О чем ты молчишь?

      Мы быстро вошли в квартиру и поднялись на второй этаж. Я предложила выпить пива, которое купила в этот же вечер в магазине. В комнате было жарко, поэтому я открыла балкон нараспашку. Железные банки потели у нас в руках, я стояла с сигаретой возле балкона и рассказывая историю своего переезда. При освещении Арсений выглядел так же, как и на улице. На его лице было немного веснушек, а глаза бездонные.       Спустя двадцать минут разговоров мне стало не по себе, что-то подсказывало мне бежать, тело чувствовало опасность. Из-за усталости меня сильно развезло, опьянение пришло быстро, но я так и не могла расслабиться.       Арсений шутил, но он казался очень странным. Мы сидели на моем диване, который всегда был разложен, как спальное место. Он был около меня. Слишком близко. У меня начался мандраж.       – Мне надо отойти, скоро буду. – в голову пришла идея постучаться Виктору, если тот дома или спуститься к Юрию, если он тоже дома. Идея была почти провальной, ведь не было слышно, как кто-то вошел в квартиру, а входная дверь всегда громко закрывается.       – Ты куда, разве ты меня позвала просто выпить и поговорить? – Арсений схватил мою руку и потащил к себе. Подобных сцен в жизни ни разу не было, я не знала, что делать. Шок сковал меня, я сама виновата, подумала, что это безопасно. Я пыталась вырваться, пыталась спокойно говорить, чтобы он меня отпустил, но все напрасно.       – Ну что ты ломаешься, моя хорошая, это не дело… – он стал снимать с меня рубашку, тогда я начала кричать. Уже было все равно, кто придет на помощь или ее не будет вовсе. Но Арсений продолжал сильно сжимать меня за руки и снимать одежду, в итоге на мне ничего не осталось. Он быстро разделся, одной рукой держал мои руки над моей головой, а второй гладил тело, возбуждаясь еще сильнее. Я почувствовала его стояк, от чего мне стало еще хуже. Какая беспомощность, как мерзко ощущать его касания, его поцелуи, которые начинались с шеи. И вот он хотел поцеловать меня в губы, а я все кричала и отворачивалась от него. Не зная, что делать, я плюнула в него и когда он отвлекся – укусила Арсения за шею настолько сильно, что он сам закричал. Парень разозлился, но вырваться мне не удалось. Он был разъярён, лицо покраснело, а не шее были следы крови, как и у меня на губах. Арсений замахнулся и ударил меня пощечине. Это было слишком сильно. Голова закружилась, я ударилась об стену, влетела в нее со всей скорости, помню, как кровь стекает по голове и каплями сбегает на простыни. Ну вот, опять стирать. Арсений взял меня за волосы, его ухмылку надо было видеть. Я уже не могла кричать, мои силы иссякли и вот, он сделает со мной все, что захочет. Но, последняя попытка может сработать. Я выдохнула, уставилась в глаза Арсению и со всей силы, которая у меня осталась, начала кричать.       – ВИКТОР! ВИКТОР, ПОМОГИ! ВИКТОР! – Арсений закрыл мой рот, положил меня на кровать и прилег на мое тело. Вот сейчас он войдет в меня, слезы льются рекой, во рту вкус крови и соплей, тело трясется. Виктор, помоги. Я в тебе нуждаюсь. Чувствую, что теряюсь. Но потерявши не плачут, да?       Не плачут.       Я заставила тело расслабиться, больше не сопротивляться, пусть будет так. Мне делать нечего, я не справлюсь одна. В ушах звенело, я ничего не слышала.       Выстрел. Еще один. Это последние звуки, которые я слышала.