Засохшая роза

Шарлин тринадцать лет Девочка подошла к Анабель и в ее глазах плясали огоньки. Она прятала что-то за спиной и выжидая смотрела на женщину. — Ну что там у тебя, Шарлин, показывай — не выдержала та и Шарлин протянула ей лист бумаги. На нем был нарисован натюрморт. Было заметно, что Шарлин рисовала это с особым трепетом. Каждый штришок был аккуратно выведен и работа вцелом выглядела очень красиво. Но миссис Вангер это не особо интересовало. Анабель немного не ожидала увидить это, поэтому слегка замялась. Она посмотрела на девочку испытующим и немного строгим взглядом. — А что на счет твой учебы, милая? — Шарлин стыдливо опустила глаза и молчала придумывая что ответить. Ведь она понимала, что мама скорее всего заметила, как она перестала выполнять домашнии задания. — Я рисовала весь день — решилась ответить она. Анабель посмотрела на дочь как-то разочаровано, что не скрылось от внимательного взгляда дочери. — Шарлин, я все понимаю, но не смотря на болезнь ты должна хорошо учиться у тебя же такой высокий коэффициент интелекта — сказала Анабель, на что Шарлин прикрила глаза и отвернулась будто брезгуя. «Ну зачем она снова мне напоминает о диагнозе. Каждый раз когда я завожу разговор с мамой, в конечном итоге она сводит все к моей болезни. Я же так стараюсь это забыть.» — Почему ты всегда выдишь только плохое? — этот вопрос был скорее риторический и Шарлин так и осталась без ответа. Шарлин семнадцать У ее однокласницы было день рождения. Не то, чтобы они много общались, но на вечеринку был приглашен весь класс. Она вообще не хотела приходить, но так как родители начали предъявлять ей что она никуда не выходит из дома и полностью асоциальна, во избежание новых конфликтов, Шарлин все же пришла. Она стояла и смотрела в окно, за которым уже давно было темно. Ее взгляд не был направлен на что-то за окном, Шарлин была полностью погружена в свои мысли. Но вдруг кто-то окликнул ее. — Шарлин, иди сюда у нас кое-что есть. Тебе будет интересно — сказал один из гостей вечеринки, хитро прищурившись. Пересилив себя, девушка все же подошла, но когда увидела, что именно хотел показать ей парень сразу ушла.На столе лежал пакетик белого порошка, скорее всего героина. «Будто проблем мне мало,» — подумала она. Шарлин пробыла на вечеринке еще немного и у нее начинали появляться навязчивые мысли, ее раздражало все вокруг а голова невыносимо болела. Заметив состояние Шарлин, именинница подошла к ней и обеспокоено спросила: — Шарлин, тебе плохо? Может позвонить твоим родителям? «Ага, позвони. Сейчас начнется: ты только все портишь, ты во всем выновата. Вспомнят все мои грехи.» — Нет, все хорошо. Я просто устала. Пойду наверное домой. Попрощавшись, она вышла на улицу и в лицо ей ударил прохладный вечерний ветер. Она стала искать в кармане баночку с таблетками, но, нащупав там что-то лишнее, замерла. «Подкинули все-таки…» Вытащив пакетик она внимательно посмотрела на него и внутри у нее появилась невыносимая пустота. «Мне и так нечего терять. Сейчас прийду домой опять ссоры. Они всегда найдут до чего докопаться. Может я действительно разочарование? Но почему мне так плохо?» После попадания героина в организм сразу приходит чувство «кайфа». Бывают случаи, когда Шарлин начинает казаться, что она может выпрыгнуть из окна и полететь по воздуху. Вещество вызовет у нее состояние радостного опьянения — эйфорию, а позже — привыкание и жесткую зависимость. Настоящее время После длительного осмотра врача, Шарлин была отправлена прогулятся по саду, который находился на территории больницы. Она стояла у клумбы цветов и с интересом что-то рассматривала. Рэнсом, который искал ее, чтобы начать профилактическую беседу, улыбнулся увиденому, про себя подмечая что-то. — Вот ты где. Я как раз тебя ищу. Не хочешь поговорить со мной? — деликатным тоном начал разговор доктор, зная что к таким уязвимым пациентам нужен особый подход. Шарлин все это время изучающая что-то в саду резко повернулась и отошла от куста, будто ее застали за чем-то постыдным. — Что вы хотели? — Оу, можешь звать меня Рэнсом. Пойдем, я думаю нам есть о чем поговорить. Усевшись на кушетку в кабинете Брауна, они начали разговаривать. Шарлин, которая понимала, что ей этого никак не избежать даже не стала убегать от разговора. — Посмотрев твою медкарту, я узнал, что это не первый твой раз. — Шарлин не отвечала но и не отрицала этого. — Шарлин, скажи, тогда в шестнадцать лет ты намерено это сделала? Ты хотела покончить с собой? — Нет… не знаю… — по тону девушки было понятно, что она не хочет это вспоминать. — Я просто хотела избежать реальности, хотела, чтобы мне полегчало. Я не думала о последствиях. После услышаного у Рэнсома были смешанные чувства. С одной стороны он был рад, что Шарлин хоть немного ему открылась, но с другой чем больше он о ней узнавал, тем больше он понимал, что она очень тяжелый случай. Но он почему-то так проникся ее историей. Позже он поймет, что он просто видел в ней себя в юности. И понимал ее, как никто другой.