Мой личный сорт зефира

***

      — Ты совсем идиот?! Видеть невесту в свадебном платье до свадьбы — неправильно! Дурная примета! — возмутился я, пытаясь вытолкнуть любимого из комнаты.       — Но, Шоу, тебе так идет этот белый костюм! — восхитился Бьякуран, оглядывая меня с ног до головы. Да настолько откровенно, что я покраснел и замер, чем и воспользовался наглый жених.       — Хорошо, тебе тоже идет твой костюм. Не думал, что ты оденешь что-то другое, кроме белого, честно говоря, — подколол я его, нежась в крепких объятьях.       — Все ради моей любимой невесты, ведь закончилась же моя холостяцкая жизнь… — вздохнул Бьяку.       — Бабник!       — Да шучу я!       — В каждой шутке есть доля правды! — все равно упорствовал я, притягивая за галстук Бьяку все ближе и ближе к себе…       … пока не ворвался Спаннер, не поломав всю романтику вдребезги.       — На церемонию опаздываете! И что тут делаешь ты, Бьякуран-кун, а? — возмутился Спаннер, выталкивая взашей офигевшего от такой наглости Джессо. — Неплохо выглядишь кстати, Шоичи. Прям невестушка, утютютютю! — закаваился обычно спокойный Спаннер, но его понять можно — не каждый день его друг женится на мужчине.       — Да ну тебя. Пошли уже, — спохватился я, слегка покраснев и взяв букет с цветами. Белоснежные цветы, так похожие на имя моего возлюбленного.       Белые лилии.

***

      Слова брачной клятвы казались мне неким заклинанием, которое скрепляло наши сердца еще сильнее. Я повторял их, вкладывая особый смысл в слова, который понимали лишь он и я.       — …Пока смерть не разлучит нас.       Бьяку произнес их, глядя мне прямо в глаза, словно говоря:       «Смерть не разлучит нас. Мы обязательно умрем вместе, я обещаю».       — А теперь можете…       Не дожидаясь окончания фразы, мы синхронно бросились друг другу в объятья. Я услышал краем уха неодобрительное ворчание заключавшего наш брак: «Озабоченная молодежь пошла сейчас, несдержанная…» и крики радости со стороны гостей.       Мне было не до них, ведь сейчас меня целовал МОЙ законный муж.       Человек, которого я безумно любил на протяжении стольких лет и который всегда был со мной — и в горе, и в радости, и…       — Эй, голубки, хватит уже! Невеста, букет бросай! — раздался веселый крик Спаннера и я неохотно оторвался от возлюбленного. Отойдя на пару метров от него, встал спиной к гостям и собрался кидать цветы.       — Ух, высоко кинул, Шоу! — восхитился Бьякуран, проследив за траекторией полета. Каково же было наше удивление, когда букет поймал… Гамма, один из бывших офицеров Блекспелла. Рядом с ним стояла Юни и улыбалась.       Я не держал зла на эту пару. Было как-то не до них.       Словно почувствовав мое настроение, Бьякуран легко поднял мое тщедушное тело на руки и понес в сторону от гостей. Наткнувшись на спуск, мы улыбнулись. Любимый понял все, как никто другой:       — Милый Шо-тян! Эти пять ступенек… я помогу тебе их преодолеть, — улыбнулся Бьякуран и легко спрыгнул, удержав меня на руках.       — Белый лимузин?! Ты не спятил, а? Лучше бы розовый арендовал! — притворно возмутился я, увидев автомобиль, в котором мы должны были поехать. — Вечно ты со своей любовью к белому!       — Солнышко, ты ведь и сам в белом! Сам настоял на таком костюме!       — Я — другое дело. А тебе только дай чего оформить, вечно переборщишь с любовью к белому и сладкому!       — Ты ж моя зефирка! — умилился Джессо, опуская меня на сиденье лимузина. — Просто конфетка!       — Бьякуран! — смутился я, когда дверь лимузина захлопнулась.       — Мой личный сорт зефира, — прошептал он, прижимая к сидению всем телом и запуская руку в мои волосы. Я замурлыкал от удовольствия.       — А ты… а люблю я тебя, балбес! — рассмеялся и провел пальцем по его губам, слегка облизнувшись.       Никогда не устану повторять этого. А ещё впереди нас ждет лишь одно.       Мы сами.