Возвращение в космос

      Неизвестно, что повлияло на мальчишкины способности, вот только исчезли они начисто. Может, переход в чужой мир, а скорее всего сильнейшее потрясение, вызванное недавним визитом к родне Валентина. Но факт остался фактом. Ничего сверхъестественного парень выжать из себя не мог, а всемогущий компьютер звездолёта после проведённого всестороннего анализа Яна выдал однозначный вердикт: данный человек полностью соответствует заданным критериям, без каких-либо отклонений от норм, присущим земным индивидуумам, под латинским названием homo sapiens. Диагноз был странен ещё и тем, что в госпитале клятвенно уверяли, что все последствия недавней гулянки у мальчика излечили начисто. У Яна не было выявлено даже обычного насморка, не говоря уже о последствиях нескольких половых актов (о которых Вальке благоразумно не сообщили). Оставалось принять выводы суперспециалистов на веру, тем более Нечаев, к слову, посвящённый в малейшие детали Янкиной эпопеи, настаивал на полной нормальности паренька, и на всякий случай, не обидно обматерив персонал больницы, забрал его медицинскую историю с собой, взамен оставив главврачу литровую бутылку рома. К счастью для Валентина, подросток почти не изменился, а стелившиеся под ним голограммы только подтвердили это. В первую же ночь, когда мальчик вернулся на корабль, капитан заранее забрал свою подушку и перебрался в другую каюту, откуда был чуть ли не пинками выдворен обратно, обцелован с головы до ног, и, честно говоря, такой ночи любви у Орешкина не было с того, с самого первого раза в каюте «Пилигрима». — Не крутись, я тебя прошу, а то плату замкнёт, — полусерьёзно попросил Сашка Яна, ёрзавшего на вертящемся стуле. — Просто у меня настроение хорошее, — улыбнулся мальчишка, одной рукой гладя нежащегося у него на коленках Мио, а другой пытаясь оторвать болтающуюся на одной нитке пуговицу на рубашке. — Ещё пару секунд и всё готово, — ткнул в какую-то кнопку на клавиатуре Александр. Монитор и системник прошила молния, голограмма исчезла, Янку с котёнком отбросило на пол, и в каюте погас свет. — Очнулся? — потрепал по лицу мальчика Валя. Постель была взъерошена, и лежащий на ней подросток, открыв глаза, обнаружил себя лежащим в одних трусах, а рядом свою полную копию, так же с интересом рассматривающую его и себя. — Ну и что мне теперь с вами делать? — почесал затылок Орешкин. — Кто из вас кто? И как такое вообще могло получиться? — Видимо, произошла накладка в программе, — материализовался из воздуха Саша. — Я просто хотел просканировать энсина, чтобы сделать его электронную копию на всякий случай, но что-то, к сожалению, пошло не так и вместо электронной вышла настоящая. — И кто из них Ян? — нахмурил брови капитан. — Я! — одновременно крикнули мальчишки и синхронно уселись на кровати. — А с научной точки зрения это можно проверить? — Сейчас попробую, — смущённо пробормотал искин и провел трикодером по телам подростков. — Говоря по простому — они оба полностью, до последнего атома идентичны. — И оба люди? — Да, командир. — Что делать? — Я думаю, надо подождать и проблема со временем сама рассосётся. — То есть двойник испарится? — Во всяком случае я очень на это надеюсь… Завтракали в этот раз в столовой. Забавно было наблюдать, как ребята, сидя рядом, орудуют ножом и вилкой, с одинаковым аппетитом поглощая сосиски. Даже сахар в кофе они насыпали поровну, а покушав, синхронно расцеловали (каждый в свою щёку), Любашу. Тесты, проведённые премудрым спецом, вызванным ради такого случая Валентином, мало что дали. Отличия всё же были, но это касалось лишь наносного. У одного прыщ на носу, а у другого следы от когтей Барсика. Внутри же ребята были совсем неотличимы. Сканировали их на память. Не помогло. Оба знали самое сокровенное и интимное в отношениях с капитаном, а проверять их в постели Валька не стал, ибо это уже было похоже на групповуху, да и толку бы наверняка не было. Заехавший на огонёк Нечаев тут же предложил забрать одного мальчишку себе, просто ткнув пальцем, что с негодованием отверг Орешкин. Мальчики жались к парню, у обоих на глазах были слёзы и выхода из этой необычной ситуации Валька не видел никакого. Прошло три дня. Жизнь шла своим чередом. Только вместо одного ученика Саша и Люба обучали теперь двоих. Хуже всего было ночью. Мальчишки наотрез отказывались спать в отдельной каюте и во сне старались притиснуться к капитану поближе, что иногда превращалось в подобие греко-римской борьбы. Он же, пребывая в некоем ступоре, даже если бы что-то и хотел, чисто физически ничего бы не смог. — А Валя точно не скоро вернётся? — Сказал, только к вечеру прилетит. — Значит, у нас есть целых два часа! — Всего два часа, и это не так много, как вы думаете, — спокойно присоединял датчики к лежащим рядышком в двух открытых капсулах мальчишкам Александр. — И учтите, что параметры я ввёл наугад, а напряжение будет до семи тысячи вольт, так что тут пятьдесят на пятьдесят. — Но ведь двойник, в конце концов, всё равно исчезнет? — Со стопроцентной гарантией. Дело лишь во времени. — А смерть — это больно? — приподняв голову, спросил один из близнецов. — Надеюсь, что мгновенно, — закончив процедуру, ответила голограмма. — Ну что, не передумали? — Нет, — одновременно сказали ребята. — Я буду помнить тебя, — протянул руку один и мягко прикоснулся к груди другого, — если выживу, конечно. — Зато Он не будет страдать. Уж лучше так и я тоже буду тебя помнить. Крышки на капсулах автоматически закрылись, датчики замигали, и Сашка бесстрастно ткнул красную кнопку… — Ты грустишь? — приподнялся на локте Ян и легонько поцеловал Валю в губы. — Просто так необычно, — погладил его по щеке капитан. — Я настолько привык, что, кажется, знал тебя всегда и выхода из этой дурацкой ситуации не видел вообще. Честно тебе говорю, будь я на корабле — вашего чудовищного эксперимента бы не случилось. — И ты бы так и продолжил мучиться между двух Янок? Со временем это бы тебя доконало. — Я знаю, — взъерошил волосы мальчику Валя. — Знаю… Проснулся Орешкин чуть свет и, свесив ноги с кровати, посмотрел на спящего мальчика, мило разметавшегося на растрёпанной постели. В иллюминаторе, между тем, безучастно и неотвратимо проворачивалась прекрасная голубая планета. «Гарантий никаких нет. Даже компьютер сказал пятьдесят на пятьдесят, и хоть Сашка и клянётся своим процессором, что выжил человек, это далеко не факт. Остаётся научиться с этим жить. Чёрт побери, может, пребывание в роли капитана пиратов сделало меня настолько циничным? На время отбросив сомнения, Валя наклонился к сладко спящему подростку и жарко поцеловал его в сухие ото сна, родные человеческие губы…