Дай ручку, погадаю

      Окей, так долго Беллами еще не торчал в ванной. Кажется, он стер себе кожу в подмышках, потому что после дезодоранта щипало адово. И, возможно, его рот никогда не был таким чистым за всю его жизнь. От вкуса облепихи хотелось еще пару раз сблевать, но тогда бы пришлось снова брать щетку. Протерев запотевшее зеркало, Беллами не поверил своим глазам: масочки мамы и сестры сделали чудо, его осунувшееся лицо с чернющими кругами под глазами превратилось в лицо беспощадного сердцееда, а скрабы отшлифовали его до уровня «попка младенца». Пока он в одном полотенце бегал из комнаты в комнату в поисках резинки для отросшей челки, Октавия с его чипсами подпирала косяк у своей комнаты, параллельно отгоняя подружку от двери. В конце концов пачка кончилась, подруга устала пытаться подсмотреть в коридор и села выбирать им фильм, а у О заболели глаза от его мельтешения, так что она выкинула мусор в урну, помыла руки, поймала Беллами и усадила его на стул. Расчесала уже спутавшиеся волосы, высушила их и собрала волосы от лица на затылке в небрежный пучок, пока парень послушно сидел, сложив руки на коленях. — О, люблю тебя! Спасибо, — повернувшись к сестре, Белл стиснул ее в объятиях, резко встал и тем самым поднял ее над полом, так что девушка запищала и заколотила его по плечам. Парень поставил ее обратно и лучезарно улыбнулся ей. На мгновение сестра даже хихикнула на жизнерадостность брата. — Что, неужели ты нашел кого-то, кроме… Стой, — осеклась Октавия. Сначала из-за того, что не знала, стоит ли упоминать того-самого-Джона-Мерфи, по которому брат уже хрен знает сколько сохнет, но потом нахмурила брови и унюхала легкие нотки персика с лилиями. — Ты пользовался моим кремом для лица?! Ты хочешь сдохнуть? Белл, он стоит… — Чш-ш, О, О! — парень зажал ей рот рукой, на что девушка укусила его за пальцы. — Да, я брал твой крем. По правде, я использовал каждый ваш с мамой тюбик и баночку, каюсь… Но это ради будущего, ради любви, если хочешь! Слушай, — Беллами обнял ладонями ее худые плечи. — Мерфи позвал меня покататься на картингах! — Ого, серьезно? Это свидание? — тут же округлила глаза Октавия. — Ну… Не думаю, но это хоть что-то, так? — весело разведя руки в стороны сказал парень. Улыбка на лице О тут же поблекла. — Если это не свидание, то какого дьявола ты пользовался моей уходкой? — Октавия, родная, любимая сестренка, — чмокая ее в щеки, подлизывался Беллами. — Я куплю потом тебе все, что ты захочешь, но мне это действительно нужно было, — смотря на девушку глазами кота в сапогах, аргументировал Белл. Октавия же постояла пару минут, молча смотря на него и взвешивая все за и против. Решала, побить его сейчас или потом. — …Окей, говнюк, засоси его, — на прощание бросила сестра и захлопнула за собой дверь, полностью капитулируя под обольстительным навыком брата. Белл же начал выбирать, как именно одеться, чтобы выглядеть и не пропитым бомжом, но и не очень нарядно. Обычно.

———

      Встретились они уже в переполненном развлекательном центре. Под ногами бегали младшеклассники, в глаза били случайные лучи от пистолетов лазертага, пахло ватой и пиццей, и из-за гама еще не сломанных голосов трек с ритмичными битами был едва слышен.       Джон улыбнулся ему на входе. Как только он умел, с доброй насмешкой в глазах. Мерфи пришел раньше, намного раньше, морозный румянец уже сошел с его щек, волосы почти высушились от инея. На нем его любимая худи с лого какой-то группы. Он выглядит так обычно, но у Блейка на мгновение перехватило дыхание. — Привет, прости, давно ждешь? — потирая варежкой замерзший нос, спросил Беллами. — Привет, не парься об этом, я просто здесь рядом живу. — Пх, ладно, не буду, — парень отдал свои верхние вещи гардеробщице, взял у нее номерок. — Итак, как дела? — кто бы знал, сколько у него уходило сил на то, чтобы не стоять и тупо молчать. — Ну слушай, я вчера надрался как в последний раз, так что основательно проблевался, когда пришел домой, — загибая палец, начал Джон и увидел понимающий кивок от улыбающегося Белла. Ему это знакомо. — Потом получил пипец неприятный недовольный взгляд от отца и не очень болезненную, скорее для галочки, пощечину от матери. Приятно позавтракал её стряпней и чуть не заснул под теплым душем, — про душ было лишнее, Джон, Беллами не нужна была эта сцена перед глазами сейчас. Может позже. — Ты? — Эм, мама была рада, что я хотя бы пришел, а не приполз на Нейтане, как в прошлом году. Ну, Октавия вообще не была рада моему существованию, но я вроде как подкупил ее, — направляясь к очереди на картинг, переговаривались парни. Странно, но сейчас слова правильно выходили изо рта без запинок, сердце не билось о ребра в попытке сбежать, а дыхание было ровным… Сейчас Беллами был спокоен. Будто между ними лопнул какой-то пузырь страха, что мешал все это время. — Подкупил? Как же, купил ей зайца или медвежонка плюшевого? — усмехнулся Мерфи. — Ха, я думал об этом! — воскликнул Белл. — Но нет, просто… Э-э, чипсами… — Хм, ну да, я бы тоже за чипсы много чего простил. — По сути, я не провинился перед ней! Я уберег её от той бомжатни, в который мы превратили дом Скотта, и уберег свою задницу от мамы, потому что О… — Только пятнадцать, я знаю, — поднял ладони вверх Мерфи, потому что Блейк вот-вот включил бы братскую гиперопеку. — Знаешь? Откуда, я говорил об этом? — не понял парень. — Помнишь, летом вы гуляли по торговом центру вместе, ты куда-то отошел, к ней подсел какой-то тип, — увидев недоумение на лице Белла, Джон уточнил. — Я был там с Мбеке, хотели подойти и узнать, знает ли она его. Но ты подлетел быстрее, Супербрат, взял его за грудки и… — Джон изобразил кулаками, будто поднимает в воздух кого-то за одежду. — Да, это я помню, хватит, — попытался прервать его Блейк. — «Ей всего пятнадцать, ублюдок!!!» — Ти-ише, прошу! — Белл положил одну руку ему на плечо, указательный палец другой приложил к своему рту и зашептал. Некоторые в очереди обернулись на них, но из-за общего шума крик не разошелся по всему зданию, привлекая намного меньше внимания, чем мог. — О, а как Октавия потом на тебя орала! — смеялся Мерфи. — Ну, Мерфи, пожалуйста… — Эй, но ведь это прикольно, что ты так о ней заботишься! — Да, но это был её учитель рисования… — смущенно потёр щеку Белл. — Оу… Пх-х-х, — постарался сдержать смех Джон.       Наконец-то подошла их очередь ехать. Трасса была проложена по периметру всего здания, имела резкие повороты и извилистые узкие дорожки, финиш был расположен на цокольном этаже, где имелся обратный подъем, если ты купил больше одного круга. Парни уселись в карты, пристегнулись, выслушали пятисекундный гнусавый инструктаж и одновременно вдавили газ в пол. Машинки резво сорвались с места, издав громкое «УВ-В-В». До Беллами доносился звонкий смех парня, он тоже смеялся ему в ответ, чувствуя, как успокоившееся сердце вновь бьется с бешеной силой в груди. Они бились бортами картов друг о друга почти на каждом повороте, старались подрезать другого, обогнать по узким срезам. В самую последнюю секунду, на финише, Беллами случайно вильнул в сторону, открывая путь Джону. — Да-а! Легко! Выкуси, Беллами! — орал от адреналина Мерфи. — Ой, да иди в жопу, Мерфи! — Белл показал ему средний палец из своего карта. — У-у, мы обиделись? Хотим реванш? — надув щеки, паясничал парень. — Давай потом. Может, по пицце? — вылезая из машинки, предложил Блейк. — Хм, пытаешься заесть поражение? Ладно, пойдем.       Пихнув Джона в бок, Белл пошел по лестнице наверх, Мерфи поспешил за ним, все еще победно улыбаясь от уха до уха. Кафе было отгорожено от всего остального стеклом, когда как остальные секции центра были разделены либо перегородками, либо сетками. Это давало хоть какую-то передышку от крика детей и суматохи родителей, которые пытались поспеть за отпрысками.       Сделав заказ, старшеклассники уселись на мягких креслах поудобнее и принялись ждать свою еду. Больше говорил Мерфи, играясь и перекатывая по скользкому столу солонку. Блейк скрестил ноги и руки, откинулся на спинку и редко поддакивал. Больше старался не улыбаться, как идиот. Но уголки губ все равно напряженно дергались. Джону наскучила приправа, и вот уже маленькая горочка из кусочков белой салфетки растет под его пальцами, голубые глаза загораются новым огнем, а рот торопливо пересказывал, как Эмори в детстве смачно врезалась в железный прут, от чего ей пришлось зашивать лоб и щеку. — Я просто застыл, стою, смотрю — а Эмори поворачивается к нам, у нее на половину лица огроменная рана, кровь капает на платье, стоит и не плачет! — Не поняла, что произошло, — предположил Белл. — Да! Мбеке быстрее нас обоих понял, начал рыдать, дебил, звать маму, а мы все еще стоим типа, — Джон изобразил удивление и на пару секунд застыл. Блейк не выдержал и тихо захихикал. Улыбка Мерфи разгладилась, стала мягче, пальцы перестали издеваться над салфеткой, простучали какой-то всем знакомый ритм и остановились на столе. — Почему это он дебил, если застыли вы? — О, не-не-не, он сначала разрыдался, пообнимался со стремительно бледнеющей Эмори, и только спустя пару минут позвал маму, — уточнил Мерфи. — Ничего из этого не сделало его умнее нас, мамы уже и так бежали на его вопли! — Пф-ф, о боже… Я помню, что очень часто лазил по деревьям, кустам, зарослям, вечно возвращался домой так, будто меня изнасиловал леший, — облокотившись на стол, Блейк придвинулся ближе к парню. — Ну понимаешь, семейство пауков в волосах, весь в царапинах и репейниках, одежда местами рваная, мама из-за этого и стала портной. Так вот один раз я был с Кларк, мы тоже дружим с детства. Лезем мы значит на высоченное дерево, не знаю, вроде береза. Долезли почти до самой верхушки, смотрим на заходящее солнце, я говорю: «Погнали домой», — неожиданно в их столик врезался официант на роликах, видимо, еще не умел тормозить нормально. Выложил по три кусочка пиццы каждому, стаканы с напитками, для галочки спросил, принести ли им что-то еще и, получив ответ, неуклюже укатился дальше. — Э-э, так вот «Погнали домой» говорю, начинаю карабкаться обратно по тем же веткам, а Кларк все сидит на верхушке и фоткается на свой первый телефон с камерой. Потом слышу, что что-то хрустнуло, — для большего погружения парень щелкнул пальцами у заинтересованного Мерфи перед лицом. Оба не притронулись к еде, смотрели только на друг друга. — «А-а-а». Я поднимаю голову, вижу как она летит на сломанной ветке вниз, и просто охреневаю! Я даже не понял, как я успел, но я поймал ее за руку! — у Мерфи от удивления вытянулось лицо и чуть приоткрылся рот. — Че-е? — громко воскликнул он, привлекая внимание всех в зале. — Да! Я быстро вытянул свою руку к ней и ухватил! — И что дальше? — светлые глаза распахнулись еще больше. — Мы кое-как слезли, пошли к ее маме и она нам вправила руки — с суставов обе вышли! — Пф-ф-ф, что за хрень, ты выдумываешь, — Джон закатил глаза и придвинул свою еду к себе, начиная жевать. — Ну у Кларк потом спроси, какой мне смысл врать? — Блейк в точности повторил действия парня. В ответ Мерфи просто дернул плечами. Разговор то прекращался, то снова заводился, они заказали еще по картошке с острыми стрипсами, потом еще колы, мороженого… В какой-то момент они поняли, что еще хоть крошка — они умрут. Так что пришлось «выкатываться» из-за стола, оплачивать чек. На выходе официант, который обслуживал их столик, проводил их полными ненависти глазами, потому что на чаевые у парней не осталось. Что поделать, друг, растущие организмы…

———

      Когда денег на развлечения и еду не осталось, парни пошли гулять по городу. Видимо, парней все ещё не отпустило детство в задницах, и по дороге они перебрасывались неаккуратными снежками. От попыток уворачиваться кровь циркулировала быстрее, смех звучал громче, и скомканный снег летел совершенно не в ту цель. Когда последний снежок прилетел прямо в лицо пятилетке, мамочка которого разговаривала с другой такой же мамочкой, парни не сговариваясь побежали с «места преступления».       От бега у Джона раскраснелось все лицо, глаза стали голубыми-голубыми, будто светящимися, а мокрые волосы выбились из-под шапки. Из приоткрытых красных губ на каждом выдохе выпускались огромное облака пара, и смотрел он так счастливо, что Блейк не мог не ответить такой же улыбкой.       «Кажется, влюбиться ещё больше просто не получится, Беллами,» — мысленно обращался сам к себе парень.       Добежали они как раз до торгового центра. Чтож, кофе им не дадут, но хотя бы руки отогреются. Сняв шапку, Белл взлохматил мокрые от пота кудри, убирая их с лица. Мерфи повторил это, спрятав свою шапку в карман. Абсолютно обычный большой торговый центр, с кучей магазинов одежды, ювелирок и фудкортом на втором этаже, запутанными лестницами и неработающим лифтом. Больше всего Беллами всегда любил заходить в зоомагазины и тупо слоняться по супермаркетам меж стеллажей. Вот и сейчас, бредя по коридорам и слушая трёп Джона, он зацепился глазами за большой аквариум с множеством разноцветных рыбок. Парень не нарочно замедлился, рассматривая плавно двигающих плавниками пузатых золотых рыб, резво проплывающих мальков, рыбешек побольше с переливающимся телом и множество черных улиток с вытянутой раковиной, ползущих к поверхности воды. — Позвольте мне познакомить вас с совершенно новым танцем,— увидев отставшего друга и объект, который его заинтересовал, Джон решил пошутить. — Я знаю, вы полюбите его, если дадите ему один шанс. Это не сложно, это не слишком утомительно. Вам даже не нужно быть звездой хип-хопа! — А ну заткнись, — стушевался Беллами. — Что? — подходя к аквариуму ближе, наигранно удивился Мерфи. — Ты же на них смотришь. Я тоже в детстве любил смотреть в зоомагазинах животных. Отходил от матери и целенаправленно шел к клеткам с хомяками. — Любил? — уточнил парень. — Родители-то знали где меня искать, но однажды я был в магазине с бабушкой… — И… — Белла напугала его догадка. — Когда она нашла меня, то избила массажером для спины. Знаешь, такой, колючий, — во взгляде парня читалось полное удовольствие. Конечно, Блейк-то был полностью ошарашен и стоял с глупо открытым ртом. — П-ф-ф, да пошел ты! — Беллами тяжело выпустил воздух из лёгких. Джон гаденько хихикал себе в ладонь, отпугивая от них проходящий мимо народ. Когда уже сам продавец выглянул из зоомагазина, окидывая сложившихся пополам от веселья парней скептическим взглядом, Белл взял Мерфи под руку и потянул подальше, все ещё давясь смехом.       Вернулся Беллами домой только под вечер, замерзший до костей, голодный как собака, с полностью разряженным телефоном, гудящими стопами, но лёгким сердцем. Если бы он провел этот день как обычно — сидя в своей комнате и залипая в видеоигры — то это был бы самый ужасный день в его жизни, потому что теперь он знает свой самый лучший и любимый день.       Октавия удивительно оживленно расспрашивала его добрые полчаса о том, как все прошло. Блейк в последнее время не часто видел этот огонёк в глазах сестры, так что превозмог тотальную усталость и отвечал на все её вопросы. Не услышав положительного ответа на вопрос «Ты его поцеловал», О закатила глаза и цокнула языком. Однако девушка видела вновь ярко улыбающегося брата, так что небрежно бросила, что это «не надолго», из-за чего парень начал ещё шире улыбаться, делая выражение лица немного сумасшедшим. Оставив листок с тем, что теперь должен ей купить Белл за всю её использованную косметику, Октавия ушла, пожелав брату сладких снов.

———

      Чуть шершавые пальцы нежно щекочут волосы на затылке Белла, перебирают тёмные прядки, цепляют их и несильно оттягивают. Щёку приятно согревает тёплая ладонь, поглаживая большим пальцем под глазом, задевая ресницы. В голубых глазах напротив можно легко утонуть, там — глубокое море с такой пленительной чистой прозрачной водой, что можно увидеть маленькие стайки золотых рыбок. Лицо Джона близко к его, и оно такое красивое, такое спокойное, такое любящее. Он лениво моргает, всего на секунду отрываясь от парня, но тот уже скучает. Беллами кладёт свою руку на скулу Мерфи, а тот мило потирается прохладным кончиком носа о запястье. Сердце парня сжимается так сильно, хочется стоять так две вечности подряд. Во взгляде Джона читается та же мысль, он слабо улыбается одними уголками губ, щурит глаза. Второй рукой Беллами скользит по торсу парня, надавливает на поясницу, притягивая ближе. Ближе только сердце к сердцу, разум к разуму, но Джон не против. В его объятиях тепло, так тепло, будто сам он пожар, что съедает Блейка. Белл хочет, чтобы этот пожар съел его полностью.

———

      Как это всегда бывает, зимние каникулы пролетели мимо, высовывая из своего быстрого феррари ледяной фак, и школьникам пришлось вернуться в школу. Сбитые режимы сна, подростковая гиперчувствительность и бунтарство снова не давали учителям нормально вести занятия, то и дело заставляя окликать заснувших, отвлекшихся или в наглую залипающих в телефоны. Преподам оставалось только надеяться, что завтра их, учителей (но вот физик явно грезил такой участью своим ученикам), собьёт что-то крупное, чтобы больше не связываться с этими сперматоксикозниками оболтусами.       Видимо, после эмоций Зимнего бала, у большинства старшеклассников проснулись инстинкты самовоспроизведения. Каждый блядский угол был занят одной или даже двумя парочками. Двумя?! До публичных оргий, конечно, не доходило, но преподавателям приходилось смотреть в оба и разгонять такие стайки своими же дидактичками.       Однако стоит похвалить мистера Норчеса, половое воспитание он вёл хорошо, подробно разжевывая всем и каждому чуть ли не отдельно, что подростковая беременность не есть круто. Продажи презервативов в близстоящих аптеках и минимаркетах возросли в полтора раза, а уборщицы уже даже не морщились, убирая переполненные гондонами мусорные пакеты.       И. Все. Это. Пиздец. Как. Бесило. Блейка.       Сраные лижущиеся в каждом коридоре; друзья, игриво переглядывающиеся со своими парами через стол на обеде; строящая ему глазки Линдси, с которой он сидит на химии; да он даже поссать нормально не мог сходить! Вот скажите, кому будет хорошо трахаться в туалете? В женском — может, хотя там Беллами никогда не бывал, но, со слов Октавии, которую тоже вся эта атмосфера начала бесить, там тоже не все прикольно. А в мужском? Да Блейк сам задыхался от вони, в самой дальней кабинке вообще как будто что-то сдохло, но стонущую чувиху, похоже, это никак не стесняло. Она отчаянно шептала, тихо вскрикивала и прерывисто дышала, а у Белла уже крошились зубы от того, как сильно он их сжал.       Всего этого мрака разве что на улице не было, потому что все ещё недостаточно тепло, влюбленные просто «мило» держались за руки, чмокались в обветренные губы и обнимались на прощание. Буэ-э-э.       Вел бы себя так же Беллами, если бы встречался с Мерфи? Естественно. В чем же тогда причина такого отвращения к парочкам? Так Белл и не встречается с Джоном. Да, в этом вся проблема!       Он теперь ни с кем не встречается. Прима, что стала ему просто хорошей подругой, частенько переписывалась с ним во время уроков и дома. Начиналось все хорошо: как сам, Октавия, что у тебя в третьем номере, все еще не залез в трусы к Мерфи? Вот с этого момента и начинался ужас. Потому что дальше в их диалоге появлялось имя Зэина. Где, как, что именно и как долго. Что она испытывала в этот момент и какие звёздочки она видела в глазах парня. Все то, от чего Белл хотел вырвать себе глаза и протолкнуть до упора в уши карандаши. И нет, это была не ревность, парень был искренне рад за подругу, но подробности ее личной жизни его конкретно заебали.       Так что Беллами послал нахрен её, компанию и всех в этой школе, отжал у каких-то голубков закуток с окном, которое выходило на крышу, и спокойненько проводил там всё свободное время. Никто из лижущихся к нему не подходил, так как парню достаточно было раз зыркнуть из-под бровей грозными глазами, как те тут же в лёгком испуге ретировались в противоположную сторону. Да, скучно, да, не с кем пообщаться. Но зато нервы в порядке!       Спустя пару дней его нашла Октавия, нет, не в компании какого-то паренька, слава Господу, одна. Белл как раз дожевывал свои спагетти, с наушниками в ушах усевшись на пол прямо под окном. Удивлённо переглянувшись, О подошла к нему, достала с сумки свой контейнер с тем же наполнением, что и у брата, и бутылку сладкого чая, бросила сумку на пол и села на нее. Поставив чай ближе к Беллу, девушка вынула с его уха один наушник, вставила в свое и тоже принялась есть. Парень немного потупил в ее сторону взгляд, дёрнул плечом и с едва видной ухмылкой отпил с бутылки. Теперь они уже вдвоем неприветливо одаривали взглядами приходящих парочек, иногда сестра приходила раньше него, занимая место на широком подоконнике, все реже она оставалась с подругами, так что Белл почти не обедал в одиночестве. Старшему нравилось, что Октавия перестала его отталкивать и беситься, постепенно переходила в другую фазу взросления, снова начала с ним разговаривать. Ему было приятно, если она просто сидела с ним и молчала. Многие могут сказать, что это его гиперопека и синдром старшего брата. Плевать, он очень сильно соскучился по своей сестре. Дома она продолжала закрываться в своей комнате, разговаривать с подругами чаще, чем с семьёй, но в школьных коридорах единственное конформное место она нашла рядом с братом. И Беллами от этого приятно и спокойно.       В какой-то день они встретились в коридоре по пути к окну, Октавия легко улыбнулась ему уголками губ, а Белл открыто растянулся в улыбке во все 28. На сердце было так хорошо, сосульки барабанили каплями по металлу, а лёгкий ветерок покачивал голые ветки деревьев. В одно мгновение, когда они завернули в свой личный уголок, его сердце словно подпрыгнуло к его кадыку и упало в желудок. Потому что на их месте уже сидел никто иной, как чертов Джон Мерфи, прихлебывая с баночки рэдбулл. Увидев их, парень поперхнулся энергетиком и сильно закашлялся. Быстро отойдя от удивления, Беллами подбежал к Джону и похлопал его по спине, пытаясь помочь. Октавия тоже подошла ближе, скрестив руки на груди. Вид у нее почему-то был напряжённый, совсем не такой, как пару минут назад. — Оу, привет, ребята! — наконец откашлявшись, поприветствовал их Джон. — Привет, ты в порядке? — Блейк неосознанно все ещё держал руку на его спине. Парня это нисколько не смущало. — Да, все норм, спасибо! — Мерфи вытер красные глаза от слезинок и опустил взгляд на вторую руку Блейка, в которой тот держал контейнер с едой. — Тоже пришли сюда поесть? Давно вас не видел в столовке. — Да, нас задолбали все эти придурки, что лобызаются на каждом свободном углу, и заняли этот угол раньше их, — Октавия говорила как-то… Ревниво? –… Окей, это круто, — кажется, Джон тоже это заметил… Хотя как не заметить, что на тебя чуть ли молнии не летят? — Так… Мне уйти или я могу допить свой рэдбулл? — на фоне красноватых белков его большие голубые глаза так сильно выделялись, можно было различить каждый синий нюанс и золотое вкрапление. Не висни, Беллами! — Оставайся! — чуть громче, чем нужно было, ответил парень, предупреждающе смотря на сестру. Та надула губы, но ничего не сказала, резко села на скамейку, что недавно Блейк стащил с ближайшего коридора, и стала распаковывать свой обед. — Это наше небольшое место спокойствия, но если ты тоже устал от всего этого дерьма, то можешь тоже сюда приходить, — Белл наконец вспомнил о своей руке на лопатке парня и одёрнул ее. — Правда? Блин, это круто, спасибо! Так задолбало выслушивать сначала споры Эмори с Мбеке, а потом их причмокивания, просто у-э-э. А еще, у меня был свой подоконник, ну, я его считал своим, но его облюбовали эти сучары, так что… — Да, меня тоже достали эти козлы с недотрахом! — улыбнулся старший, О лишь кивнула головой. В голове парня набатом звучало «кошачьи яйца» голосом Примы. Надо не облажаться! — А тут… Тихо, мирно, никто не тусуется… Ну, кроме вас, конечно, — Мерфи чуть подрыгал свисающими с подоконника ногами и ещё отхлебнул энергетика. — Я точно могу сюда ещё приходить? Не потесню вас? — Ха-а, да, Мерфи, ты можешь сюда приходить, всем пофиг, — уже более расслабленно сказала Октавия.       Понятливо кивнув, Мерфи продолжил тихо пить из банки, а Беллами наконец-то сел рядом с сестрой и начал есть. Немного нервно, но все ещё тихо и относительно спокойно. Они редко переписывались, Блейку было все ещё страшно облажаться, а в школе этот месяц они практически не виделись, только на совместном уроке и на тренировке. Ему понравилось вот так вот есть втроём. Октавия хлопнула защёлками от контейнера и убрала его в сумочку, оставив на скамейке полупустую бутылку. — Ладно, покеда, — девушка закинула сумку на плечо, показала парням «козу» и ушла. — Пока-а… А, — помахав на прощание О, Джон быстро переключился на Блейка, будто репетировал. — Ты сильно занят вечером? — Мерфи испытующе посмотрел на парня. — Эм, — кусочек мяса застрял в горле. — Кхэм, после тренировки я свободен. А что? — вилка в руке чуть выгнулась от оказываемого на нее давления пальцев. — Да так, просто… В общем, меня в коридоре поймала Эмори, говорит: «Если увидишь Беллами — тащи его с нами». Они там что-то типа марафона фильмов решили устроить. А тебя нигде найти не могут. — «С нами»? — Насколько я понял, — Джон вяло трясет ногой и отворачивается от него, будто ему вообще нет дела до всей этой идеи. — там будут все с твоей компашки, Мбеке, Лекса, Джаспер с Монти и, соответственно, сама Эмори, — парень старался выглядеть максимально непринужденно, почти скучающе, чтобы Блейк не понял раньше времени, что Джон хочет, чтобы он пошел с ними. — Пф, я больше не пойду туда, где присутствуют Джаспер и Монти, — Белл закатил глаза и продолжил соскребать остатки риса со стенок. — Снова накачают всяким дерьмом, ищи себя потом в обблеванном сугробе… — А, нет, — Мерфи полностью разрушил свою маску безразличия, резко крутанулся к нему лицом и округлил глаза. — Эмори сама сказала, что эти козлы даже близко к холодильнику не подберутся, алкоголя никакого не будем собирать. — Думаешь, они реально не купят ничего? — уголки губ игриво поползли вверх, на левой щеке проявилась мягкая ямочка. — Ну хоть что-то они должны были понять из фразы «Никакого, нахрен, пойла», всё-таки скоро из этой дыры выпустятся. — Бли-ин, колледж… — Блейк умышленно опускал тему «марафона кино», подначивая парня на окне ёрзать и нервно ковырять заусенцы. — Так стрёмно осознавать, что совсем скоро придется волосы на голове рвать и поступать в куда-нибудь. Ты ещё не выбрал? — он наигранно невинно спросил у Мерфи. Желваки на его челюсти заметно заиграли. Беллами было интересно, чем именно вызваны эти эмоции, но спрашивать в лоб было нельзя, ему нравилась эта их странная игра. — Нет, может, пойду в местный. — Я тоже про него думаю, можно будет не платить за аренду и за Октавией присматривать! — Беллами! Хм, — голос парня сорвался на вскрик, и он быстро откашлялся. — Так что, ты пойдешь? — Куда? — Блейк хотел прикинуться полным дебилом, но улыбка так и лезла, как бы он ни старался сжать губы. — Ты?! О-о, ты прикалываешься, я понял, я раскусил тебя! — Джон резво спрыгнул на ноги и практически вплотную подошёл к сидящему, указательным пальцем больно ткнул в плечо и нависнул над ним сердитой тенью. — Смешно, но перестань, приятель, спрашиваю в последний раз. Пойдешь или нет? — М-м, дай подумать… — боже, Беллу самому было странно слышать эту игривую нотку в своем голосе, какого хрена он делает? — По… Блейк! — Что мне за это будет? — отставив пустой контейнер, Белл расслабленно откинулся на стенку за ним и поднял голову. Он все ещё старался сильно не улыбаться, но тоненькая ухмылка все ещё не собиралась исчезать с лица. Рот Джона же скривился в тонкую полоску, а глаза предательски бегали из стороны в сторону, так что запугивать вообще не получалось. — Не знаю, например, я не расскажу всем, что ты тут прячешься? — Воу, начал с козыря? — Закончил. — Пф, ладно, твоя взяла… Кроме того, мне уже рассказали про это… — А-а-а?! — Ты опоздал буквально на час, меня уже отловили в коридоре и прижали к стенке. Ну, как и сейчас. — Да пойди ты! — Мерфи хотел изобразить злость, но широкая улыбка его полностью выдавала. Он подхватил свой мусор, сумку и, все так же улыбаясь, пошел прочь с уже «их» уголка, выкинув напоследок средний палец в его сторону. И хоть его прическа закрывала уши и скулы, розовеющую шею — нет.       А как только Джон ушел, Блейк свернулся к коленям и обхватил свою голову руками с немым криком:"ЧТО Я ТОЛЬКО ЧТО ДЕЛАЛ, ФЛИРТОВАЛ?»

———

      И как бы Белл не бесится в последнее время со своих друзей, конца тренировки он ждал с нетерпением. К счастью, он все ещё оставался капитаном команды, и тренер частенько скидывал свои обязанности на парня, при этом сам уходил в свою каморку и продолжал попивать пиво. Безответственность тренера давала Блейку полное право завершать занятия намного раньше, что он и собирался сделать на этот раз. Разминка, пробежка, пара упражнений, отчитывание криворукового вратаря, что не мог поймать еле катящийся мяч, и в целом тренировку можно было считать успешно завершенной! — Так, парни, все супер, набирайтесь сил ко вторнику, не нажираться, не напиваться, Кастильоне — не драться, а Малкинсон, — Блейк тыкнул пальцем в новенького, который начинал задыхаться на пятой минуте пробежки. — Развивай дыхалку, пацан, во вторник я не буду тебя жалеть. Понял? Да? Прекрасно! Все свободны.       Мерфи немного устало закатил глаза на эту речь. Хоть Беллами и был капитаном, жёстким его можно было назвать лишь с натяжкой. Во вторник, если Малкинсон снова начнет отставать от общего ритма, Белл пойдет вместе с ним в тренажерный зал и будет работать в темпе парня, подбадривая и мотивируя того бежать дальше. Поравнявшись с Блейком, Джон опустил ему руку на плечо и наклонил в вниз голову, всматриваясь в лицо парню. — Ну что, пойдем? — Куда? — Белл был просто обязан состроить дурочка. Пальцы на плече сжали футболку. — Блейк! У Эмори уже закончился сеанс с психом, она говорила что будет ждать нас в машине, так что не делай мне мозг! — О, не знал, что у нее есть тачка! Но вообще я сначала хотел закинуть вещи домой, — раздеваться спиной к парню, по которому сохнешь, стало уже достаточно привычным делом для Блейка. Принимать душ — да, ещё смущало, но снимать штаны — нет. — Да закинешь ты вещи, мы подвезём тебя, просто шевели булками, — прихватив полотенце и мыло, Джон пошлепал голыми ногами по уже мокрому полу к общим душевым. Белл думал, действительно ли его зад был похож на булки.       В душевых было не так много народа — тренировкой школьный день заканчивался, так что некоторые парни просто покидали свои вещи в сумки, надели куртки и быстро убежали по своим делам, другие же просто обтерлись полотенцами и переоделись. Тех, кто захотел ополоснуться было крайне мало, так что можно было спокойно пройти и не ждать, пока кабинка освободится. Напрягало только то, что Джон зашёл прямо в соседнюю дверцу, хотя на выбор было ещё три. Напрягало фантазию и низ живота. Блейк, поняв к чему идёт дело, сильно выкрутил холодную воду, стараясь не мочить волосы в ледяной воде. Быстро намылившись, парень смыл пену, выключил душ и стал вытираться. Над кабинкой Мерфи все ещё клубился пар, когда Белл дошел до своего шкафчика и напяливал чистое белье. Джон вышел с душевых спустя пару минут, когда Блейк уже надевал худи. Полотенце было повязано на бедрах, с кончиков волос на плечи капала вода, а от красной кожи шел пар. Влажные ресницы слиплись и были полуопущены, будто парень очень устал и сильно хотел спать, а раскрасневшиеся губы были приоткрыты. Если бы Блейк мог как-то аргументировать то, что ему снова понадобился холодный душ, он бы это сделал, но увы, причина была слишком палевная. — Ты в курсе, что там холодрыга? Куда с мокрой головой пойдешь? — Беллами недовольно вскинул бровь и скрестил руки на груди. — Большой братик, не сердись, нам пройтись десять метров до тачки, — губы Джона растянулись в расслабленной улыбке, а сам он принялся бросать одежду на скамейку рядом. — Отвернёшься? За стриптиз беру пятьдесят баксов. — парень, что неподалеку от них переодевался, заинтересованно оглянулся и полез к кошельку. Брови Белла поднялись ещё выше, а рот сжался в тоненькую полоску. — Мартин, блять, это шутка, придержи свои гейские штучки при себе!

———

      Пока Блейк почему-то очень долго заносил вещи домой, Мерфи с Эмори ждали его в машине. Печка грела, спасая от холода за стеклом, а Джон сушил волосы влажным полотенцем, что, по сути, было бесполезно. Бросив это занятие, он вздохнул и начал пялиться в закрытую дверь дома Блейков. Эмори отправила кому-то смс, заблокировала телефон и тоже вздохнула, только более напряжённо. — Ну и где там твой парень? Я так есть хочу, сейчас сдохну… — С чего это он мой парень? — недовольно выгнул бровь парень. — А чей? Только у тебя вышло его растормошить и заставить пойти с нами. — Бред не неси! Кто-то его уже звал до меня и он согласился! — Джон прищурился на девушку, восклицая. — Это была Рейвен и нет, нихрена подобного, он сказал, что «подумает», — Эмори изобразила кавычки, тоже начиная напрягаться. — Пригласите на свою свадьбу или как? — Я не гей, Эмори, и Блейк тоже, так что я хрен знает что у тебя в голове, но хватит! Какого черта ты вообще начала этот разговор?! Подумал человек, решил что пойдет, я, блять, ничего особенного для этого не сделал! — магнитола замолчала именно тогда, когда Мерфи начал переходить на крик, сморщившись от мыслей. — Ну за Блейка я бы так не была уверена, Мерфи, так что не ори на меня! — это была их не первая перебранка на данной почве, она уже знала, как закончить все на более-менее мирной ноте. Это не ее дело. — Уже и пошутить нельзя, обиженка. — Пф-ф, отвали, — почему-то после этой фразы Мерфи всегда сдувался. Так и сейчас, он просто отвернулся обратно к окну, напяливая капюшон чуть ли не до носа. Но эта перебранка все-таки заставила Джона начать думать.       Да, пора признать, что Джон… Не уверен в своей гетеросексуальности. От этого его и кроет на этой теме. Нет, ему сто процентов нравятся девушки, ему абсолютно точно нравится с ними целоваться, обниматься, доходить до петтинга. Только до него, потому что сам секс… Нет.       Почему-то именно Блейк не вылезал из головы Мерфи уже пару-тройку месяцев. Черт, Мерфи даже не понял, с какого момента это началось! Ну, то есть он сам всегда пытался быть в поле зрения Блейка, потому что хотел стать его другом, но чувство, что появилось недавно на желание дружить абсолютно не похоже! Просто в Хэллоуин, обнимая Аллен, Джон нечаянно засмотрелся на косяк в пальцах Беллами. Красивых таких, длинных, с четко очерченными костяшками и коротко стриженными ногтями. Он смотрел всего-то на самокрутку, зажатую между аккуратных губ, которые на вид были приятно мягкими. И нет, нихрена он не смотрел, как под загорелой кожей шеи дёргался кадык, когда парень начал кашлять после затяжки. Неа!       Ладно, Мерфи здраво оценивает людей и он знает, что Беллами очень даже ничего. Даже чуть больше чем ничего. Чуть офигенный, хорошо? Да, он самый горячий парень, которого он видел! Эти его серьезные глаза, яркие веснушки, высокая переносица и очень забавные волнистые волосы. Боже, в дни, когда он приходит в школу с выпрямленными волосами, Джон готов сожрать свои ботинки, какой он охуенный!       Ладно, Мерфи здраво оценивает людей и он знает, что Беллами ему нравится не как друг. Но раньше такого с ним не было.       Раньше он не видел в парнях ничего из этого. Раньше он не мог признать ни одного парня привлекательным настолько, насколько он признает привлекательным Блейка. Да и сейчас не очень получается, система ломается только на нем!       И да, нихрена Мерфи не гей, ему же до сих пор нравятся девушки! Аллен ему нравилась. Её тонкие ключицы, тонкие пальчики, которые порхали на его лице как бабочки, а светлая улыбка появлялась всякий раз, как он начинал рассказывать шутки. О-о-у, она была очень милой и приветливой. Иногда даже наигранно милой и слишком приветливой. В ней было чего-то через чур много, а чего-то — очень мало. С ней было слишком легко и одновременно сложно. Но если Джон мог с этим всем жить, Аллен наскучило очень быстро.       Найен? Прекрасная девушка, с фарфоровой кожей, без единой родинки на гладком лице, мягким разрезом глаз и едва проступающими костяшками указательного и среднего пальцев. Полная противоположность, верно? Система ломается только на Блейке, мать его. Да, он провстречался с ней полтора дня, но ведь она ему тоже нравилась! Найен красивая девушка с тяжелой рукой, она ничем не заслужила быть заменой, актрисой в его представлении перед Аллен. Мерфи сам даже не понимает, для кого именно был этот спектакль, для нее или для него самого. Он мог быть сволочью, но старался гасить в себе ее, поэтому после того дня Джон извинился перед ней и они разошлись друзьями.       А в ту ночь, едва протрезвев и осознав себя в одной кровати с Блейком, у Мерфи сердце чуть не выпрыгнуло из горла! Он полностью лежал на парне, щекой упираясь ему в грудь, а пальцы мягко сжимали его запястья по обе стороны от головы. Что, блять, вообще тут происходило? Как он тут оказался, почему лежал на Беллами и знал ли сам Беллами о всем этом? Пульс бешено бил по ушам, а ниже пояса начало подозрительно тянуть. Парень плавно, на сколько это позволял вертолет вместо головы, спустился с кровати, зябко передёрнул всем телом и, покрутив головой, отыскал сложенное одеяло на стуле. Накрыв спящего, он ещё раз поднял глаза на его лицо. Во сне Белл выглядел таким уязвимым, таким милым и мягким, так что Джон почти решился дотронуться рукой до теплой щеки. Поймав себя на этой мысле, Мерфи отшатнулся и быстро пошел в ванную комнату, тихо прикрыв за собой дверь. Холодная вода в лицо выгнала остатки дрёмы и алкоголя, чтобы стереть из воображения ощущение сухих приоткрытых губ на пальцах, пришлось продержать руки в ледяной воде минимум пять минут. К сожалению, люди ещё не разошлись по домам, и когда Джон вернулся в комнату, на Блейке уже комфортно устраивался хренов Юн. И, к сожалению для Джона, в комнате больше не было одеял, так что ему пришлось все оставшееся время до утра, сидеть на твердом полу, закинув голову на кровать и пытаясь кутаться в свой пиджак.       Уже довольно четко понятно, что Мерфи во многом не уверен на все сто процентов? Чтож, в пункте «Беллами не гей» он тоже не может дать ясного ответа! Джон может быть сволочью, может быть глупым, но не слепым. Он видел то выражение лица пару часов назад. Он видел эти голодные глаза, обращённые на него пятнадцать минут назад. Это смущало, вызывало мурашки, будоражило… Мерфи чувствовал его взгляд на уроках, ловил его в коридорах, на тренировке, специально считал, как часто у Блейка стеклянеют глаза, когда те смотрят на его губы. Так что, наверное, максимум пятьдесят процентов? Пятьдесят, потому что была та чувиха, Прима.       В какой-то момент гляделки прекратились, а сам Белл ходил чернее тучи, что вызывало вопросы. Обычно жизнерадостный парень стал вдруг на себя не похож, и как будто начал избегать Мерфи… Почему? Это… Расстраивало. Видеть удаляющуюся спину, когда ты пытался поздороваться. Опущенный взгляд, когда на тренировке стоишь вплотную и пытаешься начать разговор. Макушку кудрявой головы, когда оборачиваешься на скучной теме. Все это невольно заставляло тосковать по лёгкой улыбке, черных глазах и милым веснушкам. Джон чувствовал что с каждым таким игнорированием в нем что-то больно клокочет. Не ярость, а… Что-то другое.       Внезапно телефон в кармане Мерфи завибрировал, проигрывая звук звонка. «Белл». Выгнув бровь, парень принял вызов. — Ты умер? — Нет, но могут убить. Октавия хочет с нами, можно? — А, сейчас, — отодвинув телефон от рта, Джон повторил вопрос Эмори, на что та просто подняла большой палец вверх. — Да, давайте быстрее только. — Окей! — воскликнула в трубку Блейк младшая, очевидно, выхватившая телефон у брата, и быстро сбросила звонок. Ещё через пару минут сзади хлопнули двери, пуская холодный ветер по спине и влажному затылку. — Эй, а если я вам так хлопну?! С моей маленькой нужно мягче! — сердито, но в то же время шутя, прикрикнула Эмори, после чего в машине наступило неловкое молчание. В зеркале заднего вида отражались две пары настороженных глаз, что, на самом деле, пробивало на смех ещё больше. — Боже, что ты несёшь? Поехали уже, — стараясь скрыть улыбку, пробубнил в свою ладонь Мерфи.

———

      Квартира семьи Эмори была хоть и просторной, но недостаточно просторной для тринадцати человек. Когда Атом с Нейтаном принесли огромные пакеты, забитые снэками, хозяйка наконец поняла, на что обрекла свой дом. А когда последними пришли Джаспер и Монти, с ещё большим количеством пакетов, глаз Эмори начал нервно дёргаться. — Вы думали, поставив запрет на спирт, сможете избавиться от наших восхитительных напитков? — с выражением полного превосходства пропел Монти. Джаспер выглядел пугающе. Хотя, может быть это было из-за того, что его глаза были полны безумия, а рот с каждой секундой искривляться в ухмылке все сильнее. — Так, что бы вы там не удумали, с нами ребенок! — Рейвен грозно нахмурила брови, практически копируя лицо Беллами. — Эй, отвалите! — Во всяком случае вы не войдёте в мой дом с полными пакетами фиг пойми чего! — хрупкая девушка преградила парням проход, раскинув руки в стороны. — Господи… Откуда такое недоверие? Мы всего лишь скупили всю полку газировки и хотели смешать ее между собой… — теперь взгляд Джордана больше походил на щенячий.       Оглушающая тишина впервые за эти полчаса заполнила все пространство. Будто даже настенные часы перестали тикать, опешив от такого ответа. «Чертовы манипуляторы!» — проскочило в голове каждого. — Боже… Окей, проходите, придурки, — сдалась Эмори. Безумные искры снова засветились в глазах парней, и они спешно стали разуваться.       Каждый постарался удобно усесться в гостиной: кто успел занять диван, кресло, кто сооружал себе гнездо из подушек на полу. Выбор фильмов оставили на Финна с Кларк, потому что они подрабатывали в магазине прокатных фильмов и могли стянуть пару-тройку дисков. А если останутся силы, у Лексы была подписка Нетфликса.       Итак, то, от чего Беллами бегал последние недели, настигло его — его друзья расселись парочками и практически не смотрели фильм. А ведь он был довольно душещипательный, как раз такой, какой Беллами и не любит. Не потому что ему ну уж очень не нравятся слезы и сопли, а из-за того, что он эти слезы и сопли не может сдержать в себе. Стараясь совладать с эмоциями, Блейк посмотрел в сторону сестры, что сидела поодаль вместе с Атомом. Брови начали собираться у переносицы, режим «Старший брат» был почти активирован. Внезапно под ребра больно пихнули. Обернувшись, Беллами не ожидал увидеть Мерфи, причем так близко. До этого парень сидел в паре метров от него, а между ними полулежал Миллер, переписывающийся со своим парнем, который не смог подмениться сменами на своей подработке.       Теперь же Нэйтан куда-то пропал, а Джон подполз к Блейку ближе, предлагая свою пачку чипсов. — Оставь девочку в покое, Белл, — шепнул парень. — Ну же, это ее друг, у него уже есть девушка, насколько я знаю, чего ты боишься? — Я просто… Ха-а, да, ты прав, я просто… — видимо, друзьям Блейка был не настолько неинтересен фильм, как он предполагал. Получив пару шикающих восклицаний со всех сторон и ощутимый пинок в плечо, Белл перестал шептать.       Со стороны Мерфи послышался тихий смешок, затем парень рядом уселся удобнее, украл одну из подушек, которые раньше были под Миллером, и облокотился спиной на диван. Теперь их колени имели площадь соприкосновения, сравнимую с ушком иголки, но в голове обоих огромными красными буквами горело «НЕ ДВИГАЙСЯ». Даже такой контакт приводил сердце Белла в восторг, даже такой контакт приводил сердце Джона в смятение. Глянув на все ещё полную пачку снэков в руках парня, Белл запустил туда руку.

———

      Через пару недель в школе снова стало более менее спокойно. Парочки будто остыли, включили мозги и, самое главное, стыд. Больше никаких пошло громких стонов в туалете, мерзких чавканий губ по углам, обжиманий у общих шкафчиков с забрасывание ног на бедро партнёра. Все стало… Мило.       Финн мило одаривал Рейвен самодельными фигурками из обрезков металлических листов. Рейвен мило модифицировала одну из его поделок, чтобы та двигала детальками, соорудила специальную подставку, в которую была вмонтирована кнопка, которая приводила фигурку в движение и воспроизводила «Я люблю тебя» ее голосом.       Кларк мило рисовала маслом портрет Лексы, договорившись с учителем художественного класса, что ее картина будет стоять у него в кабинете ещё пару недель, до дня рождения ее девушки. Лекса же мило плетёт ей каждый день новые прически, аккуратно перебирая прядки, чтобы красивые волосы Кларк не путались и не мешали ей.       Джаспер с Монти после занятий устраивались на скамейку возле входа в школу с гитарой, мило напевая песни собственного написания.       Мерфи… Был милым. После того первого раза, когда Белл и О застукали его в их закутке, парень частенько заходил к ним на перекус. Именно перекус, потому что он всегда приходил с сэндвичами, крекерами, иногда с яблоком или пачкой M&M. Сидел, хрустел и иногда вбрасывал в скудный разговор брата и сестры смешные шутки, так что даже Октавия в самые колючие свои дни давила тихие смешки.       В какой-то из вечеров Беллами это надоело. Не похоже, чтобы Джон собирался возвращаться к своим друзьям в столовую, где кормили достаточно приличной едой, а главное сытной. И раз уж Блейк сам готовит для себя и сестры, ничего страшного не случится, если он возьмёт с собой ещё один контейнер? Поэтому, когда он протянул Мерфи рис с тущеными овощами и рыбой, глаза парня очень мило округлились. — Мне? — спросил Джон, принимая еду и изумлённо пялясь на Белла. — Ты ешь всякую хрень на обед, — просто ответил старший. — Окей, да, но почему ты даёшь мне еду? — Чтобы ты съел её?       Брови Мерфи стали хмуриться, взгляд метался между контейнером и Блейком. — Я реально не понимаю, но… Ладно, у меня сейчас живот к позвоночнику прилипнет от этого вида. Спасибо? — Да пожалуйста, помой и верни к вечеру, можешь в мой шкафчик засунуть. Код — 143. — Вау… Беллами, теперь твой комплекс старшего брата перешёл и на меня? — Закрой рот и ешь, — буркнул парень, хотя у самого уже начинали гореть уши. Это не было «комплексом старшего брата», черт возьми, он хотел покормить Мерфи не потому, что он младше него и выглядит как котенок на этом огромном подоконнике! Но, о реальной причине своего поступка он, конечно же, не расскажет.       Взяв из рук Блейка вторую ложку, Джон принялся есть. После первой порции риса изо рта парня послышалось удовлетворённое мычание. Уши Беллами стали пылать, а внизу живота предательски тяжелело с каждым новым звуком.       «Да чтоб я ещё раз сделал такую глупость», — думал парень, пытаясь абстрагироваться и успокоиться. — Беллами, ты реально вкусно готовишь, спасибо, — Мерфи вытер рот ладонью, его голубые глаза сияли, смотря на пунцового Белла. — А где Октавия, она не придёт? — Сегодня она захотела пообедать с подружками, все нормально. — А-а, я уже начал думать, что отпугнул её. — «Отпугнул»? В каком смысле? — Воу, не-не, большой братец, перестань думать в это направление! — Мерфи быстро спрыгнул со своего подоконника и уселся ближе к старшему парню. — Я ни в коем случае не думаю ничего об Октавии в романтическом плане, успокаивайся. Она, собственно, даже не в моем вкусе! — едва появившаяся складка между бровей Беллами тут же разгладилась, а на лице Мерфи начала расползаться ухмылка. Ну да, на данный момент в его вкусе немного мужчины, но этого он не скажет! — Я имел ввиду, что не отпугнул ли её от этого места. Вы раньше обедали вместе, и вот он я, появляюсь нежданно-негаданно, может ей… Стало некомфортно? — Нет, Мерфи, ты не виноват в том, что ее сегодня нет. Она не всегда была здесь, когда тебя не было. У нее своя жизнь и я пытаюсь не вмешиваться в нее, если ты не видишь, всеми своими силами. — Ладно, убедил, — какое-то время они сидели в тишине и молча доедали овощи. — Но знаешь? Я… Рад… Рад, что ты все еще здесь. У тебя тоже есть свои друзья, но ты ешь тут, со мной, — оба боялись посмотреть друг на друга, только краем глаз следили за подрагивающими контейнерами в руках. Решив разрядить обстановку, Мерфи хмыкнул. — Ну и ещё рад, что ты накормил меня! — Если хочешь, я продолжу это делать, — голос подвёл Белла, звуча хрипло, глухо. Откашлявшись, он уточнил. — В смысле, готовить. Мне не сложно, я делаю это для нас с О уже пару лет, чтобы не отвлекать маму от работы. Ничего страшного не произойдет, если я буду готовить чуть больше. — Спасибо, Беллами, я ценю это. — Нет проблем, — кивнул парень, закрывая пустой контейнер и забрасывая его в портфель. Ему было необходимо уйти прямо сейчас, даже если это значило оставить Мерфи без компании. Он не мог больше краснеть и контролировать себя рядом с ним. Остановился только у угла, отделяющий их тихое место от остальной школы, потому что сзади послышалось немного грустное «пока». — Ты тоже мой друг, и сейчас я хочу обедать здесь, с тобой. Пока!       Вечером, когда Беллами уже лежал на кровати и листал ленту, @c0ckr0acH прислал ему новое сообщение.

———

Д: эй чем занят

Эй

Собираюсь спать, что-то хотел?

Д: эмори и мбеке не хотят идти со мной в кино на «До заката», может…

Ты зовёшь меня в кино?

Это по игре?

Д: да и да! ты играл? пойдешь?

Говорят, фильм дерьмо, но если хочешь, пойдем

Д: я не верю словам, пока сам не увижу тогда завтра в 16 около парка?

Окок

Во что еще играешь

Д: «Дочь леса» знаешь прикольно только сырая пока но терпимо

Как насчёт мультиплеера? Вместе погоняем аборигенов

Д: : 0 ты мой лучший друг дадада

Я отправил это Эмори

Д: ~_~ ты понижен

———

      Фильм правда оказался дерьмом, практически ничем не связанным с игрой. Но парни быстро отошли от этого провала, спустившись к игровым автоматам в кинотеатре. Стоя спина к спине, они расстреливали виртуальных зомбарей, смеясь во всю громкость. Забрасывая в корзину мячи, они соревновались, кто сделает больше попаданий. Собрали небольшую толпу, играя в аэрохоккей, потому что это же почти футбол, а в нем они оба были хороши. Снова потратив почти все карманные, они сорвали реальный куш из билетиков. Мерфи отдал их все Беллами, и тот выменял маленького мягкого Йоши. Уже на выходе, запихивая игрушку в рюкзак, Блейк увидел автоматы с игрушками. — Эй, Мерфи, хочешь, я и тебе игрушку выиграю? — А сможешь? Или просто решил попонтоваться? — Зачем бы? Какую хочешь? — закидывая монетку в приемник, Беллами приготовился двигать клешню. С такими автоматами был гигантский риск просадить свои деньги вхолостую, потому что неизвестно, какую силу хвата на нем выставил хозяин, но Белл был хорош. Добрая половина игрушек Октавии было выиграно как раз из подобных лохотронов. — Давай… Спанч Боба, — Мерфи прислонился к боковому стеклу, чтобы если что подсказать. Взгляд уже загорелись азартом, скулы чуть порозовели, а губы — поджались. В голове Беллами в очередной раз за этот день всплыла мысль, какой же этот парень милый. Когда вот так сосредоточен, когда закатывает большие глаза к потолку, когда морщит от отвращения нос, когда кривит ртом в саркастической усмешке. Всегда, в любом настроении, при любых условиях, со всеми его плюсами и минусами… А ещё вспомнились те самые трусы.       С усилием Блейк вернул концентрацию на джойстик автомата. У него уже была своя, выверенная тактика. Пару раз дёрнув контроллер в стороны, он повел клешню над игрушками, остановился над жёлтой губкой, подождал, пока механизм перестанет трястись, и нажал на спуск. Клешня проехалась по близлежащим игрушкам, сомкнулась на одном боку Спанч Боба и… — Да ну?! — взвизгнул Джон, подпрыгивая рядом. Большие глаза округлились ещё больше, а руки, схватившие Беллами за рукав дублёнки, трясли так, что нитки начали жалобно скрипеть. Белл достал игрушку из приёмника и бросил в сторону парня, чтобы тот перестал рвать его одежду. Хотя, в другой обстановке, он был бы и не против… — Понтуюсь? — Я себя чувствую сейчас девчонкой на свидании, блять! Беллами, спасибо! — Джон продолжал подпрыгивать на носочках, прижав свой приз к груди. — Ну что крутой парень, пойдем дальше? — Куда? — смуглая кожа Беллами не передавала, насколько сильно он смущался сейчас. Если Мерфи продолжит восхвалять его трюки, он определенно забьется в угол. — В Мак, угощу тебя за это! По крабсбургеру? — Теперь и я чувствую себя девчонкой на свидании, с парнем из Tinder. — Хе-хе!

———      

      Теперь Октавия смеялась над братом, потому что рядом с его подушкой сидел зелёный динозавр, но парню было плевать.       Они с Мерфи стали частенько подключать мультиплеерные игры, смеясь в похрипывающие микрофоны. Когда Рейвен заходила в их, теперь общий канал в дискорде, чтобы позвать кого-нибудь в шутер, парни уже были в игре пару часов, что раздражало девушку и та орала на них, но, честно сказать, им было все равно. Мерфи стал частенько тащить Беллами в город, слоняться по торговым центрам, аркадным залам, гулять в парки, где уже начинал таять снег. Иногда они звали и Октавию, но крайне редко та соглашалась. После запланированных тренировок по футболу, когда оставались силы, парни доставали баскетбольный мяч и старались обыграть друг друга.       Мерфи как будто бы старался занять все его время, прощаясь только на ночь, чтобы самым первым пожелать Беллами доброго утра. А Белл брал и брал все, что Джон предлагал ему, жадно хватаясь за каждую возможность быть с парнем подольше. Он проводил в ванной слишком много времени, укладывая свои вьющиеся, недавно подстриженные до привычной длины волосы во что-то более опрятное, аккуратно сбривал первые волоски своей бородки, черт возьми, гладил футболки, чтобы Мерфи видел его идеальным.       Друзья видели изменения, что творились с Беллом. И если уже давным давно знающий все подробности Атом просто ухмылялся, других эти метаморфозы вгоняли в растерянность. Так что не удивительно, что в какой-то момент Беллами подпёрли к стенке с очень любопытными лицами. — Ну так что, Беллами? — начала Кларк. Девушка сложила руки на груди и не отводила он него прищуренных глаз. — «Так что» что? — Так ты расскажешь нам, твоим друзьям, что с тобой происходит уже примерно месяц? Ты… Расцвёл? — выгнула бровь Рейвен. — Не знаю, ты выглядишь намного свежее и счастливее, чем когда либо. В чем подвох? — Что, мне нужно выглядеть, как немытый сотню лет бомж? — пытался отмахнуться парень, но уже было понятно, что его собираются прожимать до правды. — Не цепляйся за слова, Белл, мы спрашиваем — в чем причина? Ты что… — Миллер сначала прищурился, а спустя мгновение округлил свои глаза до размера блюдца. — Ты наконец завел себе кого-то?! — Оу? — Финн отзеркалил эмоции своей девушки, продвинувшись ещё чуть ближе к Беллами. — Ты наконец оправился после Примы? — Что? Так! — Белл хлопнул в ладони, чем привлек внимание не только друзей. — Во-первых, нет, я не завел отношения. Во-вторых, то, что было у нас с Примой, не было чем-то глубоким, так что я не страдаю о нашем расставании, окей? — Если ты не начал снова с кем-то встречаться, тогда что случилось с тем угрюмым парнем, который был тут пару месяцев назад? — У вас своей жизни нет или что? — Колись, Беллами, иначе мы пойдем к Атому и Октавии, эти два трепла нам все расскажут за «спасибо». — Что такого нельзя рассказать своим друзьям? — Я знаю тебя с детства, Беллами, я знаю, что ты что-то скрываешь. Почему? — голоса полились одним потоком, вызывая головную боль. Блять, не так он хотел им сказать о своей влюбленности! — Окей, блять, хорошо! Если вам так интересно, что со мной случилось, я расскажу вам! Но вы все должны мне пообещать, что ничего, никому, никогда больше не расскажете, ясно? — Оу, привет, толпа, — послышалось из-за спины Кларк. Обернувшись, все увидели Лексу, мягко улыбающуюся своей девушке. — У вас по какому-то поводу собрание, или вы просто морально уничтожаете Блейка? — Второе, Хэда. А что? — увидев шанс, Белл переключил всеобщее внимание с себя на девушку. — Наверное, Кларк не сказала вам, но у меня дома через неделю будет вечеринка, потому что… Ну… У меня будет день рождения… И я хочу, чтобы вы все тоже пришли. Подарков никаких не надо, торта в лицо тоже! — Оу, Лекса, конечно мы все придем! — напряжённая атмосфера тут же рассеялась, когда все увидели скромный румянец на щеках девушки. Кларк взяла ее за руку, так что Лекса улыбнулась ещё сильнее. — Можем ли мы пригласить ещё кое-кого? — Если ты про Мерфи, Эмори и Мбеке, то они уже приглашены. Я знаю их со средней школы. Я… Не знаю, хотите ли вы звать Монти с Джаспером, оставлю это на вас. Но… Всю школу я не пущу домой. — Не-ет, — ребята стали качать головой. У Беллами же вспотели ладони — Джон тоже будет там! — Могу ли я привести сестру, помнишь, она была в прошлый раз? — Да, зови, определенно! Октавия хорошая. — Это ты ее не видела в тринадцати лет, такая коза была, — посмеялась Кларк. Секунду спустя она вернула глаза на Беллами, и парень понял, что избежать допроса с пристрастиями не вышло.

———

      Да, он все им рассказал. В тот же вечер, у себя дома. Конечно, их маленькая гостиная не была рассчитана на семерых, но кто как смог уместился на продавленном диване и мягком ковре. Рассказал абсолютно все: как сам не понял, когда это началось, как пытался отпустить эту влюбленность, как пробовал забыться в Приме, как Мерфи снова и снова цеплял его и как дал призрачный шанс. Рассказал, почему продолжает обедать не в столовой, почему пропадает из сети на несколько часов и почему застревает в компьютере ещё на пару.       Октавия, которая, на самом деле, уже знала эту историю, все равно мягко прижимала свой бок к его на моментах, которые старшему было особенно волнительно вспоминать. Атом положил горячую руку ему на плечо в молчаливом подбадривании продолжать. Кларк поджимала губы, стараясь держать себя в руках, а Миллер, от новости, что его друг открыл себя бисексуалом, сидел с отвисшей челюстью. Хотя, казалось бы, они оба понимали в теме «шкафов» очень много, да? Финн и Рейвен под конец его монолога хитро улыбались, как будто поняли из слов больше, чем они несли. — М-м, Беллами, прости нас… Нам не стоило так наседать на тебя, — Кларк потянулась через столик, чтобы коснуться его коленки. — Черт, я же сама знаю, какого это, и заставила тебя пройти через такое… — Эй, нет, Кларк, не вини себя! Не надо, — перебил ее Блейк, переплетая ее пальцы со своими. — Никто, ну, почти никто, не знал об этом, и я действительно со стороны выгляжу странно эти полгода. Я и сам это все понимаю. И я не не хотел вам об этом говорить, просто… Вдруг ничего не получится? — Не знаю, получится или нет, но Мерфи явно пытается чего-то добиться. — О чем ты? — А ты сам не видишь, как Мерфи буквально смотрит тебе в рот? Как он чуть ли не мурлычит от твоей стряпни? Как вы уже месяц не отлипаете друг от друга, реально не отлипаете! — сестра чуть повысила громкость, изогнув бровь в недоумении. — Да ну, он просто хочет дружить со мной… — Дружить? Нет, Белл, когда ты дружишь, тебе все ещё хочется немного личного пространства, верно? — Рейвен весело хмыкнула со своего угла. — Иногда вы тупо забываете, что я тоже в игре и, я уверена, что это первый вечер за это время, когда ты дома и не переписываешься с ним. Скажешь нет? У тебя же определенно была с ним какая-то договоренность до того, как мы тебя прижали? — Ну-у, а еще тот взгляд… — пробубнил Нейт. — Взгляд? — переспросила Кларк. — Помните август? Последний раз, как мы всей толпой собрались на пляж…

———

      Песок под ногами такой горячий! Обжигающе, но надевать шлепки, во-первых, бессмысленно, во-вторых, пошли они нахер, ему нужно впитать последние крупицы лета! Они приехали ближе к трем часам дня, когда солнце уже не плавит твою кожу за две минуты, так что терпеть можно было, все равно скоро привыкнет.       Октавия уже переоделась и, вереща, бежала к воде. Погрузившись с головой, выныривая, она эффектно махнула своими длинными мокрыми волосами, так что брызги пошли веером в стороны. Атом и его девушка, Молли, сиганули по причалу следом, подняв ещё больше брызг и волн. Рейвен устанавливала над своим полотенцем пляжный зонтик, Кларк обильно мазалась кремом от солнца, защищая свою белоснежную кожу. Финн отошел купить больше колы, так как по дороге сюда половину его сумки-контейнера со льдом опустошили. Миллер и Брайан, за то короткое время, пока они здесь, успели закопать друг друга в песок по подмышки. Какие же они дети…       Беллами же решил просто постоять, он не боялся сгореть, пока не хотел купаться, так что упер руки в тазовые кости и открыл лицо жарким лучам. Полуоткрытыми глазами он следил за сестрой. Да, он доверял Атому и Молли, но переживания за О всегда будут в его сердце. Спустя пару минут со стороны волейбольной сетки в него прилетел мяч, не сильно, в ногу. Открыв глаза полностью, Белл увидел, что к нему уже бежит какой-то парень. Бледноватый, но с красными пятнами на голых плечах и коленях, волосы были зализаны водой назад, а ясные глаза были широко открыты. — Чувак, извини пожалуйста, я слишком далеко подал мяч и он отскочил! — Все хорошо, он не сильно врезался, — заверил Блейк, на что у незнакомца появилась неловкая улыбка. Он потянулся за мячом, выпрямился и задержал взгляд на торсе Белла на секунду. Всего секунда. — Слушай, а, может, пойдешь с нами? Мы всего втроём играем, мне бы не помешал сокомандник… Я так понимаю, у вас большая компания, мы будем рады народу! — стало не понятно, от перегрева ли на щеках парня выступил едва заметный румянец. — Хм, я не против, давай у ребят спросим, — Беллами обернулся к остальным и повысил голос, чтобы его услышали и под песком. — Эй, народ! Кто в волейбол пойдет?       Девочки под зонтом качали головой, подошедший Финн вскинул руку, а Миллер с парнем продолжили лепить какие-то песочные кучи. Молли любила волейбол, так что как только услышала возглас, выбежала с воды и начала тереться полотенцем, отжимая волнистые волосы. — Получается три на три. — Офигенно! Я Мерфи, — голубоглазый протянул руку. Ребята тоже представились и пожали его ладонь. — Пойдемте, других моих калек представлю!       Мбеке был смуглым парнем с коротко бритой головой и темными глазами, Эмори, его девушка, на вид была хрупкой, но как будто держала двух парней стальной хваткой, сдерживая их придурковатость. Было решено разделиться по компаниям, чтобы каждый знал свою команду. И черт возьми, их противники были хороши! Девушка перед сеткой подпрыгивала высоко, Мбеке был быстрым, а Мерфи больше не делал ошибок и подавал мячи четко в пустые зоны. Белл давно не играл с полной отдачей, и это было просто супер! В конце концов, они все вымотались и было решено объявить ничью, а Финн пригласил ребят присоединиться к их тусовке, на что их новые знакомые охотно согласились. В итоге, толпа из двенадцати человек шумела до заката, они пили ледяную газировку, устраивали огромные волны на воде и просто знакомились. Оказалось, что Мбеке был в той же школе, что и ребята, уже пару лет, но вел себя максимально незаметно. Эмори перевелась в середине прошлого года, а Мерфи решился перейти к друзьям только в этом. А еще оба парня носили одно и то же имя, и, чтобы не путать окружающих, представлялись всегда фамилиями. Из-за этого только самые близкие звали их «Джонами».       И да, Беллами нравилось смотреть на бледную шею с выпирающим кадыком. Раньше эта деталь его отпугивала, но, может, виной тому было то, что раньше он рассматривал только женские шеи… Ему так же нравилась плоская грудь, хотя обычно его пассии были минимум с двоечкой. Нравились крепкие руки, увитые чуть взбухшими венами, чего в мягких формах бывших любовниц просто не могло быть. Нравились сильные ноги с выраженными квадрицепсами, но те, с кем он раньше встречался, обычно качали больше задницу. И конечно же, Блейк понимал, что все это мужское. А наличие члена между ног ему никогда не нравилось.

———

— Я частенько ловил его взгляд на тебе, Белл. Мужик, он облизывал глазами твою спину! — Посмотри на него, кто этого не будет делать? — возмутилась Рейвен, за что получила ревнивый тычок Финна. — Я имею ввиду, Беллами у нас красавец, это же факт. Его спина широкая, плечи сильные, пресс даже проглядывается. — Я сейчас реально обижусь, — сказал Коллинз. — А я реально убегу от смущения… — буркнул Блейк в ладони, скрывая свое красное лицо. — А эти кудряшки? Да мой братик сердцеед. Одни его веснушки чего стоят, настоящий милашка! — Октавия начала натурально издеваться над стремительно уменьшающимся братом. — Ну ладно, ладно, мы поняли что Беллами горячий, никто и не отрицал. И мы можем предположить, что Мерфи думает то же самое, — продолжил Миллер. — Вопрос в том, осознает ли это о себе сам Мерфи? И знает ли он, что нравится тебе? — Боже блять… Зачем я вам рассказал?

———

      На удивление, в доме Лексы хватило места для всех. Кларк и Джаспер помогали накрывать на стол, Нейтан с Атомом таскали к нему стулья, Монти включал на магнитофоне какие-то песни, Рейвен и Эмори что-то крошили на кухне, откуда иногда доносился смех. Блейки, Финн и Мерфи приехали вместе с Мбеке на машине Эмори, потому что на автобусе им было очень долго добираться. Беллами поставил рядом с курицей салат, который приготовил дома, а Октавия быстрее всех плюхнулась на пододвинутый диван, занимая ей и брату места. Когда все уселись по местам, Финн стал разливать напитки по бокалам, подкалывая барменов самоучек.       За пять минут до этого Хэда ушла наряжаться, и сейчас девушка спускалась с второго этажа, цокая невысокими каблуками по паркету. Беллами мог поклясться — он видел ее в юбке второй раз за все то время, что знает ее. Длинные волосы струились волнами по плечам, а голубые глаза были подчеркнуты темными смоки. Когда виновница торжества села во главе стола, из дверного проема кухни показалась Кларк с большим тортом и кучей горящих свечек, воткнутыми в него. Приглушив свет, Эмори тихо запела, подстрекая всех остальных. — С днём рождения тебя! — С днём рождения тебя! — С днём рождения, милая Лекса, — пропела Гриффин, поставив торт перед девушкой, у которой накрашенные глаза уже начали слезиться. Кларк оставила на ее макушке быстрый поцелуй и приобрела за плечи. — С днём рождения тебя!!!       Через мгновение Лекса задула все свечи одним махом, и все в комнате весело затянули звук «О», чокаясь бокалами в воздухе. — За Лексу!!! — орал Мбеке. — За Лексу!!! — поддержали остальные. Даже Октавия, с разрешения брата, пила вкусное шампанское. Хэда осушила бокал, стукнула ножкой о стол и скрипнула стулом, резко поднимаясь с него. Она утянула свою девушку в поцелуй, обнимая ее за талию одной рукой, а другой — прикрывая их губы от остальных, что не помешало тем взорваться очередными возгласами. Все же одна слеза пробежала по ее щеке, потянув темную дорожку за собой. Отстранившись, Кларк смахнула влагу большим пальцем, нежно улыбнувшись девушке. Ей приходилось смотреть вверх, так что она встала чуть на носок, потянувшись за ещё одним поцелуем. И ещё за одним. И ещё.       Пока пара явно увлеклась друг другом, остальные нашли себе ещё занятие, кроме как глазеть на слишком личный момент. Накладывали друг другу салаты, курицу и пюре, разливали по новой спиртное, резали торт и поднимали бокалы за счастье и здоровье. Джон с правой стороны от Белла положил в рот первую ложку салата и тихо промычал, привлекая внимание парня и сидящей по его правую руку Рейвен. — Я уверен, что это ты готовил, Беллами, — сказал с набитым ртом парень. Рейес подняла брови вверх, хитро сощурившись. — Пережевывай хорошо, Мерфи, распробуй. Блейк у нас готовит как боженька! — Я знаю, Рей, я готов на все, что угодно, ради его карбонары. — Даже так?! — подавляя смех, Рейвен вскинула глаза на краснеющего Беллами. — Бойся своих слов, парень. — Все, что угодно, — Мерфи накладывал ещё одну порцию его салата.

———

      Когда торт был съеден, животы полными, а алкоголя было ещё пить и пить, ребята разбрелись по дому. И конечно же, бар «Джасти» был открыт. Водка и апельсиновый сок со людом — «Отвертка» — случайно оказалась в руках единственной пятнадцатилетки. Но, так как из далека это выглядело просто как сок, Беллами и не подходил, чем сестра активно пользовалась, а Джаспер, опасаясь за свою жизнь, лил ей в стакан все меньше и меньше спирта, а Монти — больше льда. Рейвен закинула ноги на своего парня, чтобы Коллинг поглаживал ее по коленям, и тихо ворковала ему в ухо, массируя кожу его головы. Эмори выпросила у Лексы карты «Uno», чтобы играть с Мбеке и Атомом. Миллер… Кажется, Брайан снова полоскал тому мозг, судя по тому, как нервно Нейтан ходил по крыльцу и затягивался никотином. А Джон… Хм, а где Джон?

———

— Эй, Лекса, — негромко позвал Мерфи. Девушка до этого момента крепко обнималась с Кларк в глубоком кресле, посадив свою пару на подлокотник. Отстранившись, Хэда вопросительно подняла на него брови. — Извините, что так бестактно прерываю, даже, как-то неловко стало… — Что такое, Мерф? — Можно тебя на пару минут? — Не хочешь говорить при мне? — больше усмехаясь, чем обижаясь, спросила Гриффин. — … Прости, Кларк, — парень засунул руки в карманы джинс и опустил глаза в пол. — Как таинственно… Я сейчас вернусь, Кларк, — девушка поднялась и повела Мерфи по коридору. — Не против выйти на улицу? — Нет, захвати только куртку, у тебя плечи голые. — Какой заботливый, — Лекса взяла с вешалки свою кожанку, накинула на плечи и вышла в заднюю дверь. Было только начало марта, но снег практически полностью растаял, а солнышко мягко светило на ясном небе. С ногами забравшись на деревянную скамейку, девушка вновь вопросительно посмотрела на Джона. — Я… Фух, это так сложно, — пытаясь собраться с силами, парень заламывал свои пальцы в замок между коленями. — Эй, Мерф, — Лекса сжала его плечо. — Я выслушаю и помогу, чем смогу, ты знаешь. — Ха-а… Как вы с Кларк это начали? — Встречаться? Почему?.. Не отвечай, тупой вопрос… Ну, — Лекса чуть покраснела, и это явно не от едва морозного ветерка. — Это все ещё глупо, хотя я охренеть как благодарна Кларк… — Что? Какой-то тупой подкат? — удивился Мерфи. — Абсолютно тупой, если бы я уже не была влюблена в нее, я бы определенно послала бы ее далеко и надолго! — Колись, что такого смешного она выдала? — Окей, но слишком громко не кричи. В общем, сидела я во дворе школы, перед уроками, а тут она подходит. Говорит: «Эй, хочешь, на руке погадаю?» — Пф-ф-ха, — предчувствую полную фигню, Джон закрыл рот рукой. — А я-то как откажусь, она нравится мне уже больше года. Даю ей ладонь, она что-то обводит на ней, хмыкает… «Твоя любовь очень близко к тебе!» говорит, — она чуть изменила голос. — Я спросила, насколько близко, а она: «О, прямо перед тобой!». И дала деру так, что только пятки сверкали! — видел Бог, Мерфи старался сдерживать неистовый хохот в себе, но настолько тупой способ пикапа не мог не вызвать истерику. Он смеялся в руку, покачиваясь назад и вперёд. — Ты громкий, потише! — Я не… Я не могу! — Эй, не смейся над моей девушкой! — Хэда больно хлопнула парня по лопатке, но смеяться он не перестал. — И что было дальше? — Дальше я нашла ее в столовой, попросила выйти, и засосала ее нахрен! — это вызвало вторую порцию истерического смеха, но теперь и Лекса хихикала с ним. — Да ну нет, не говори мне, что это правда… Нет, я так точно не сделаю… — Поделишься, кто на этот раз украл твое сердце? — Украл? На этот раз? — Ну… После Найен прошло довольно много времени. — Пф-ф, — поставив локти на колени, Мерфи вздохнул. — Знаешь… Я не уверен до сих пор, что эти чувства правильные… Что я их не придумал или что-то типа. — А такое было раньше? — Если подумать… Аллен нравилась мне, нравилась больше, когда ее не было рядом. Где-то поблизости, просто смотреть на красивую девушку… Когда она призналась мне в симпатии, я просто ответил:"Давай попробуем!» — Она нравилась тебе внешне, но ты не хотел ее? — Я… Я будто смотрел на куклу на полке. Красивая, но дорогая, потому что умеет говорить «я люблю тебя»… Как козел звучу? — Немного. — Я не мог бы ее реально полюбить, а ее чувства я… Боялся задеть, и боялся слишком сильно, думал, что она сломается, как стекло. Поэтому она меня бросила. Что насчёт Найен, то… Чувств не было ни у нее, ни у меня. Она сказала: «Давай попробуем», а для меня она была как те коллекционные куклы из фарфора. Красивая, все ещё лучше на полке и не говорит. — Реально козел, — ухмыльнулась девушка. Парень просто пожал плечами. — Тогда, что сейчас? — Ну… Я не знал, что парни мне тоже нравятся… — О-о? — Ага. — Ха-а, — Лекса заправила за ухо локон и пододвинулась к Мерфи чуть ближе. — Это усложняет ещё больше и так сложный вопрос, не так ли? — Пиздец как. Но, нет. Я не чувствовал ничего такого раньше. Ни с Найен, ни с Аллен, ни с Эми, ни с… Онтари. — Не произноси это имя. Ты ничего и не мог чувствовать к ней, — шипит Хэда. — Верно. Сейчас я… Хочу трогать, а не просто смотреть. Хочу разговаривать с ним, хочу часами быть рядом, я… Хочу чтобы он тоже хотел меня. — Мерфи, — девушка убрала его челку за ухо, чтобы парень посмотрел на нее. — Я чувствую то же самое к ней. И, скорее всего, это называется любовью…       Джон не нашел, что ответить. Сложно было принять, что все эти чувства, которые были с ним черт знает сколько, имеют такое сильное название. «Любовь». Почувствовав, как слезы начинают копиться в уголках глаз, он потянулся к Лексе, а та крепко обняла его. — Я реально влюблен в Беллами, — на грани слышимости прошептал Мерфи. И если бы он сейчас не был возле уха девушки, она бы ничего не услышала. Но Лекса услышала, ее брови взметнулись вверх, а рот приоткрылся. А руки ещё сильнее прижали тело парня, который давил в себе всхлипы. — Дыши, Джон. Все в порядке… Хочешь расскажу, как я поняла, что люблю? — парень только кивнул. — После Костьи я боялась этого чувства. Ты помнишь, как я закрылась? — снова кивок. — Боялась снова открыться, снова потерять. Ее смерть сломала меня… А потом стало пусто. Не хотела видеть никого, даже вас… Прости меня за это, что отталкивала. Тебе тогда тоже нужна была поддержка, а я… — У тебя было горе сильнее, я никогда не обижался на тебя, — более спокойным голосом прозвучало у уха. Руки на спине девушки мягко поглаживали лопатки. — И все же. Потом прошло пару лет, а я все ещё приходила на ее могилу раз месяц. И в какой-то раз я увидела Кларк. Она плакала, стоя у надгробия отца, но старалась веселиться. То есть… Она улыбалась своей самой широкой улыбкой, а из глаз ручьями текли слезы. Ее отец ушел из жизни за пару месяцев до нашей встречи, но она старалась жить без него счастливой жизнью, а я погрязла в отчаянии из-за девочки, которую знала всего ничего… С того момента я и начала замечать ее. Я очень удивилась, когда поняла, что мы были из одной школы. Стала искать светлые волны в толпе, украдкой слушала ее смех, когда она была с друзьями… А потом, видимо, она что-то заметила и… Погадала на руке, хах. — Ха-ха… Все ещё тупо. — Ага… У тебя карандаш по щекам растекся, дай поправлю.

———

      Они вернулись ещё спустя пять минут, подождав, пока истерика Мерфи закончится. Лекса напоследок улыбнулась ему и пошла к креслу, а Джон пошел на кухню.       Бухла стало гораздо меньше, потому что искусить творения «барменов» решили Миллер, Мбеке и… И Беллами, конечно же. — Как жизнь? — спросил Мерфи. — Хуево, — буркнул Нейтан в свою стопку. Блейк сморщил лицо и глазами дал понять, что расспрашивать его не стоит. Джон кивнул, облокотился на столешницу и подмигнул Монти. Тот отзеркалил жест и принялся наполнять для него высокий стакан из сервиза родителей Хэды. — Чем собираешься меня поить? — Водка, сок клюквенный, грейпфрутовый, лёд — «Морской бриз», — торжественно ответил Грин, прокатывая к парню напиток. — А цвет, как будто кого-то загрызли в море, — усмехнулся Мбеке. — А на вкус, — Мерфи отхлебнул и чуть прокатил по языку. — Как ранний алкоголизм! — Шикарно! — Блейк чокнул о его стакан свой и допил залпом содержимое. Все в комнате решили игнорировать угрюмое настроение Миллера, что смущало Мерфи, но он решил следовать всеобщей тактике. Спустя полчаса Нейтан вышел, Блейк за ним, а Джон подсел ближе к тезке и вопросительно вскинул голову. — Парень бросил по телефону, — ответил Мбеке. — Ну и чмо. — Жесть, — все оставшиеся кивнули. — Насколько я знаю, — начал Джаспер, протирая помытые бокалы полотенцем. — Они частенько ссорятся. Брайан сложный тип, а Миллер ему многое прощает. Может, ещё сойдутся? — Херовое это дело — мириться с заскоками другого. Я люблю Эмори, сильно, но если она начнет вот так же выносить мне мозг периодически, я не стану терпеть. — Конечно не станешь, ты же у меня парень принципов! — Мерфи зажал бритую голову лучшего друга под мышкой и пару раз с силой провел по ней костяшками. — Ау, эй, мужик!!! — Эй ребята, извините, — Беллами вернулся на кухню в своей куртке. Октавия ждала его на пороге, прощаясь с девочками и Атомом. — Мы пойдем, проводим Миллера. — Удачной дороги! — отсалютовал Джаспер, Мбеке просто кивнул. — Пока! — Точно доведете его вдвоем? — спросил Мерфи, поднимаясь со стула. Блейк удивлённо кивнул, завязывая на шее теплый шарф. — Если надо, я помогу. — Хм, — Джон мог видеть, как мысли бегали в голове парня. — Если хочешь, собирайся.       Мерфи быстро накинул свою синюю куртку, чмокнул Лексу в щеку, ответил на ее подмигивающий глаз своим, попрощался с остальными и выбежал за уходящими. — Итак, кто за то, что Беллами зажмет Мерфи первым? — громко сказал Мбеке. — Без шансов, Джонни, я ставлю двадцатку на Мерфи, — ответила Хэда, с улыбкой глядя на вытянувшиеся лица Финна, Рейвен, Кларк и Атома. — А… А о чем речь? — недоуменно спросил Монти, переглядываясь с таким же не вовлечённым Джаспером.

———

      До дома Миллера идти было долго, но зато все успели протрезветь, а парень — чуть успокоиться. Ну, что значит «успокоиться»? Нейтан вышел из стадии тихого гнева в стадию истеричного дебошира. Он рассказал, что Брайану не нравится, что Нейт так часто тусит с друзьями, всегда «трётся с какими-то стремными личностями» и не уделяет ему должного внимания. От услышанного у Беллами брови на лоб полезли. — Да я с ним, блять, все то время, что я вне школы! А когда я без него — так это он отменил встречу. Причем, когда он хочет провести время со своими друзьями, наши планы считаются неважными! — вскрикивал Нейтан. — Брат, ты слишком многое ему позволял. — Да он веревки с тебя вил, засранец! — негодовала Октавия. Мерфи старался не встревать в их разговор, просто молчаливо шел рядом и кивал. — Да пошел он нахуй! Видеть его больше не могу и не хочу. Давно пора было распрощаться, — голос чуть дрожал, но слез парень не лил. Беллами, признаться честно, сильно надеялся, что Брайана действительно больше не будет в жизни его друга. Он был прикольным, но Белл видел, как сильно для этих отношений старается Нейт и как плевать было его бывшему. — Хочешь, я посажу Октавию на такси и втроём затусим ещё? Я не хочу оставлять тебя одного, — Блейк приобнял парня за плечи, чтобы О не услышала его шепот и не начала кричать. Хотя, девочка прекрасно понимала ситуацию, и вряд ли стала бы капризничать. — Нет, спасибо, Белл, — Миллер положил свою ладонь на руку друга и сжал ее. — Я хочу побыть один, мне нужно именно это. Немного самобичевания, жалости к себе и тоски. Со мной все будет хорошо.       Тем временем они уже дошли до его дома, так что они принялись прощаться. Блейки крепко обняли Нейтана с обеих сторон, а Мерфи пожал тому руку и похлопал для поддержки по плечу. Махнув ребятам рукой, Миллер натянуто улыбнулся и зашёл в дом. — Ну что, теперь провожаем вас? — Джон ухмыльнулся одной стороной рта и засунул руки в карманы. — Только если хочешь, мы не обидимся, если ты пойдешь обратно. — Нет, обратно я точно не пойду, далеко слишком, погнали до вас.       Беллами такая идея нравилась, потому что хотел провести в компании возлюбленного ещё хоть немного больше времени. Хоть он и сидел рядом с ним за столом, но в комнате было слишком шумно, так что парни толком не поговорили за весь вечер. Октавия рассказывала, как ее знакомую, Рому, бросил парень точно так же, по телефону, и как та ещё несколько месяцев ревела ему в трубку, пока он ее не заблокировал. Мерфи сказал на это, что ее знакомая не уважает себя, раз столько времени унижалась перед таким отбросом. — И вообще, я не понимаю как так можно! Тупо сказал в трубу «мы расстаёмся», и все? Таких надо нахуй слать сразу же. Запомни, Октавия, если кто-то захочет так же тебя бросить, говори мне или брату сразу же, мы им… — Спасибо, защитничек, я учту, — перебила его девушка. — Только если мой братец позволит мне завести себе кого-то! — Настолько все плохо? Белл, перестань тиранить девочку, подростковые годы должны быть самыми насыщенными! — Заткнись, Мерфи, — улыбнулся Белл. Он всегда говорил это парню без злобы. — Серьезно, когда и на чем ей обжигаться, набираться опыта? Упорхнет из гнезда, найдет первого попавшегося козла и настругают они с ним ораву ребетёнков, плакать же будешь, — со стороны Октавии послышались наигранные звуки рвоты, но она тоже улыбалась. — Заткни-ись, мы пришли. О, забегай в дом, холодно уже, а ты с голыми лодыжками. — Ну вот видишь? Как я кого-то найду? Пока, Мерфи, — девушка впервые обняла его на прощание, чем вызвала удивление на лицах обоих парней. Когда она захлопнула дверь, Джон хихикнул себе под нос, понимая, что теперь «приручил» уже двух Блейков. — На самом деле… Я не хочу прощаться, — почти шепотом сказал Беллами, но Мерфи это услышал, и его глаза с черной подводкой, местами стёртой и поплывшей, заблестели интересом. — Да? И что ты предложишь? У меня тоже лодыжки голые… — Не хочешь зайти ненадолго? Я оставил немного салата, — стоя под уличным фонарем, на пустой улице, Беллами ощущал этот тихий разговор чем-то… Интимным? Голубые глаза Мерфи ярко просвечивались, а бледная кожа ещё больше высветлялась. Каким же Беллами чувствовал себя влюбленным… — А миссис Блейк? — Мисс. Она сейчас… — парень достал телефон и проверил время. Двадцать два часа, десять минут. — Должна быть на свидании. — Оу? А мать, значит, на свидания ты отпускаешь? — заходя в теплый дом, насмешливо спросил Мерфи. — Заткнись и мой руки. — Привет, Октавия! — Какого.?

———

      Чем ближе были выпускные экзамены, тем реже у ребят выходило повеселиться всем вместе. Прошел один, второй месяц, чтобы хоть иногда видеться с друзьями Блейк вернулся обедать в столовую. Теперь он не мог остаться наедине с Мерфи, что печалило Белла. Джона же печалило и то, что теперь придется есть школьную еду, а не вкуснятину, что приносил ему парень. Но теперь их стол был скорее похож на президентские слоты для важных заседаний. Каждый обед три рядом стоящих предмета мебели сдвигались вместе, чтобы уместить за собой двенадцать ртов. Лекса, после признания Кларк, всегда садилась рядом со своей девушкой, Эмори тупо на буксире притащила своих Джонов, а Монти с Джаспером однажды просто не досталось свободного стола, поэтому ребята пригласили присоединиться к их «пиру».       Белл удивлялся, как всего за год его круг общения разросся так сильно! Ему будет чертовски сложно и больно отпускать каждого из них после выпуска. Ту же Приму, которая иногда попадала в его поле зрения, стоя под ручки с безумно влюбленным Зэйном. Девушка подмигивала ему и поднимала брови в сторону Мерфи через толпу. Всегда напоминая.       «Кошачьи яйца, Беллами, помнишь?» — трубило а голове ее голосом. Беллами помнил, но страх разрушить то, что у него уже есть, встал шипастым комом в горле. Джон что-то чувствует к нему, это да. Но это ведь не обязательно то же, чувство, что и у Блейка. Страсть, похоть, влечение, просто интерес, что угодно. Теперь и Беллами замечал на себе его долгий взгляд, который заставлял краснеть и прятать голову. И, казалось бы, не проблема, если Джон хочет его тело и только, ну и что? Но Белл так не мог. Ему было стыдно за собственные мысли и фантазии, которые преследовали его несколько месяцев назад. Да, тот самый сон долго не выходил из его мыслей, и все ещё иногда всплывают яркие образы влажного юркого языка и ощущения сильных пальцев! Но сейчас не это было важно в Мерфи! Его искренняя улыбка, когда он выигрывает у Белла; его тихий смех, когда тот в отместку щекочет парню ребра; его хитрые глаза, когда Джон замышляет какую-то шалость; его теплые объятия, когда нужно поддержать друзей. Для Блейка стал важен весь Джон Мерфи. Даже его не очень положительная сторона.

———

      В один из выходных от всех дополнительных занятий, подготовительных курсов и всякого подобного дерьма Джон повел его снова на картинг. Лавируя на уже знакомой трассе, в этот раз победу одержал Блейк, наконец-то взяв у Мерфи реванш. Но парень нисколько не расстроился, наоборот, Джон улыбался ещё шире, чем при своих выигрышах. А потом Белл напросился к нему в гости, чему Мерфи тоже не был против. Так парень впервые оказался у него дома. — Я Беллами Блейк, — протянул он правую руку седовласому мужчине голубыми с вкраплениями желтого глазами. «Этим в отца» — подумал Белл. — Алекс Мерфи, приятно наконец познакомиться с тобой, парень, — морщинистая рука похлопала его по плечу, пока вторая все ещё сжимала ладонь юноши. Наконец в поле зрения появилась крашеная шатенка с крючковатым носом. — Синди. Мне тоже было интересно на тебя взглянуть! Сын уже который месяц жужжит, какой его новый друг классный, — насмешливая ухмылка сына отразилась на женском лице. — Ага, молодец, застыдила меня, — Джон подхватил Блейка под локоть и потащил по коридору. — Не слушай ее, она любит поиздеваться на до мной. — А что, я не классный? — следуя за парнем, Белл рассматривал старые фотографии а рамочках, развешанные по стенам. Младенец на руках отца, первые шаги, первый день в школе, рядом с чумазым мальчиком и девочкой с перевязанным лицом. Рамка с множеством миниатюрных фотографий на школьные альбомы привлекла его внимание чуть больше, чем остальные. Разный возраст, одно и то же выражение лица на каждом снимке, кроме двух: последнем и пред предпоследнем.       На втором снимке лицо парня было не узнать. Это была одна сплошная гематома. На носу гипсовый лонгет, на скулах и под глазами фиолетовые синяки, правая бровь зашита, а губы искусаны в мясо. Взгляд обозленный, темный, страшный. Первая же фотография не была такой же ужасающей, парень был цел и невредим. Но вот глаза на обоих снимках были похожи. Они были мертвыми, без грамма обычного озорства. А вместо привычной улыбки были плотно сжатые в полоску губы. — Посиди здесь, я принесу чего-нибудь, — закатив глаза, Мерфи усадил его в мягкое кресло-мешок, после чего скрылся за дверью. Это дало Блейку время осмотреть комнату парня. Плакаты панк и рок групп украшали стены с серыми обоями, под потолком мигала гирлянда, парочка книг на полке соседствовала с запечатанной фигуркой «Fynko pop» с… Губкой Бобом, конечно же. Небольшой бардак на рабочем столе, парочка разбросанных вещей на ковре — обычная берлога подростка. И жёлтая губка у изголовья кровати. Беллами покраснел. — Ну, чем сегодня займёмся, Брейн? — Джон вернулся с пачкой чипсов и колой под мышкой. — Попробуем завоевать мир, Пинки. — Может, перед этим глянем фильм? Смотрел «Пункт отправления»? — Неа, включай.       Джон быстро нашел в своей подписке фильм и уселся на пол, подложив под голову подушку с кровати и поставив свой ноутбук между ними. Кровь, кишки и мясо, которого с лихвой хватало в видео, возвращали Беллами в коридор, к фотографиям. Он почти не следил за сюжетом и едва реагировал на жестокие смерти персонажей, что заметил хозяин комнаты. Поставив на паузу, Мерфи повернулся к застывшему парню на коленях. — Что-то не так, Белл? — … Если я спрошу, ты ответишь? — настороженно спросил Блейк. — Возможно. — Ладно… Что случилось, когда тебе было четырнадцать? — Мерфи сразу изменился в лице, став отчужденным. Было видно, что говорить о том периоде своей жизни он не особо хотел. — Рассмотрел, да?.. Ладно, я расскажу, — парень сел поудобнее, отвернувшись от друга. — В то время я… Поплохел. Я никогда не был пай мальчиком, и не буду, но тогда это дошло до максимума. Ссоры с родителями, драки в школе, издевательства над слабыми… Блять, как вспоминаю об этом, блевать от себя тянет. Один раз я тупо помочился на спину пареньку, который мне ничего не сделал… — бледное лицо исказилось морщинами, он был отвратителен сам себе за этот поступок. Белл же просто слушал, не вынося вердикты. — А потом меня нашли его старшие братья. Хах, может показаться, что за испорченную куртку сломанный нос и раздробленные ребра — это слишком много, но… Это поставило меня на место, если так можно сказать. Вправило мозг? Почему я могу издеваться над всеми, а они все не могут вдоволь насладиться видом, как меня колошматят трое старшеклассников? — хоть Джон снова улыбался, эта улыбка была скорее расплывшейся раной на его красивом лице. Неровная, болезненная, мучительная. — Потом я никого больше не трогал, а те, кого я когда либо обидел, удивлялись, когда я при каждой встрече извинялся. Может, я и трус в их глазах, но сейчас мне плевать, — Мерфи замолчал, выжидая какого-либо вопроса, ответа, хоть слова. Но Блейк не знал что ему сказать. Нельзя было пожалеть его или похвалить, с ним поступили так, как нужно было, и он после поступал, как должен был. — Ну, что-то ещё? Момент откровений не вечен. —… Тогда что насчёт прошлого года? — голос охрип от кома в горле, а ладони вспотели от волнения. — Прошлый год. Я перевелся в другую школу не потому, что хотел быть ближе к друзьям. Я хотел быть дальше от бывшей, — похоже, эта история была для него тяжелее, чем прошлая, потому что парень зарылся пальцами в свои чуть спутанные волосы, застряв в колтунах на концах. Спустя пару секунд он продолжил. — Я встречался с девушкой по имени Онтари. Знал ее давно, начали встречаться когда мне было через пару дней четырнадцать. Да, она застала мою стадию гондона. По сути, из-за нее я и стал таким. Ей очень нравились мои мудацкие выходки. Каждый мой проступок вознаграждался крышесносным поцелуем, она была на два года старше, и была пиздец какой опытной, — уши и шея Мерфи покраснела не то от смущения, ни то от гнева. Сложно было вспоминать следующие события. — После того, как я испортил куртку Коннора, до его братьев, мы наконец-то трахнулись. Это было охренеть как хорошо, и мне охренеть как стыдно сейчас, потому что я знал, что если я сделаю что-то настолько аморальное, она даст мне. А после того, как мне хорошенько промыли мозг, я понял, какой же сволочью был. Я охладел к ней. Она пыталась что-то навешать мне на уши, по типу « ты ещё покажешь им, не позволяй им себя сломать, ты достоин того, чтобы тебя боялись». Я порвал с ней. Получил тонну оскорблений в свой адрес, но было плевать. Хочешь, чтобы я продолжил? — Если... Если ты хочешь, — Беллами было интересно, но давить на Джона он не собирался. Спрашивал только потому, что тот сам спросил. — Полтора года было все супер. Мне призналась девочка Эми, которую каким-то образом не отпугнул мой образ отброса. Она была нежной, хрупкой, чистой. Я не хотел торопиться с ней, даже поцелуй случился только через полгода. И я бы не перевелся, если бы Онтари не появилась снова в моей жизни. Все случилось к Зимнему балу. Все были на вечеринке, Эми пошла потанцевать с подругами, я остался у фуршета. Подошла Онтари с двумя стаканчиками пунша. Я даже не знал, что она была там, ее не должно было быть там, но она была, — ещё одна пауза, в которую Джон просто дышал, закрыв глаза руками. — Она сказала, что ей жаль, что она так поступала со мной. Ей жаль, что со мной такое произошло. Она извинилась за оскорбления и предложила выпить за примирение. Я был тупым идиотом, потому что я принял стакан от нее, — Беллами задержал дыхание. Кровь застучала в его ушах, глаза не могли сфокусироваться на чем-либо в комнате, пальцы сжались в кулаки. Он не хотел услышать то, он чем подумал. — Следующее, что я помню, это как она скачет на мне в туалетной кабинке. Мой полувставший член без презерватива находился в ней, а ее лицо было таким, будто она ловила дикий оргазм десятый раз. И, блять, я не мог двинуть и рукой, но все равно кончил, — первый всхлип вырвался из искривленного рта, а Блейк уже не мог сидеть на месте. Он подтянул плачущего Джона к себе, уткнув его голову себе в плечо. Рубашку на спине смяли до треска ниток, ткань мгновенно пропиталась слезами, градом вырывающимися из глаз Мерфи. Он старался проглатывать всхлипы и истеричные вскрики, но не получалось. Все, что он копил в себе эти полтора года, нашло выход только сейчас. Не спасали ни сильные руки, сильно стиснувшие Мерфи, ни ощущение поглаживаний этими же руками, ни успокаивающий шепот около уха, ни тепло чужого тела. Ядовитые слезы продолжали жечь глаза, истеричные стоны продолжали вырываться из глубин сердца парня, заглушаясь плечом другого человека.       Оба не знали, сколько прошло времени, но за окном было уже сильно темно, когда икающие всхлипы стали звучать все реже. Мерфи ослабил хватку на мокрой рубашке Беллами, посмотрел на пятно в виде собственного лица, и стыдливо отвернулся. Он был рад, что звукоизоляция стен позволяла его истерике остаться только в этой комнате. — Прости, я ее испортил… — Все хорошо, это отстирается. Мерфи… — парень хотел повернуть его лицо обратно, удостовериться, что он более менее в порядке. В красных от лопнувших каппиляров глазах так контрастно выделялись голубые глаза, что становилось плохо. — Назови меня Джоном, наконец-то. Ты же знаешь мое имя, — потребовал Мерфи сорванным голосом. —… Джон, спасибо, что открылся мне. Мне ужасно жаль, что с тобой такое произошло, — сердце Белла готово было вырваться из грудной клетки. «Самые близкие звали их «Джонами». Он запомнил это ещё прошлым летом. Он один из самых близких… — Это был не конец… Я хочу пить… — Мерфи говорил слабо, через усилие и сухое горло. — Я сейчас принесу. Джон, встань, пересядь на кровать, давай, — он взял парня под локти и повел к постели, вернув подушку на место. — Возьми из моего шкафа футболку. Я не рассказывал родителям и не хочу… — Хорошо, я сейчас, — взяв первую попавшуюся, Беллами переоделся в сухое, оставив свою рубашку со слезами и прочими жидкостями на полу. Быстро дойдя до кухни, он спросил у миссис Мерфи стакан и наполнил его холодной водой, сославшись на то, что из-за сладкой газировки захотелось пить только больше. Зацепив ещё и пару салфеток с салфетницы, пока женщина не видела, парень вернулся к кутающемуся в одеяло Джону. — Вот, пей медленно, маленькими глотками, не торопись, Джон. Вот так, молодец. Хватит. А теперь сморкнись. — Фу, нет, я сам! — запротестовал красный Мерфи. На это Блейк лишь отвёл руку с салфеткой от руки парня. — Я подтирал сопли Октавии, когда мне было пять. Не ёрничай и сморкайся, — отрезал старший. Джон ещё пару мгновений воротил нос, но все же сделал то, что от него требовали. Выкинув мусор, Беллами снова подал парню стакан, все ещё не разрешая держать самому. Руки тряслись так, будто наркомана ломало по дозе, так что эта идея была так себе, даже Мерфи это понимал, но все равно гордость не давала просто отпустить все в руки другого человека. Даже если это был Беллами. — Останься сегодня здесь, пожалуйста… Уже темно, вдруг с тобой что-то случится? — нихрена он не поэтому просил об этом, это понимал каждый. — Конечно, Джон, я останусь с тобой, — без сомнений ответил Белл. Джон слабо кивнул и пододвинулся ближе к стенке, открывая один угол одеяла. Грань «друг-друг» медленно стиралась сегодня, но кому было до этого дело. Блейк залез к нему, оба были в штанах и футболках, но Джон внезапно подтянулся ближе, пряча лицо в груди Белла. — После этого я порвал с Эми. Она плакала, но я не любил ее, чтобы плакать вместе с ней. Я… Хм, я попросил отца перевести меня ближе к друзьям в конце года, а до этого я старался всячески избегать и Онтари, и Эми… Хочешь знать, почему Аллен порвала со мной? — Только если сам хочешь рассказать, — он обнял Джона, приглаживая всклокоченные волосы. — Она хотела перейти на следующий этап, а после того вечера у меня поджилки трясутся достать свой член из штанов. Одна мысль, что мне нужно будет трахнуть кого-то, заставляет меня пиздец как бояться.       Беллами не смог найти, что на это ответить. Лишь ещё сильнее придвинул снова дрожащего парня к себе.

———

      Спустя ещё месяц, весьма изнуряющий месяц, огромной компании друзей надоело сидеть в душных домах. К черту экзамены и поступление! Где они ещё не тусили? Правильно, на природе! Уже чувствовался летний ветерок, обдувающий серое после зимы лицо. Начинали припекать яркие лучи солнца, вызывая на носу Блейка ещё больше веснушек. Все начинало цвести и пахнуть, из-за чего Атом стал вечно чихать. Но не важно! Главное, что четырнадцать человек собрались вместе, кое как упаковавшись по трем машинам, загрузили их палатками, мясом, сосисками, овощами и бухлом, и поехали за город, подальше от забот и переживаний, навстречу лесной глуши и кристальному озеру посреди ничего!       Блейки сидели в машине Нейтана, вместе с Рейвен и Финном. Рейес и Октавия горланили попсовую песню, которую крутили по ещё ловившему радио, парни же тихо страдали от тотального непопадания в ноты и слишком высоких децибелов. Слева их внедорожник лихо обогнала старенькая Тойота, откуда под дикие басы им помахал Мбеке с Мерфи на заднем сидении. Вместе с ними в юркой тачке качали в такт головами Джаспер и Монти. Позади остался пикап Молли, который уже выжимал максимум своей скорости. Но в «ведре с гайками», как выразился Миллер, всем было плевать на сильное отставания от остальных, Кларк и Лекса подпевали вместе с водительницей, а Атом держался за трубу у крыши и гордо стоял в кузове.       Наконец, они свернули с шоссе на грунтовую дорогу, так что всех начало знатно трясти. Камни, ветки, ямы и выбоины затормозили Эмори, и теперь она вела свою малышку очень аккуратно. На всю округу играли Slipknot из опущенных окон маленькой машины, а попса из магнитолы Нейта переросла в шипение, так что парень ее выключил. Переживая тряску еще полчаса, они выехали на зелёную поляну. Слава богу, в этот день приехать на озеро взбрело только им, так что вся территория была в абсолютной власти подростков.       Так как у машины Нейтана были лучше колонки и басы, ему было поручено быть диджеем. И да, сопливые песенки не принимаются! Ребята стали распаковывать продукты и спальные места. Пока Рейвен занималась установкой переносного мангала, Финн пошел в лес за дровами и ветками для большого костра. Кларк с Лексой решили исследовать простенький деревянный туалет, который здесь поставили очень и очень давно безымянные самаритяне. Осы и пчелы ещё не успели приватизировать постройку, что было шикарно, но пару паучков девочки все-таки прогнали прихваченным веником. На деревянном столе, производства тех же самых добряков, Монти и Джаспер готовили… Салаты. Удивительно, верно? Ничего, до алкоголя они ещё дотянутся. Джон подготавливал маринованное мясо, нарезая его кусками и насаживая на шампура. Беллами с Атомом и освободившимся Миллером переносили большие бревна, ставя их ближе к будущему кострищу. Мбеке помогал Рейес довести угли до нужного состояния, чтобы не сжечь мясо. Девочки устанавливали палатки за принесёнными брёвнам, образуя круг.       Когда все было готово, Рейвен и Молли разложили полотенца на деревянном помосте к озеру и стали загорать. Младшая Блейк попросила Хэду научить ее фехтованию, потому что старшая девушка на своем дне рождения вскользь сказала, что занимается этим уже несколько лет, и теперь скакала по полю, вооружившись тонкой палкой. Остальные разбрелись кто куда, отдыхая в лучах солнца или заходя в прохладное озеро босыми ногами. Беллами занимался своим любимым делом — следил за сестрой. — Не сочтешь наглостью поинтересоваться? — донеслось из-за спины. Обернувшись через плечо, Белл увидел Мерфи, приближающегося к нему. Теперь за мангал отвечала Эмори. — Попробуй, — вряд ли парень смог бы хоть что-то скрывать от Джона, особенно после того вечера. О, тот день висел над головами обоих грозовой тучей, напрягая и заставляя ожидать грома. На следующий день они оба решили игнорировать тот факт, что Мерфи снова обслюнявил футболку Белла, закинул свое бедро на ноги парня и отдавил своей головой всю его руку. — Почему… Почему мисс Блейк? Если слишком личное, то… — Ты рассказал мне более личные вещи, перестань, — перебил Блейк. Вопросы о матери никогда не обижали парня. — Она родила меня рано. Подростковая любовь, все дела. Отец выплачивал алименты, пока не спился и умер. Потом алименты выплачивало государство. Мне не грустно, не жалей меня, я никогда не видел своего отца вживую, — Беллами сразу предупредил Джона, потому что обычно все так и делали. Тот просто кивнул, потерев кончик носа тыльной стороной ладони. — А вот отец Октавии только года два назад ушел от нас к другой женщине. Он хотел сына, а я был ему чужим. После рождения О они пытались, но у мамы что-то сломалось в организме. Поэтому он пошел на сторону, обрюхатил молоденькую блондинку и укатил с новорожденным сыночком в закат. Тогда для нас… Наступили сложные времена. Но мы справились, уже все хорошо. — Охренеть он козел, — Джон выгнул в возмущении бровь. Спустя минуту молчания он начал ёрзать. Спустя ещё минуту наконец решился. — Ты же не относишься ко мне по-другому после того раза? — Что? — Ну… Чувак, я вылил на тебя все свое дерьмо, потом обслюнявил всего, а потом… — Джон. Моё отношение к тебе такое же, как и до того вечера, — Беллами постарался заглянуть ему в глаза, но тот все время отводил их в сторону. — Эй, слышишь? Мне важно, какой ты сейчас и что ты чувствуешь на данный момент. Все совершали в прошлом проступки, все… — парень понял, что загнал себя в ловушку. Мерфи это тоже понял и ухмыльнулся. — Не думаю, что всех насиловали в туалете, Беллами. — Пф, блять, я плох в поддержке, извини. — Нет, не плох. Ты мне здорово помог тогда, став свободными ушами, теплом и нянечкой, — Мерфи отлип от бока пикапа, на который они оба облокотились, и подмигнул ему, уходя обратно к мясу.       Ближе к вечеру начали выпивать. Беллами наказал Октавии пить только пиво, и если он хоть краем глаза увидит, как девочка подходит к самопровозглашенным барменам… Танцы у костра — дело опасное, но юным ребятам не было страшно. Расхмелев, раздобрев от еды, всем было уже плевать, под что пританцовывать. Инди, поп, блек метал или рэп, ребята пытались словить ритм к каждой песне и не расплескать содержимое стаканов друг на друга. От Мбеке и Монти пахло травкой, но пока ею не пахнет от сестры, Блейку было все равно. И да, они поиграли в правду или действие, и теперь бедняга Молли была укутана во все имеющиеся тряпки и сидела близко к огню, потому что озеро было ещё недостаточно теплым. И да, пьяные друзья были врагами для Беллами, поэтому он всегда выбирал действие, и кукарекать во всю глотку ему было не страшно.       В конце концов, парень захотел побыть какое-то время один. Дойдя до края помоста, он уселся на пол, окунув голые ноги в холодную воду. Ночная прохлада освежала, выгоняла градусы из крови, выдувала ненужные мысли с головы. Он был счастлив! Все его друзья были рядом, его сестра перестала убегать от него, его возлюбленный где-то рядом обжигает спину своим взглядом. Да, они, возможно, так и не попробуют, но ничего страшного. — Эй, Беллами! — тот же самый голос, что и несколько часов назад. Только теперь язык Мерфи заплетался из-за выпитого, а походка стала более виляющей. Сзади, наверное, выглядит горячо. — Да, Джон? — он поднялся с места и пошел ему навстречу. Не хватало ещё, чтобы Мерфи упал в холодную воду и простудился. Извини, Молли. —… Бля… Дай сюда руку. — Зачем? — задав вопрос, Блейк все равно протянул парню руку. Тот развернул ее ладонью вверх.       «Хм, что-то знакомое. Что-то…» — думал Белл. От кострища послышался вздох. Что-то не так, Кларк? — Погадаю, — серьезно бросил Мерфи. — М-да? И что видишь? — Твоя любовь совсем рядом, — проведя пальцем по коже, парень вскинул голову вверх, смотря на Блейка в упор. С вызовом. С надеждой, что он поймет. А в голове Блейка орало «ДА НУ НАХУЙ». — Она прямо передо мной, — прохрипел Беллами. Зажатая в чужих пальцах рука провернулась и схватила запястье. Вторая взметнулась к голове Джона, наклоняя ту в сторону для удобства. Микродвижение Джона вверх, навстречу.       Фейерверк. В его голове буквально взрываются искры огромными букетами всполохов. Где-то далеко, вне зоны его слышимости, друзья улюлюкают, смотря в их сторону. Плевать. На его губах губы Джона Мерфи, человека, которого он любил. Такие, какие должны быть. Отзывчивые, ненасытные, требующие ещё. Юркие пальцы путаются в кудрях на затылке. Руки перемещаются на шею и талию, притягивая к себе. Ближе, глубже, чтобы стать одним организмом. Влажный язык оглаживает внутреннюю часть губы, сплетается с его. Воздуха больше нет, но кому он вообще нужен?! Только Джон, его губы, язык и обжигающе горячая кожа. Беллами качнулся вперёд, пытаясь протиснуться ещё ближе, хотя ближе уже некуда, и Мерфи чуть не потерял и так шаткое равновесие. Чтобы не упасть, он цепляется за его футболку на спине. Из горла вырывается удивленный стон, когда Блейк кусает его нижнюю губу, и вибрация, поступающая парню в рот, заводит ещё больше. Но Джон все-таки вынуждает его отстраниться, чтобы вдохнуть обжигающе свежий воздух, оттянув короткие волосы на затылке назад. Белл не собирался отпускать его, между резкими входами и выдохами он покрывал парня быстрыми поцелуями, от раскрасневшейся щеки, по длинной шее к плечу, прикусывая тонкую кожу. — Гоните мне свои деньги, лузеры!!! — весело пропела Лекса, поднимая бутылку светлого за новую пару. Возгласы долетели до оглушенного сознания Блейка, чуть отрезвив. Он попытался сфокусировать взгляд на радостных друзьях, чокающихся пластиковыми стаканчиками. Горячие губы пошли вверх до красного уха Джона. — Пойдем подальше от них? — ему ответил только кивок головы, губы парня все ещё пытались словить хоть немного кислорода.       Пришлось отпустить Мерфи из объятий, но Белл тут же переплел их пальцы рук, потянув за собой. Он вел парня вдоль берега, отойдя на достаточное расстояние, чтобы не слышать чужой смех, и притянул его к линии деревьев, зажимая Джона между своим телом и елью. Старший парень был объемнее, шире в плечах, и немного выше, так что пьяный Мерфи укрылся в его тени от подглядывающего полумесяца. Белл положил обе ладони на голову Джона, чтобы на секунду соединить их лбы, а после парень продолжил то, на чем остановился ранее. Он поцеловал закрытые веки любимых глаз, между бровей, что тянулись вверх началом, кончик носа и наконец-то приглашающе открытые губы. Чуть потрескавшиеся, влажные, со вкусом алкоголя и дыма, но Беллами не мог насытиться ими. Их хотелось все сильнее, он сминал их, лизал, посасывал и прикусывал, вызывая больше всхлипов и вздохов. Горячие ладони Джона потянули его за задницу, пахом прижимая к собственному полувставшему члену. Потеревшись о парня, Беллами сам не сдержал стона и оторвался от чужого рта. — Скажи… Скажи, что это правда… — Белл, — у Джона почти не получалось говорить, мозг отказывался работать на речь. — Блять, скажи, что ты не шутишь, Джон, пожалуйста, — собирая последние частицы разума, просил Блейк. Ему было чертовски важно знать, что это не какой-то прикол, не обычное опьянение, действие выкупленного косяка или пошлое любопытство. Если он его не любит на самом деле… — Белл, я очень… Очень сильно люблю тебя! И… Я знаю, что ты тоже что-то испытываешь ко мне, да? — голубой цвет был полностью затоплен чернотой зрачков, в которых Беллами видел себя. Они бегали по его лицу, стараясь найти что-то: подтверждение или отрицание. — Любишь? Точно? — Пиздец как люблю, Беллами, я… Никогда и ничего подобного… Не испытывал в жизни! А ты? Ты любишь меня? — Да! — их губы снова встретились. — Да, Джон, я очень сильно люблю тебя! Я люблю тебя!!!       Поцелуи приобрели солоноватый по вкус, слезы обоих парней смешивались между собой. Прерываясь только на очередное признание в любви, они не отлипали друг от друга до самой поздней ночи, прижимаясь друг к другу не только ради тепла.

———

      Прошло полгода. Изнуряющая сессия была позади, впереди — пару недель зимних каникул. Беллами кладет в коробку последнюю стопку нужных книг и запечатывает её скотчем. Его комната… Была невероятно пустой. Он видел ее такой впервые, ведь провел в ней всю свою жизнь, от младенчества и до совершеннолетия. Голые обои без памятных плёночных фотографий, пустой письменный стол, свободные вешалки в шкафу. Накатил лёгкий мандраж. Как будто, он стёр с этого места все следы своего существования. Конечно, это не было так. Вот его шкала роста на дверном косяке, где отметка «ОКТАВИЯ» осталась далеко внизу. Дырки от дротиков дартса, что были брошены мимо. Стёртые обои под столом от его длинных ног. Навечно чернющее пятно на ковре от краски для волос, которую маленькая сестрёнка не донесла до его головы. Зачем он красил темные волосы в черный? Не спрашивайте, как будто у вас не было этой фазы. Его жизнь осталась в этой комнате не в предметах, а в самом воздухе, атмосфере. Парень почувствовал тонкие руки, крепко обхватившие его торс со спины. — Не верится, что ты переезжаешь, — тихо прошептала Октавия. Белл положил свою ладонь поверх её. — Мне казалось, ты будешь рада. — Я рада! Но я все ещё не верю, что это происходит. Ты когда-нибудь сам об этом думал? Что ты оставишь меня? — Что я оставлю тебя? Эй! — он расцепил руки девушки, чтобы обернуться к ней лицом, и обнял её за плечи. — Я никогда не оставлю тебя! О, ты моя сестра, моя семья! Ты моя ответственность. Слышишь? — О кивнула, сдерживая влагу у уголков зелёных глаз. — Только подумай обо мне, и я приеду к тебе. Дай мне любой повод, и я примчусь с любой точки мира! Я люблю тебя, Октавия. — прижавшись губами к ее лбу, прошептал Белл. — Я тоже люблю тебя, большой брат… — одна слеза все-таки скользнула по щеке девушки. — Если Мерфи обидит тебя, я убью его. Так и передай ему! — Ха-ха, хорошо, моя защитница! Хэй, — с улицы донёсся протяжный гудок. Беллами вытер мокрую дорожку с родного лица большим пальцем. Как же много усилий ему требовалось не плакать самому. — Мне уже пора, поможешь донести оставшееся? — Мхм… Сделаю из этой комнаты свою гардеробную, — язвительно кинула сестра, подхватывая первую попавшуюся небольшую коробку. Парень знал, что она этого не сделает, поэтому только улыбнулся.       На улице их ждала мама со своим новым бойфрендом, который быстро прошел проверку Беллами. Ему было не страшно оставлять мать и сестру с этим мужчиной. — Ну что, парень, готов? — Кейн похлопал его по спине, пока тот загружал свои последние вещи в большой багажник машины. — Да, конечно, — стеснительно улыбнувшись, ответил Белл и был тут же стиснут объятиями матери. — Мой сыночек… Такой большой уже, ох, — она даже не пыталась скрывать слёз, рыдая в три ручья. Парень почти сломался, но продолжал держаться. — Я так рада за тебя, но не плакать не могу, прости меня! — Все хорошо, мама, я же не куда-то далеко уезжаю. Ну же, успокойся, всего-то поближе к универу. Ты можешь хоть каждый день приезжать. — Ха-ха, — женщина засмеялась, вытирая мокрые щеки платком. — Я думаю, Джонни будет против. — Хах, ну, это мы ещё посмотрим, он любит твои пироги с ягодами!       Загрузившись в машину с приятными кожаными сидениями, они наконец тронулись. Ближе к универу, студенческой жизни, в маленькую студийку, где его любимый Джон уже усаживал поудобнее Йоши рядом с улыбающимся Спанч Бобом у изголовья двухместной кровати.