного по свойствам материала). — Один зимний плащ (чёрный, застёжки серебряные). Пожалуйста, не забудьте, что на одежду должны быть нашиты бирки с именем и фамилией студента. Книги. Каждому студенту полагается иметь следующие книги: «Курсическая книга заговоров и заклинаний» (первый курс) Миранда Гуссокл; «История магии». Батильда Бэгшот; «Теория магии». Адальберт Уоффлинг; «Пособие по трансфигурации для начинающих». Эмерик Свитч; «Тысяча магических растений и грибов». Филлида Спора; «Магические отвары и зелья». Жиг Мышьякофф; «Фантастические звери и места их обитания». Ньют Саламандер; «Тёмные силы: пособие по самозащите». Квентин Тримбл. Также полагается иметь: — 1 волшебную палочку; — 1 котёл (оловянный, стандартный размер №2); — 1 комплект стеклянных или хрустальных флаконов; — 1 телескоп; — 1 медные весы. Студенты также могут привезти с собой сову, кошку или жабу. Если у студентов-первокурсников есть другие животные, они ДОЛЖНЫ получить разрешение на их содержание у своего декана, заместителя директора или у самого директора. НАПОМИНАЕМ РОДИТЕЛЯМ, ЧТО ПЕРВОКУРСНИКАМ НЕ ПОЛОЖЕНО ИМЕТЬ СОБСТВЕННЫЕ МЁТЛЫ. Просмотрев список, Гарри понял, что его денег — тех, что он «случайно» находил, убираясь в доме, особенно «чистя» тётину сумку, дядин кошелёк или штаны Дадли, — не хватит. Он даже не знал, где это купить. Вряд ли в супермаркетах. Но потом вспомнил: в письме сказано, что ждут его сову до 31 июля — его дня рождения. Дни рождения у него не были весёлыми. В прошлом году Дурсли подарили вешалку для одежды и пару старых носков дяди Вернона. В этом году тоже ничего особенного ждать не стоило. Но не каждую неделю тебе исполняется одиннадцать. Сегодня было 22 июля, так что у него девять дней. Он не собирался затягивать. Достал из-под матраса обычный лист бумаги с карандашом и начал писать ответ. Гарри задумался, как правильно его оформить. Может, директору? Но с его титулами тот, наверное, слишком занят для первокурсника. Дорогая Минерва МакГонагалл, Меня зовут Гарри Поттер, и я буду рад посетить Школу чародейства и волшебства «Хогвартс» в сентябре. У меня только вопрос: где я могу купить свои припасы и их стоимость? Мои родственники об этом не знают, а у меня нет денег. Можете ли вы прислать представителя? Я мало знаю о волшебном мире. Искренне ваш, Гарри Поттер P. S. Я буду ждать вас завтра в 10 часов утра. Парк «Oak Grove», город Литтл Уингинг, графство Суррей. Это было его первое письмо, и он надеялся не выставить себя дураком. Свернув бумагу в тугой рулон, он взмахом руки заставил исчезнуть шар света, засунул рулон в карман штанов вместе с письмом о приёме и вышел из чулана. Тётя всё ещё смотрела телевизор. Когда он спросил, можно ли погулять, она пренебрежительно взмахнула рукой, отпустив его с обычной угрозой: — Если не придёшь к девяти домой, будешь спать на улице. Гарри знал, что это правда. Оказавшись снаружи, он оглянулся в поисках совы, чувствуя себя глупо — на Тисовой улице сова? Пока не увидел одну на крыше дома через дорогу. Маленькая, коричневая, она смотрела так, словно ждала именно его. Чувствуя уверенность, что сова для него, Гарри поднял руку на уровень груди — импровизированный насест. Сова спикировала, приземлилась на руку и с любопытством на него посмотрела. — Ты отнесёшь моё письмо в Хогвартс? Сова ухнула и энергично закивала. Гарри улыбнулся этому маленькому существу, отдал рулон. — Пожалуйста, поторопитесь, я хотел бы забрать свои вещи как можно скорее, — попросил Гарри.

~𓅃~

На следующий день Гарри отправился в заброшенный парк, находящийся на окраине Тисовой улицы. Он нашёл это место, когда убегал от его кузена Дадли вместе с его бандой. Несмотря на то что он выглядел таким худым и хрупким, как рыбья кость, он был очень быстрым и ловким, также он был очень выносливым благодаря банде его кузена, которые изобрели игру «Охота на Гарри», цель которой заключалась в том, чтобы поймать Гарри и побить. Очень оригинально. Дойдя до парка, Гарри сел на скамейку, находившуюся в тени листьев большого дерева, которая защищала его от палящих лучей летнего солнца. Пока ждал, он успел насмотреться на приятную картину вокруг него. Большие, мощные деревья закрывали заросшую мхом тропинку тенями своих зелёных листьев. Высокая и зелёная трава вокруг тропинки создавала впечатление, как будто ты ходишь по волшебному лесу, а пение птиц и пара лучей света создавали впечатление, будто ты идёшь по дороге, ведущей тебя в другой мир. Гарри улыбнулся этому виду и сожалел, что у него нет хотя бы обычного карандаша и бумаги, чтобы запечатлеть такую красоту. Отогнав грустную мысль, Гарри перешёл в лежачее положение на скамейке и удобно на ней устроился. Решив чем-то себя занять, Гарри приманил к себе пару зелёных листьев из дерева и начал творить волшебство. Он из листьев сделал маленькие фигурки лани и оленя, не зная почему, но… ему это почему-то напоминало его родителей. Его густые чёрные волосы слегка растрепались от ветра. Олень, конечно, напоминал ему отца — гордый и сильный, но также он и защитник своей семьи. Лань — безмерно любящая, заботливая и красивая, но также готовая защищать своего ребёнка до последнего вздоха. — Как бы мне хотелось знать, как вы выглядите… или хотя бы знать ваши имена, — тихо сказал Гарри, смотря, как над ним кружатся олень и лань. На мгновение его глаза сверкнули гневом: его родственники никогда не рассказывали ему имена его родителей. Когда ему было семь, он спросил их, и его тётя довольным тоном сказала: «Твои родители были никем, безработный алкоголик и проститутка. Они погибли в автокатастрофе, когда напились, а ты выжил, отделавшись лишь этим уродливым шрамом» Тогда Гарри в приступе ярости случайно своей магией поджёг шторы в гостиной и взорвал телевизор вместе со всеми окнами в доме… как и на всей Тисовой улице. Тогда он сильно вымотался, что чуть не потерял сознание, но страх в глазах Дурслей того стоил. У дяди были ожоги на лице и на руках, а тётя получила множество порезов от кусочков стекла на правой руке. Конечно, после этого они стали более озлобленными, но он ни капли не жалел о случившемся. На мгновение закрыв глаза и подавив эмоции, Гарри сосредоточился на задаче, которую он поставил перед собой. Он не глядя приманил ещё пару листьев и начал создавать из них миниатюрных животных. Его целью было улучшить его контроль, а что может быть лучше, чем пытаться создавать и контролировать несколько маленьких фигур одновременно? Так Гарри и провёл целый час, лёжа на скамейке в заброшенном парке в окружении маленьких фигурок. — Поразительно… — пока Гарри не услышал незнакомый ему скрипучий голос.

~𓅃~

Довольно маленький мужчина с седыми волосами и в тёмно-синей мантии вышел из фиолетового трёхэтажного автобуса на Тисовой улице. Вокруг были пара прохожих, которые не обратили внимание, как в мгновение ока фиолетовый автобус появился на Тисовой улице с грохотом и с таким же грохотом исчез, а люди вокруг и глазом не моргнули. А вот невысокий мужчина, поправив свой остроконечный колпак, затем достал из кармана мантии небольшой пергамент, на котором было написано местоположение одного из новых учеников. Графство Суррей. Город Литтл Уингинг. Парк «Oak Grove». Странный человек огляделся и увидел, что вокруг него уже никого нет. Пока никто на него не смотрел, достал длинную и тонкую палочку из своей мантии и произнёс: — Аффере. Парк «Oak Grove». И из кончика палочки мгновенно вышла белая струя дыма, которая сразу же указала ему дорогу к нужному месту. Идя по Тисовой улице за белой нитью, которую может видеть только он, мужчине не могло не наскучить однообразие домов вокруг него. Даже сады почти идентичны друг другу. Он покачал головой: у некоторых людей полностью отсутствует хотя бы капелька фантазии. Когда он достиг парка «Oak Grove», мужчина отметил, что парк выглядит заброшенным. Надпись над входом заржавела, забор зарос растениями, а два дерева с обеих сторон тропинки были большими, и ветви были будто переплетены друг с другом, но мужчина заметил, что это придаёт ему таинственности и малой доли красоты. Он шёл по тропинке парка, замечая вокруг себя красоту природы, а закрывающие небо ветви и листья деревьев напоминали ему чем-то Запретный Лес — только меньше и намного безопаснее. Он продолжал идти по тропинке, пока не увидел странное явление неподалёку от него. В воздухе танцуют какие-то зелёные фигурки, но, подойдя поближе и присмотревшись, он заметил, что это были фигуры животных из листьев, и они кружили вокруг, словно танцуя. Там была птица, лев, змея и другие животные, но больше всего выделялись зелёная миниатюрная фигура оленя и лани, танцующие вокруг скамейки, и тогда он заметил, что на ней кто-то лежит. Очень худой и маленький мальчик в поношенной одежде, которая была ему слишком велика. Он не мог рассмотреть его лицо, кроме густых, растрёпанных угольно-чёрных волос, но мог точно видеть, как он двигает рукой, заставляя фигурки животных танцевать в воздухе вокруг него! Мальчик владел беспалочковой магией в таком молодом возрасте, не напрягаясь! Пока он стоял на расстоянии с широко открытыми глазами в изумлении, он непроизвольно сказал: — Поразительно… Мгновение — и все фигурки распались обратно в листья и упали на землю. Мальчик быстро вскочил на ноги и посмотрел на Филиуса Флитвика своими яркими зелёными глазами.

~𓅃~

Когда Гарри услышал незнакомый ему голос, Гарри понял, что его видели за колдовством, и это сразу его напугало. Причиной этого было то, что люди боятся того, чего не понимают. Это Гарри узнал, когда прочитал учебник истории о сожжении ведьм или людей, которые были несправедливо обвинены в колдовстве. И сейчас Гарри боялся, что может с ним случиться, но вместо того чтобы увидеть обычного человека, Гарри увидел перед собой довольно маленького человека с седыми волосами и такими же усами. Он был одет очень причудливо, в тёмно-синий халат, который никак не вписывался в любую одежду, которую носят на Тисовой улице или в Литтл Уингинге; единственная нормальная одежда, которая на нём была, — это чёрные туфли. — Фантастика! — громко сказал низкорослый незнакомец, отрывая Гарри от изучения незнакомца и заставив того подскочить от неожиданности. — Я никогда в жизни не видел, как настолько молодой человек мог использовать беспалочковую магию! Будь вы уже учеником, я бы вознаградил вас 50-ю баллами. Гарри сначала растерялся, но, услышав слово «ученик», сразу понял. — Вы из Хогвартса? — вежливо спросил Гарри. Не зная почему, но человек перед ним был довольно хорошим и был очень силён. Он мог чувствовать, как магия вытекает и окружает его, и несмотря на его рост, человек перед ним был очень могущественным. — Да, меня зовут профессор Филиус Флитвик, и я преподаю Заклинания в Школе Чародейства и Волшебства Хогвартс, — представился невысокий мужчина, теперь известный как профессор Флитвик. — Я здесь, чтобы сопроводить вас за вашими принадлежностями для школы, и я должен был рассказать вам о магии, но видно, что ваши опекуны уже рассказали вам, — с добродушной улыбкой сказал Флитвик. При упоминании о том, что его родственники могут не то чтобы рассказать ему, что он волшебник, но и произнести слово «магия», Гарри не мог сдержаться. — Простите, профессор Флитвик, — произнёс Гарри ровным тоном, в котором сквозила тень насмешливой улыбки, словно он только что вспомнил о любимом способе умерщвления скуки, — мои родственники относятся к магии с тем же энтузиазмом, с каким крыса относится к собственной шкуре. Они бы предпочли, чтобы я никогда не узнал о своём… даре. К счастью, три года назад я открыл для себя чудеса магии самостоятельно. В их глазах это, разумеется, было бы трагедией. В моих — всего лишь забавным поворотом судьбы. Улыбка Флитвика медленно угасала, и Гарри решил сменить тему и спросил: — Вы сказали, что пришли сопроводить меня за моими принадлежностями, но моих денег вряд ли хватит… — Не беспокойтесь, мистер Поттер! — перебил Флитвик Гарри, уже поняв, куда он клонит. — На счёт денег не будет проблем, но давайте лучше я всё вам объясню по пути. С этими словами Флитвик попросил Гарри следовать за ним. По пути Флитвик рассказал о его родителях, о школе, а также о том, как он собирается оплатить все вещи в списке. Его родители создали трастовый фонд, в котором хватит денег, чтобы не только обеспечивать его во время учёбы в Хогвартсе, но и ещё на некоторое время. Также он рассказал, что это не основной его счёт, а созданный специально, пока он окончил Хогвартс, а остальные деньги его семьи будут ему доступны, когда он станет совершеннолетним, то есть в семнадцать. Он показал ему золотой ключ и сказал, чтобы он не терял его и никому не отдавал, даже самым доверенным лицам. После Гарри задал вопрос: почему совершеннолетие наступает в семнадцать? Профессор Флитвик объяснил, что это связано с тем, что волшебные дети взрослеют быстрее, чем маглы (люди без магии). Он также рассказал, что его родители погибли на войне с Тёмным Лордом, или Тем-Кого-Нельзя-Называть, или Сам-Знаешь-Кто, а когда Гарри спросил, действительно ли мать Сам-Знаешь-Кто его так назвала, Флитвик чуть не споткнулся об собственные ноги. Он рассказал, что Тёмный Лорд был настолько ужасным, что волшебники не произносят его имя, но Гарри всё равно настоял на том, чтобы узнать его имя, и профессору Флитвику не осталось ничего делать, кроме как подчиниться. — Волан-де-Морт, — тихо сказал Флитвик. После он продолжил ему объяснять, что его родители были убиты в Хэллоуин 1981-го, но он выжил, отделавшись шрамом в виде молнии на лбу, а точнее над его правой бровью. Он также рассказал, что благодаря этому он стал знаменит не только на всю волшебную Британию, но и на всю Европу. Ребёнок не только переживший Убивающее заклятие — одно из самых опасных и запретных тёмных заклинаний, — но и уничтожил Тёмного Лорда, тем самым закончив войну во всей стране. Он стал Мальчиком-Который-Выжил. Когда они уже дошли до дороги, профессор Флитвик взмахом палочки создал из воздуха кепку и передал Гарри. Тот объяснил, что его могут узнать по волосам и шраму, что может привлечь к нему толпу. — Лучше не привлекать лишнее внимание, — сказал профессор, пока Гарри надевал кепку. После этого Флитвик встал на краю тротуара и вытянул палочку перед собой. Прежде чем Гарри успел спросить, что он делает, прямо перед ним с грохотом появился фиолетовый трёхэтажный автобус. От неожиданности Гарри упал на задницу, и когда поднимался, Гарри заметил, как Флитвик добродушно ему улыбается, но искра веселья в его глазах он точно видел. — Добро пожаловать! Это автобус для ведьм и волшебников, попавших в трудное положение! Взмахните палочкой и входите в салон: мы домчим вас куда угодно! Я, Стэн Шанпайк, ваш кондуктор этим днём и ночью, как и всегда! «Почему у меня такое предчувствие, что эта поездка окажется столь же приятной, как прогулка по кладбищу в полнолуние с толпой оптимистов», — подумал Гарри, залезая в фиолетовый автобус, где воздух казался пропитанным ароматом неизбежной катастрофы.

~𓅃~

Гарри был прав: это было восхитительно, просто мечта каждого, кто в детстве молился о быстрой и эффектной смерти! Его мотало по салону так, что любой цирковой акробат позеленел бы от зависти, а перила, за которые он вцепился, казалось, вот-вот оторвутся и улетят в стратосферу вместе с его внутренностями. Обычная машина — это лотерея с шансом один к миллиону, что тебя размажет по асфальту, а «Ночной Рыцарь» щедро дарил один к трём, причём с бонусом в виде бесплатного полёта через лобовое стекло. С такой скоростью даже сама Смерть, наверное, сидела где-то сзади, нервно теребила косу и шептала: «Ребята, полегче, я за вами не успеваю». Хорошо, что поездка до Лондона длилась на волшебном автобусе двадцать минут, в три раза меньше, чем поездка на обычном автобусе или автомобиле. Гарри вместе с Флитвиком вышли в Чарлинг-Кросс-Роуд и, пройдя по улице, Флитвик указал на дверь паба с вывеской «Дырявый Котёл» и изображением котла. Он находился между большим книжным магазином и магазином, где продавались компакт-диски. — А почему люди не замечают его? — спросил Гарри и, прежде чем Флитвик успел спросить, что он имеет в виду, уточнил: — Они проходят мимо магазинов, кидая косые взгляды, полные любопытства, но стоит их глазам скользнуть по бару, как они отворачиваются с поспешностью, словно увидели собственную могилу. Флитвик фыркнул от описания, но улыбнулся и одобрительно кивнул: — Хорошее наблюдение, мистер Поттер. И ответ на ваш вопрос заключается в оберегах, установленных волшебниками, когда был принят закон о Статуте Секретности, цель которой заключалась в том, чтобы не позволить маглам, то есть обычным людям, узнать о существовании волшебников и волшебных существ. Изначально «Дырявый Котёл» не был скрыт от маглов. Несмотря на то, что паб был местом собрания волшебников Лондона и приезжих на день в магазины за магическими ингредиентами и новейшими устройствами, маглы там не чувствовали себя непрошеными гостями, но некоторые разговоры и странные домашние питомцы заставляли многих неосторожных посетителей оставлять свои напитки недопитыми. Гарри на это только кивнул, прежде чем они пошли, предварительно надев на себя шапки. Войдя в «Дырявый Котёл», Гарри слегка скривился. Запах прогорклого табака и дешёвого виски висел так густо, что его можно было намазывать на хлеб. В полумраке копошились фигуры: кто-то в дальнем углу шептал над чашками чая, словно планировал государственный переворот, кто-то у стойки хохотал так, что мёртвые наверняка ворочались в гробах от зависти. Один особенно «обаятельный» посетитель, проходя мимо, выдохнул Гарри прямо в лицо облако дыма, пахнущее, как если бы дракон курил трубку всю ночь напролёт. Гарри подавил кашель, проглотил желание прокомментировать вслух, что это место идеально подошло бы для съёмок документального фильма о вымирающих видах человеческого достоинства, и молча последовал за Флитвиком, аккуратно обходя лужи неизвестного происхождения на полу. Достоинство, решил он, здесь явно не выживает. Гарри замер рядом с Флитвиком, наблюдая, как тот радостно машет рукой человеку, который выглядел так, будто последние пятьдесят лет его единственным занятием было полировать стойку собственным лбом. Бармен — лысеющий, с остатками седых волос, расположившихся по краям головы в стратегическом отступлении, — поднял глаза и расплылся в улыбке, от которой, казалось, даже пыль на бутылках за его спиной зашевелилась от нawkости. — Привет, Филиус. Хочешь выпить? — сказал старый бармен, вытирая большую кружку. — И тебе привет, Том, — поздоровался Филиус с барменом Томом и указал на Гарри. — И нет, я сегодня на работе. Должен сопроводить нового ученика за его школьными принадлежностями. Том обратил внимание на Гарри и приветливо улыбнулся: — Здравствуйте, молодой человек. Значит, поступаете в Хогвартс? — Гарри кивнул. — Ну что ж… Не буду вас задерживать, мистер…? — …Эванс. Генри Эванс, — представился Гарри и широко улыбнулся, краем глаза заметив взгляд Флитвика. — Очень приятно познакомиться, сэр. — Какой из меня «сэр». Просто зови меня Томом, — улыбнулся в ответ Том и затем повернулся к Флитвику, не заметив, как Гарри быстро поправил кепку, чтобы понадёжнее скрыть свой шрам. Он попрощался с Флитвиком и пожелал хорошего дня им обоим. Они вышли через заднюю дверь паба, и Гарри глубоко вдохнул. — Господи, они там хоть раз за столетие открывали окно, или это часть устава заведения: дышать только тем, что выдыхали до тебя три поколения пьянчуг? — произнёс он, не скрывая отвращения. — Может быть, — неуверенно ответил Флитвик. — А сейчас подойдите поближе, — поманив Гарри ближе, чтобы он стоял рядом с ним около кирпичной стены. Затем профессор Флитвик достал теперь уже знакомую Гарри палочку. — Внимательно смотрите и хорошо запоминайте. В следующий момент Флитвик начал считать кирпичи над мусорной урной. — Три вверх… два в сторону, — сказал он. Он трижды коснулся палочкой по стене. Кирпич, до которого он дотронулся, задрожал, потом задёргался, в середине у него появилась маленькая дырка, которая быстро начала расти. Через секунду перед ними была арка, достаточно большая, чтобы сквозь неё могли пройти целых четыре его дяди и два его кузена. За аркой начиналась мощённая булыжником извилистая улица. — Добро пожаловать в Косой переулок, — произнёс Флитвик и улыбнулся широко открытым глазам Гарри.