Whispers in the dark

Холодное осеннее солнце клонилось к закату. Остроконечные крыши невысоких домов, отбрасывали длинные тени на вымощенные брусчаткой улицы. Рыночная площадь, еще недавно кишащая людьми, стремительно пустела. Две спешившиеся фигуры стояли в уединении, укрывшись в тени небольшого проулка. — А если он не появится? — проговорил мужчина в латных доспехах и посмотрел сверху вниз на свою спутницу. — Они всегда приходят, Эллиа, — отозвался мелодичный женский голос, — Идем, — Агата поправила темно-зеленый капюшон своей накидки и вышла из укрытия. Мужчина только вздохнул и, взяв лошадей под уздцы, проследовал за госпожой. Таверна «Хромая Утка» ничем не отличалась от множества других, таких же угрюмых пропахших бедностью заведений, где за скромную плату можно получить кров и приемлемую пищу. Ее хозяином был коренастый мужчина средних лет по имени Одо. Внешность выдавала в нем иноземца — смуглая кожа, крупные черты лица и темные прямые волосы, которые он забирал в тугой низкий хвост. Человек от природы жадный и изворотливый. Именно поэтому, когда тяжелая дверь таверны, скрипнув проржавевшими петлями, отворилась, и на пороге появились два силуэта, Одо был первым, кто оценил богатое убранство их одежд. Отряхнув замызганный фартук из грубой ткани, он поспешил навстречу дорогим, во всех смыслах гостям. — Добро пожаловать в «Хромую утку» Ваша Светлость, — склонившись в неуклюжем поклоне, обратился он к рыцарю, — Для нас великая честь, обслужить таких милостивых господ, позволите предложить вам наш фирменный напиток «Жало Скорпиона»? — получив утвердительный ответ в виде кивка головы, Одо щелкнул пальцами, привлекая внимание девушки, разносящей яства другим гостям. Отдав ей поручение сготовить два фирменных напитка, он сопроводил господ за небольшой круглый стол, в центре которого стоял огарок в заляпанном воском, кованом подсвечнике. Едва путники устроились на покосившихся от времени стульях, рыжеволосая служанка поставила перед ними две чары с темной, сильно пахнущей пряностями, жидкостью. Эллиа пригубил напиток первым. «Жало Скорпиона» был тягучим, с яркими нотами корицы и кардамона, мужчина даже решил, что такое «острое» название не подходит ему, пока язык и горло не обжег острый перец. — Лучше не пейте это, госпожа, — он отодвинул небольшую металлическую чарку от Агаты. Она кивнула ему и стала рассматривать посетителей таверны. В углу, около узкого помутневшего окна, на низком табурете дремал бард, перебравший накануне с огненной водой. Поодаль от него, четверо мужчин, в темно коричневых походных одеждах играли в кости, громко ударяя их о стол. Ближе к выходу, сидели два городских стражника и негромко беседовали о насущных делах королевства. От тарелок стоящих перед ними струился пар, поднимая в воздух аромат жареного мяса. В то же время, на втором этаже «Хромой Утки» свою, арендованную на ночь комнату, покинул высокий мужчина. Типичный выходец из Северных Земель, с бледной холодной кожей и острыми, но правильными чертами лица. Его тяжелые шаги отзывались жалобным скрипом истертых ступеней деревянной лестницы. Агата перевела взгляд в сторону спускающегося мужчины. Все внутри нее всколыхнулось, и она чуть ли подскочила на месте, рассмотрев тиснение в виде раскинувшей крылья совы, на черном нагруднике кожаного доспеха. Этот символ знали во всех пяти королевствах, его удостаивались только те, кто принял на себя судьбу охотника. Вечные странники и вечные скитальцы, рыщущие по миру в поисках работы по силам. Много веков назад, охотники промышляли борьбой с нечистью, насаждавшей дикие леса. Но время неумолимо, существ становилось все меньше и членам ордена Белой Совы, пришлось стать своего рода наемниками, способными за несколько золотых, уничтожить любую цель. — Эллиа, там, — быстро проговорила Агата, одним взглядом указывая рыцарю за спину. Тот обернулся, посмотрев в указанную сторону. — Вы как всегда были правы, моя госпожа, — с улыбкой ответил воин и встал со стула. Пройдя через зал, они подошли к длинному дубовому столу, за которым расположился охотник. Мужчина выглядел совершенно незаинтересованным в беседе, потому как даже не посмотрел на подсевших к нему путников, а продолжил перебирать склянки в своем вещмешке. — Нам требуется твоя помощь, — начал разговор Эллиа, подсаживаясь за столик, следом за ним присела и Агата, посмотрев на строгий профиль охотника. Отчего то, его лицо показалось ей смутно знакомым. — И что же нужно от меня королевскому гвардейцу? — повернув голову и устремив взгляд мертвенно бледных, почти прозрачных голубых глаз, ответил мужчина. — Моей госпоже было видение, — Эллиа запустил руку под нагрудный щиток и выудил небольшой свиток. — Что можешь сказать об этом? — он передал его охотнику, и посмотрел на Агату, которая, по прежнему, скрывала лицо за капюшоном шерстяной накидки. Северянин внимательно изучал существо, изображенное на пергаменте, задумчиво потирая нижнюю челюсть правой рукой. Девушка сосредоточено разглядывала его, пытаясь вспомнить, где же она могла видеть этого мужчину. И как только ее взгляд упал на левую руку, удерживающую свиток, все встало на свои места. Из под черного кожаного наручня, виднелась грубая металлическая кисть, испещренная глубокими царапинами и потерявшая первоначальный блеск. Агата вспомнила эту руку, когда-то протянутую ей в далеком детстве…

Flashback

Солнце покинуло зенит, ложась на пухлые макушки деревьев теплым золотым светом. Духота, стоявшая днем, постепенно рассеивалась, уступая место вечерней свежести. Пылинки, поднятые в воздух, копытами лошадей, вились вихрем, поблескивая в лучах оранжевого света. Карета Бастиана V, покачивалась на ухабах проселочной дороги, исчерченной колесами повозок. Монарх с семьей возвращался в замок, после непродолжительного пребывания у графа Эддирсона. Агата, сидела рядом с мамой и с удовольствием наблюдала в окно, сменяющиеся пейзажи, лесистой местности. Вдруг что-то хрустнуло, и карета со скрежетом накренилась на левый бок. Бастиан подорвался первым, осведомляясь о здоровье своих дам. К счастью сильных ушибов удалось избежать. Дверь приоткрылась, и внутрь заглянул гвардеец в парадных лощеных доспехах и гербовой зеленой накидкой, с вышитой серебряными нитями схематичный образ лилии. — Ваше Величество, карета налетела на камень. Требуется колесо заменить, — отчеканил тот и закрыв дверь, вернулся к остальным. Поднялась суета, кучер с лакеем пытались как можно скорее устранить поломку. Утомленные долгой дорогой стражники спешились и с удовольствием разминали ноги. Слышались тихие разговоры и строгий своеобразный армейский юмор. Бастиан с семьей тоже выбрался наружу и с удовольствием подставил волевое лицо, покрытое густой короткой бородой, под мягкие лучи закатного солнца. Королева Альвева, осталась в тени, отброшенной каретой, не желая портить аристократичную бледность кожи. Агата крутилась вокруг, наблюдая то за работающими слугами, то разглядывая белых коней гвардейцев с богато украшенными драгоценными камнями налобниками, так красиво переливающихся на свету. Эти сильные, гордые животные всегда завораживали девочку, сама она только начала учиться верховой езде, но уже мечтала о собственной кобыле в яблоках. На одном из седел, Агата заметила редкой красоты бабочку с ярко синими крыльями в черную прожилку. Она хотела поймать ее, но та упорхнула в сторону леса и девочка погналась за ней. Наконец поймав свою добычу и плотно прижав ее ладошками к земле, принцесса радостная воскликнула «мама, смотри», но ей никто не ответил. Она поднялась и огляделась. Кругом были одни деревья да кустарники с дикими ягодами, ни тропинки, ни ее следов видно не было. — Мама! Папа! — крикнула она, сложив ладони у рта. Ее звонкий детский голосок затерялся среди яркой лесной зелени, так и не найдя своего слушателя. Чувство липкого страха окутало девочку, и она заметалась, не зная, в какую сторону ей нужно идти. Но вдруг, вдалеке мелькнула знакомая красная туника. — Папа! Папа, я тут! Сорвавшись с места, Агата побежала за знакомой фигурой то и дело появляющейся впереди. Наконец отец остановился, и, обернувшись к девочке лицом, ласково улыбнулся, протягивая к ней руки, маня в свои объятия. Малышка летела к нему словно мотылек на огонь. И она сгорела бы подобно этому насекомому, если бы прямо перед ней не возник мрачный силуэт всадника, отрезавший дорогу к родителю. — Что ты делаешь, там мой папа! — протестовала Агата. Незнакомец ничего не ответил, и уже через секунду в воздух взмыла склянка, которую он моментально рассек клинком. Белая пыль заклубилась, падая на землю серым осадком. Король закашлялся, и девочка хотела броситься ему на помощь, но в следующее мгновение, он завыл как дикий зверь и его облик стал меняться. Одежда и кожа, лохмотьями падали наземь, растекаясь лужами. Зубы и волосы вылезли, и на Агату смотрел уже не ее отец, а неизвестное чудовище, с болотной кожей и сморщенным уродливым лицом. От испуга, девочка завизжала и попятилась назад. Всадник с лязгающим звуком спрыгнул с коня, и смело подошел к чудовищу, будто перед ним был обычный человек. Охотник пробормотал что-то неразборчивое на древнем, забытом всеми языке. Существо согласно кивнуло и протянуло руки, похожие на ветви. Мужчина вернулся к лошади и достал из кожаной сумы небольшой сверток с вяленым мясом и отдал его чудищу. — Едем, — сказал всадник, забравшись на коня, и протянул руку маленькой госпоже. Агата не знала, можно ли доверять этому мужчине, но, не имея иного выбора, согласилась и ухватилась за протянутую ладонь. Она оказалась, неожиданно твердой и холодной. Только забравшись на коня, девочка поняла, почему ладонь этого мужчины оказалась такой странной на ощупь. Кисть и виднеющееся предплечье были целиком сделаны из металла и покрыты глубокими царапинами и вмятинами. Напоследок, обернувшись, Агата взглянула туда, где еще недавно стояло существо, но теперь там никого не было. — Что это было? — негромко спросила девочка, посмотрев на своего спасителя вполоборота. — Всего лишь Воркуль, — безучастно ответил мужчина, смотря вдаль. — Что еще за Воркуль? Почему он пришел за мной? — Не забивайте свою маленькую голову, всякой чепухой. Ехали не долго, около пяти минут и вскоре впереди замаячили королевские гвардейцы. Увидев охотника с девочкой, они бросились к нему, оголяя клинки. Глядя на это, мужчина усмехнулся и, потянув повод на себя вместе с легким отклонением корпуса, остановил лошадь. — Какая радушная встреча, может, стоило… — колкость охотника прервал взволнованный голос Ее Величества. — Агата! Высокая стройная дама с пшеничными волосами, бежала к ним, подобрав полы струящегося светло-голубого платья. Следом за ней спешил и сам король, на лице которого отразилось волнение, смешавшееся с радостью. Охотник спешился и помог спуститься девочке, обхватив ее руками за талию. Она тут же кинулась в объятия родителей, испытав небывалое облегчение от встречи. — Где она была? — поинтересовалась королева, наконец, выпустив ребенка из объятий. — В лесу, ягоды собирала, — о духе леса, охотник решил промолчать. Монарх отлучился к карете и вскоре вернулся с небольшим мешочком, заполненным золотыми монетами. — Благодарю, что нашли мою дочь, — сказал он и кинул награду охотнику. Тот ловко перехватив ее, спешно убрал в сумку, закрепленный на боку лошади, а затем и сам забрался в седло. Он скрылся также быстро, как и появился в лесу, оставив на память о себе только следы копыт на пыльной проселочной дороге.

Конец flashback’а

— Ты…— одними губами проговорила Агата, не поверив своим глазам. Но это совершенно точно был тот же мужчина, что спас ее в лесу. С тех пор прошло много лет, а он почти не изменился, чего не скажешь о самой девушке. Едва ли бы он смог признать в ней ту самую спасенную им девочку, если, конечно, и вовсе помнил о том случае. — Боюсь, я не знаю, что это за существо, — опуская свиток на стол, признался северянин. — Что? Как не знаешь? — удивилась девушка. — Никогда не встречал ничего подобного, — он еще раз взглянул на рогатого монстра с паучьими лапами, изображенного на пергаменте. — Но думаю, что Великий Наставник, должен знать что-то об этом. Узнаю у него и передам вам, найдете меня здесь же, — с этими словами он поднялся из-за стола. — Мы идем с тобой, — безапелляционно сказала Агата и тоже встала. Эллиа поднялся следом, опустив руку на эфес своего меча. — Нет, не идете. — Именем короля Бастиана V, правителя королевства Зеленого Утеса, я приказываю тебе, охотник, сопроводить нас до Великого Наставника, — повышая голос, настаивала на своем госпожа. Северянин вздернул бровь, смерив Агату насмешливым взглядом. — Я не Ваш лакей, и даже не Ваш подданный, приказывать мне, Вы не имеете права. — Как ты смеешь дерзить, Ее Высочеству! — зарычал Эллиа, выхватывая из ножен полутораручный меч. Клинок застыл перед самым носом охотника. Посетители, заметившие, обнажившего оружие, рыцаря, напряглись, и вжались в свои стулья. Городские стражники, вскочили с мест, схватившись за рукояти своего оружия, обнажая клинок на треть. Одо замер и, кажется, даже не дышал. Служанка остановилась в дверях погреба, так и не решившись выйти из него. — Убери это, пока не поранился, — раздался звук удара металла о металл, когда охотник наотмашь ударил по клинку гвардейца левой рукой. Напряжение в таверне нарастало, становясь осязаемым. Никто не хотел уступать, это было не в их правилах. — Ты отведешь нас к своему наставнику или я лично казню тебя за неповиновение воле верховного правителя, — оскалился Эллиа. — Сначала догони, верзила, — ухмыльнулся северянин и ловко запустив руку в мешок, вытащил склянку, которую сразу же и бросил, на замызганный древесный пол. Густое зеленое облако заполнило небольшое помещение таверны, глаза заслезились, а горло саднило от каждого вздоха. Посетители откашливались, терли лицо руками, пытаясь избавиться от воздействия удушливого снадобья, сильно пахнущего перцем и сладким цветком. Эллиа, на ощупь убрал меч в ножны и подхватив госпожу на руки, вынес ее на свежий вечерний воздух.

***

Тысячи звезд рассыпались по небосклону, отражаясь в небольших лужицах, на проселочной дороге. Ночной воздух, пропитанный ароматами полевых цветов и сырой земли. Негромкий топот копыт, фырканье коня, позвякивание амуниции, стрекотание сверчков. Атмосфера спокойствия. Только под покровом темного одеяла небосвода, он чувствовал себя человеком. Когда стихает гомон, он слышит свои мысли. Он — ночной хищник. Член ордена Белой Совы. Странник, имя которого забыто, стерто, изничтожено. Человек с чувствами, но без чувств. Отринув мысли, охотник устремил взгляд в сторону загона для выпаса скота. Он прибыл сюда не случайно, еще вчера в таверне он получил заказ, на существо повадившееся терзать скот и пугать местных жителей криком не поддающимся описанию, услышав его однажды, уже не забудешь никогда. Долго ждать не пришлось, из темноты появился Дрекавац с тонким иссушенным телом, конечности искривлены, а суставы вывернуты. Из распахнутой пасти торчат кривые окровавленные клыки. Он закричал, задрав, покрытую жесткой шерстью, морду к звездному небу. Охотник, ухватившись за мешочек с солью и перетертыми травами, готовился к броску. Дух ринулся к скоту, уже предчувствуя вкус свежей крови, но вдруг замер. Более вкусная добыча приближалась к нему с дороги. Два теплых сердца бились в груди принцессы и ее рыцаря. Дрекавац слышал их пульс, он набатом бил в его уродливой голове. Слюни, пузырясь, капали на сырую землю. Кобыла Агаты встала на дыбы, выбросив всадницу из седла, когда к ним приблизилась изуродованная фигура. Эллиа выхватил меч, пытаясь отбиться от нечисти, но для нее это было ничто. Просто железка, которая не могли ни ранить, ни причинить боли. Вонючая пасть сомкнулась рядом с ногой, упавшей Агаты, девушка чудом успела одернуть ее в сторону. Охотник, появившийся из темноты, одним метким броском отправил мешочек с травами, точно в морду Дрекаваца, тот истошно завизжал, закрывая глаза ветвистыми пальцами. Его уродливое, искривленное тело рассыпалось, оставив на земле нечто похожее на золу. — Какого дьявола вы тут делаете? — Ты… ты убил его? — дрожащим голосом спросила Агата. Эллиа слезший с коня, поспешил помочь ей подняться. — Нет еще. Так что вы тут делаете? — Шли за тобой, — честно призналась девушка, решив, что врать бесполезно. Северянин хмыкнул, и, не произнося ни слова, пошел за своей лошадью. Эллиа и Агата, расценили это как приглашение следовать за ним. Охотник бродил по деревне, выспрашивая у сонных крестьян, не знают ли они, кто недавно разрешился от бремени. Но все как один, отвечали, что ни о чем подобном и не слыхивали. Но он знал, что все они лгут, покрывают какую-то женщину, возможно даже одну из тех, которым он сейчас задавал вопросы. Эллиа с Агатой, вызвавшиеся помочь в опросе, уже ждали его на центральной площади, около величественной каменной церкви. — У меня ничего, что у вас? — Тоже ничего, но одна женщина показалась мне странной, — Агата нахмурилась,— когда я спросила ее, не знает ли она, кто недавно родил ребенка, она занервничала, а потом прижала руку к животу, но это могло ничего не значить. Может она испугалась и… — мужчина прервал ее. — Где ее дом? — Тот, второй с краю. Ты можешь объяснить зачем мы ищем младенца? — Дрекавац это дух неупокоенного ребенка. Именно он напал на вас у выпаса, — уходя ответил охотник. Жилище ничем не отличалось от других, построенных рядом. Та же соломенная крыша, маленькие оконца, стены обмазанные глиной и небольшой клочок земли, выделенный для отхожего места. Подобравшись к дому, охотник внимательно осматривал каждый сантиметр земли. В кустах, рядом с отхожим местом, лежал маленький сверток из окровавленных, грязных тряпок. Сладковатый запах смерти, смешивался с резким запахом отходов и начавшегося гниения. Северянину не нужно было разворачивать его, чтобы понять, что находится у него в руках. Ветер колыхал ветви молодых деревьев, завывая прощальную колыбельную. Зарождающийся огонь, похрустывал свежими ветками, три фигуры замерли около него. Отсветы пламени плясали на их лицах, отражаясь в черных расширенных зрачках. — Зачем она это сделала? — тихо спросила Агата. — Возможно, у нее была причина, моя госпожа, — ответил Эллиа, коснувшись плеча девушки ладонью. Северянин дернул щекой, аккуратно заворачивая сверток, в чистую ткань, добытую у одной из добродушных крестьянок. Языки пламени с любовью обняли белый саван, а в небо взмыл черный дым. Охотник, согнув руки в локтях, развернул их ладонями кверху. Губы бормотали давно заученные наизусть слова, которые он мечтал бы забыть. — Pulvis in pulverem, caro ad carnem ... Обратно в деревню шли, молча, каждый думая о своем. Решив, что отправляться в дорогу лучше на рассвете, путники сняли две небольшие комнаты в таверне «Счастливый кролик». Светловолосая женщина, с мягкими округлыми чертами лица любезно предложила своим гостям горячую похлебку и по чарке медовой настойки. Напиток пришелся всем по вкусу. Убранство комнат было скромным, две небольшие кровати, с чистым пахнущим травами бельем. На столе, с придвинутым к нему стулом, стоял фонарь, внутри которого дрожало пламя свечи. — Утром жду вас внизу, — сказал охотник, опершись предплечьем о дверной проем. Эллиа утвердительно кивнул, расстилая свою постель. Когда северянин уже развернулся, чтобы уйти в свою комнату, его нагнал нежный женский голос. — Охотник, у тебя есть имя? Мужчина остановился и несколько минут молчал. Простой вопрос, смог застигнуть его врасплох. Имя. Кажется, он не произносил его так давно, что уже и сам не был уверен, что оно и правда принадлежит ему. — Александр, — быстро, словно выплюнув эти буквы, сказал он и скрылся за дверью. «Александр» уже более мягко повторила про себя Агата, проводив его широкую спину взглядом.

***

Длинный каменный коридор, настенные факелы, перемежающиеся с узкими проемами бойниц. Теплый свет огня, освещал две мужских фигуры. Один высокий, болезненно худой, голова лысая, лишь местами на висках, сохранились редкие белые прядки. Темно синий, почти черный камзол, украшенный двумя рядами золотых пуговиц, подчеркивали статус его носителя. Второй мужчина среднего роста, не крупного спортивного телосложения. Его одежда была простой, а черная накидка, полностью скрывала его голову и лицо. — Ты все понял? — сухой, с поскрипыванием голос, эхом отразился от каменных стен. — Да, господин, я все сделаю, — с этими словами юноша развернулся и побежал прочь.