Новая одноклассница

Фискал знал, что ни за что на свете он не поедет домой к госпоже и господину Аренс. К господину Орнальдегольд, он тоже не мог отправиться, ведь хозяина сегодня не было дома, он остался дежурить в больнице. Неожиданно опустив руку в карман куртки, парень нащупал в нём ключи от дома Милидии и Дианы. Решение продиктованное желанием пойти на принцип пришло молниеносно. Он переночует у них, а завтра окончательно переедет от Милюзетты к господину Орнальдегольд. Расположившись на диване в гостиной, Фискал долго не мог заснуть. Он думал о Милидии, и о том как бы помочь ей. Ужасно было осознавать, что ты не можешь быть рядом с теми кто тебе так дорог, когда им плохо. Но почему ему она не сказала, что заболевает, он бы никуда не уехал, если бы только она попросила. Из-за всего, что произошло сегодня в голове Фискала набралось множество мыслей. Резким движением он поднялся с дивана и включил свет. Молодой человек уже не первый раз обращал внимание на то, что весь дом, вся его атмосфера, так немыслимо напоминает его хозяек. И эта не кричащая, утонченная элегантность Милидии, и эта яркость и насыщенность Дианы, всё равномерно сочеталось в их доме. Поддавшись любопытству, молодой человек аккуратно приоткрыл дверь в комнату Милидии. Слишком уж интересно было ему узнать чём живет эта необычная девушка. Чистенькая просторная комната, с большими окнами для того, чтобы проходило как можно больше света, была оформлена в голубых тонах, её любимый цвет. На подоконнике стояли фиалки и маленькие кустовые белые розы, учебники были расставлены на полке в строгом порядке, глубокое кресло в котором лежали кружевное покрывало и оставленная ею книга. Это был роман Александра Дюма. Весенний и струящейся запах цветов, запах её духов был развеян в пространстве. Взяв с кресла покрывало, молодой человек застелил им постель, которая с утра была оставлена неубранной. Недовольно посмотрев на стол, где лежали градусник и таблетки жаропонижающего, Фискал вновь поймал себя на мысли, что сердится на Милидия за то, что она пыталась умолчать о своей болезни. Подумать только, к чему это привело. И кроме того, в ней так сильно это стремление молчать обо всем и терпеливо страдать, зачем, кому нужны эти пустые жертвы! Неожиданно взгляд его упал на объемный альбом, не думая о том, что поступает не совсем хорошо, он импульсивно раскрыл его на первой странице. Было похоже, что Милидия вела его давно, первые рисунки были полны света и нежности. Причудливые цветы, деревья, звери и птицы, огромные корабли, с похожими на облака парусами и море, такое разное, от её любимых нежных голубых оттенков до фиолетово-синих. И конечно звезды, целые мириады звезд, волшебные миры окутанные думкой фантазии их создательницы.Ещё стихи, на полях, а иногда и на весь лист, путеводные строки по карте её мира. И вдруг всё исчезает, несколько черно-белых набросков, заштрихованных грифелем и подпись: " Я больше не могу рисовать... Я больше не могу писать стихи..." Фискал знал почему она так написала, это произошло после смерти её матери и господина Дойрес. Удар был слишком силен для неё. Машинально парень перевернул ещё один лист, простым серым карандашом был выполнен его портрет, и только глаза она оставила синими. Они были глубокие и живые, он узнал в рисунке себя таким, каким видела его девушка. Искренним, жизнерадостным, немного легкомысленным. И только взгляд, такой проникновенный, так он смотрел только на неё...

***

Весь вечер госпожа Аренс не могла найти себе места. Ни на её звонки, ни на звонки её мужа Фискал не отвечал. Она, конечно прекрасно понимала, что с ним ничего не случилось, но она хотела просто поговорить. Милюзетта было лишь восемнадцать когда погибли Эммануэль и Октавиана, её старший брат и его жена, родители Фискала. От ужасных воспоминаний её передернуло, тогда могла пострадать вся их семья. На своё счастье подробностей этого дела госпожа Аренс не знала, но никто в их доме не сомневался, что смерть госпожи и господина Фейрфак не случайно. Более того, это явно было связано с работой Эммануэль. Так маленький Фискал остался на попечении господина Орнальдегольд, который сам овдовел лишь за год до этих ужасных событий, после чего полностью ушёл в работу, и совсем ещё молоденькой Милюзетты. Именно на её плечи легла ответственность за воспитание племянника и племянницы. И теперь думая обо всём, что она для них сделала, женщина понимала, что произошедшее сегодня в больнице не должно было перечеркнуть всё хорошо, что было раньше. Её беда была в том, что она никак не хотела осознавать, что Фискал уже не ребёнок, и ему надо дать чуть больше свободы. - - Мама, а что случилось с Милидией, ты ведь была сегодня в больнице? - Напротив неё сел Дени, рассматривая мать своими огромными серыми глазами. - А почему ты ею интересуешься, Вы что знакомы?- нервным жестом женщина поправила свои очки. Мальчик кивнул: - Она самая добрая девочка в нашей школе. Она всегда всем помогает, иногда она объясняет младшеклассникам непонятные темы на переменах, такая милая и ласковая с детьми. А ещё она очень любит животных, я несколько раз видел, как она кормит бездомных котят. - А тебе Фискал ничего не говорил про неё? - Конечно, говорил мы гуляли вместе с ней Фискалом и Дианой. Она ему очень нравится, и это заметно. - Да, пожалуй, слишком заметно. - Устыдившись себя, Милюзетта печально отвела глаза, она действительно была несправедлива к девушке, а с Фискалом слишком деспотична. - У Милидии воспаление легких, и как долго она пробудет в больнице, пока неизвестно. Эдмунд пока не может сказать нам ничего утешительного.

***

На следующее утро Милюзетта позвонила Катарина Гравей. Она рассказала ей, что в доме девочек, когда приехала туда с Личной за вещами обнаружила спящего Фискала. Госпожа Аренс тут же вызвала такси и поехала по указанному адресу. Ей было необходимо поговорить с племянником. С Фискалом она столкнулась прямо у входных дверей, он уже собирался снова отправиться в больницу, чтобы узнать не очнулась ли Милидия. Заметив женщину молодой человек попытался молча пройти мимо, но она остановила его. - - Послушай, я понимаю что была резка с тобой и несправедлива с бедной девочкой. Но это не повод уходить из дома и грубить мне, ведь так Фискал. Я совершенно не против, чтобы вы встречались, но только пожалуйста, будь благоразумен, и возвращайся. - Последние слова, она прошептала, с слезами в голосе. Фискал молча обнял свою тётю, она почувствовала, что щеки у него покраснели. - - Если сумеешь увидеться с Милидией, скажи ей, что я желаю ей скорейшего выздоровления.