Фиктивная любовь

Очередь в отделении миграционной службы практически не сдвигалась с места. Эрик и Джастин сидели в ожидании почти час, отчего Риксон взбесился, встал с кресла, нагло прошёл к окну, от которого только что отошла пожилая женщина, положил папку с документами и спросил: — Я мигрант, женюсь на гражданине вашей страны, хочу получить гражданство, где я могу это сделать? Женщина взяла папку с документами, вытащила оттуда заполненный бланк с фотографией, а затем недовольно сказала: — Пройдите в кабинет Патрика Суонсона, — отдав папку Риксону. — Нахалюга! — повернувшись к мужчине, вякнула пожилая женщина, вперёд которой он проскочил. — Меньше надо пиздеть с подругами, мадам, — буркнул Эрик, взяв за шиворот Джастина и потащив к кабинету. — Мистер Риксон, Вы поступили неправильно, — заметил Маркс, вырвавшись из цепкой хватки начальника. — Во-первых, раз уж мы женимся, то, отныне, я просто Эрик, обращаться ко мне будешь на «ты». А во-вторых, если бы я не пролез вперёд этой бабки, мы бы ещё час просидели в очереди, — объяснился Риксон. — Добрый день, господа, вы ко мне? — поинтересовался темнокожий мужчина в темно-сером костюме, подойдя к двери кабинета. — Мистер Суонсон, я полагаю? — спросил Эрик. Увидев одобрительный кивок, он продолжил: — Превосходно, мы к вам по поводу оформления визы. — Хорошо, пройдемте со мной, расскажете мне поподробней, — открыв дверь кабинета, пригласил их Патрик. Взяв у Риксона папку, он просмотрел все документы, сидя в своём кресле. — Значит, Ваша родная страна - Марокко... Скажите, на каком основании Вы решили оформить визу в Дании, а не в родной стране? — отложив документы, спросил Суонсон, скрестив руки на груди и откинувшись на спинку кресла. — Ну... я работаю в Интернет-журнале «Online Library» в отеле контроля статей, а ещё я скоро женюсь, — ответил Эрик. — Вот как. Поздравляю Вас. Выходит, оформляем не визу, а гражданство, — улыбнулся Патрик, — а это, я так понимаю, ваш возлюбленный? — кивнув в сторону Джастина, спросил он. — И Вас это даже не удивляет? — поднял бровь Маркс. — Так вы не первые такие клиенты. В конце концов, мы в Копенгагене, здесь это нормальное явление, — пожал плечами темнокожий, — однако, мне придётся проверить Ваш мотив помолвки и свадьбы. — Простите? — недопонял Эрик. — Ну... мне нужно установить, действительно ли вы решили пожениться, невзирая на просроченную визу, мистер Риксон. Вдруг, Вы подкупили этого человека, пообещав ему что-нибудь за оформление брака с Вами, чтобы Вы получили гражданство. Если это так, то Вы, мистер Риксон, отправитесь в Марокко, а Вы, мистер... — запнулся Патрик, подсмотрена имя в документе, — мистер Маркс, будете оштрафованы на двести пятьдесят тысяч долларов и будете лишены свободы на пять лет, — закончил он, встав с кресла и повиснув над Джастином, — ну что, у Вас есть шанс сознаться во всем без наказания, мистер Маркс. — Я... я не понимаю, о чем Вы, сэр, — глупо улыбнувшись, ответил Джастин. — Может, Вы все-таки подумаете ещё? Могу обещать, что если Вас шантажировали, мы предпримем все меры, чтобы защитить Вас. Даю подумать Вам в последний раз, — капал на мозги Суонсон. Взглянув на Эрика, парень передал взглядом всю безысходность. Этот человек, как будто, увидел это на лбу у Эрика или Джастина. Он спрашивает ни о чем-нибудь, а именно о том, зачем они пришли в этот кабинет. Глубоко вздохнув, Маркс начал говорить: — Мы знакомы с Эриком почти пять лет, как начальник и ассистент, и уже больше полугода мы знакомы, как любящие друг друга люди. То, о чем Вы говорите, сэр, глубоко задевает мои чувства к Эрику, так что даже не смейте говорить так о близком мне человеке. Патрик прищурился, обошёл Джастина вокруг, покосился на Риксона и сев в кресло, произнёс: — Не спорю, может Вы действительно женитесь по любви. Зачастую, люди шантажируют кого-то ради гражданства. Прошу у вас прощения, господа, не доверять людям - моя работа. Итак, мы с вами проведём небольшое собеседование. Я буду беседовать с каждым по отдельности, но задавать одинаковые вопросы. До этого вы ответите на них письменно каждый про себя, и потом по ним я буду сверять ответы вашей второй половинки. Если будет больше пяти несовпадений с ответами, вас ждёт горькая участь, джентльмены. Вот в этой папке все вопросы, которые вам нужно будет запомнить до следующего понедельника, — закончил объяснять Патрик, положив на стол толстенную чёрную папку, — Обычно, я даю три дня, но раз уж вы находитесь в не совсем стандартной ситуации, а кроме того, поедете в Америку для регистрации брака, я даю вам неделю и право ошибиться пять раз. Желаю удачи, Эрик и Джастин. — Спасибо, что уделили нам часть своего драгоценного времени, не смеем больше вас задерживать, мистер Суонсон. Джастин, сладкий, пойдём, — взяв папку, произнёс Риксон, и они удалились из кабинета. Выйдя из здания, Маркс был бел, как мел. Если их замысел всплывет, где ему достать четверть миллиона долларов? — Так, я купил нам билеты в первый класс, вылетаем завтра, жду тебя в восемь утра у нашего офиса, — посмотрев на наручные часы, сказал Эрик. — Я никуда с тобой не полечу, — процедил сквозь зубы Джастин. — Что ты сказал? — Ты слышал, что будет, если все узнает этот тип. У меня нет лишних двести с хером штук и пять лет своей жизни. Это кардинально меняет дело! — начал истерить Маркс. — Хорошо, тогда можешь идти прямо сейчас обратно к Суонсону и говорить, что это была охуеть, какая смешная шутка, и что у этого старого пердуна плохое чувство юмора. А, и ещё можешь ему эту дырыболу огромную закинуть, тебе же по пути! — рассердился Эрик. — Ну-ка не ори на меня! Это тебе нужна виза, а не мне! Это тебе нужно остаться при своей должности, а не мне! Это ты втянул меня во всю эту хуйню! Это все надо ТЕБЕ, а не мне! — завопил Джастин. — Хорошо, — спокойно произнёс Эрик, кинув папку на асфальт, — ты прав, я поступаю эгоистично. Говори свои условия. — Ты выплатишь мне сумму штрафа, если дело удастся, — подумав, сказал Маркс. — Исключено, — отрезал Эрик, — я не могу выплатить тебе двести пятьдесят. Максимум, сорок. — Я не согласен на сорок. Моя цена - двести пятьдесят, и точка, — твёрдо решил Маркс. — Да ты ёбу дал? С какой радости я дам тебе столько! Ты совесть-то имей! — Я пять лет ебашил, как проклятый, по десять часов в день и без отпуска, а ты мне платил, как за пятидневку на полставки. И ты смеешь говорить, что это я бессовестный? — наехал на начальника Джастин. — Слушай, я понимаю тебя, но я не могу заплатить тебе четверть миллиона долларов за раз, — начал Эрик, — давай я тебе выплачу сто десять, и на этом мы договоримся. — Либо двести пятьдесят, либо будешь разгребать все сам, — поставил условие Джастин. — Ладно, хер с тобой! Но не сразу, а в течение года, — сдался Эрик, — это всё? — Нет, сделай мне предложение, — добавил Маркс. — Прости, что? — Ты меня слышал. Я хочу, чтобы все было, как надо. Сделай мне предложение руки и сердца, — повторил Джастин. — Я... Да ты... — хотел начать отчитывать его Эрик, но потом притих и начал опускаться на колени, — хорошо, если ты этого хочешь, я сделаю. Так сойдёт, или мне принять более рыцарскую позу? — О, ты выглядишь просто неотразимо, — съязвил Джастин. — Вот и отлично, выйдешь за меня? — выпалил Риксон. — Что-что? Я ничего не слышал. Повтори ещё разок, только попробуй на этот раз вложить в свои слова хоть какие-то чувства, — едва не смеялся Маркс. — Сука такая, — шепнул Эрик, — о, Джастин, свет очей моих! — пропел он, раскинув руки в стороны. — Да, мой милый Эрик, — отозвался он в той же манере. — О, мой ненаглядный Джастин. Не окажешь ли ты мне честь выйти за меня замуж, жить со мной в горе и радости, — начал подражать актеру в дешевом любовном сериале Эрик. — Переигрываешь, — заметил Маркс. — Заткнись нахер! О чем я... ах да. Кхм, в здравии и болезни, пока моя истёкшая виза не разлучит нас? — продолжил Риксон, простирая руки к стоявшему рядом с ним парню. — Что ж, ладно. Будем считать это предложением, не учитывая отсутствие кольца и тонну сарказма, — подумал вслух Джастин, — увидимся завтра у офиса, — попрощался он, а затем развернулся и пошёл. — А папка? — крикнул вслед Эрик, поднявшись с колен. — Себе забери, она тебе нужнее, — откликнулся Маркс, не оборачиваясь.