Потеря

Через 30 минут ему начали писать и звонить, но в этот момент он просто выключил телефон. Придя домой, стал разбирать ту далеко запрятанную коробку, открывающую его сердце. Через полчаса в дверь позвонили, он встал и спокойно открыл дверь, зная, кто пришёл, сейчас ему незачем прятаться. - Хосок... - тихим и безжизненным голосом, будто он скоро сломается от легкого толчка, говорит Чимин, впуская парня внутрь. - Чимин! Слава Богу, я так за тебя волновался! Пока был в пути, я тебе раз 100 звонил, почему ты телефон выключил? Хотя ладно, можешь не отвечать, я вроде понимаю, - быстро и взволнованно тараторил парень. Он был весь потрепанный: видно, что очень спешил. Такие детали немного согревали Чимину душу, наверняка Юнги и Брат Чонгука тоже были бы не против сейчас сюда прийти, но тогда Чонгук заподозрит и будет дотошно расспрашивать его. Дальше он взял Чимина за руку и пошёл в комнату, где сейчас на полу лежала куча воспоминаний ушедших 4-летних отношений. Потом посадил на пол и сел рядом, взглянул в глаза и вздохнул, укутал в такие нужные сейчас тёплые объятья. Душа и сердце, оправившись после шока этих действий, не выдержали, слёзы полились, послышались тихие крики из прекрасных уст, которых не должно было быть. Чимин сжал одежду на спине Хосока очень сильно и прижался к нему, чувствуя щекой при этом не только свои слёзы. В таком положении они провели около 20-ти минут. Все это время они плакали, обнявшись, и Хосок гладил его в полной тишине. Этот момент очень помог Чимину выбраться немного из своего безвыходного состояния. После они просто общались о тех 4-х годах. Чимин рассказывал о веселых и грустных воспоминаниях с Чонгуком, как они проводили праздники, как были с родителями, даже о первых ссорах… Хосок слушал с понимающим и сочувствующим видом, и так прошла половина ночи. Лёжа в постели, Хосок сказал: «Вообще хотел пойти Чонгук выяснять, что с тобой, но все и его парень заверили его, что лучше я схожу, присмотрю за тобой, а они пойдут ещё повеселяться» - Угу, - как-то отстраненно послышалось из-под одеяла. - Все волновались о тебе, ведь они знают, Чимин. Но Чонгук не помнит, он не помнит, мы все, даже представить страшно, как боимся за тебя и беспокоимся, как ты себя чувствуешь. Нам за тебя страшно, очень страшно. Юнги даже хотел в какой-то момент ударить Чонгука, но его остановили. Чимин все понимал, он понимал о чем думают его друзья. Но он этого не совершит, ведь ему будет больнее, если он не будет видеть Чонгука, а так хочется этого хоть иногда, хоть одним глазком. И он ещё помнит их такое детское обещание: «Чимин, пообещай, что мы умрем в один день, хорошо?», и такое слабое, убаюкивающее «Хорошо» в ответ. Смешно, конечно, пытаться в данной ситуации сдержать это обещание, но он держится. - Чимин, я сильно боюсь, что ты можешь не выдержать всего этого, - раздался взволнованный голос Хоси. - Хосок, я никогда так не поступлю, будь уверен, даже если мне очень больно, я никогда не смогу оставить вас всех, не волнуйся, - уверенным тоном сказал он, а в душе это уверенность колебалась.