Only Friends

      Три года спустя. — Йо-хо-хо! Привет там внизу!       Дин и Кастиэль присели под рядом виноградных лоз. Одно из коленей Дина сбило виноградную гроздь, и несколько из них покатились вниз по склону. Кастиэль протянул руку, чтобы поддержать его. — Спасибо, детка, — прошептал он. — Я знаю, что ты там, братишка! — голос Габриэля стал громче, ближе, и Дин представил ухмылку на его вечно самодовольном лице. — Не заставляй меня искать тебя! Я не хочу сейчас играть в прятки, я слишком занят!       Прежде чем Дин успел остановить его, Кастиэль поднялся и круто развернулся лицом по направлению к брату, скрестив руки на груди. — Чем занят, Габриэль? Ты проводишь большую часть своего дня, командуя Дином и мной. — А-ха! Я знал, что это выведет тебя из себя. Держись, я сейчас приду.       Дин вздохнул и встал. Он стянул с головы свою запыленную чёрную ковбойскую шляпу, вытер пот со лба и кожи над ушами и надел её обратно. — По крайней мере, у него есть для нас кофе, — проворчал Кастиэль, кивая на руки Габриэля, который дошёл до конца их ряда и направился к ним зловещим пружинистым шагом. — Наверное, чего-то хочет, — сказал Дин. Он обхватил Кастиэля сзади за талию, и тот прислонился к нему, упираясь затылком в плечо. — Оу. Вы оба такие милашки, — Габриэль протянул стаканчики, по одному для каждого из них. — Мне нужно было съездить в город кое за чем, и я решил, что пока буду там, принесу вам, ребята, ваши заказы из «Питс». — Спасибо, — недоверчиво сказал Кастиэль. — Ага, — Дин отпил глоток капучино, от которого осталась пенка на верхней губе. С тех пор, как он переехал сюда, на Западное побережье, у него появилась тяга к изысканным эспрессо напиткам, над которыми он раньше смеялся. Это был ещё один способ, которым Кастиэль передавал ему свой опыт. — А на обед я думаю послать Бальта в город за чем-нибудь из индийской кухни. Хочешь обычный палак-панир и чесночный наан? — С чего бы это, Гейб? — Кастиэль протянул Дину свою чашку и скрестил руки на груди. — Тебе что-то нужно от нас, не так ли? Какая-то услуга? — По крайней мере, сначала возьми бесплатную еду, — пробормотал Дин. — Что такое? — продолжил Кастиэль, игнорируя его. — Ты снова собираешься разделить нас?       В начале лета Габриэль без предупреждения поменял их местами, оставив Дина на полях с самого утра, в то время как Кастиэлю пришлось работать в дегустационном зале во второй половине дня и по вечерам. После недели, когда они почти не виделись и были по-собачьи измотаны, Кастиэль столкнулся с Габриэлем в его кабинете и пригрозил, что они с Дином уйдут, если тот не вернёт их прежнее расписание обратно. Миссис Ширли поддержала его. — О, нет. Я усвоил урок, — Габриэль взял в руки один из усиков виноградной лозы, прикрепляя его к ближайшей проволоке. — На этот раз тебе не нужно бежать к маме. — Я не «бегал» к ней. Я просто спросил у неё совета, когда она пришла в гости. — Детка, притормози, — Дин передал ему обратно его латте с овсяным молоком. — Мы можем хотя бы выслушать его. — Спасибо, Дино, — Габриэль просветлел. — Ладно, я знаю, что время не самое подходящее, но мне нужно, чтобы ты дежурил в дегустационном зале в субботу вечером. Дин тоже, если хочет подзаработать, но ты мне точно нужен. — В субботу у меня день рождения! — Я знаю, хорошо? Поэтому я и сказал, что время не самое подходящее. Но ко мне едет группа бизнес-туристов из Франкфурта, и то, что ты наливаешь, произведёт на них впечатление. — Они все будут говорить по-английски. Лучше, чем я говорю по-немецки, наверное. — Дело не в этом, братишка. Дело в гостеприимстве. Ну, знаешь, в какой отрасли ты работаешь?       Кастиэль закатил глаза. Он толкнул локтем Дина, который пожал плечами. После четырёх месяцев подобных препирательств он научился по возможности не вмешиваться в семейные споры Ширли. — Ребята, у вас есть планы на субботу? — спросил Габриэль. — Я как раз собирался приготовить ему хороший ужин, — Дин сделал паузу, вдавливая носок ботинка в раскаленную солнцем грязь под ногами. — Но у нас есть планы на весь день в воскресенье. — В воскресенье ты совершенно свободен. Я даже дам вам, ребята, выходной до конца дня. И завтра. И в субботу до половины четвёртого. Вы мне нужны только в субботу вечером, — Габриэль снова повернулся к Кастиэлю. — Пожалуйста, Касси. Ты же знаешь, я бы не стал просить, если бы ты мне действительно не был нужен. — Хорошо, — Кастиэль сжал губы в мрачную линию. — Но лучше бы ты подарил мне что-нибудь потрясающее в этом году. — О, не беспокойся об этом! — он бросился в объятия Кастиэля, едва не сбив его обратно в виноградные лозы. — Спасибо тебе большое, братишка. — Да, да, — Кастиэль потягивал свой напиток через плечо Габриэля. Дин ухмыльнулся ему, затем достал из кармана телефон и начал набирать текст свободной рукой. — Итак, — сказал Габриэль, отстранившись от брата. — Что это за планы на воскресенье? — Я не знаю. Это сюрприз, — Кастиэль повернулся к Дину. — Какие у нас планы на воскресенье, милый? — Ты же знаешь, я не собираюсь отвечать на этот вопрос. — Это как-то связано с сюрпризом? — Габриэль взглянул на экран телефона Дина. — Подтверждение бронирования, может быть? — Нет, — ответил Дин, убирая телефон обратно в карман джинс. — Просто пишу Сэмми. Теперь, когда у нас есть несколько свободных дней, я решил пригласить его в гости. Он наконец-то сможет увидеть это место.       Почти четыре недели назад Сэм поступил на первый курс Стэнфорда. Дин и Кастиэль встретили его в аэропорту, помогли переехать, поужинали вместе в кафе-буррито в Менло-парке, но с тех пор больше не виделись. Дин не хотел слишком сильно душить младшего брата, когда тот только расправлял крылья, но им определённо пора было снова встретиться. Месяц — слишком долгий срок между визитами, когда они жили всего в полутора часах езды друг от друга. — О, я наконец-то встречусь с ним? — поинтересовался Габриэль. — Да, — Дин потёр щеку. — Постарайся, однако, не слишком пугать ребёнка. — И как это понимать?       Дин и Кастиэль обменялись взглядами. — В любом случае, — сказал Кастиэль. — Что там насчёт того, чтобы пригласить нас на обед?

//--//

      В тот вечер Дин готовил ужин для них с Кастиэлем в их четырёхкомнатном коттедже в четверти мили от главного здания винодельни. Это был небольшой дом из дерева и кирпича с электричеством, внутренним водопроводом, кабельным, отоплением на зиму и DSL-модемом, хотя последний был отчаянно медленным по сравнению со скоростью, к которой Дин привык в Эдлунде. Когда им хотелось скачать музыку или фильмы, они несли свои ноутбуки на винодельню, занимая кабинет Габриэля или комнату отдыха.       Это действительно была довольно скромная обитель, но в данный момент им не требовалось большего. У них была уютная спальня вдоль восточной стены с двуспальной кроватью, которая нагревалась с восходом солнца. Также в спальне стоял двухместный стол, за которым они искали работу; интенсивность этих поисков зависела от того, насколько сильно Габриэль раздражал их в каждую конкретную неделю. Гостиная занимала почти всю середину дома, и была достаточно просторной для футона — они разобрали его и перевезли через всю страну после окончания университета — и телевизора приличного размера. Что касалось ванной комнаты, то туалет мог быть нестабильным, но, по крайней мере, душ был достаточно просторным для двоих. Они с Кастиэлем не раз мыли друг друга после долгого дня на винограднике.       А потом была кухня. Длинная и узкая, она тянулась от передней части дома до раздвижной двери в задней части, усеянная окнами, в которых прекрасно отражался закат над горами на западе. Раковина была, пожалуй, слишком маленькой, но плита была достаточно хорошей; в самой кухне был только небольшой двухместный стол с неровными ножками, но на заднем крыльце стоял стол побольше с четырьмя стульями вокруг него, который идеально подходил для развлечений долгими калифорнийскими вечерами. У Дина даже был гончарный круг, на котором он лепил миски, чашки и вазы, которые он выставлял сушиться на солнце, прежде чем везти их в город для обжига. Он продал несколько штук в местные магазины и надеялся продать ещё. — Хм… — Дин закончил нарезать лук, когда на столе зажужжал телефон. Он положил нож и прочитал сообщение от Сэма, ухмылка расплылась по его лицу, когда он ответил. Нажав кнопку «Отправить», он вышел через заднюю дверь, чтобы найти Кастиэля.       К коттеджу, который Гейб выделил им для проживания, прилагался сад. Когда они переехали в мае, он был сухой и заросший сорняками — горчицей и садовой травой, но через четыре месяца усердной работы там наконец-то появились овощи и травы. Кастиэль даже изучал способы привлечения пчёл в сад, надеясь, что их помидоры, перцы, баклажаны и кабачки непременно превратятся из цветов в плоды. — Детка? — позвал Дин с края крыльца. — Я здесь, — буркнул Кастиэль.       Дин спрыгнул вниз и подошёл к заднему углу сада. Кастиэль сидел на корточках перед одной из грядок, подготавливая помидорный куст к посадке. — Сэмми написал мне ответ, — сказал Дин. — На завтра всё готово. — Замечательно, — Кастиэль выпрямился и вытер пот со лба. — Извини, что я ещё не принёс овощи. Хотел сначала полить, но кран такой медленный. Только что, наконец-то, смог закончить. — Эй, ничего страшного, — Дин поднял плетёную корзину, находящуюся рядом с Кастиэлем. — Теперь мы можем сделать это вместе.       Кастиэль засиял и направился к кабачкам. Он сорвал несколько крупных, проверил их на наличие грязи и положил в корзину Дина. — Этого достаточно? — Достаточно, — Дин перевёл взгляд на розовый свет в предгорьях. — Блин, не думаю, что когда-нибудь смогу забыть здешние закаты. — Я же говорил тебе, — Кастиэль взял свои садовые ножницы и отрезал стебель самого толстого баклажана. — Помнишь, как ты нервничал, когда я заговорил о возможном переезде в Калифорнию? — Ну, дело было не только в этом, — Дин протянул корзину, чтобы Кастиэль смог сложить в неё баклажаны. — Скорее в том, что это был переезд к Гейбу и начало работы на его винодельне. — Ты так говоришь, будто мы живём с ним в одном доме и делим ванную, — Кастиэль направил свои ножницы в сторону ещё одного спелого баклажана. — К счастью, нет.       Они прошли в конец ряда, где золотисто-багровые и морковно-оранжевые болгарские перцы росли огромными гроздьями, отягощая ветви. Кастиэль приблизился к ним с ликованием, бросая свой урожай в корзину Дина. — Ты так хорошо здесь работаешь, детка. — Спасибо, — Кастиэль сорвал горсть базилика, а затем вернулся в соседний ряд за помидорами. — Я думаю, что должен что-то делать, пока ты готовишь для нас каждый день. — Ну, мне нравятся твои вечера пасты.       Кастиэль фыркнул. — Всё, что я делаю, это кладу масло и пармезан на наши тарелки. Наряду с тем, чего у меня в огороде слишком много на той неделе. — Вот и я о том же. Это как сюрприз каждый раз.       Дин поставил корзину между ними и помог Кастиэлю собрать урожай помидоров. Рататуй требовал их в немалом количестве, но они посадили их довольно много. Им обоим нравились помидоры. — Мне будет не хватать этого, когда мы переедем, — сказал Дин небрежно. — Мы вложили в это место много труда. Особенно ты. — Что? — То, что в нашей первой квартире, скорее всего, не будет роскошного сада на заднем дворе. Сейчас у нас есть неплохие условия, даже если приходится мириться с твоим братом. — Когда мы переедем? — Кастиэль высыпал в корзину огромную горсть помидоров. — Мы только приехали сюда несколько месяцев назад. — Я знаю. Я просто имею в виду, типа, в будущем. Когда мы в конце концов найдём новую работу, жильё и всё такое.       Кастиэль наклонил голову. — У нас есть работа. У нас есть собственное жильё, даже если Гейб — наш арендодатель. Ты несчастлив здесь, Дин? — Нет! — Дин потянулся через корзину, чтобы сжать плечо Кастиэля. — Я просто хочу сказать… Знаешь что, забудь об этом, — он покачал головой и потянулся за другим помидором. — Я просто брежу. Ты знаешь, как я это делаю. Иногда я несу настоящую чушь. — Ладно, — Кастиэль принюхался. — От тебя пахнет чесноком. И луком. — Я хорошенько вымою руки перед сном, — Дин поднял свою корзину. — Думаю, этого достаточно. — Я присоединюсь к тебе через некоторое время. Просто нужно ещё кое-что закончить здесь.       Дин поцеловал уголок рта Кастиэля, а затем вернулся на кухню. Он тщательно промывал овощи в раковине, его лицо было тёплым и порозовевшим в тусклом отражении окна. О чём он думал там? Кастиэль был прав. Они только-только поселились в своём коттедже, первом доме, который они делили после окончания учёбы. Разговоры Дина о будущем, о том, что им обязательно понадобится собственное жильё, имели бы смысл только для того, кто знал о том, что Дин запланировал на воскресенье.       Вопрос, который он планировал задать Кастиэлю.       На данный момент, единственными двумя людьми, которые знали, были он и Сэм. Он был рад, что его брат собирался приехать в гости, так как ему бы сейчас не помешала ободряющая речь. У него не было никаких сомнений — даже близко, — но он не понимал, как кто-то может не нервничать при таких обстоятельствах. Делать предложение в то время, когда он практически жил за счёт семьи своего парня? Конечно, он зарабатывал и экономил, как мог, но всё равно не чувствовал себя достаточно комфортно.       Единственное, что он чувствовал, это желание провести остаток жизни с Кастиэлем.       Как раз когда «Всё лучшее из моей любви» затихла — Дин с тех пор, как переехал в Калифорнию, стал больше слушать «Иглз» — Кастиэль вернулся через раздвижную дверь. Дин сказал ему, что он может сменить музыку, если хочет. Кастиэль подошёл к проигрывателю в гостиной, и через несколько секунд на кухне зазвучала песня «Это любовь».       Дин захихикал, помешивая рататуй. — Опять Боб? — Что не так с Бобом? — Кастиэль подошёл к Дину сзади, приобнимая его за талию. — Ничего, — Дин устроился поудобнее в объятиях Кастиэля. — Просто ты часто ставишь его. — Я хочу любить тебя, — пропел Кастиэль, игнорируя его. — Каждый день и каждую ночь. — Мы будем вместе, с крышей над головой, — ответил Дин. Он покачивал бёдрами в такт движениям Кастиэля.       Некоторое время они качались вместе перед плитой, Кастиэль шептал слова песни Дину в шею. Иногда Дин помешивал рататуй; время от времени он передавал деревянную ложку Кастиэлю. — Эта песня играла, когда я впервые понял, что люблю тебя, — Кастиэль поцеловал его в затылок. — Наши соседи слушали её. На втором курсе. — Старый добрый Бункер-холл. — А потом я действительно понял, что люблю тебя, когда ты приехал домой со мной на День благодарения.       Дин засмеялся. Прошло три года, а Кастиэль всё ещё любил рассказывать эту историю всем, кто готов был слушать. — То, как ты заткнул Майкла, когда он начал выделываться… — Начал? — Я больше привык к нему, наверное, — Кастиэль пробрался ладонями под футболку Дина, мягко касаясь тёплой кожи. — Ты даже заставил моего отца смеяться. Это не так уж легко. — И именно из-за этого ты понял, что я тот самый, — Дин стукнул деревянной ложкой о стенки кастрюли, затем опустил её. — Потому что я назвал твоего брата козлом. — Потому что ты заступился за нас, — Кастиэль снова поцеловал его. — Я схожу в душ, пока мы не поели.       Они занимались любовью после ужина, не торопясь до поздней ночи, потому что завтра им не нужно было работать. За последние три года Дин стал всё реже думать об этом как об обычном сексе, а всё чаще как о занятиях любовью. Тело Кастиэля было ещё одной частью его собственного тела, когда он двигался в нём, медленно и уверенно. Когда они менялись, как сегодня вечером, Дин пытался подражать тому, как Кастиэль делал это с ним, и получал лишь отрывистые рыки, требующие сильнее. Иногда он думал, что Кастиэль говорил так лишь, чтобы дать понять, кто главный, даже когда он и так был главным.       В какой-то момент Дина перестало удивлять то, что он не возражал против этого. — Мы возьмём мою машину завтра? — спросил Кастиэль.       Была половина второго ночи, и он прижимался щекой к груди Дина. Прохладный ветерок проникал через окно, расположенное высоко на стене. До октября оставалась всего пара недель. Сезон сбора урожая, по словам Габриэля. Им придётся работать всю ночь под светом прожекторов. — Конечно. — Я знаю, ты не любишь ездить по здешним автострадам. — Это потому, что здесь никто не умеет водить.       Дин почувствовал улыбку Кастиэля на своей обнажённой коже. Кастиэль провёл рукой по телу Дина, и Дин обхватил его, пока не нашёл руку Кастиэля. — Не забудь, мама хотела, чтобы мы пригласили Сэма на День благодарения. Ты должен это сделать. — Ты уверен? — Конечно. Маме и папе он понравится. Возможно даже Майклу. Ты же сказал, что он интересуется юриспруденцией, верно?       Дин хмыкнул, поцеловав волосы Кастиэля. Для Сэмми было бы хорошо познакомиться с семьёй Кастиэля. В конце концов, если Кастиэль скажет «да», они станут и его семьёй. — У нас есть футон, если он захочет остаться на ночь, — сонно произнёс Кастиэль. — Если только мы никогда не расскажем ему, что видел этот футон.       Кастиэль пробормотал что-то нечленораздельное. Спустя три года Дин всегда знал точный момент, когда он отключался. В те ночи, когда Кастиэль засыпал первым, Дин любил гладить его по спине, пока дыхание не замедлялось, и думать о будущем, пока он в конце концов не присоединялся к нему.

//--//

— Отличное место, — сказал Сэм. Он выдвинул один из деревянных стульев винодельни и уселся на него. — Жаль, что я не могу попробовать ничего из продукции. — Это неправда, — Дин протянул ему меню. — Повара готовят отличные блюда. — Ты знаешь, о чём я, — Сэм откинул волосы с лица, и тёплый ветер из долины тут же вернул их обратно. — Эй, Кас, есть шанс, что ты дашь мне пару бутылок, чтобы я забрал их в кампус? Я могу спрятать их в своём шкафу. — Я бы никогда не потворствовал такому, — сказал Кастиэль с абсолютно честным лицом. Дин усмехнулся и покачал головой.       Следующие пару минут они посвятили просмотру своих меню. Вернее, Кастиэль и Сэм; Дин всегда выбирал одно и то же. Вместо этого он провёл большую часть времени, слушая их разговоры и наблюдая за Сэмом. В Стэнфорде его определённо хорошо кормили; он выглядел вполне здоровым и полным сил. Сэм всегда набирал вес в первую очередь в щеках, за что Дин безжалостно дразнил его на протяжении всего их детства.       Но не только это, его кожа приобрела здоровый блеск. В его голосе появилась лёгкость. В том, как он играл со своими волосами, было больше тщеславия, чем обычно. На нём даже были узкие джинсы, и Дин не переставал дразнить его за это с тех пор, как они забрали его из общежития.       Всё это указывало на одно, и Дин был в восторге. — Итак, — сказал он, прервав их болтовню о религии. — Эта цыпочка Джесс. Вы наверняка много о ней говорили.       Сэм скривился и потянулся к своему стакану с водой. Он выпил половину, прежде чем ответить. — Нет, не говорили. — Ты мог бы пригласить её в следующий раз, когда приедешь в гости, — Дин пожал плечами. — Познакомишь её со своим братом. Я даже не стану тебя смущать.       Сэм бросил на него полный ужаса взгляд. — Ага, может быть.       Прежде чем Дин успел сказать что-то ещё, сзади него раздался знакомый голос. — Всем добрый день, — Габриэль похлопал Кастиэля по плечу. — Добро пожаловать в винодельню «Блудный сын». Я Гейб; сегодня я буду вашим официантом.       Кастиэль отпихнул его. — Кажется, тебе пора, Габриэль. — Что? Кто-то должен работать после того, как я дал вам двоим выходной! — Ты брат Каса? — Сэм встал и протянул руку. — Я много слышал о тебе. Приятно наконец-то познакомиться. — О боже, — Габриэль провёл большим пальцем по ладони Сэма и облизал губы. — Разве ты не большой мальчик. — Хм… — Сэм моргнул. — Думаю, все в моей семье довольно высокие, да. — Дин — коротышка по сравнению с тобой, — Габриэль отпустил его, но обошёл вокруг стола и навис над местом Сэма. — Тебе что-нибудь интересно? Я не против дать тебе бесплатно попробовать всё, что есть в меню.       Дин взглянул на Кастиэля, который только закатил глаза и потянулся за картой вин. — Эй, — хмыкнул Дин. — Если наш столик будет оплачен, я хочу заказать бутылку семейного резерва 2005 года. — Никто ничего не говорил о тебе, — сказал Габриэль, не отрывая взгляда от Сэма.       Остальная часть трапезы прошла в том же духе: Габриэль уделял внимание Сэму и потворствовал пикантным намёкам на «густые и сливочные» соусы. К тому времени, как они покинули винодельню, чтобы отправиться на экскурсию по виноградникам, Сэм уже цеплялся за Дина изо всех сил. — Если ты когда-нибудь захочешь подзаработать, Сэм, — сказал Габриэль, провожая их. — Ну, мне бы пригодился молодой парень с большим запасом энергии и задора. — Стоп, стоп, — Дин остановился. — Теперь ты зашёл слишком далеко, ясно? — Мне нужно в туалет, — пробормотал Сэм, прежде чем бегом вернуться во внутренние помещения винодельни. — Ты должен прекратить это, Габриэль, — сказал Кастиэль. — Ему всего восемнадцать. — И у него есть девушка, — Дин потёр подбородок. — Я думаю. — Что ты вообще предлагаешь? — добавил Кастиэль. — «Молодого парня с кучей энергии и задора»? Ты говоришь как одна из тех пожилых женщин, которые нанимают жиголо.       Габриэль поднял брови. — Я как раз хотел сказать, что он мог бы помочь с уборкой урожая в следующем месяце. Нам нужны все руки, которые мы можем получить. — О, — Дин прочистил горло. — Ну, он не может. Он слишком занят из-за учёбы. — Несколько рабочих выходных не помешают ему получить бесполезную степень, как у вас двоих.       Кастиэль оскалился. — Ты был студентом факультета драматического искусства. — А теперь я владею винодельней стоимостью в миллионы долларов, — покровительственно сказал Габриэль. — Что не имеет ничего общего с тем, что ты изучал в колледже. — Одному можно научиться, когда получаешь «бесполезные степени» вроде социологии, — сказал Дин. — Корреляция не равна причинно-следственной связи. — Интересно. Что ж, когда завтра приедут немцы, я хочу, чтобы вы с Касси были в дегустационном зале в самых обтягивающих, накрахмаленных и белых рубашках. И оставьте две верхние пуговицы расстёгнутыми. Это, как правило, творит чудеса с удовлетворённостью клиентов, — Габриэль начал подниматься по лестнице. — Потом расскажешь мне, как ты думаешь, это корреляция или причинно-следственная связь.       Они смотрели ему вслед, пока он не повернул за угол, скрываясь из виду. Только после этого Кастиэль глубоко вздохнул. — Иногда я думаю, что было ошибкой приехать сюда, Дин. Да, это была мягкая посадка после окончания учёбы, но он действительно испытывает моё терпение. — Мы виноваты в том, что выпустились на худший рынок труда за последние восемьдесят лет. Спасибо, Обама. — Это не вина Обамы. — Я знаю, детка, — Дин погладил его по спине. — Это шутка из Интернета. — Хм, — Сэм спустился по лестнице, и Кастиэль улыбнулся ему. — Вообще-то, мне тоже нужно сходить, пока мы не отправились на экскурсию. Я сейчас вернусь.       Сэм кивнул Кастиэлю, когда тот проходил мимо. Он присоединился к Дину у основания лестницы, и они прислонились к кирпичной стене винодельни. — Мужик, — Сэм водрузил свои очки на нос. — Ну Габриэль и персонаж. Ты говорил, что он с приветом, но он… реально с приветом. — Он хороший парень. Большую часть времени. Просто, эм, перегибает палку. — Да, — Сэм посмотрел на виноградник. — Твой будущий шурин.       Дин судорожно сжал руки перед пряжкой ремня. У него оставалось чуть больше сорока восьми часов. — Ты всё ещё собираешься сделать это в воскресенье? — Сэм повернулся к нему. — Никаких сомнений или чего-то ещё? — Нет, никогда, — Дин почесал голову, затем вернулся к своим размышлениям. — Я и Кас, мы принадлежим друг другу. Я знал это ещё до того, как понял, что он мне нравится. — Оу, — Сэм посмотрел вниз на руки Дина. — Но ты всё ещё нервничаешь. — Конечно, я нервничаю, Сэм. Я собираюсь попросить его стать моим мужем. — Да, — Сэм похлопал его по плечу. — Эй, хочу сказать тебе две вещи. Во-первых, он точно ответит «да». — Я надеюсь на это. Иначе это будет очень неловкое возвращение обратно на землю. — Второе, я горжусь тобой. Так горжусь тобой. И счастлив…       Дин прервал Сэма, утянув его в крепкие объятия. И как только Сэм оправился от того, что воздух был выбит из его лёгких, он обнял его в ответ. — Я ценю это, братишка, — Дин фыркнул. — Кас тебя очень любит, понимаешь? И… и, может быть, папа ещё не до конца смирился, но он ему тоже нравится. Я же вижу. — Да, точно. — Он любит тебя, Дин, — Сэм хихикнул. — Может, он придёт на свадьбу и помирится с нами обоими одновременно. Избавим его от лишней поездки.       Дин в ответ засмеялся. Они всё ещё обнимались и похлопывали друг друга по спине, когда Кастиэль спустился по лестнице. — О, что-то случилось? — выражение лица Кастиэля стало обеспокоенным. — Это из-за Габриэля? Мне нужно с ним поговорить? — Нет, нет, — Дин вытер глаза. — Просто… семейные дела.       Кастиэль сочувственно улыбнулся, но не стал на него давить. Через минуту или две, когда они втроём спускались к рядам виноградных лоз, Дина осенило, что его ответ был даже вернее, чем он предполагал. В конце концов, Кастиэль тоже был его семьёй.       И он надеялся, что в воскресенье это станет официально.

//--//

      На следующий день визит бизнес-туристов из Франкфурта прошёл спокойно, если не считать того, что Гейб сделал ошибку между похожими немецкими словами «влажный» и «гомосексуалист», из-за чего половина стола нервно зашумела. Кастиэль пожурил его, когда они закрывались в конце вечера, сказав, чтобы он перестал пользоваться Гугл переводчиком. Дин не понял всего этого в тот момент — он был занят открыванием бутылок и протиранием стаканов за барной стойкой, — но Кастиэль объяснил ему всё во время прогулки домой при свете фонарика.       В воскресенье Дин старался вести себя как можно незаметнее, но он был уверен, что Кастиэль что-то заподозрил. В сюрпризе на день рождения не было ничего ненормального; с того года, когда он зафрахтовал «Лазарь» на озере Шамплейн, поездка в секретное место стала одной из их традиций. Но то, как он не мог успокоиться, усидеть на месте; то, как он принимал душ по утрам, пропотевал в одежде, принимал второй после обеда — да, Кастиэлю становилось не по себе. Он вышел в сад где-то в начале дня, и Дин вздохнул с облегчением.       Около трёх часов Дин достал из кармана потрёпанную, скомканную копию своей речи. Он читал её снова и снова, возвращал, снова доставал и снова читал. Он заперся в ванной и потренировался перед зеркалом. Он осмотрел кольцо, наверное, в миллионный раз. Это было простое кольцо; Кастиэль считал бриллианты неэтичными. Дин надеялся, что оно ему понравится.       В половине пятого Дин позвал Кастиэля к себе и сказал, чтобы тот готовился к небольшой поездке. Он велел ему надеть что-нибудь красивое, подходящее для долгой поездки, и хотя бы один слой на случай, если он замёрзнет.       И ещё что-то, что он захочет видеть на фотографиях, добавил он, надеясь, что это не было слишком большим намёком.       По дороге к полю, где они должны были взлететь, Кастиэль выглядел удивительно спокойным. Он подпевал новейшему микстейпу Дина, опустив окно, вдыхая травянистый, свежий воздух долины Сонома. Если он и заметил, что все песни были из тех, в которые они влюбились ещё на втором курсе, он ничего не сказал. — Вот мы и приехали, — сказал Дин, свернув на однополосную дорогу. Воздушный шар был виден за линией деревьев, и Дин ждал, пока Кастиэль заметит его. — Хм, в глуши? Поход… — Кастиэль запнулся, восторженно выдыхая. — Это… это для нас? — Конечно, для нас. — Дин! — Помнишь свой двадцатый день рождения? — Дин выключил стерео. — Я устроил тебе ту вечеринку в студенческом союзе, Мэг привела тебя на неё? — Это напомнило мне, что мы давно не виделись с Мэг. Но да, я очень хорошо это помню. — И я принёс тебе воздушные шарики, — Дин припарковал Импалу на обочине дороги. — Ну, я подумал, что в этом году ты заслуживаешь чего-то большего.       Кастиэль несколько секунд любовался воздушным шаром через окно. Затем он повернулся на своём сидении и подался вперёд, целуя Дина в губы. — Ммм… — Дин одной рукой погладил Кастиэля по спине, а другой сжал его ягодицу. — С днём рождения, детка. — Я люблю тебя, Дин, — Кастиэль потёрся своим носом об его. — Спасибо. — И сюрпризы ещё не закончились, — Дин отпер свою дверь. — Пойдём, я думаю, он готов к полёту.       Они встретились со стороны двери Кастиэля, а затем рука об руку пересекли поле. Ещё одна вещь, которую Дин ценил в Калифорнии по сравнению с Канзасом, заключалась в том, что никто и глазом не повёл на двух мужчин, держащихся за руки. Не то чтобы это было проблемой для единственного человека на поле с ними. — Привет, ребята! — пилот помахал им рукой, его лохматые каштановые волосы выбились из-под шапочки. — Приятно было встретить вас здесь! — Подожди, — Кастиэль на секунду замешкался. — Он кажется мне знакомым. — Гарт, — сказал Дин. — Парень с корабля, на который я тебя взял?       Воспоминание осенило лицо Кастиэля, когда они подошли достаточно близко, чтобы Гарт сам напомнил ему о себе. Дин протянул ладонь для рукопожатия, но вместо этого получил крепкие объятия. Он не возражал против этого. — Это твой шар? — поинтересовался Кастиэль. — Да. Пару лет назад я устал играть вторую скрипку перед Дэном. К тому же, я всегда хотел летать. Я переехал сюда, занялся воздухоплаванием и теперь зарабатываю этим на жизнь, — Гарт сиял. — Я рад, что вы остались вместе.       Кастиэль наклонил голову. — Мы не были вместе, когда встретили тебя. Мы были только друзьями. — Дэн сказал, что вы станете парой в течение месяца. Я дал вам две недели, — Гарт пожал плечами. — Когда занимаешься подобными вещами большую часть своей взрослой жизни, начинаешь замечать поведение влюблённых. — Наверняка, — Дин сглотнул. — Эй, Гарт, я не очень хорошо переношу высоту. На самом деле, я ненавижу летать. Так что… — Только не смотри вниз, — сказал Гарт с блеском в глазах. — Ладно, ребята, давайте отправимся. Не хочу пропустить закат.       Корзина оторвалась от земли с небольшим креном, и Дин спрятал лицо в воротнике плаща Кастиэля. Кастиэль успокаивающе погладил его по затылку. — Меня не стошнит на тебя, — пробормотал Дин. — Всё в порядке, — грудь Кастиэля задрожала от смеха. — Всё равно ты всегда называл этот плащ эксгибиционистским. Не велика потеря. — Добро пожаловать на борт «Весельчака», — сказал Гарт, когда они поднимались уже около минуты.       Дин посмотрел вверх. — Откуда взялось это название? — О, так называлась моя лодка. — Называлась? — спросил Кастиэль с некоторым недоверием. — Она утонула, — ярко сказал Гарт. — Но не волнуйся. Я гораздо лучше управляю воздушными шарами, чем кораблями. — Ну, это обнадёживает, — Дин снова уткнулся лицом в шею Кастиэля. — Детка, возможно, ты увидишь наш обед во второй раз.       Гарт хмыкнул. — Эй, ты не можешь прятаться весь полет! Подумай, сколько ты заплатил! — Всё в порядке, милый, — Кастиэль погладил его по волосам. — Мы можем спуститься пораньше, если тебе нужно. Это уже лучший подарок на день рождения.       Дин покачал головой. Он выпрямился, прислонившись к противоположному от Кастиэля углу корзины, и глубоко вдохнул чистый, прохладный воздух. — Нет, — Дин храбро улыбнулся. В конце концов, у него ещё осталась кое-какая работа. — Хорошо, — Кастиэль сжал его руку. — Ты уверен? — Полностью уверен, — Дин заглянул через плечо Кастиэля. — Эй, это винодельня Гейба? — «Блудный сын?» — спросил Гарт. — Да. — Вот оно, действительно, — Гарт указал на другие объекты, расположившиеся у них на пути. — Дальше «Семейная винодельня и виноградник Клайнов», площадь «Свободы воли», «Погреба Лихи». Я могу продолжать указывать их по ходу дела. — Не, всё в порядке, — Дин прищурился, глядя на открывающийся вид. — Интересно, можно ли отсюда увидеть наш дом? — Скорее всего, это просто пятнышко, — сказал Кастиэль. — Меня больше интересует, куда мы направляемся. — На запад, — сказал Гарт. — Запад — это Тихий океан, — заметил Кастиэль. — Точно! — Гарт открыл какой-то клапан, и тепло вырвалось наружу. — Не волнуйтесь, мы приземлимся до того, как достигнем его. — Верно, — Кастиэль посмотрел на Дина. — Полагаю, до тех пор нам лучше наслаждаться видом. — Да, — Дин пошарил в кармане. — Лучший подарок на день рождения, да? — Тебе действительно нужно перестать превосходить самого себя, Дин. Такими темпами ты возьмёшь меня на Луну, когда нам будет по пятьдесят.       Дин усмехнулся. — Значит, ты планируешь, что мы всё ещё будем вместе, когда нам будет пятьдесят, да?       Кастиэль слегка расширил глаза. Он потёр шею и моргнул, явно не понимая, почему Дин спрашивает его об этом. — Думаю, да. Я надеюсь на это. — О, чёрт, — Дин достал свой телефон, включая «Бич бойз». — Я хотел подождать, пока мы долетим дальше, но я просто собираюсь это сделать. — Дин, что ты… — Кастиэль запнулся. — Дин!       Дин опустился на одно колено на пол корзины и протянул кольцо Кастиэлю. Он вздохнул, пытаясь начать речь, над которой трудился и заучивал несколько недель. Все мысли превратились в кашу, поэтому он решил просто говорить от сердца. — Кас, — Дин выдохнул. — Кастиэль Ширли. Давным-давно я исполнил для тебя эту песню. — Я помню, — Кастиэль потёр глаза. Угасающий свет солнца сиял идеальным ореолом вокруг его головы. — Я сказал, что она о взрослении с кем-то особенным. Даже о старении, — он нервно хихикнул. — Если мы собираемся на Луну на твое пятидесятилетие, то я не могу дождаться, что мы сделаем на твоё столетие. — Дин… — мягко произнёс Кастиэль. — Потому что я хочу провести все эти годы с тобой, Кас. И я знаю, что сейчас у нас не так много, я знаю, что мы всё ещё работаем над отношениями, но единственное, что я понял точно, это то, что я хочу разделить свою жизнь с тобой. И я надеюсь, что ты чувствуешь то же самое, — Дин протянул кольцо. — Ты выйдешь за меня? — О, Дин, — Кастиэль смахнул слёзы и кивнул. — Да, конечно!       Гарт издал тихий возглас, когда Дин вернулся к скамейке и надел кольцо на палец Кастиэля. Оно было как раз впору, и Кастиэль похвалил тот факт, что это было простое кольцо, без камня. — Моё первое предложение в качестве пилота, — сказал Гарт. Даже он выглядел немного растрогавшимся. — Правда? — Кастиэль обнял Дина и прижал его к себе. — Мне казалось, что это довольно популярный способ сделать предложение. — О, так и есть. Просто я не так долго пилотирую, — Гарт снова возился с клапаном. — Но у меня было около дюжины предложений на моей лодке. Пока она не опрокинулась. — Понятно, — сказал Кастиэль. — Да, в любом случае, — Дин прижался к Кастиэлю. — На самом деле мы не можем пожениться, из-за закона номер восемь… — Разве это не чушь? — Гарт посмотрел на них. — Извините, я должен… я оставлю вас наедине. — О чём ты говорил? — спросил Кастиэль, немного подумав. — Мы не можем пока пожениться. Но я думаю, знаешь, потребуется время, чтобы всё спланировать. И, возможно, к тому времени это будет законно. — А если нет, мы можем сделать это в Вермонте. Может быть, даже в месте на озере Шамплейн. Там будет легко собрать всех наших друзей из Эдлунда. — Это было бы здорово. Но… — Дин колебался. — В чём дело? — Нет, я просто надеялся, что это будет здесь. Сэму будет проще приехать. И нам будет легче заставить Гейба устроить приём.       Кастиэль рассмеялся. — Очень хорошая мысль.       Они снова поцеловались, и Дин вместе с Кастиэлем стал смотреть на открывающийся вид. Они парили над горами, теми самыми, которые каждый вечер освещал закат в кухонном окне их коттеджа. За ними всё было зеленее, а дальше простиралась бесконечная синева Тихого океана. — Я люблю тебя, — сказал Кастиэль. — Жених.       Дин обнял его крепче. — Я тоже тебя люблю.       Шар полетел на запад, следуя за тёплыми лучами солнца к океану.

Конец.