Часть 1
8 декабря 2021 г., 15:10
Дину не нравилась Мэг. Ему не нравилось, каким громким и пронзительным был её смех, как он заполнял всю комнату и заставлял всех смотреть на неё. Ему не нравилось, как она игнорировала его присутствие практически каждый раз, когда появлялась в дверях их комнаты, чтобы забрать Кастиэля. Ему не нравилось, что она постоянно писала Кастиэлю смс, и ему определённо не нравилось, как тот улыбался и тут же отвечал. По словам Кастиэля, Мэг была просто другом, но Дин был почти уверен, что она хотела это изменить.
Мэг звонко рассмеялась, и Дин одарил её очередным колким взглядом. Они находились в одном из боковых помещений рядом со студенческим союзом, украшенным серпантином и воздушными шарами, на развешивание которых Дин потратил весь день, и она держалась за руку Кастиэля так, словно они шли в комплекте к друг другу или что-то в этом роде. Тем временем Дин стоял у стола с закусками — который он тоже собрал сам — и пил имбирный эль. И злился.
— Хэй, — Чарли подошла к нему и потянулась за очередным куском пиццы. — Что-то случилось? Ты выглядишь напряжённым.
— Я не напряжён.
— О. Мне так не кажется, — Чарли встретилась с ним взглядом и усмехнулась. — Ты только посмотри на Мэг. Судя по всему, она отлично проводит время.
— Рад за неё, — Дин закатил глаза. — Легко отлично проводить время, когда ты врываешься и присваиваешь себе именинника.
Он резко повернулся и внимательно осмотрел поднос с пирожными из супермаркета, как будто это была самая интересная вещь в мире. Чарли ничего не сказала, но Дин практически слышал, как в её мозгу крутятся шестерёнки, перекрывая рёв «Подружки» Аврил Лавин, доносящейся из аудиосистемы.
Специально для этой вечеринки он даже составил плейлист в iTunes из дерьмовой поп-музыки, которая нравилась Кастиэлю. Он потратил на это своё воскресное утро, пока его сосед по комнате был на одном из своих многочасовых поздних завтраков с Мэг. Конечно, Мэг предложила пару треков, когда они вернулись из столовой и Кастиэль ушёл чистить зубы, но всё равно почти всю работу сделал Дин. И он знал, что сейчас она ставила себе это в заслугу.
Дин отхлебнул остатки имбирного эля, словно это был «Нэтти Лайт», и потянулся за пирожным, жалея, что у него не хватило смелости пронести в студенческий союз кое-какие свои припасы. Ему нужно было напиться. Или накуриться. Или и то, и другое.
— Мэг не такая уж плохая, — пожала плечами Чарли. — Она просто напористая.
— Скорее агрессивная, — угрюмо сказал Дин.
— И что? Не каждая женщина должна быть робкой фиалкой.
Дин вздохнул. Чарли специализировалась на компьютерных науках и второстепенно изучала гендер и сексуальность. Она всегда говорила подобные вещи.
— Почему она тебя так беспокоит?
— Она меня не беспокоит.
Чарли покачала головой и отвернулась, явно устав от его надутости. Прошло всего три недели от начала осеннего семестра, но он обещал быть отстойным. Дин знал это.
Во всём была виновата Мэг. Ну, не во всём, но она определённо не помогала.
— Ладно, она меня беспокоит. Она мне не нравится.
— Эй, у нас что-то получается! Давай посмотрим, сможем ли мы развить эту внезапную откровенность, — Чарли схватила Дина за руку и потащила его к двум креслам в углу. К сожалению, отсюда было отлично видно, как Кастиэль и Мэг стояли на помосте для ораторов, словно король и королева, возвышающиеся над двором, и Дин нахмурился. На тот момент это была практически павловская реакция.
— Хорошо, — сказала Чарли, когда они расселись. — Погнали.
— С чего мне начать? — проворчал Дин. — У них с Касом нет ничего общего. Я имею в виду, что Кас весь такой социально ответственный и всё такое, но она будто старается быть как можно более дерзкой и привлекающей внимание. Будто её бейрутское имя — Ева Браун, и я не нахожу это очень забавным.
Чарли поджала губы.
— Я слышала и похуже.
— Она звонит в «Дом у дороги» и запрашивает всякие глупости вроде «Фрай». И я знаю, что Каса нет рядом с ней, когда она это делает, потому что у него в это время семинар «Мистицизм в исламе». Он её в это не посвящает.
«Дом у дороги» — это классическое рок-шоу Дина на радиостанции кампуса, выходившее по вторникам и четвергам с двух до четырёх часов вечера. На втором курсе он упорно боролся за то, чтобы получить собственное шоу; каждую неделю он тратил часы на составление плейлиста из настоящего винила и изучение истории музыки для интересных фактов, которыми он сопровождал каждый трек. А Мэг не обращала внимания на всю эту работу, заваливая телефонную линию станции своими надоедливыми спам-звонками. Конечно, помимо неё, звонило не так уж много людей, но дело было в принципе.
— Может быть, ты ей просто нравишься, — предположила Чарли.
— Если бы я ей нравился, она бы сидела там, где ты, а не наваливалась на Каса.
— Да ну? — в глазах Чарли появился блеск, который Дину ни капельки не понравился. — Дин, если бы я не знала тебя лучше, я бы сказала, что ты немного ревнуешь.
— Что ты несёшь? — зашипел он. — Я как раз сейчас говорю тебе, как сильно она мне не нравится. И, между прочим, я ещё не закончил.
— Ага. Не то чтобы это что-то доказывало. Кроме того, я не имела в виду Мэг.
Дин нахмурил брови. Если она не имела в виду Мэг, то оставался только один вариант.
Но это не имело никакого смысла. Это вообще не имело никакого смысла.
— Да ладно, Дин. Это совершенно естественно.
Дин сглотнул.
— Что?
— Твой сосед по комнате проводит всё своё время с кем-то другим. В прошлом году вы двое были не разлей вода; ты не мог дождаться, когда бросишь своего соседа-первокурсника и переедешь к нему. Ты буквально вспоминал его в каждом нашем разговоре с тех пор, как мы познакомились…
— Чушь, — губы Дина дрогнули.
— А потом появляется Мэг и вклинивается в ваш роман, — Чарли жестом указала на помост, где Мэг визжала, как гиена, над попыткой Кастиэля станцевать под «Hips Don’t Lie».
— Я не ревную, — отрезал Дин. — Не стоит так драматизировать.
Кастиэль отвесил шутливый поклон под светом прожекторов, очевидно, закончив своё короткое выступление. Дин пропустил момент, когда тот поднял голову, но когда они встретились глазами через всю комнату, и Кастиэль улыбнулся, Дин приободрился и улыбнулся в ответ.
— Не ревнуешь, — согласилась Чарли. Её голос был подчёркнуто нейтральным.
Кастиэль что-то сказал Мэг, затем спрыгнул с помоста и начал пересекать комнату. У Дина перехватило дыхание. Он заёрзал на своём месте, раздумывая, вставать ли, но Кастиэль приблизился прежде, чем он успел принять решение.
— Дин, — Кастиэль сжал его плечо. — Ещё раз спасибо, что организовал всё это. Это было очень мило с твоей стороны.
Дин потёр затылок. Он чувствовал, как его щёки и шея становятся горячими, и винил в этом количество людей, которые к этому времени собрались в комнате.
— Ничего страшного, Кас. Каким бы никчёмным соседом я был, если бы не устроил тебе небольшой праздник?
— Ты так хорошо постарался скрыть сюрприз. Я действительно не знал, что меня ждёт, когда Мэг привела меня сюда.
Улыбка мгновенно сошла с лица Дина. Конечно, он должен был упомянуть её. Даже когда её там не было, она была там.
— Ага, хорошо, — Дин прочистил горло. — Я просто рад, что тебе весело, приятель.
Что-то изменилось в глазах Кастиэля, и он убрал руку с плеча Дина. Постояв немного, он посмотрел на стол с закусками.
— Пожалуй, я пойду поищу крудите́ . Кто-нибудь из вас хочет чего-нибудь?
— Нет, спасибо, — ответила Чарли. Дин угрюмо покачал головой.
Когда Кастиэль ушёл, Чарли бросила на Дина жалостливый взгляд. Тот скрестил руки и сделал вид, что ничего не заметил.
— Послушай, Дин, если хочешь моего совета…
— Я не хочу.
— Вам нужно разобраться с… соперничеством? Соревнованием по выдиранию волос? Или что у тебя там происходит с Мэг. Потому что очень скоро это повлияет на твои отношения с Касом, если уже не повлияло. Ты же не хочешь разругаться со своим соседом по комнате в самом начале года.
— Может, ей стоит просто залезть обратно в ту яму, из которой она выползла, — пробормотал Дин.
— Дин.
— Да, хорошо. Ладно, — Дин надулся, когда понял, что это её не успокоило. — Я попытаюсь, договорились?
— Делаешь или не делаешь, здесь нет попыток.
Дин закатил глаза. Он наблюдал за Мэг на помосте, покачивающейся с чашкой «Соло» в руке под «Say It Right». У него ещё никогда не было серьёзного разговора с Мэг — не то что с Кастиэлем весь первый курс, когда они зависали на роскошном футоне Кастиэля и трепались всю ночь напролёт за печеньем и бутылкой вина. Но она обещала помочь ему прибраться в комнате, как только закончится вечеринка, так что он полагал, что тогда у них будет возможность поговорить, к лучшему или худшему.
Дин был уверен, что к худшему.
//--//
— Держи, любовничек. Дин обернулся. Мэг протягивала ему айпод, стоя и улыбаясь так, как она всегда это делала, отчего казалось, что она позирует перед воображаемой аудиторией. — Ты только что назвала меня любовничком? Мэг оглядела пустынную комнату, повернув шею в сторону коридора. — Я не вижу здесь больше никого. А ты? Дин сверкнул раздражённым взглядом. Он схватил свой айпод, сунул его в карман джинсов и вернулся к перекладыванию всех остатков еды на один поднос. Он не просил Мэг отключать его айпод от аудиосистемы в комнате, и ему не очень нравилось, что она трогала его вещи. — Подай на меня в суд за то, что оказала тебе услугу. — Я собирался забрать его позже, — Дин понимал, как нелепо было затевать ссору из-за этого, но всё же не мог остановиться. — Как насчёт того, чтобы ты просто закончила снимать серпантин, и мы наконец-то могли убраться отсюда? Мэг вернулась к своей работе без дальнейших разговоров, и Дин наблюдал за ней краем глаза. Он знал, что должен затронуть тему Кастиэля, но как это сделать? Эй, я не уверен, трахаешься ты с моим соседом или нет, но не могла бы ты прекратить? Я бы хотел вернуть своего друга. — Эй, эм. Спасибо, что помогла прибраться. И за то, что отвлекла Каса, пока я подготавливал это место. «Ты действительно хороша в этом», — добавил мозг Дина с явной неприязнью. — Ничего страшного, Винчестер, — Мэг потянулась за серпантином, корректируя своё положение на стремянке, когда он оказался у неё в руках. — Мы не такая уж плохая команда. Дин выбросил пустые контейнеры в пластиковую корзину для мусора. Команда? Ага, конечно. Больше похоже на то, что она пытается расколоть их компанию. — Ты… эм… ты подарила Касу что-нибудь на день рождения? — Да, я отдала ему это перед тем, как мы сюда пришли. Поэтические магниты со словами? Ты увидишь их на холодильнике, когда вернёшься. — О. Классно, — это был неплохой подарок, но Дин позволил себе самодовольную улыбку, пока складывал стол. Его подарок был определённо лучше, даже несмотря на то, что он уже сказал Кастиэлю, что не сможет отдать его ему до выходных. — Мы можем поменяться? — Мэг спустилась вниз, держа в руке ленты серпантина. — Я недостаточно высокая, чтобы дотянуться до остальных. — Да, конечно, — Дин передал ей стол, чтобы она его убрала, и направился к стремянке. Некоторое время они трудились в тишине. Работы оставалось не так уж много, а Дин всё ещё не выбрал лучший способ, поэтому он решил стиснуть зубы и просто сделать это. — Послушай, Мэг, — Дин устремил взгляд на серпантин. — Я знаю, что между нами были некоторые… разногласия. — А так и не скажешь. — Просто Кас — мой лучший друг, и я не хочу, чтобы он пострадал. — Пострадал? — в этот раз Мэг звучала скорее растерянно, чем самоуверенно. — Он не… он не захочет чего-то временного. Он не такой парень. Он более серьёзен в этом плане. А у вас двоих не так уж много общего, так что я предполагаю, что именно это тебе и нужно. — Ты только что назвал меня шлюхой? — Мэг насмешливо хмыкнула. — Кто бы говорил. Сколько раз ты развратничал перед Виктором в прошлом году? Мы с Бэлой давали ему убежище на нашем диване практически каждую неделю. Виктор, сосед Дина по комнате на первом курсе, изучал психологию и хотел заняться криминалистическим профайлингом. Дин находил его гиперкритичным и лишённым чувства юмора и скрывался от него в комнате Кастиэля гораздо больше раз, чем вешал носок на дверь, чтобы отпугнуть его. И он определённо не делал этого каждую неделю. — Ну, я попробовал кое-что в прошлом году. Большое дело. Для этого и нужен первый курс. — А теперь ты уже выше этого, — сказала Мэг с пренебрежением. — Ну, может, и нет, — огрызнулся Дин. — Но Кас — определённо. Он приложил столько решимости к своему заявлению, что стремянка покачнулась. Мэг протянула руку, чтобы придержать её. — Спасибо, — нехотя сказал Дин. — Слушай, Дин. Твоя забота весьма мила, пусть и немного собственническая, но я думаю, что ты кое в чём запутался. Относительно меня. Возможно, себя? И уж точно насчёт Каса. — Оставь это, — Дин сорвал с потолка последнюю ленту. — Я знаю Каса гораздо лучше, чем ты. Мэг вздохнула. Она отпустила стремянку и направилась к двери. — Тебе ещё нужна помощь, или я могу идти? — Нет, я справлюсь. Думаю, мы здесь закончили. Дин по-прежнему не смотрел вниз, но он был абсолютно уверен, что Мэг закатила глаза в наступившей тишине. — Просто… просто поговори с Касом. Тебе нужно поговорить с ним, а не со мной. Дин хмыкнул в знак согласия. Он подождал, пока шаги Мэг стихнут на лестнице в атриум, прежде чем спуститься со стремянки и выбросить серпантин в корзину для мусора. Поговорить с Касом. Конечно, он был бы рад. Может быть, если бы она не отвлекала его всё время. Дважды проверив комнату, Дин взял в одну руку оставшиеся шарики, в другую — поднос с остатками еды и направился обратно к их с Кастиэлем общежитию.//--//
Обычно прогулка от студенческого союза обратно в Бункер-холл занимала менее пяти минут — через площадь, мимо амфитеатра, по дорожке между бывшими домами братства. Однако сегодня Дину пришлось балансировать шатающимся пластиковым подносом с едой, держа в руках полдюжины воздушных шариков, и он едва ли двигался быстрее хромой улитки. По крайней мере, было уже поздно, и ему оставалось обойти всего пару человек, выглядя при этом как нанятый клоун. Кто-то, вышедший покурить, оглядел Дина с ног до головы и придержал для него входную дверь в холл. Дин поднялся на второй этаж, подошёл к третьей двери слева и попытался дёрнуть ручку. Поднос опасно покачнулся. — Кас? — позвал он. — Ты можешь открыть для меня дверь? Внутри послышался скрежет и спотыкание, а затем звук открывающейся двери. Кастиэль на мгновение взглянул на него, воспользовавшись моментом, чтобы ярко улыбнуться, прежде чем взять на себя ношу Дина. — Хочешь перекусить? — Дин передал ему еду. — Кстати, я принёс все твои шарики. — Я вижу. Дин, мне бы хотелось, чтобы ты позволил мне остаться и помочь вам, ребята. — Не глупи, Кас. Именинник не убирается на своей собственной вечеринке. Дин позволил двери закрыться за собой и скинул ботинки. Их комнату уютно освещали старинные лампы из латуни, которые Кастиэль установил по обе стороны от кровати, и светильник на столе Кастиэля. Одно из окон было открыто для сентябрьского ветерка, и прохладный воздух приятно обволакивал вспотевшую за дорогу кожу. Покрывало на верхней койке было откинуто назад, и его украшала лежащая на нём книга, что говорило о том, что Кас читал в постели, когда Дин пришёл. Мягкое «йе-йе» доносилось из док-станции для айпода на их журнальном столике. Их комната. Их журнальный столик. Всё это было так приятно, так правильно, что Дин ослабил хватку на воздушных шарах, и они разлетелись по потолку. Кастиэль улыбнулся в чистом восторге, хотя ему, по крайней мере, удалось удержать поднос с закусками. — Я ждал, когда ты вернёшься, — он поставил поднос на столик и подошёл к своему шкафу. — У меня есть кое-что для нас двоих. — Правда? — Дин рухнул на футон. — Ты пробудил моё любопытство. — Что ж, надеюсь, ты не разочаруешься, — Кастиэль достал бутылку вина из глубин своего шкафа. — Это просто наша обычная традиция. Разочарование было противоположно тому, что чувствовал Дин. С момента возвращения в кампус они с Кастиэлем только один раз беседовали за вином, и то в первый вечер. Дин наблюдал за каждым действием Кастиэля — проверкой бокалов на чистоту, откупориванием, дегустацией, наливанием — и неудержимо ухмылялся. — Что? — Кас наклонил голову, передавая Дину его бокал. — Что смешного? — Нет, ничего. Я просто рад, что мы снова это делаем. — Ну, я тоже, — он присоединился к нему на футоне, поднимая свой бокал. — За тебя, Дин. За нашу небольшую вечеринку. — Нет, нет. За тебя, Кас. С двадцатым днём рождения. Кастиэль согласился, и они подняли бокалы. Дин принюхался к краю ободка, позволил вину задержаться на языке, прежде чем проглотить его. Кастиэль всё это время изучал его лицо. — Что скажешь? — спросил он наконец. — Мне нравится. Не слишком пряное, немного травянистое. Довольно свежее и лёгкое для красного. Это одно из вин Гейба? Гейб был одним из старших братьев Кастиэля. Ему принадлежала винодельня в окрестностях Сономы, примерно в 40 минутах езды к северу от того места, где жили их родители в округе Марин, и был главной причиной, по которой у Кастиэля всегда было припрятано несколько бутылок. Чаще всего, когда они вдвоём погружались в глубины Вселенной хорошего красного, это было одно из вин Габриэля. — Ты угадал, — Кастиэль повернул бутылку на столе, покосившись на этикетку. — 2005, 60% Каберне Совиньон, 28% Мерло, 7% Каберне Франк, 5% Мальбек. — Я действительно чувствую вкус Мерло́ . — Согласен. Он очень выразительный, — Кастиэль потянулся к тарелке с едой. — Думаю, пирожные будут идеальным дополнением. — Правда? — О, да. Нотка кукурузного сиропа с высоким содержанием фруктозы прекрасно дополнит эту смесь. Кастиэль сунул пирожное между губ и подмигнул. Дин скопировал его, фыркнув от его непочтительности. Конечно, только Кастиэль мог сочетать одно из вин брата за семьдесят пять долларов, которое Дин искал в прошлом году, и у него отпала челюсть, когда он понял, чем Кастиэль угощал его несколько месяцев, — с дрянными пирожными из Ханнафорда. Это было именно то, что делал этот чувак. Кастиэль покрутил свой бокал, рассматривая капли в свете лампы. Несмотря на поздний час, его глубокие голубые глаза выглядели такими же пронзительными и проницательными, как всегда. — Ну, как тебе это, приятель? — Дин подтянул ноги и повернулся лицом к Кастиэлю. — Ты больше не подросток? — Я чувствую себя старым. Но, опять же, я всегда чувствовал себя старым. После окончания школы Кастиэль взял отпуск и путешествовал по миру, поэтому сейчас ему исполнилось двадцать лет вместо девятнадцати. Очевидно, что взять год отпуска, чтобы потрахаться, — это то, что богатые дети вроде Кастиэля могли себе позволить, если им так хотелось. Его злоключения в Европе и Японии, Австралии и Новой Зеландии заполнили почти все часы их первой беседы прошлой осенью. Дин, у которого даже не было паспорта и который никогда не летал на самолёте до того, как прилетел в Берлингтон на профориентацию в августе прошлого года, впитывал всё это как губка. Возможно, он был легко впечатлителен, но тот факт, что Кастиэль был старше его и побывал во всех этих далёких местах, заставил его почувствовать себя немного ошеломлённым. — Ага, — Дин высунул язык. — Не собирался ничего говорить, но мне кажется, что я вижу несколько морщин на твоём лбу. Кастиэль сердито посмотрел на него. — Это от стресса, когда каждое утро меня будит твой ужасный будильник. Дин рассмеялся. Ему нравилась поэтичность пробуждения под «Enter Sandman» на будильнике телефона, хотя иногда он переключал его на «Heat of the Moment». В любом случае, он не мог удержаться от того, чтобы не вздремнуть несколько раз, прежде чем окончательно вывалиться из постели, и эта привычка познакомила его с обширным и красочным лексиконом ненормативной лексики Кастиэля. — Не знал, во что ввязываешься, когда решил поселиться со мной, а? — Нет, — серьёзно ответил Кастиэль. Он снова наполнил оба бокала. — Я убежал бы за милю. — В конце концов, я заставлю тебя полюбить классический рок, Кас. Тебя трудно расколоть, но я думаю, что смогу тебя обратить. Кастиэль облизал губы и сглотнул. Он опустил глаза на свой бокал, нехарактерно медленно и нерешительно покрутил его. — Я бы хотел, чтобы ты послушал «Дом у дороги», — продолжил Дин, не понимая, чем его слова так обеспокоили друга. — Я слушал пару раз, — сказал Кастиэль, его голос был тихим. — Я имею в виду, ты не обязан… В настроении Кастиэля произошла едва заметная, но определённая перемена, и Дин неловко потёр шею. Он не думал, что Кастиэля так сильно волнует музыка. Он и раньше подтрунивал над ним за его пристрастие к дрянным поп-хитам и старым иностранным песням, и Кастиэль, казалось, никогда не возражал. — Что это ты слушал? — спросил Дин, жестом указывая на док-станцию. — Это довольно мило. — «Только друзья» Франсуазы Арди, — Кастиэль отпил вина. — Очень уместно. Дин поднял брови. — Уместно? Кастиэль скрестил ноги и пожал плечами. Казалось, он твёрдо решил не вдаваться в подробности. — Что, как ты и Мэг? Кастиэль бросил на него короткий взгляд. — Конечно. — Иногда так не кажется. Дин хотел, чтобы это прозвучало непринуждённо, с шутливой издёвкой. Вместо этого в замечании прозвучал хрупкий, горький тон, от которого послевкусие его вина стало кислым. Кастиэль снова пожал плечами. — Я имею в виду, что ты проводишь с ней всё своё время. Мы почти не видимся. — Это неправда. Мы видимся каждый день. — Но мимоходом. Это не совсем то, что было у нас раньше, — Дин посмотрел вниз на футон. — Например, как сейчас. — Ну, мы живём в одной комнате. Нам не нужно составлять официальный план, чтобы проводить время вместе. В голосе Кастиэля прозвучала резкость; он сделал акцент на слове «официальный». Дин решил немного отступить. — Да, справедливо. Знаешь, мы с Мэг немного поболтали, пока убирали комнату для мероприятий. Кастиэль побарабанил пальцами по бедру. — Хм. — Да, мы говорили о тебе. Кастиэль наклонил голову. — Я настолько интересен? — Я просто хотел узнать, что она из себя представляет. Она как бы просто… появилась из ниоткуда. Я знаю, что вы несколько раз общались в прошлом году, но это как будто вы вдруг соединились. — Дин. — Я просто выполняю свой священный долг как твой друг и сосед по комнате, Кас. Ты бы сделал то же самое для меня. — Да, — плечи Кастиэля опустились. — Да, я бы сделал то же самое для тебя. Дин пил своё вино, теперь уже быстрее. Пространство между ними было натянутым и напряжённым, и Дин не знал, почему. Конечно, он немного вмешивался, но это было обычное поведение лучшего друга. На самом деле, во всём была виновата Мэг, которая не пыталась узнать его получше. Подружки нескольких его приятелей в старших классах пытались завести знакомство с остальными членами их компании, в противном случае это всегда было тревожным знаком. С этими девушками были проблемы. — Мы действительно только друзья, — пробормотал Кастиэль. Наконец он снова встретился взглядом с Дином. — Мэг и я. — Эй, чувак, всё в порядке, — Дин заставил себя улыбнуться; ему всё ещё не нравилась Мэг, но он не собирался делать жизнь Кастиэля несчастной из-за неё. — Я просто выполняю роль матери-курицы. Если захочешь, чтобы я убрался, дал тебе уединение на несколько часов, только скажи. Кастиэль вздохнул. Он не выглядел довольным этим. — Или… или нет. Я не буду давить на тебя или что-то в этом роде. — Я собираюсь почистить зубы, — Кас залпом допил остатки вина, встал и закупорил бутылку. — Выпей ещё, если хочешь. — Нет, я… мы можем выпить остальное завтра. — Хорошо, — пробормотал Кастиэль без всякой убеждённости. Он направился к двери, но остановился, оборачиваясь назад. — Спасибо за хороший день рождения, — сказал он. — Эй, он ещё не закончился. Ты всё ещё должен получить свой подарок в субботу, помнишь? Только ты, я и немного драйва. Наконец, лицо Кастиэля озарила искренняя улыбка. Он посмотрел вверх на воздушные шары, усеивающие потолок. — Хорошо, — его голос был мечтательным, возможно, из-за двух бокалов вина или позднего часа, или и того, и другого. — Не могу дождаться. Дин кивнул, когда Кас выскользнул в коридор. По крайней мере, в конце концов, ему удалось поднять настроение Кастиэлю. Вся эта история с Мэг очень тяготила его. Может быть, он действительно серьёзно к ней относился. Например, как к будущему брачному партнёру. Иначе зачем ему было так замыкаться, когда Дин заговорил о ней? Взяв свой бокал, Дин несколько раз щёлкнул на айпод Кастиэля, пока снова не нашёл «Только друзей». От французской музыки Каса обычно зубы сводило, но эта песня ему даже нравилась. Может, из-за Мэг и возникла какая-то неловкость, но Дин был просто счастлив, что они с Кастиэлем наконец-то смогли побыть вместе. Только они вдвоём. Как раньше. А в субботу у них будет целый день в их распоряжении. Дин откинулся на футоне, допивая остатки вина из бокала, и смотрел на воздушные шары, паря вместе с ними в облаке предвкушения.
