Засохшая роза

Май в этом году выдался теплым в Лондоне. Вокруг все стремительно зеленело, а улицы обвалакивал прохладный весенний ветер. Шарлин уже больше двух недель была в завязке. Конечно, это ей давалось нелегко. И главной ее проблемой была даже не ломка, а психическая зависимость. Она не видела своей жизни дальше без наркотиков. Ведь зависимость не в крови, она в голове. Из-за того, что девушка долго не принимала, она часто срывалась, дралась и крушила все на своем пути. С этого момента прошел месяц. Шарлин делала большие успехи. Она все реже выходила из себя. Все также не принимала наркотики и регулярно пила таблетки. Она шла на поправку и это не могло не радовать Рэнсома. Ведь проделать такой путь было совсем нелегко. Правда, ей так и не разрешили выходить из больницы, поэтому Рэнсом каждый раз, когда приходил к ней в палату, приносил розы. Это стало уже своеобразной традицией, а они с Шарлин за это время стали друзьями. Нельзя сказать, что у Брауна не было симпатии к девушке, но он не хотел этого признавать, тем более говорить об этом самой Шарлин. Только не сейчас, ей еще нужно пройти курс лечения. Вот только она к нему ничего не чувствовала. Она вообще ничего не чувствовала. Ни к кому. Завтра у Шарлин День Рождения. Доктор Вильсон сказал Рэнсому, чтобы он сообщил девушке, что она может отправиться домой в этот день. Парень решил, что сразу же после смены придет и лично скажет это ей. Так же он отметил про себя, что нужно принести ей цветы и поздравить с праздником, так как завтра она уедет домой. Утром, как только Рэнсом закончил работать, он направился в палату к Шарлин. Парень шел по длинному коридору больницы, а в руках у него был букет красивых белых роз. Парня переполняло предскушение перед поздравлениям девушки. Все-таки за время лечения они стали близки. Рэнсом зашел в нужную палату, но к удивлению парня она была пуста. Кровать была застелена, внутри царила стерильная чистота, словно там и не жил никто. Только на столике у кровати лежал букет засохших роз. «Неужели ее уже выписали?» — подумал Браун и направился к стойке регистрации. — Скажите, мою пациентку Шарлин уже выписали? — Мисс Вангер? — девушка, которая стояла в регистратуре посмотрела в записи и ее взгляд поник. — Шарлин Вангер вскрыла себе вены этой ночью. Мне жаль… Рэнсом целую минуту вдумывался в эти слова, ища там подвох и ожидая, что девушка сейчас скажет, что перепутала и это неправда. Но этого не произошло и его изнутри начала наполнять бесконечная пустота. Он ничего не сказал, развернулся и пошел к Вильсону. Тот стоял у своего кабинета и давал разпоряжения своим подчиненным. Он увидел Рэнсома и посмотрел на него так, что стало ясно — он уже знает. — Мистер Вильсон, как… — Рэнсом… — перебил его доктор и увел к себе в кабинет. — Почему? Что случилось? — опять заговорил Браун. — Не знаю. Рэнсом, пойми нельзя спасти того, кто не хочет спасаться. Никто не знает, что у таких людей в голове. И ты не можешь знать через что они проходят. — заметив, состояние парня, он добавил: — Кто знает, может, сейчас она в лучшем мире. Может, там она не будет страдать.

***

Рэнсом стоял у могильной плиты и всматривался в надпись на ней.

«Charlene Wanger

2003-2021

Beloved stepdaughter and friend»

Он так и не решился прийти на похороны, потому что боялся того, что мог там увидеть. Сегодня он принес ей цветы. Розы. — Покойся с миром, не-ангел. — он положил цветы у подножья могили и сел напротив.Парень просидел там, пока не стемнело и отправился домой. Завтра его ждут пациенты.