Драконова Кровь

Гет
NC-17
Завершён
25
автор
Пэйринг и персонажи:
Размер:
186 страниц, 33 части
Описание:
Примечания:
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
25 Нравится 175 Отзывы 3 В сборник Скачать

Ошибки

Настройки текста
      Ошибкам свойственно накапливаться, а любым тайнам вскрываться в самый неподходящий момент. Впрочем, когда жизнь – это сплошной обман, побеги и встречи утайкой, любой момент – неподходящий. И вот сейчас стоя на коленях в стылом подвале, Иша смотрела, как брат пытал Кивейна, резал, колол и бил со знанием дела, даже испросил у матери разрешения отрезать ему язык, чтобы перестал смеяться, будто сумасшедший. На что та ответила отказом, она хотела, чтобы дочь присмирела и нашла истинный путь, а потому должна была видеть ответную реакцию избранника на боль.       Вот только Иша не желала отказываться от своего мужчины и не желала сама брать в руки инструменты ни под каким предлогом. Она знала, что преступив эту грань, никогда не сможет вернуться обратно. Очередной громкий вскрик заставил тело покрыться льдом мурашек, а взгляд сильнее застыть, нос забивал металлический запах крови, оседал на кончике языка, пробуждая бушующий внутри огонь.       – Ты можешь это прекратить, – издевательски сказал брат, утирая пот со лба и убирая выбившиеся из хвоста длинные волосы. – Всего-то займи моё место.       – Это ты займёшь его место, – прорычала та. – Ты поплатишься за всё.       – Ну, тогда продолжим, – покачал головой он и сделал очередной надрез на груди Кивейна.       Крик разорвал тишину, снова Иша вздрогнула, почувствовав, как на шее переставила лапки валшаррес орб. Она готовилась вонзить жало в шею непослушной девчонки, а кольцо, такое отзывчивое всё это время потускнело, превратившись лишь в необычное украшение.       Ночью она не могла уснуть, кутаясь в своей постели, Иша слышала раздающиеся звоном крики в голове и больше не могла выносить этого. Или она предпримет эту попытку или сойдёт с ума.       Быстро одевшись, она тенью выпорхнула в коридор, кутаясь в маскировочный плащ. Крадучись пробираясь мимо комнаты матери очень удивилась, когда увидела дверь приоткрытой. Внутри никого не было, и чародейка попыталась унять панику, чтобы не скользнуть обратно. Это могло означать множество вещей, главная из которых – провокация. Мать могла подловить её возле камеры и заставить взять в руки пыточные инструменты под угрозой расправы. И как бы Иша ни хотела причинить боль любимому мужчине, свою жизнь она ценила несоизмеримо больше его. И он сам всегда говорил, что пожил достаточно, потому к смерти и пыткам за эту связь готов с самого первого дня знакомства.       Прикрыв глаза и взывая к силе крови, Иша твёрдо решила утопить весь дом в огне, но больше никогда не ощутить легких прикосновений лапок паука. Уж лучше умереть самой и забрать всех этих тварей следом, чем об неё, как ураганный ветер, будет разбиваться его крик.       – Ты ведь можешь это всё прекратить, – голос матери она узнала не сразу. Таким ласковым и завораживающим она его почти никогда не слышала. Он всегда был холодным, властным и очень строгим, а здесь она едва ли не пела, проговаривая слова. – Одно моё слово и ты перестанешь испытывать эти боли.       – Что, завидно? – голос Кивейна был издевательски злым. – Становится понятно, почему ты отказала сыну в требовании отрезать мне язык. Между ног свербит, и хочешь почувствовать всё, да?       Глухой звук удара и болезненный стон прошёлся ножом по сердцу, Иша едва сдержалась, чтобы не ворваться внутрь и не выжечь лицо этой гадине. Да как она смеет отнимать у неё мужчину?!       – Гордый, значит. Отвечай! – послышался звук возни, но Иша предпочла не подходить ближе, боясь на эмоциях натворить непоправимого.       Нет, она не боялась за эту тварь, просто не хотела, чтобы на крик сбежались немногочисленные охранники и братья. Последние с удовольствием забьют её до полусмерти, ведь благословения Лолт на ней, как не было, так и нет.       – Что ты в ней нашёл? В этой истеричной, капризной, малолетней и уродливой идиотке?       – Огонь, – просто ответил он, издевательски засмеявшись. – Впрочем, такой зажатой стерве, как ты, этого не понять.       Снова звук удара, а потом и крик, переходящий больше в скулёж.       – Я сломаю её, и она собственноручно вонзит нож тебе в сердце.       – Попробуй. Мне всё равно, я отсюда живым не выйду, и ты ещё бо́льшая дура, если думаешь, будто я этого не понимаю.       – Это будет мой триумф, когда склоню её к Лолт, а ты, жалкий бродяга, больше не сможешь смущать её разум. Жаль, ты мог выиграть себе и не такую мучительную смерть.       Тихие шаги раздались внезапно, и Иша поспешила нырнуть в тёмную нишу, чтобы мать её не заметила. Та вышла из камеры, даже не удосужившись её как следует закрыть. Всё равно измученный убийца не сможет сбежать, даже если изловчится и вывернется из кандалов.       Дроу тут же вбежала следом, Кивейн поднял взгляд и не успел что-либо сказать, когда чародейка впилась поцелуем ему в губы. Она хотела запомнить этот момент, утонуть в тянущем чувстве предвкушения и разжечь страсть, решаясь на последний шаг. Вспомнить из-за чего и почему она это сделает.       – Не смей меня убивать сейчас, – тут же сказал он ей, когда дроу разорвала поцелуй, глубоко вдыхая. – Она всё поймёт. Я уже понял, что ты задумала.       – Они заплатят, за каждую каплю пролитой крови, за каждый твой крик, – прорычала она.       – Только сохрани хладнокровие, как бы тяжело ни было. А сейчас уходи, с этой твари станется заглянуть в твою спальню. Прощай, принцесса. И знай, я был с тобой счастлив.       – Прощай.       Она постаралась выбежать из камеры как можно быстрее, уже зная, что будет делать. Её план растянется на месяцы, а может на года. Глянув на потускневший камень кольца, сказала себе, что эту месть она свершит. И раз Лолт отказалась от неё, то пусть смотрит, как пылает один из её Домов.              – Ты до сих пор винишь себя? – голос прорвался сквозь вуаль темноты неожиданно.       Разрывая тени, вновь показалась небольшая комнатка, которую она так хорошо знала и Кивейн рядом, живой, здоровый, настоящий. После болезненных воспоминаний увидеть его настолько близко, почувствовать прикосновение к лицу оказалось невыносимой пыткой. И главное – знать, что он мёртв и сейчас этот сладкий морок создавал паразит. И надо отдать должное, он делал это со знанием дела, после боли воспоминаний преподнести сладостное забвение в иллюзии.       – Ты боишься ошибиться, сделать неправильный выбор, – он приблизился к ней, опаляя дыханием лицо. – Но тебе не стоит бояться, просто впусти меня, принцесса.       На этот раз ответить она не смогла, боль от потери и режущее чувство буквально выдернули из забытья.       Она очутилась на небольшой поляне, где весело полыхал костёр, спутники спали, во всяком случае некоторые. Лаэзель даже во сне держала рукоять меча в руке, Шэдоухарт свернулась котёнком чуть в стороне. А вот Гейла и Астариона не заметила, но решила не заострять на этом внимание.       Уилл нёс стражу и бездумно глядел на пляску огня, едва вороша угли длинной палкой. К счастью, подношение в виде тела Минтары сработало, пауки пропустили их. Матери дали возможность уйти, а голодные и недавно проснувшиеся от долгой спячки детёныши были слишком заняты поеданием гоблинов.       – Не спится? – спросил её Уилл, рассеянно подбросив хворост в затухающее пламя. – Я вот тоже не могу уснуть, потому и вызвался нести стражу.       Мантия Иши, как и рубашка давно высохли, но всё ещё бил озноб, потому она укуталась в лёгкое одеяло и подсела ближе к их герою. Следовало узнать о Мизоре больше, нежели тот рассказывает и сейчас была прекрасная возможность это сделать. Изобразив учтивость и постаравшись сделать голос как можно мягче, дроу сказала:       – Я видела рыжеволосую женщину в мыслях Шипа, – на этих словах Уилл заметно оживился и тут же перестал растерянно копошить веткой в углях. – Синее платье, ясные глаза, она была очень красивой.       – Это Мизора. Знаешь, что с ней стало?       – Её увели дроу, но не наёмники из Бреган Д'эрт, слишком уж дорогое снаряжение на них было. Но какой именно Дом, не знаю, знаков различия на них не было.       – Проклятие, я так никогда не разорву этот чёртов договор, – в сердцах выпалил он, выбрасывая палку в костёр.       Шэдоухарт была права, их народный герой, что так бахвалился подвигами, имел свою тёмную тайну. Любопытство зудело, так и норовя обрести форму вопросов, но Иша держалась, самим фактом молчаливого присутствия давя на него.       – Помнишь, я говорил, как встретился с Шипом и его бандой? Так вот, это не вся история, – Уилл стал напоминать мальчишку-подростка, рассказывающего страшилки в темноте. – Когда я очнулся от запаха гари и весь в крови, то молил небеса и ад, чтобы они помогли отомстить этому ублюдку за всю ту боль, что они причинили людям. За каждую загубленную душу! И среди всего этого хаоса появилась женщина, красивее которой я никогда до этого в жизни не встречал. Она подошла, стала ласково говорить, что я приобрету силу, которую никогда не смогу иметь, спасти всех, кого захочу и убить столько врагов, сколько смогу… В обмен на мою вечную преданность.       Он сделал паузу, хотя дроу уже поняла, кем именно была та красавица. Среди разрушенного поселения прекрасной нимфой зачастую являются не боги, не потревоженные мстительные духи или же призраки, жаждущие справедливости. Насилие заставляет являться других существ, особенно, когда униженный поражением человек или иной разумный молит об отмщении столь истово.       – И явила свой истинный лик только после того, как я сказал «да». Камбион. Получеловек-полудьявол.       – И ты получил желаемое? – задала она самый нейтральный вопрос, какой только можно в подобной ситуации. Не каждый день тебе признаются, что все твои подвиги – заслуга демоницы.       – О да! Я получил всё сполна. Мощь адского пламени, власть над зверьми и бесами. Мизора дала мне новый глаз… Ты правильно определила, это – глаз-передатчик, с помощью него она связывалась со мной. Но пару дней назад эта связь прервалась на полуслове, и последним было «дроу». И надо сказать вкус первой победы был сладок, словно стиксов корень, – он закатил глаза, погружаясь в это без сомнения сладостное воспоминание. – Вот только потом мне хотелось ещё, и ещё… Мизора являлась после каждой битвы, целовала меня в шею, сводила с ума прикосновениями и шептала ещё одно, новое обещание.       – Знакомо, жрицы-дроу пользуются похожими приёмами, – воспалённый воспоминаниями разум отозвался болью где-то внутри.       – Здесь судить не могу, никогда со жрицами Лолт не сталкивался.       – На твоё счастье. Но, так понимаю, это далеко не конец истории.       – И ты права, – с тяжёлым вздохом продолжил он. – В какой-то момент я понял истинную цену договору и пожелал его разорвать. Иллитиды схватили нас ровно в ту минуту, когда я выговаривал это всё Мизоре. После крушения гоблины вытащили её из капсулы и… ну, что объяснять, дальше ты знаешь.       – Тогда какой смысл гнаться за ней?       – Она предложила сделку. Я освобождаю её, а она в обмен разрывает договор.       – А если дроу её убьют? Камбионы тоже смертны, всё-таки частично они – люди.       – Насколько могу судить, тогда он расторгнется сам собой, но время идёт, а она жива. И потом, дроу ведь ничего и никогда не делают просто так. Они для чего-то её забрали с собой и уволокли в Подземье. Возможно, Минтара что-то знала, но её мы уже не спросим, – он опустил плечи, став похожим на уставшего путника, шедшего по горам несколько дней без передышки.       – Все мы совершаем ошибки, иногда они нам обходятся слишком дорого, – изрекла Иша и для виду посидела рядом с Уиллом ещё немного.       Не следовало разбивать образ учтивой и милой эльфийки, ей эти пару минут ничего не стоят, а вот для Уилла они могут оказаться знаковыми.       – Спасибо, что выслушала, – поблагодарил он. – Ты иди спать, я пока ещё стражу несу, так что несколько смогу улечься.       – Да у меня у самой сна больше нет… Пойду пройдусь, да проверю охранные чары.       Она сбросила одеяло на лежак и отправилась оглядывать небольшую территорию вокруг лагеря. Они постарались уйти от храма как можно быстрее и дальше. Чёрт его знает, что паукам нашепчет богиня, не пустит ли вдогонку пару десятков мелкого выводка. Разве что пришлось задержаться внизу в хранилище, потому что Гейл почуял какой-то артефакт и хотел его заполучить. Амулет со звёздным сапфиром, отделанным жемчугом, лучился силой света, от которой Шэдоухарт тут же отшатнулась, как от огня. Играть во властную стерву не было ни времени ни сил, потому просто махнула рукой. Пусть кормится, амулет Селунэ – полезный артефакт, но всё же с посохом карги, чародейке было намного тяжелее расставаться.        На ночь они устроились на плато, где можно было развернуться в случае нападения, да на последних силах Иша с Гейл оставили заклинания-печати. Может они никого и не убьют, но шума поднимут изрядно.       Только стоило подойти к первому знаку, как заметила исправления. Да, когда они укладывались спать, то делали всё второпях, лишь бы хоть как-то работало. Но здесь аура была сильнее, и чётче прорисовывались линии в сети Плетения. Проявив узел печати, заметила несколько новых нитей, что делали ловушку стабильнее и сильнее.       – Надеюсь, ты не против внесённых изменений? – Гейл подошёл громко топая, но всё же Иша поспешила сделать вид, будто не услышала его. Волшебник был довольно самовлюблен, и иногда следовало эту черту «подкармливать».       – Не против, – заметила чародейка, убирая пальцы от рисунка магии. – Ты иногда тоже способен удивлять, а не только показывать милые фокусы.       Он слегка кашлянул, сразу поняв, на что намекает дроу и она порадовалась произведённому эффекту.       – Не люблю халтурную работу, к тому же сделанное на скорую руку не всегда стабильно и надёжно работает, – попытался спрятаться он за научными терминами.       – Гейл, – протянула та, делая голос медово-ласковым.       Судя по застывшему взгляду, нужного эффекта она добилась, тот весь обратился в слух и замер мышью перед змеёй. Сейчас был очень удачный шанс, выяснить хоть какие-то подробности из его прошлого. Ей оставалось непонятным, почему взрослый по человеческим меркам мужчина может так робеть перед женщиной.       – Скажи, почему ты так прячешься, будто боишься, что кто-то может причинить тебе боль?       – Прежде чем я отвечу, скажи, ты никогда и никого не разочаровывала? – совершенно серьёзно поинтересовался он. – Ну, так, чтобы тебе фактически отказали от порога, лишили большей части сил?       – Мне многих приходилось разочаровать, – заметила она, не нисколько не лукавя. – Мать, богиня, братья, учитель… любовник.       На последнем слове она сделала небольшое ударение и заметила, как потух взгляд мага. Неужели у столь уверенного в себе волшебника в прошлом случилась такая история? Кого же он мог так сильно разочаровать, что теперь боится лишним словом задеть чьи-то чувства?       – Тогда, возможно ты меня поймёшь, взгляни вокруг… Было время, когда я мог заставить пламя нашего чахлого костерка превратиться в дракона и ревело бы оно точно так же, как у настоящего ящера, – покачал головой он. – Когда-то мог щелчком пальцев заставить замолкнуть бехолдера или поднять в воздух башню… А ныне я лишь жалкая тень того волшебника, которым когда-то был.       – Кого же ты так сильно разочаровал? Неужели Мистру?       Предположение попало в самую точку, поскольку от звука имени богини магии Гейл сник ещё больше, плечи его опустились под тяжестью неведомого груза. Нет, она скептически относилась к его красочным словам о драконе и башне, но не могла не признать. Порой волшебники проделывали фокусы и похлеще тех, о которых рассказал Гейл.       – Именно, я больше не хожу в её любимчиках. Она была моей музой, недостижимым идеалом. Не знаю, как ты, но для любого волшебника ходить в любимчиках у Мистры – это повод соответствовать её уровню. И я захотел её впечатлить, заслужить её милость… Только вместо этого мои потуги привели к смерти и отвращению, – на этом месте он прервался, окидывая взглядом острые пики гор. – К моей смерти и её отвращению.       – Смерти? Ты вроде как живой, – заметила ему Иша.       – Знаешь, это тема не для разговора между делом, назовём это так, – быстро пресёк дальнейшие расспросы он. – Если ты захочешь узнать больше, то лучше нам выгадать время спокойнее.       Взгляд его вдруг скользнул ей на шею, явно намекая на то, кто постарается помешать такому разговору и будет греть длинные острые уши в попытке самому всё разузнать.       – А так же место, где нас не будут подслушивать и ничей любопытный взгляд не станет смущать, – подтвердил её догадки он.       На этих словах, прерывая дальнейшее рассуждение, он развернулся и пошёл в лагерь. Иша улыбнулась. Что ж, хоть что-то она выяснила о нём. но почему-то зрело сильное подозрение, что когда маг говорил о «любимчике», то имел ввиду несколько другие отношения с Мистрой. Она не сомневалась, что Гейлу ничего не стоило рассказать обо всём прямо сейчас, просто ему хотелось узнать, пойдёт ли на этот раз дроу на его условия.
Примечания:
Отношение автора к критике:
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.
Права на все произведения, опубликованные на сайте, принадлежат авторам произведений. Администрация не несет ответственности за содержание работ.