Питерский закат

16 июля 2011 год Антону 9 лет — Я ловлю, — крикнул мальчик, выставив руки вперед. — Молодец, — послышалось от друга после того, как мяч оказался в руках Антона. Неудивительно, что эти двое снова вместе, ведь во дворе их считали братьями. На эти домыслы они лишь усмехались и говорили, что это секрет. По внешности они может и не были похожи на братьев, но вот по характеру очень даже. Была между ними эта крепкая связь, которую, как всем казалось, разорвать было невозможно. Парни тоже думали, что ничто не сможет разрушить их крепкую дружбу, что никто не сможет поменять их мнения друг о друге, что их дружба …навсегда.

***

13 января 2013 год Антону 11 лет — Слышал, что в школе происходит? — наблюдая за тем, как Антон греет руки о чашку горячего чая, спросил Серёжа. — Нет, там разве что-то происходит? — с интересом спросил мальчик, глядя в бездонные карие глаза напротив. Серёжа всегда ему рассказывал школьные сплетни, а Антон, в свою очередь, всегда их с интересом слушал. Они часто сидели друг у друга дома, пили чай и разговаривали обо всём. На фон им нравилось ставить спокойную музыку, наверное, это странно для парней подросткового возраста, но их это не волновало. По большей части они были просто похуистами к остальным и не замечали своих сверстников, но тем не менее друзей у них было достаточно. Может эти, так называемые друзья, просто считали их авторитетными? Они не знали, но им нравилось внимание со стороны ровесников. Как же грустно осознавать, что это было раньше, когда-то давно, где жизнь ещё имела смысл. Там он мог выражать свои эмоции, не закрывая и не пряча их, как сейчас, легко мог коммуницировать с людьми, не боясь, сказать что-то не то, даже мог гордиться тем, что у него есть любящий отец, чем не могла похвастаться, как минимум, добрая половина его друзей. У кого-то отца вовсе не было, а у кого-то он был таким, что лучше жить без папы, чем с таким. Но и счастье Антона рано или поздно рассеется.

***

12 февраля 2015 год Антону 13 лет На часах 23:47 — Давай, Серый, до завтра, — протягивая руку товарищу для рукопожатия, сказал Антон. — Ага, — отвечая на прощальный жест, произнёс Серёжа. Обычно юноша не возвращался так поздно домой, в это время он если не спал, то уже лежал в кровати. Он привык приходить домой к 20, в крайнем случае к 21, но сегодняшний день стал исключением. Парню не было страшно, так как он понимал, что родители его ругать не будут, хоть и знал, что телефон у него предательски сел, и он не мог ответить на звонки, ни мамы, ни папы. Заходя домой, он ни о чём не беспокоился, не подозревая, что такое поведение, могло разозлить его родителей. — Ну, и где ты был? — голос отца звучал пугающе, ведь раньше Антон не слышал такого тона в свой адрес. Без задней мысли, думая, что всё хорошо, он спокойной ответил: — Гулял, — Антон по-прежнему ничего не подозревал и был абсолютно спокоен. — Где твой телефон? — уже гораздо грубее спросил мужчина, подходя ближе к юноше. — Ну, он сел, — закатывая глаза, произнёс парень, не понимая, зачем так переживать, если с ним всё хорошо, и он дошёл до дома. — Почему ты пришёл так поздно? — уже подключилась мама к разговору её мужчин. — Я же говорю, что телефон сел, я не видел время, — с тоном «ой, чо вы вообще ко мне пристали», сказал Антон, скрещивая руки на груди. — Почему ты заставляешь нас переживать за тебя? Ты же мог позвонить с номера Серёжи или прийти домой, чтобы зарядить телефон или хотя бы сказать, что он у тебя разрядился, — с некой тревогой говорила мама, изредка поглядывая на отца. — Чо вы пристали? — в голове эта фраза звучала куда мягче, нежели, когда была произнесена вслух. — Да потому что, Антон, ты совершенно не ценишь хорошего отношения к себе. На тебя за все тринадцать лет никто ни разу не орал и не поднимал руку. Тебя здесь всегда любили и заботились о тебе. Поверь мне, ты ещё не видел, когда родители к тебе пристают по каждой мелочи, бьют каждый день и срываются только на тебе, используя, как грушу или ненужную игрушку, которую уже не жалко выбросить. И вместе со всем этим ещё и бухают до потери сознания, — с каждой фразой всё больше переходил на крик мужчина, агрессивно размахивая руками в воздухе, от чего, то и дело жмурился Антон, хоть и понимал, что отец его не ударит, ну, или надеялся на это. — Андрей, успокойся, пожалуйста, — спокойным тоном произнесла мама мальчика, аккуратно прикасаясь руками к плечу мужа, чтобы хоть как-то его успокоить. — Я пойду проветрюсь, — не дожидаясь ответа, юноша вышел из квартиры и хлопнул дверью. Как можно догадаться, отца это ещё больше разозлило. Он правда был огорчён поведением сына и не понимал, что он делает не так. Почему Антон стал отдаляться от него? Как это исправить? Почему они стали проводить меньше времени вместе? Они ведь больше не гуляют как раньше, не ужинают семьёй, не рассказывают друг другу забавные истории. Что случилось, и как всё вернуть назад? Каждый день Андрея преследовали эти мысли, которые он почему-то не озвучивал вслух. Он видел, что ни Антона, ни его жену не мучают эти вопросы. Так зачем тогда что-либо говорить? Если они считают, что всё хорошо и ничего не произошло, значит и правда просто показалось. Он внушал себе то, что это всё выдумки. Конечно проскальзывали мысли о том, что может они просто так же молчат, как и он, а на самом деле их терзают такие же домыслы. Он мог предположить о том, что это просто такой возраст у их сына, но наблюдая за тем, как его жена поддерживает все интересы Антона и всегда с ним соглашается, думал, что она просто его разбаловала. Хотя, если честно, Андрей сам же и учился у своей жены воспитывать ребёнка, ведь сам понятия не имел, как это делать. Всё, что он знал о воспитании детей, это то, как нельзя с ними обращаться, в остальном никакими знаниями он не обладал. До сегодняшнего дня он ещё верил, что всё хорошо. Сейчас же он уверен, что был прав в том, что нужно восстанавливать отношения с сыном. — Антон! — только и успела крикнуть мать, но безрезультатно. — Я схожу за ним, — ответил отец, уходя в их спальню, чтобы одеться.

***

Выкинув своё тело из подъезда, Антон сразу знал, куда нужно идти. Обходя его дом, можно выйти к небольшой тропинке, пройдя по которой, открывается вид на небольшое заброшенное здание. Обычным шагом до туда можно было дойти минут за 15. Антон же оказался там через пять минут, потому что решил побежать. Наверное, он думал, что убегает от проблем, в прямом смысле. Всё возможно, но всё же основная причина, по которой он выбрал именно это место и решил незамедлительно там оказаться это — свобода и красота, царившие там. Оттуда открывался красивый вид на деревья и небо. Сейчас оно как никогда прекрасно, столько звёзд и созвездий, можно часами сидеть и просто наблюдать за звездопадом или соединять пальцем маленькие точки на почти чёрном небе. Но это отсюда они маленькие, похожие на крапинки, сделанные художником, чтобы добавить деталей в картину. Антон сидел и залипал в одну точку на небе. А если быть точнее — на звезду. Она горела как-то особенно ярко, нежели остальные звёзды, как казалось юноше. Он вдыхал морозный воздух полной грудью, выдыхая горячий пар. Ему нравилось чувствовать спокойствие, умиротворение, именно находясь здесь его с головой накрывали эти чувства. Здесь он ощущал свободу, независимость, как будто прямо сейчас сможет улететь птицей к звёздам. Ему так не хватало свободы, его так раздражала гиперопека родителей, но он боялся их расстроить, ведь видел, как они стараются для него.

***

Спустя пять минут отец уже заводил машину, чтобы поехать за Антоном. Он знал, что мальчик далеко не убежит, и думал, что на машине он найдёт его быстрее. Знал бы он, куда убежал его сын, сразу бы рванул к нему, чтобы извиниться и нормально поговорить с ним, но увы и ах, Антон никогда не говорил об этом здании, да и проехать туда на машине проблематично. Так как это место было закрыто деревьями, да и в высоту этажа 3 — не больше, его ещё и видно не было. Андрей судорожно выезжал со двора, в сторону парка, в котором Антон любил гулять с Серёжей. Он надеялся и верил в то, что его сын там, ведь мальчишка и вправду любил там проводить свободное время. Да только виной тому был его друг. Как бы близок не был Антон с Серёжей, показывать своё секретное место, он не хотел. Поэтому они часто ходили в тот парк, потому что там всегда было мало людей. Нога буквально вжалась в педаль, как будто слилась с ней воедино. Дрожь в руках мешала трезво вести машину, тревога била по вискам маленькими молоточками, в глазах мутнело так же, как и в разуме. Руки со всей силы вжались в руль, взгляд расплылся, и сложно было сфокусироваться на чём-то одном. Перед глазами полный блюр из огоньков гирлянды, ещё не снятой после нового года, яркой луны и …светофора. Красный. Секунда и громкий удар, проходящийся эхом по ушам. В висках больше не бьют молоточки, они как будто вылетели через лобовое при столкновении с черным джипом, который ушёл из поле зрения куда-то вправо. Обломки, летящие на стекло, заслонили небо, теперь и в глазах не мутнеет, они закрылись и больше никогда не откроются. Не увидят тех, кем он так дорожил при жизни, за кого готов был отдать всё, что у него есть. Сейчас он бы сделал всё, что угодно, лишь бы его семья жила счастливо, но уже не мог. Разум просто отключился, как и всё остальное в его теле. Он не успел даже подумать о тех, кто ему дорог, ради кого он так старался. А стоило ли так переживать? Стоило ли так себя извозить ради кого-то? Пусть даже, если это твоя семья. Может стоило дать себе время, чтобы немного отдохнуть и отправить все переживания на второй план? Не заботиться так сильно о другом человеке, а перевести фокус на себя? Может быть ты отдашь всего себя другим людям, а сам останешься несчастлив? Просто в один момент всё закончится или закончишься ты. Тебя не станет и у твоего организма больше не будет времени и сил держать тебя здесь, в этом мире, в этой вселенной. Ты рассыплешься так же, как звёзды на небе. А может, после твоего исчезновения ты тоже станешь одной из этих звёзд?

***

Антон продолжал залипать на одну маленькую точку в небе. Он как будто ощущал её присутствие и успокаивался, ничего не чувствовал, перезагружал мозг после разговора с родителями. Именно этого ему сейчас не хватало, просто побыть одному и привести мысли в порядок. Завтра он обязательно поговорит с отцом и объяснит всё. Папа его обязательно поймет, он у него такой. Но он ещё не знает, что уже ничего не сможет ему сказать и объяснить. — Он же меня любит, правда? — зачем-то вслух задал вопрос Антон. — Он никогда меня не обижал, значит и сейчас поймет, — с небольшой грустью в голосе произнёс мальчик. — Наверное, я его сильно обидел, — он опустил взгляд на асфальт Вставая с пола, Антон решил напоследок посмотреть на свою маленькую звёздочку, за которой наблюдал последние минут пять. Такая красивая и яркая, сразу привлекает внимание. Почему она начала гореть ярче? — Ого, кажется она сейчас упадёт, — завороженно смотря на небо, проговорил мальчик. Действительно, звезда упала. Наверное, поэтому она так ярко горела, как будто отдавала все последние силы. Антон сразу же вспомнил стишок, заученный когда-то давно.

Если падает звезда,

Значит, кто-то умирает…

Сходят с рельсов поезда,

Самолёты пропадают.

Пропадают люди, дни,

Пропадают пешеходы…

Остаёмся мы

Одни,

Как бы братские народы…

Скорее всего, большинство людей загадывает желание, видя падающую звезду. Антон же в это не верил, ему казалось, что это блеф, и люди просто так себя развлекают. Он считал, что звёзды — это люди, а не желания, и когда звёздочка падала, он представлял, что чья-то жизнь закончилась и началась другая. Возможно, даже не в этом мире, а за её пределами.

***

Всё же стоит помнить, что всё, чем ты сегодня гордишься, завтра может исчезнуть. Просто испариться, как роса на утро. Возможно, поначалу ты даже этого и не поймешь, но жить без этого не сможешь. Тогда ты начнёшь страдать, если не каждый день, то раз в два дня уж точно. Антон: как никто другой знает, какого это, когда теряешь близких людей. Сначала ты рыдаешь, бьёшься головой о стену, кричишь, а потом …потом ты ничего не чувствуешь. Ты перестаёшь ощущать эмоции совсем, их больше нет, ни радости, которой не было уже как месяц после горькой утраты, ни грусти, потому что чувство потери вызывает более сильную эмоцию, чем грусть, но даже и её нет, ничего нет. Ты опустел так же, как и Чернобыль после взрыва на АЭС. Как же не хочется ощущать себя существом, который только внешне напоминает человека. Может быть, ты и похож на индивида, да и то только в первый месяц, потом, кроме как на мертвеца, ты ни на кого не похож. Уже заёбывает чувство пустоты, ведь оно единственное, которое у тебя есть. И именно в этот момент ты берёшь лезвие, ты не знаешь, как иначе почувствовать хоть что-то, может если не эмоции, то хоть боль. А вдруг правда поможет, и ты станешь человеком? Именно так Антон и думал, не зная, что тем самым закапывает себя ещё глубже.