Кудряшки цвета осени и вкуса карамели

Не успевая осознать что произошло, Шастун чувствует как его кто-то тянет в сторону, крепко придерживая за талию и прижимая к себе. С грохотом он падает на землю и стонет от боли, ведь не хило так проехался ладонью по земле, сдирая кожу до красного мяса. Арсений упал рядом, до сих пор удерживая Антона. Посмотрев в сторону уезжающего автомобиля, он перевёл взгляд на юношу и не стыдясь ударил его в плечо. Парень в ответ застонал от боли. — Шастун, ты вообще свихнулся?! — закричал Попов и стал подниматься с земли. Антон не задумываясь протёр тыльной стороной больной руки щеку, вытирая слёзы и размазывая грязь и кровь. Арсений заметив темно-красный окрас на щеке младшего, расширил глаза и грубо взял парня за руку, осматривая его ладонь. — Твою мать, Шастун! — Арсений таким нервным давно не был и сейчас сложно объяснить его реакцию. Он снимает с себя футболку, разрывает и заматывает руку подростка, пытаясь остановить кровотечение, а потом поднимает Антона на ноги и ведет обратно в отель, обняв за плечи, чтобы тот не свалился на ровном месте. — Ты мне объяснишь свой поступок? — Хочу коньяка, — похныкивая, парень смотрел под ноги и ковылял, опираясь на крепкое плечо учителя. — Тебя выпороть нужно, придурок малолетний. — закатывая глаза и фыркая, Арс отпустил худое тело, — Держись, — не желая терять кучу времени, он поднял Антона на руки и стал подниматься по лестнице. — Как выпью делайте всё, что хотите, Арсений Сергеевич. — не стесняясь, тот обнял мужчину за шею и совершенно случайно провел кровоточащей рукой по плечу, оставляя след. — Ой! — покраснел и стал вытирать той же рукой, но сделал лишь хуже. — Класс, теперь ещё и мыться придётся. Стоя напротив своего номера, Попов поставил парня на ноги и достал ключ, отворяя дверь. Когда Антона усадили на кровать, Попов быстренько сбегал в ванную комнату за аптечкой и принялся обрабатывать рану, но перед этим успел вытереть кровавый след с плеча. Начиная лить перекисью водорода, послышалось шипение младшего и Арсений этому немного улыбнулся. — Мне больно, Арсений Сергеевич. Зачем обрабатывать? — постанывая спросил Антон и попытался отдёрнуть руку, но мужчина крепко держал её. — Сиди молча, а то больше достанется. — строгий голос учителя заставил подростка поджать ноги от мурашек. Давно он такого не ощущал, ну или…может и не так давно. Когда Арсений закончил и убрал пропитанные кровью ватки, перекись и ножницы, то направился на кухню, потому что на его телефон пришло сообщение от Ляйсан. Через минут десять Антон провожал учителя, которому срочно приходится уехать по личным делам. — Сидишь тут. Посмотри фильм, полазь в телефоне или иди в свой номер, но чтобы ничего не натворил, понял? — открывая дверь и смотря на юношу, вздохнул как только увидел кивок. — Звони если что. — Арсений вышел из номера и пошёл к выходу из самого отеля, а Шастун… Он уже как десять минут пытался развлечь себя, пытался позвонить Диме и Лёхе, даже писал новым знакомым из десятого класса. Пытался смотреть фильм, но тот довольно быстро ему надоел. А когда он зашёл на кухню, чтобы попробовать что-нибудь приготовить, то его взгляд совершенно случайно зацепился за маленький белый холодильник, в котором обычно хранился алкоголь. Улыбнувшись как чеширский кот, парень подошёл к холодильнику, встал на корточки и открыл дверцу. Схватив первую попавшуюся бутылку, Антон вернулся в комнату и присел на кровать, решив, что один раз в жизни можно и устроить мелодраму. И, пододвинув с кровати ноутбук, включил грустную музыку. — Ну, Арсений Сергеевич, я выпью эту бутылку коньяка из-за неразделенной любви к вам! — открывая её, Шастун преподнёс горлышко к носу и принюхался, кривя лицо. — Я же говорил, что коньяка хочу, вот и получайте. Мда, Антон, ты прям Ромео… После первого глотка прошёл час и Шастун себя чувствовал просто великолепно, танцуя под песню Лепса «Я тебе не верю» и моментами обнимая подушку, представляя на её месте одного определенного человека. Пожалуй, именно с ним он предпочёл бы провести этот вечер, но увы. От Антона за несколько метров несло запахом алкоголя, а его танцы смахивали скорее на неуклюжие бултыхания пьяного в луже. Прыгая на кровати уже со второй бутылкой коньяка в руке, первая валялась где-то на полу под кроватью, Антон зацепился взглядом за металлическую круглую штуковину, которая оказалась его кольцом и валялась каким-то волшебным образом возле шкафа. Моргнув несколько раз, он постарался сфокусировать плавающий взгляд на правой руке, чтобы хоть что-то развидеть, а потом перевел его на левую. Спрыгнув неуклюже с кровати, чуть не подвернув ногу, он упал на колени и подполз к шкафу чтобы забрать кольцо. — Что-то мне уже не оч… хорошо... — икнул и выпрямился, направляясь в ванную и чувствуя, что живот уже не справляется со своей задачей. Падая на колени, поставил руки в разные стороны крепко держась за белую керамику и очищая желудок. Закончив с процессом очищения, парень подошёл к раковине, включил холодную воду и стал умываться, чтобы как-то привести себя в чувства. Совершенно забыв про то, что это номер учителя, Антон после умывания решил и вовсе принять душ. Разматывая сначала руку и проводя подушечкой большого пальца по царапине, Антон грустно улыбнулся. Я оказывается настолько проблемный?.. Резко отогнав плохие мысли прочь, разделся, мельком поглядывая на худое тело в зеркало. Шагнув в душевую кабинку и закрыв дверцу, как только с вещами было покончено, он прокрутил кран и настроил температуру воды, спокойно принимая душ.

***

Арсений приехал в уютное, но достаточно просторное кафе, где его ждала Ляйсан. С расширенными глазами осмотрев всё помещение и не найдя его класс, он быстро снял верхнюю одежду и повесил на вешалку, которая находилась у самого выхода. — Ты где ребят потеряла? — поинтересовался Попов подходя к крайнему столику у окна, открывающий вид на красивую московскую улицу. Коллега напротив сидела с горячей кружкой кофе, а рядом с её локтем стояла ещё одна, но полная. Пододвинув её к Арсу, когда тот сел, Утяшева осмотрела его лицо внимательным взглядом. От такого у мужчины прошлись мурашки по коже. — Лясь, что-то случилось? Женский смех пронзил уши, как только прозвучал вопрос. На лице засияла та родная нежная улыбка, а в глазах заблестели огоньки. — Испугался? — прикрывая рот рукой от новой волны смеха, поставила кружку на стол и прикрыла глаза. Попов же закатив глаза улыбнулся и обхватил пальцами ручку керамической кружки, не торопясь поднося к сухим губам и делая первый глоток. — Видел бы ты свое лицо, — наконец успокоившись, Ляйсан повернула голову к окну. — А вот по поводу ребят не переживай, они в кино ушли с Матвиенко. — Чего? У него же ещё свой класс, да и не уверен, что он сможет за всеми уследить. А почему ты не пошла? Ты ведь понимаешь что… — не успевая договорить, перед его глазами оказывается ладонь подруги, заставляя этим жестом замолчать. — Успокойся и не заводись ты так, Арс. Его класс давно в отеле и староста у них то что надо, поэтому всё под контролем. Наш класс с ним, потому что я устала и решила сходить сюда, но из-за унылой скучной и одинокой атмосферы решила позвонить тебе. Кстати, как твое состояние? Опустив голову и с облегчением выдохнув, брюнет поднял глаза на женщину и прищурился, показывая этим свою серьезность и сосредоточенность, но уже через несколько секунд его лицо расслабляется и появляется яркая улыбка. — Ты меня испугала дважды, а это, дорогая моя Ляйсан, не простительно. — Арс тихо хихикнул и обхватил двумя руками кружку. — Моё состояние получше, но у меня есть куча вопросов по поводу всеми любимого Антона Шастуна, — сделав акцент на его имя с фамилией, сглотнул появившийся из неоткуда ком в горле и опустил глаза. — А что с ним не так? Он что-то натворил? — пожав плечами, спрятала улыбку за кружкой, упираясь локтями в стол и сдерживая смех. — Он должен был следить за тобой и думаю что у него получилось побыть отличной нянькой. Фыркнув от услышанных слов, мужчина махнул рукой и отвернул голову к окну, делая глоток горячего напитка. Целый час они сидели болтая на разные темы, смеясь и просто наслаждаясь уютной компанией друг друга. Про Антона больше и речи не было... Шастун же после душа улегся на постель преподавателя, совершенно наплевав на вещи и надев только боксёры. Сейчас даже думать было лень и как только голова почувствовала мягкую подушку, он вырубился... Так как было темно пришлось вернуться в отель. Ляйсан уговорила Арсения пойти к себе в номер, а всех ребят, которые уже как полтора часа находились в отеле до прихода преподавателей, посчитать сама и уложить спать. Завтра новый день, новые приключения и куча заведенных будильников на шесть утра. Пока Попов доходил до своей двери и устало потирал глаза, в голову только сейчас пришло осознание о том, что его ученик остался у него. Но мысли об этом быстро испарились из головы, до тех пор, пока взгляд не упал на одного из его учеников, а интерес спросить про Шастуна снова не возник в голове. — Позов, Антон с вами в номере? — хрипловатый, но всё такой же строгий и серьезный голос пробил в дрожь ученика, который только вышел из своего «убежища» и пялился в телефон поджимая губы. Поправив очки и подняв голову, Позов нервно стал кусать нижнюю губу. — Эм… ну... да! Отдыхает уже. — растянув губы в жалком подобии улыбки, парень заблокировал телефон и убрал в карман шорт возвращаясь обратно в номер. — Спокойной ночи, Арсений Сергеевич! — быстро попрощавшись, парень скрылся за дверью, оставляя Попова одного в коридоре. Когда Позов вернулся в комнату и закрыл за собой дверь, то наткнулся на удивленный взгляд соседа. — Ты чего так смотришь? С кем там разговаривал? — потягивая яблочный сок в маленькой картонной коробочке, Алексей садится в позе лотоса, кладя телефон на подушку, которую ранее обнимал. — Там это, Попов спрашивал про Антона, ну и я сказал, что он с нами в номере и уже отдыхает. — Дима присел на край своей кровати, достал телефон и вздохнул, вертя тот в пальцах. — Не знаешь где он шляется? — Нет, но надеюсь что у него всё хорошо и он нам всё расскажет. Какие могут быть секреты от лучших друзей? — Брусков взмахнул руками от возмущения и коробочка с соком вылетела из его рук и упала прямо на кровать их пропавшего друга. Оба парня синхронно повернули головы и посмотрели на место падения вещицы, а потом взглянули друг на друга. — Блять! — чуть ли не закричали и ударили сами себя по лицу ладонью, Позов понимая как он облажался, а Брусков, понимая как обложался Позов. — Он у Попова! — Лёша снова размахивает руками и кажись, будь у него сейчас в руке кирпич, то он бы полетел в друга, который сидел не так уж и далеко. — Да я знаю! — согнув руки и поставив локти на колени, поддался корпусом вперед, начиная делать в зоне висков круговые движения, чтобы хоть как-то сосредоточиться, не забыв перед этим поднять очки на голову. — Ты же понимаешь что тебе влетит? А мне просто так, потому что если получать, то вся тройка! — Ну, может и не влетит, — пожав плечами, увалился на свою кровать — выключай свет и давай спать.Завтра рано вставать. — Ты просто возьмешь и будешь дрыхнуть? — подняв бровь в вопросительном жесте, всё же махнул рукой и вздохнул, решив, что лучше не паниковать раньше времени. — Ладно, ты прав, лучше выспаться перед тем как нас убьют.

***

Дверь медленно открывается, в номере темно и ничего не видно, а тянуться за выключателем, который находился как раз-таки недалеко от входной двери, лень. Скинув верхнюю одежду прямо на пол, а потом и нижнюю, оставаясь в одних трусах, Арсений еле как доходит на ватных ногах до кровати, ведь день был нагруженный и тяжёлый, да и с таким человеком как Шастун быстро устаешь. Улёгшись на край кровати и потянув на себя одеяло, Попов даже не касается своего ученика и ещё даже не знает о том, что находится не один, до того момента, пока не слышит почмокивание губами с левой стороны от себя, а потом тихое и еле слышное «ммм, Попов тот ещё пидор». Удивлению преподавателя не было преград. Одновременно испугавшись и удивившись, он поворачивается и приподнимается на локтях, начиная в темноте приближаться к лицу виновника его теперь бессонной ночи. Оказавшись уж слишком близко, он напротив различает черты лица шатена и…открытые наполненные страхом глаза. Парнишка начинает в панике махать руками и ногами, пытаясь выпутаться из плена одеяла и заодно скидывая Попова с кровати. Когда задница мужчины почувствовала холодный и твердый пол, он закряхтел как старый дед от неприятных и больных ощущений на пятой точке и стал подниматься, а Шастун лишь аккуратно высунул нос с любопытством из-под одеяла, в котором успел спрятаться, и стал выжидать. — Арсений Сергеевич? — тихо позвал парень, смеясь. А в следующее мгновение он чувствует как Арсений Сергеевич, ухватился за его тонкое худое запястье и резко тянет на себя. Одеяло подворачивается под ноги и запутывает его.Парень, зажмурившись и рефлекторно выставив руки вперед, падает на мужчину, а дальше чувствует как его голую талию обжигают касаниями крепкие руки. Чужие глаза всматриваются в его лицо, ждут, когда щёки моментально начнут краснеть осознав всю ситуацию, но Антон по-прежнему жмурит глаза, хоть и чувствует и упирается ладонями в пол. Кажется, что сейчас весь мир остановился, застыл на мгновение ради этих двоих и всё, что окружает их лишь пустая иллюзия. Только Попов и неуклюжий, глупый, влюбленный, наивный Шастун. Сейчас есть только они. Быстро отогнав странные мысли, дурманящие и заставляющие влюбляться всё больше, Арсений первый делает шаги по спасению ситуации. Он перекладывает руки на плечи своего ученика, крепко цепляясь за них, чтобы тот не смог сопротивляться, и делает резкое движение, перекатывая младшего в сторону и оказываясь сверху. — Ну всё, пора заканчивать этот театр, — на удивление спокойным, как ни в чем не бывало голосом отзывается Попов и отпускает Антона, начиная подниматься на ноги. И только стоит Шастуну почувствовать холод в районе тех мест, где ранее соприкасался с объектом своих влажных фантазий, как уже он сам ледяными пальцами цепляется за плечо Попова и тянет на себя. — Арсений Сергеевич, — только это успевает сказать юноша перед тем, как схватить мужчину и потянуть на себя. Тело Арсения, более крупное и сильное вжимается в Шастуна, буквально прибивая его к полу. И не только это. Их губы. Они соприкоснулись совсем на секунду, невесомым движением Арсений касается пухлых и искусанных губ своего ученика, но делает вид, что ничего не почувствовал, отстраняясь. У Шастуна же внутри буря эмоций. Он конечно же не считал это за поцелуй, ведь они и не поцеловались даже, так, лишь мимолётное прикосновение. Такое обжигающее, но не более. А потом в голове появляются мысли... Чувствуя, как его член начинает упираться куда-то в живот учителя, так как тот нависал над Шастуном упираясь локтями в пол и одним коленом, Антон выставляет руки перед учителем и еле как выбирается из-под него, пока Арс молча, как загипнотизированный наблюдает за ним. — Простите, Арсений Сергеевич. Я на минутку, — бросает юноша и бежит в ванную комнату, запираясь там и в спешке снимания нижнее белье, залезает в душевую кабину. Холодная вода снимает возбуждение и даёт немного расслабится. Спустя несколько минут Антон решает закончить водные процедуры и вылезает, протирает тело сухим полотенцем и одевается. Выходит он тихо, бесшумно как мышка и прикрывается, ведь мужчина за это время успел включить свет, чтобы видеть своего до боли странного влюбленного ученика. — Я… прошу прощения. Сейчас уйду в свой номер и… — Успокойся и ложись уже спать, а утром поговорим по поводу… этого всего. — сидевший на кровати лицом к Антону Арсений, спокойно говорит и кивает в сторону кровати. Он выключает свет, ложится на один край, укрывается одеялом и прислушивается к тому, что же сделает Антон. Не зная куда деваться, Шастун следует словам учителя. Он ложится на другой край кровати, укрывается, поджимает под себя руки и замолкает, пытаясь дышать как можно тише. Прикрыв глаза, он в уме считает до пяти… " Один… два… если не сейчас, то никогда…три… тут ведь нет ничего странного? Четыре… Соберись! Давай! Пять!» И поворачивается к Арсению, пододвигаясь поближе, прижимаясь к чужой спине, обнимает. Дыши ровно, Шастун, дыши… Хватка расслабляется как только Антон чувствует, что учитель убирает его руки. Он уже расстроился и собирался отодвинуться, но Попов аккуратно переворачивается и тянет руки к нему, обнимая и притягивая к себе. Сердце бешено застучало, а щёки покраснели, но слава Богу что в темноте этого не видно. — Мне просто холодно. — отозвался Попов и вызвал этим самым усмешку у Антона. — Да-да, Арсений Сергеевич, а вы… — Сам же первый обнял, зачем? — перебив и заставив замолчать, улыбнулся и лег на спину, позволяя Антону положить свою голову на его грудь. — Всё закрыли тему. — согласно кивает Шастун, решая не дразнить Попова и все же насладиться этим моментом. Возможно единственным, который будет у них. А есть ли уже они или пока только он и его учитель?...