Красный снег

      Розария медленно открыла глаза. В комнате было светло, а на улице уже давно день. Она посмотрела на часы. Женщина проспала, поняв это, она поднялась. Но сильная боль заставила её лечь обратно. От вчерашнего осталось лишь унизительное воспоминание. Бок всё ещё горел от боли. Бордоволосая медленно поднялась, схватившись за рану. В квартире так тихо, как прежде. Розария поняла, что скучает по этому шуму на кухне, ангельским голоском и этой милой улыбке. Если бы могла, то забрала её со школы.

***

      Барбара всё смотрела в окно, как снег тает. Совсем не слушая учителя, она думала о Розарии. Где она получила такое серьёзное ранение. Казалось, что руки всё ещё отдают запахом крови. — Гуннхильдр! — раздался удар линейкой об стол. Мужчина посмотрел на блондинку, которая с перепугу чуть не упала. Вслед за ледяными глазами учителя на Барбару посмотрели все ученики. И лишь у глаз её соседа по парте — Беннета взгляд был заполненным тревогой. — Да? — голубоглазая поднялась. Так унизительно. Она в центре внимания зевак. — Юная леди, вы меня совсем не слушаете, — съязвил облысевший физик. — Это не так! — возразила Барбара. — Тогда объясните принцип работы маятника Фуко, — с ухмылкой на лице произнёс учитель, поправив зелёный галстук, который совсем не подходил к его экстравагантному наряду. — Я-я не знаю, — раздалось очень тихо. — Что? — мужчина показушно наклонился к блондинке. — Я не знаю! — прокричала Гуннхильдр в самое ухо физика. От чего весь класс зашёлся смехом. — К директору! Живо и с родителями! — мужчина сжал руку Барбары и вывел её за двери, где влепил звонкую пощёчину. — Как ты смеешь?       Девушка плохо понимала происходящее вокруг, будто сцена из фильма, а она главная героиня. Сейчас закончится дубль, но щека болела, а руку сжимал до посинения противный физик. Барбара устала терпеть насмешки. Ей хотелось всем показать, что она не хрупкая кукла. Ей надоело терпеть учителя. Его несмешные и аморальные шутки тянули на рвоту. По дороге к директору Гуннхильдр всё надеялась, что это сон. Реальность угнетала её. Серое небо и стены. Потолок упадёт когда-нибудь и лучше на неё.       Было бы вежливо постучаться, но физик ворвался в кабинет директора. Мужчина пил кофе и мило беседовал, а скорее флиртовал со своей секретаршей. — Чем обязан? —густые брови съехали на переносицу. — Вот, полюбуйтесь, — учитель указал на Барбару. — Она мало того, что не слушала, так ещё и нагрубила. — Я не... — но брюнет только толкнул её. — Сейчас будем разбираться, — мужчина в кожаном кресле протянул блондинке домашний телефон. — Звони родителям или кому. Неважно.       Девушка больше всего хотела сейчас увидеть Розарию, но вспомнив о ранении, решила набрать домашний номер Джинн. После долгих гудков, Барбара поняла, что дома никого и придётся звонить своей спасительнице. Женщина подняла почти сразу и без лишних вопросов согласилась приехать. — Барбара, ты же была лучшей ученицей, — тем временем директор решил надавить на блондинку. — Сами пятёрки были, а сейчас что?       Девушка ничего не ответила, а лишь опустила голову, сжав руки. Тишина нависла в кабинете, не давая свободно расправить плечи. Кажется, голубоглазая даже вспотела. Всей душой она молила Розарию поторопиться. И вот спасительный стук в дверь. Медленно открылась дверь и в комнате, будто заметно похолодало. И так бледная кожа спасительницы была болезненно белой. Женщина прижалась к двери и хрипло произнесла: — Здравствуйте, — бежевые глаза упали на дрожащую блондинку. — А вы кем будете для этой юной девушки? — раздался грубый голос мужчины. Розария села возле Барбары. Их взгляды сплелись. — Я... близкая подруга её сестры, — последовало за вопросом. На что директор лишь хмыкнул. — Она слишком занята. — Бывает, — мужчина поправил пиджак и прочистив горло, сказал. — Барбара сегодня нагрубила преподавателю по физике. Пожалуйста, разберитесь с ней. — Хорошо, я вас поняла, — Розарии душно, жарко. Её давит ком в горле. Она задыхается. Бок страшно болит и кровоточит. — Я могу идти? — Да и заберите с собой юную леди, — с издёвкой произнёс мужчина в кресле. — До свидания, — сказала напоследок бордоволосая и грубым движением выставила за дверь Барбару. — Всего доброго, — раздалось за дверью.       Сделав несколько шагов, Розария прижалась к стене, а затем села на пол. — Розария... — Гуннхильдр упала возле женщины. — Тебе плохо? — Да... — сердце спасительницы бешено стучалось. Она посмотрела на блондинку и натянуто улыбнулась. — Поедешь со мной? — Конечно, — рука Барбары легла на ладонь Розарии.       Блондинка протянула руку и помогла подняться женщине. Обняв её за талию, девушка помогла дойти Розарии до машины. Они снова молчали. Хозяйка квартиры лишь сильнее сжимала руль. Уже возле подъезда Барбара снова обняла свою спасительницу и помогла ей дойти до квартиры. Они устало упали на диван и на миг их руки соприкоснулись. Блондинка уже хотела убрать руку, но Розария лишь сильнее сжала её. — Я осмотрю твою рану, — Барбара лишь хотела перевести тему. — Посиди со мной, — бордоволосая тяжело дышала, но всё продолжала смотреть на голубоглазую, будто искала в её глазах покой. Грудную клетку обжигали странные чувства. Розария тонула в голубом океане медленно, не пытаясь спасти себя. Тяжело понять кто первый сделал этот шаг, ведь оба сердца уже горели. Барбара целовала так неумело мило. Кажется, она даже плакала от эмоций, сжимая одежду женщины. Хозяйка квартиры обняла девушку за талию. Блондинка села на её колени. Барбара рвано хватала воздух, будто задыхалась, но снова и снова возвращалась к губам возлюбленной.       Наконец они отстранились, чтобы отдышаться. Барбара хотела убежать, но Розария обняла её. — Не уходи, — женщина уткнулась носом в шею Гуннхильдр. Тяжело дышала, обжигала светлую кожу. — Пожалуйста...

***

— Джинн, не стоит так сильно волноваться, — Лиза перебирала волосы девушки лежащей на её коленях. — Барбара уже взрослая. — Знаю, но что-то меня тревожит, — старшая Гуннхильдр поднялась. — Я уже где-то видела Розарию.       Блондинка всклочила с места и подбежала к телефону. Минчи лишь устало посмотрела на свою девушку. — Здравствуйте, это полковник Гуннхильдр, — Джинн сжала челюсть. — Мне нужно кое-кого проверить в базе данных.