После дождика в четверг

Конец октября. Моросили частые дожди, чем портили настроение школьникам, которым приходилось идти грызть гранит науки. Одним из таких школьников был Антон Шастун - ученик 11 «А» класса. Но был один нюанс, из-за которого Антон шёл на уроки охотнее. Этот нюанс - Арсений Попов, его друг и сосед по парте, практически каждый день присутствующий на уроках. Его пребывание в школе стоило каждой капли дождя, которых Антон поймал на себя уже наверное триллион за два месяца учёбы. Арсений - «тайный» объект обожания Антона. Тайный в кавычках, потому что Попов догадывается о чувствах Шастуна, но умело обходит эту тему стороной. Антон же довольствуется малым - спасибо и на том, что другие не знают. Антон периодически вбрасывал намёки о том, что он не прочь сходить с Поповым на свидание, но сказать напрямую не решался. По крайней мере, до этого дня. Унылый вторник. Самый нелюбимый день 11 «А»: две математики, две химии, физика и русский с литературой. Чудо, что присутствовало больше половины класса. Арсений в том числе. День тёк медленнее карамелизовавшегося мёда. От монотонного голоса химика хотелось поскорее убежать, чем дальше - тем лучше. Физица снова называла всех бездарями, а молодой математик сегодня явно был в приподнятом настроении и особенно не придирался. Литература - последний на сегодня урок. Можно выдохнуть спокойно. Антон и Арсений неизменно сидели на третьей парте у окна и активно обсуждали предстоящий боевик, который вот-вот выйдет в кинотеатрах. Благо их не слышал Павел Алексеевич, который что-то увлечённо рассказывал про серебряный век русской литературы, не обращая внимания на перешёптывания в классе. Остановился он только услышав звонок с урока. Все ученики как один подорвались с мест, помчавшись в сторону двери. Арсений постарался протиснуться между одноклассниками, но его остановила ладонь Шастуна на предплечье, который аккуратно тянул его в свою сторону, явно собираясь что-то сказать тому на ухо. - Ты только так не беги, кое-что обсудить надо. Арсений обречённо выдохнул. Конечно, он не смог бы выбежать из школы первым, но почему это нельзя было обсудить на уроке? Он пошёл в одном темпе с Антоном на первый этаж в сторону гардероба. Парни забрали свои куртки и вышли на улицу. Шастун молчал, что сильно напрягало Попова. - О чём ты хотел поговорить? - Да так… Не будешь против, если я закурю? - Буду. Просто скажи, а то я скоро замёрзну и превращусь в ледяную статую. - Арсений, давай сходим на свидание? Попов сморщил нос. - Свидание? Ты смеёшься? - Нет, Арс, послушай. Давай просто одну встречу будем вести себя не как друзья, а как… ну… - Как потенциальные молодые человеки друг друга? Или как это назвать? Антон, сомневаюсь, что это хорошая идея. - Пожалуйста, одно свидание. Принуждать я тебя ни к чему не буду. Если тебе не понравится, всё вернётся на круги своя. - Блять, Антон… - Ну давай, когда только? - После дождика в четверг. - с ноткой сарказма в голосе ответил Попов Антон с надеждой улыбнулся и мысленно танцевал танцы с бубном, лишь бы в четверг пошёл дождь. Арсений одёрнул себя, подумав, что «когда рак на горе свистнет» было бы лучшим условием чем это, т.к. оно всё же менее возможно. Хотя, зная Антона, тот найдёт живого рака и научит его свистеть, а затем отвезёт на вершину Эльбруса и снимет видео, чтоб Арс не доебался. - Буду ждать. Арсений надеялся, что если это и произойдёт, то от их обычных встреч это «свидание» будет отличаться только названием. *** Всю среду и утро четверга Антон сидел как на иголках. Эти дни выдались сухими, что очень радовало Арсения и разочаровывало Шастуна. После школы парни привычно разошлись по домам. На небе не было ни одной маленькой захудалой тучки. Закон подлости во всей его красе. Пасмурный (в отличие от погоды) Шастун сидел за кухонным столом и делал уроки под «Снег в океане». Эту песню он ассоциировал с ними: «этим снегом с тобой никогда мы не станем…» . У Антона вцелом было довольно таки меланхоличное настроение. Время близилось к пяти вечера. По подоконнику забарабанили первые капли. Антон резко посмотрел в сторону окна. Дождь. Пока что, слабый, но этого должно хватить. Шастун побежал в свою комнату. Через пять минут у двери стоял полностью готовый Антон, в объёмном пуховике без капюшона, потёртых джинсах и его любимых конверсах. До дома Арсения пешком идти было минут пятнадцать, быстрым бегом можно было уложиться в семь. Но у Шастуна были наполеоновские планы, поэтому он под усиливающимся дождём побежал сначала в ближайший магазин, а затем оттуда до дома Попова. Тот живёт на втором этаже, что сейчас крайне на руку. По пустому двору разнеслось сначала несмелое «Арс!». Затем чуть смелее и громче. На балконе движения не наблюдалось. Мокрый до нитки Антон был подавлен, но не сломлен. Он продолжал терроризировать округу своими криками, пока из окна не выглянул Арсений Попов собственной персоной. При виде промокшего, дрожащего Шастуна с счастливой улыбкой, у того округлились глаза. - Антон, скажи честно, ты долбоёб? - Попов выглядел встревоженным, хоть данная картина его и умиляла. - Дождик! - Антон улыбнулся ещё шире и продолжил. - Ты обещал. Сегодня четверг, дождик скоро закончится. Ну наверное. Внезапно Антон громко чихнул. - Дурень. Заходи скорее. Арсений скрылся из виду, а Антон побежал под козырёк подъезда. На входе в квартиру его встретил обеспокоенный Арсений. Он всучил ему сухую толстовку и плед, а сам пошёл ставить чайник. Антон быстренько переоделся и в коконе из одеяла пришёл на кухню. Арсений уже насыпал в одну из кружек кофе и ложку сахара, а в другой лежал пакетик с фиолетовой этикеткой. - Антон, ты не ответил. - На что? - Ты долбоёб? Зачем ты попёрся под дождём осенью в другой район в явно не подходящей для этого одежде. - Я решил, что лучше прийти заранее, вдруг ты не успеешь собраться. - Блять, Антон… - Арсений подошёл к нему и, приобняв, уткнулся носом куда-то тому в ключицу. Антон смущённо поджал губы. - Ты обещал. - Я помню. - Арсений не мог расценить ту реплику как обещание, но с Антоном спорить ой как не хотелось. - Я в магазин забежал, халвы купил. - Антон действительно достал из кармана целлофановый пакетик с небольшими кирпичиками в ярких упаковках. - Ты же любишь? - Арсений коротко кивнул. - Ну вот. А, ну и ещё кофе три в одном, вдруг твой закончился, а оказалось не надо. - Ты ведь понимаешь, что ты мог просто позвонить? - Было не до этого, да и халва в шоколаде сама себя не купит. - Ты ведь заболеешь. - И что? - И что?! - Я так и сказал… - Антон, ты невыносим. - Возможно. Арсений коротко чмокнул его в лоб, проверяя на наличие жара. Антон расплылся в довольной улыбке и глазами-сердечками смотрел на Арсения. - У тебя похоже температура. - Знаешь, мне так похуй! - улыбке Антона позавидовала бы любая голливудская актриса. Арсений невольно тоже приулыбнулся, хоть и с примесью недовольства и волнения. - Дурень. Зонт, не? Не слышали? - Какой зонт когда ты тут, а я там? У Попова закончились слова, хотя он мог похвастаться целым толковым словарём, двадцать четыре на семь находящимся у него в голове. Арсений разлил кипяток по чашкам. Брови нахмурились, из-за чего он был похож на нахохлившегося совёнка. - Я принесу градусник, а ты пей и согревайся. Антон послушно отхлебнул значительное количество кофе, из-за чего поперхнулся и закашлялся. Из соседней комнаты послышалось недовольное ворчание и грохот. На кухню вернулся недовольный Попов с ртутным градусником в руке. - Горе луковое. Антон сунул под мышку термометр и оглядел кухню. В углу подоконника стояла одинокая икона и лежал деревянный крестик. Рядом стояла коробка из-под английского чая и упаковка мармеладок. По прошествии пяти минут Антон достал градусник и, улыбаясь, показал его Арсению. 36.8. Арс, в этот момент откусивший конфету нечётко сказал что-то вроде «халва богам» - Халва богам? Ты серьезно? - Я сказал «хвала», ты услышал то, что хотел услышать. - Арсений смущённо опустил взгляд в стол, немного раздражаясь. - По твоему я прям жаждал услышать слово халва? - Почему нет? - Действительно, почему?! - Антон вскинул руки. Одна бровь взмыла вверх, вынудив лоб сложиться гармошкой. Арсения всегда поражала мимика Антона. Он всегда выражал только одну эмоцию за раз, но делал это так ярко. И вот сейчас Арс сидел и хихикал, украдкой поглядывая на Шастуна. Тот обхватил кружку обеими руками и, теперь опять улыбаясь, пил свой кофе. - Антон, почему ты хотел на свидание со мной? - Почему обычно зовут на свидания? - Вопросом на вопрос отвечаешь? - А ты сам не слышишь? - Антон. - Арсений. - Дурак. - Сам дурак. - Я… я то есть тебе нравлюсь? Как парень? - Если это ничего между нами не изменит, то мой ответ да. А если ты пошлёшь на три весёлых буквы, то мне надо подумать над ответом. - Я пока не понимаю как я к этому отношусь. - Тогда я не знаю что тебе ответить. - А как ты понял, что ты не только по девочкам? - Сомневаться начал? - Антон улыбнулся и стал похож на маленькую шкодливую ведьму. - Дурень. - Не ну а что? Я - парень видный. - Он упёр руки в боки и приподнял голову. На это Арсений мягко усмехнулся и попытался спрятать лицо в капюшоне кофты. На яблочках щёк проступил еле заметный румянец. - у кого-то тут гейская паника? - Я не гей. - А я Шапокляк. - Иди нахуй. - Только если на твой. Теперь Попов закрыл лицо уже руками. Шастун как ни в чем не бывало продолжил пить свой кофе. - Дождик всё не заканчивается. - Что? - Дождик. Не заканчивается. - И что? - Помнишь сцену из "Дневника памяти"? Это могли быть мы с тобой, но ты не гей. - Ты хочешь целоваться со мной в голубом платье под дождём? - Можно без платья. - Ты хочешь целоваться со мной голышом под дождём? - Блять, Арс. - Я основываюсь на твоих словах. - И кто из нас дурень? - Ты. - Говоришь на меня -- переводишь на себя. - Тебе семнадцать или пять? Антон закатил глаза и подвинул табурет ближе ко столу. Зашуршал пакет с халвой. Арсений невольно представил тот поцелуй под дождём из фильма в их с Антоном исполнении. Это было неловко, но… занятно. Внутри загорелся слабый огонёк любопытства. Только в идеале Антона было бы неплохо сначала напоить, чтобы тот ничего не запомнил. - Шаст, ты с парнями до этого целовался? - Целовался. - кокетливо ответил Антон, заправляя воображаемый локон волос за ухо. - А с девушками? - И с девушками. - Кто лучше? - От конкретного человека зависит, не от пола. Хочешь попробовать? - Антон многозначительно приподнял брови и улыбнулся, обнажая зубы. Увидев смятение в глазах Арсения, он поднял руки в капитулирующем жесте. - Просто предложение. - Возможно, это странно, но хочу. Если ты пообещаешь, что никто никогда об этом не узнает. - Попов стыдливо опустил глаза и закусил губу. Антон, явно не ожидая такого развития событий, немного отпрянул, расширив глаза. Губы искривились в несмелой улыбке. - Давай только по-быстрому, ок? Мне и так не по себе. - Это… абсолютно необязательное мероприятие… Арсений встал с табурета и наклонился к Антону. Тому на щёки легли кончики пальцев Попова. Тот притянул его ближе. Губы парней соприкоснулись. Поцелуй получился чуть кофейным и очень чувственным. Арсений осторожничал, а Антон не напирал. Глаза Шастуна остались приоткрыты, чтоб наблюдать за подрагивающими ресницами Арса и неравномерным румянцем. Они отстранились спустя пару секунд. Арсений явно был немного озадачен. Антон же просто наблюдал за быстро-быстро моргающими глазами Попова и нежно улыбался. - - Арс, чай стынет. - Бля, может я би? - Не спеши с выводами. - Спасибо за халву, люблю её сильно очень. Это теперь единственное, в чём я уверен на все сто. А ведь я мог просто продолжать свою обычную гетеросексуальную жизнь… - Я тебя не заставлял. - … а тут ты, дождик и халва в шоколаде. - Мы слишком много внимания уделяем халве. - Халва - олицетворение стабильности. - Наш президент, вот олицетворение стабильности. - Политика - последнее, что я хочу сейчас обсуждать. - А что ты хочешь обсудить больше: свою ориентацию или…халву? - Теперь уже ты вернул русло разговора к халве. - Прости. Антон опустил взгляд и прыснул. Он ни разу так много раз не слышал слово "халва". Комичности ситуации добавлял озадаченный Арсений и икона на подоконнике, будто бы осуждающая парней. - Арсений, не обязательно что то решать. - Нет, подожди. Я хочу разобраться. - тихо прошептал Попов. - ты, кстати, неплохо целуешься. - Спасибо. - так же тихо ответил Шастун. Парни молча сидели, глядя в окно, где капельки дождя отбивали свой хаотичный марш. Изредка кто-то из них отпивал уже порядком остывшие чай или кофе. - Антон? Как насчёт второго свидания? Арсений опустил взгляд и смотрел куда-то на коленки, в то время как Антон внимательно смотрел прямо на него, пытаясь понять шутит ли тот. Видимо, не шутит. - Я за всеми руками и ногами. Арсений, всё не поднимая взгляда, улыбнулся. Через некоторое время они распрощались. Уже отойдя от дома Попова на приличное расстояние, он понял, что он ушёл в его толстовке, забыв свою на спинке кресла. Слабый дождик всё продолжал капать с неба, будто из неисправного крана. Завтра пятница, а за ней долгожданные выходные, на которые и было назначено второе свидание. *** Прошло уже несколько недель. Начинался декабрь. Кое-где белели островки снега. Два влюблённых школьника бродили по городскому парку, обсуждая всё подряд. Счастливый Антон держал смущённого, но не менее счастливого Арсения за руку. Бывало, прохожие окидывали их недовольным взглядом, но дальше этого не заходило. Они дошли до подъезда Попова. Арсений привстал на носочки и, обхватив руками шею Шастуна, коротко поцеловал его. Антон положил свои руки тому на талию и крепко-крепко прижал к себе. - Антон, людей не боишься? - Нет. В случае чего скажем, что я провожаю тебя в армию. Тем более никто не смотрит. - Мы стоим прямо перед моим подъездом. Перед моей матерью тоже армией оправдываться будем? - Придумаем, Арс. - Антон выдохнул и положил руку на макушку Арсения, утягивая его в очередной поцелуй.