Алый пепел

На часах где-то шесть утра, когда он понимает, что проснулся. Его веки медленно открываются, руки тянутся к волосам по-привычке, чтобы привести их в порядок, однако что-то мешает. Точнее кто-то. И тут он начинает вспоминать вчерашнюю ночь. Как он бежал в башню, чтобы снова выкурить всю пачку и избавиться от чувства ненужности в этом мире. Но тут всхлипы Грейнджер, её кровь на стене и каменном полу, на её губах и волосах. Потом он ложиться, обнимает. Просто обнимает, потому что так нужно. Затем подымает на руки, заранее наколдовав будущее ложе. Зелья, которые всегда есть в его сумке, любимые вишнёвые сигареты. Потом этот диалог, забота, самый спокойный сон за последний год в обнимку. Не может быть… Но всё по-настоящему и его, в принципе, это устраивает. Какое-то время он даже мечтал о ком-то заботиться, и вот должна же быть именно Грейнджер этой персоной? Ещё два года назад он сильно, очень сильно её оскорблял, а сейчас…? Сейчас он не может себе этого позволить. Он уже давно не чувствует это презрение и брезгливость к ней, даже наоборот. Как-будто вместе с отказом от семьи, фамилии Малфой, наследства и отца, он очистился. По идее, у него теперь фамилия матери, которая, кстати, сейчас живет в Италии. В поместье Забини. Он уже не хочет касаться волос, хотя они так и лезут в глаза. Затем он замечает, что его левая рука накрыта её крохотной ладошкой. Маленькая, но от неё столько тепла. Занятия должны начаться примерно через три часа, пока он не будет будить гриффиндорку, которая мирно спит на его груди. Они дышат в такт. Он поспал два часа, а ощущение будто провёл целую неделю в постели. Высвободив ладонь из цепкой хватки Гермионы, он призывает пачку сигарет, которые так и остались на небольшом кресле. Открывает коробку, достаёт одну и подпаливает. Первая затяжка, выдох. Вдох. Вторая затяжка, выдох. Вдох. Третья затяжка, выдох. Вдох. -Доброе утро, Драко.—сонная Грейнджер опускается немного ниже, подгибая под себя ноги, ложиться на бок. Её голова теперь покоится на его животе. Малфой замер. Моргнул. Потом ещё разок. Нет не послышалось. Она сказала «Драко», не иначе. Он решается ответить, но просто открывает рот. Ничего. Вторая попытка выходит успешнее: -Доброе, Грейнджер. Она что-то бормочет, её кудри уже везде. Вот прямо везде: одна на её носу, вторая запуталась в ресницах, ещё она у него в руках, другая на коленях. Это довольно забавно, как же эта гриффиндорка потом их расчешет? Потом, его рука невольно опускается на её голову и совсем немного поглаживает лоб. -Сколько мы спали?—«мы». Блять, «мы». Ахуеть. -Где-то два часа. Ты как вообще? Ещё больно?—Мерлин, эта забота, будто она для него кто-то. Нужно что-то предпринять у себя в голове: Хорошо, пусть сейчас она будет желанным объектом заботы. -Ммм,—познавательно. Десять очков Гриффиндору. Похоже, ей уже лучше, раз она так спокойно передвинулась минутой ранее. А может, она разговаривает во сне и до сих пор спит? А что, возможно… Малфой вспоминает про сигарету. И снова та же схема: затяжка, выдох, вдох. Пошло дело, теперь он немножко накурился. Это приносит такой кайф, просто не передать. В прошлом году, Драко купил пятьсот пачек за отцовские деньги, тот конечно об этом не знал. Он выкупил всю лимитированную коллекцию и уже успел выкурить чуть больше половины.Ему особенно нравится этот запах, к тому же пепел не серый, как у обычных, а алый. Из десяти тысяч сигарет, уже пятёрочка в лёгких. Он повторяет ту же схему ещё два раза и половина сигареты уже скурена. -Так приятно пахнет, где ты их купил? Я пробовала у Гарри один раз, но запах был просто отвратительным. А у тебя вишня… Чего? Грейнджер когда-то курила? Никогда не поверю. -Просто у твоего дружка они были такие же дешёвые, как костюм Уизела на Святочном Балу. В Лондоне на чёрном рынке.—Малфой хмыкает и снова убеждается в своей отменной смекалке. Она тихо хихикает и, чёрт, это показалось ему…милым. -А можно мне…ну можно я попробую?—нет, однозначно нет. Но Малфой хочет убедиться, врала ли гриффиндорка, поэтому прикладывает пальцы к её губам. -Уверена, что хочешь? Это слишком вредно для твоего чистого органи…—но она уже вдохнула, ещё будучи с закрытыми глазами. «Малфой, опасность! Слишком большая затяжка! Останови её!»—голос в голове кричит на полную катушку. -Грейнджер…?—но она уже берёт всё это в лёгкие. Такое количество Драко вдыхает очень редко, только когда ему невыносимо. Выдох. Дым опускается и ровным слоем ложиться по всей комнате. -Это…они просто невероятные.—она открывает глаза и их взгляды встречаются. Сейчас Малфой просто ахуел. Это была самая профессиональная затяжка, которую он видел в своей жизни. И от кого? От Грейнджер, Мерлин, Гермионы Грейнджер! -Когда ты курила в последний раз?—вопрос слетает с губ молниеносно, но последнее слово перебивает звонок школьного пробуждения. Вглядываясь в её глаза, он понимает, что она растеряна и не хочет отвечать. -Думаю, нам пора идти собираться на занятия,—она медленно потирает глаза,—да и Джинни уже наверное волнуется.—Гермиона пытается подняться, но попытки тщетны. Тут из её уст доносится приглушённое «ай» и она подымает руки к волосам, сразу же натыкаясь на руку Малфоя. Он тут же хочет достать руки из этого клубка, но ничего не получается. Она опять шипит и помогает достать каждый палец по-отдельности, при этом улыбаясь. Когда она заканчивает, его рука снова находится в мертвой хватке, но она поспешно её отпускает. Потом Малфой очень аккуратно помогает ей подняться, уже встав с «постели». Он подает девушке две руки, заранее выкинув окурок куда-то за подоконник. Она их принимает и становится на ноги, смотря в его глаза. Драко не может поверить, что всё это происходит. У него конечно было множество фантазий с девушками из других факультетов, но с Грейнджер их больше всего. Потом она медленно отпускает его кисти и направляется в угол комнаты. Там лежит её палочка. Она быстро подымает её и снова подходит к Малфою. Зачем? -Спасибо.—очень тихо, но он слышит. Затем её руки обвивают его торс, а нос утыкается куда-то в грудь. Ему нужно что-то сделать, отодвинуть например, но он просто обвивает свои руки вокруг её маленького тельца. Она отстраняется и отходит. Всё дальше, дальше и дальше. Малфой оборачивается и смотрит в окно. Он слышит, как Грейнджер подымает свою сумку с пола, отпирает дверь с помощью заклинания и выходит. Он оборачивается и натыкается на нежную, какую до этого дарила только мать, улыбку. Он посылает «примерно» похожую в ответ и дверь закрывается, а он остаётся один.

***

Большой зал не то что полон учеников, а скорее переполнен. Жопа, откровенно говоря. Рядом с Малфоем сидит Блейз, тот самый человек, который никогда не бросит в трудную минуту. Но так было раньше, сейчас у него происходит «охота на гриффиндорку» и всё своё время он тратит, чтобы побыть подольше с этой «красоткой», как он выразился. Кстати, эта «девушка-мечта» один раз уже хорошенько долбанула Забини своей ладонью по щеке. А главное за что? Этого Блейз не сказал. Но сейчас у них происходит «марафон гляделок». Мда…клоунада. Малфой закатил глаза и сделал вид, будто он сейчас начнет блевать этому Ромео на штаны. На что этот пердун лишь шикнул, продолжая наблюдать за гриффиндоркой. Драко лишь улыбнулся и уставился в свою тарелку, как вдруг почувствовал на себе пронизывающий взгляд. Он поднял голову и наткнулся на те самые глаза, которые смотрели на него сегодня с нежной улыбкой. Самой нежной, что есть. Сейчас, она явно хотела ему что-то сказать, а точнее показать, так как её взгляд метался то на него, то на «Пророк» в руках Поттера. Намёк понят. Он чуть улыбнулся и незаметно подмигнул Грейнджер. Затем он встал, подошёл к Паркинсон сзади и быстро вырвав газету из рук однокурсницы, сел на место. Слыша громкое и явно недовольное бормотание под нос, похожее на ворчание старого деда, когда тот понял, что приехали его «любимые» внучата, он снова посмотрел на Грейнджер. И эта, блять, недовольна. А, ну да, она всё видела… Женская солидарность, Мерлиновы матушки. Беззвучно цыкнув, слизеринец открыл первую страницу и сразу наткнулся на своё недовольное рыло. Блять, что за день? Над колдографией он попытался прочитать текст, который напоминал почерк какого-то червя недоношенного. Мало того, что мелкий шрифт, так ещё и отпечатано отвратительно. Поднеся газету чуть ли ни к носу, Драко потихоньку начал понимать, где и какая буква:

Дорогие друзья, спешу вас обрадовать! Это событие произошло уже давно, но я только сегодня решила поделиться с вами. Уже НЕ наследник рода Малфоев отказался от своей аристократичной жизни и вместе с матерью перешёл на светлую сторону. Что же подтолкнуло его совершить столь серьезный поступок? Сейчас мы с моей командой в поисках хоть какой-то информации. Лично я больше всего склоняюсь к такому варианту как ЛЮБОВЬ. Неужели, УЖЕ мистер Блэк влюбился и ради этого сейчас находится с нами в одном ряду? Невероятно! У меня уже даже есть варианты, но предлагаю пока не разводить улей сплетен. Что, если избранница Блэка-грязнокровка?! У меня уже есть одна на примете… Что ж, друзья, это был настоящий намёк! Ну а я снова с вами прощаюсь на неделю. Ваша Рита Скитер.

На лице Малфоя та самая фирменная ухмылка и уже через мгновение он переводит взгляд на тот самый настоящий намёк и делает движение бровями: вверх-вниз, вверх-вниз. Она смотрит на него ещё секунду, а потом начинает громко заливисто смеяться. А он следом за ней. Все косились на этих двух сумасшедших ещё минут пять, а после вернулись к своей трапезе. Но Малфою было плевать, так как для него сейчас существует только он сам и эта невероятная девушка, с этими своими кудрями и такая счастливая. Он невольно вспоминает её вчера ночью и сердце замирает, но детская улыбочка ещё не успела сойти с лица. А после снова видит её пронизывающий взгляд. Она переводит его то на Малфоя, то на его тарелку, якобы говоря: «съешь уже хоть что-то в конце концов!». Эта игра его устраивает, но вот она тоже ещё ничего не съела. Он фыркает и смотрит на гриффиндорку говорящим взглядом: «сама давай съешь что-нибудь!». Она улыбается и не отводя своих глаз от его, берёт пирожок откуда-то слева и пихает его в рот, начиная смеяться. Потом что-то происходит, её глаза наполняются слезами и она начинает сильно кашлять, «красотка» Джинни бьет её по спине и пирожок выскальзывая изо рта, прилетает прямо в тарелку к Уизелу, приземляясь в его пюре. Тот так и сидит с открытым ртом, держа в одной руке вилку, а в другой куриную ножку. У него настолько ошарашенное лицо, что складывается впечатление: вот-вот заплачет. И снова все взгляды в зале принадлежат ей, от куда-то слышится смех и громкий шёпот. Малфой уже не выдерживает и начинает приглушённо смеяться в кулак. Забини ржёт на всю катушку, держась за живот. Пенси что-то шепчет Дафне, после чего они поддерживают остальных. Даже Поттер не скрывает эмоций. Гермиона уже извинилась раз сто, но Уизли даже не смотрит в её сторону, косясь на тот самый пирожок. Затем подымается с места и уходит. Гермиона уже встала и хотела идти за ним, но её рукав придерживает Джинни, шепча что-то сквозь смех. Но не успела Грейнджер сесть на место, как послышались аплодисменты. Все до единого в Большом зале начали аплодировать «героине дня». Гермиона просто села и зарылась руками в волосы, положив локти на стол. Так и закончился завтрак, благо все профессора на совещании. Когда всё утихомирилось, Малфой, решивший съесть такой же пирожок, встал и первым вышел из зала, перед этим посмотрев на гриффиндорку. Та уже на него пялилась такими глазами, будто хочет задушить. Он улыбается и выходит.