Встреча
21 ноября 2021 г., 22:34
Регулус Блэк
— Терпеть не могу помешанных, — с изрядной долей презрения высказался Долохов, ткнув мёртвого библиотекаря носком сапога. «А себя-то ты как терпишь, Долохов?» — хотелось сказать ему в лицо. Смыть эту вечную усмешку с его покрытого тонкими шрамами лица. Но тем не менее, плюнув на свои желания и мысли, Регулус Блэк молчал. Он уже давно понял, что всё, что они делают — неправильно. Ещё до той ночи, когда Кричер вернулся домой еле живым. Ещё до дня обнаружения проклятого медальона. Интриги, захват власти, новая политика, больше похожая на диктатуру — к чему это? Зачем это? Или, вернее, для кого? Лет пять назад, когда Пожиратели Смерти только начинали свою активную деятельность, он, будучи совсем мальчишкой, с упоением вычитывал об их "подвигах" в газетах. А затем вырезал самые лучшие, по его мнению, эпизоды и клеил их на стену у кровати. «Пожар в Ливерпуле», «Набег на Министерство Магии», «Сбежавшие из Азкабана» — эти заголовки приводили юного слизеринца в восторг. И даже «Трагедия в шахте Голборн», где погибло с десяток невинных магглов, не ослабила его восхищения. Политика Волан-де-Морта казалась ему необходимой альтернативой Министерской, которая уже пол века не спешила находить решения застоялым конфликтам, а призывы «вернуть чистокровным былое достоинство» были горячо поддержаны его матерью, а после и отцом... Но, несмотря на это, Регулус никогда не испытывал ненависти к магглам. И ко всем тем, кого часто называют «грязнокровками» – тоже. Он, может, и считал их угрозой безопасности магического мира, а некоторой степени помехой, но чтобы ненавидеть — до этого не опускался. Да и не мог уже. Только не после всех тех разов, когда он видел их скрюченые, изуродованные тела на красивом паркете Малфоевского особняка. Ради чего умерли все те люди? Необходимо ли это было? Насколько это приблизило их к цели? Были ли, вообще, они? Была ли цель? Он не знал. О, он очень мало знал, но более всего не понимал, отчего всё знают остальные. Казалось, у всех вокруг были планы, стремления, амбиции, и только он, Регулус, вообще не знал, что делать с собой дальше. Как все они уверены в себе, в своей непогрешимости? Когда эта уверенность, это знание настигнет и его? Упадёт ли оно с неба? Почему он ничего не знал? В какой-то момент вопросов стало слишком много. У его неопределённости будто появилось тело, и вес его давил ему на плечи, жал к земле. Он был уверен, что под этой тяжестью не сможет сделать и шага, и так и останется парализованным, раздавленным... Регулус попытался незаметно выдохнуть страх, прикрыв на секунду глаза. Наверняка ему было известно лишь одно — он слишком далеко зашёл и отступать теперь смертельно поздно. Именно поэтому он просто наблюдал за тем, как его напарник хладнокровно перешагивает через труп, чтобы пройти в закрытое доселе помещение библиотеки. Поэтому молча последовал за ним, на секунду остановившись перед телом, чтобы мысленно... извиниться? Он не хотел. Просто так вышло. — С чем ты там возишься? — донеслось из-за полураскрытой двери ворчание Долохова. Регулус вздохнул. — Ни с чем, — ответил он равнодушно, перешагивая через старичка. В нужной комнате было относительно чисто. На полках не копилась пыль, в воздухе не ощущалась затхлость. За этим местом тщательно ухаживали... Он сразу заметил Долохова, который в полутьме осматривал дальний шкаф, водя длинными пальцами по корешкам книг. Вдруг тот остановился. Послышался тихий смешок. — Думаю, Лорд будет доволен, — сказал Пожиратель, оборачиваясь усмешкой на губах. В его руках Регулус заметил книгу в тёмном переплёте, на лицевой стороне которой еле виднелась надпись: «Дары Смерти». — Лимитированное издание, — хмыкнул Блэк. — Одно из первых, — заметил Долохов, пряча книгу во внутренний карман плаща. Регулус меланхолично перевёл взгляд на других полки. Он всё ещё плохо понимал, почему Тёмный Лорд так зациклился на этой старой легенде. Если быть честным, в последнее время он ничего не понимал.***
Зато не так давно он ещё больше начал ценить встречи с ней. Они были однокурсниками, хорошими знакомыми, может, даже друзьями, он пока не был уверен. С ней можно было немного расслабиться, отдохнуть и почувствовать себя наконец нормальным. Нормальным волшебником восемнадцати лет. Она не говорила с ним о политике — в последнее время он ненавидел говорить о ней; не спрашивала про его семью — об этом он не любил разговаривать с детства; никогда не обсуждала с ним личную жизнь — может потому, что у обоих её не было. В общем и целом, она просто не лезла в душу, и именно этого ему очень не хватало. — Долго ждёшь? Николь слегка тронула его за рукав, заставив еле заметно вздрогнуть. Регулус сразу заметил её любимую мантию, цвета вишни. Заплетённые в хвост светлые волосы. Ироничную полулыбку. Шарф, который он, впрочем, видел впервые. Но было тут кое-что ещё... — Что это? Он мотнул головой на её запястье, где из-под рукава выглядывал бледный, но внущающих размеров синяк. Она замешкалась, будто заметила его впервые. — Какие-то придурки решили, что нападать на девушек со спины невероятно весело, — ответила Николь, прикрывая повреждение рукавом. — Пожиратели смерти? — он понизил голос, чтобы не привлекать внимания немногочисленных прохожих. Пара стояла с краю Косой Аллеи и, по плану, собиралась зайти к Мэттью Боунсу. И хотя сейчас многие рестораны закрывались, так как люди боялись ходить в публичные места и доходы хозяев падали, в этом месте, у конца Аллеи, проблем с гостями не было. — Какие-то придурки, — повторила Николь, пожав плечами. — Не знаю, не разбираюсь, но это было так по детски... на тёмных магов не похоже. «Не представляешь, насколько похоже. На каких-нибудь Яксли и Макнейров», — подумал он, мысленно закатив глаза к небу. Возможно, стоит заикнуться перед Тёмным Лордом о совершенной распущенности пожирателей. И безнаказанности. То, что они вытворяют, не прибавляло их мрачной организации ни популярности, ни, тем более, шарма. — Мне пришла сова из Министерства, — начала девушка, пока они шли по направлению к ресторану. Блэк знал, что она полна решимости присоединиться к отделу международного сотрудничества, она об этом писала. Но, быть честным, он слабо верил в успех. Да, её диплом выглядел неплохо, но без благородной аристократичной фамилии, богатых родственников за спиной и безупречно чистокровной родословной... В Британии было слишком много мест, где это имело значение, и среди них Министерство Магии точно стояло на первом месте. — И как? — Собеседование назначили на завтра, — Николь еле заметно улыбнулась и бодро продолжила: — Что немного пугает, так как у меня нет ни стажа, ни... да. Зато я знаю несколько языков и наизусть пою все семь куплетов La Marseillaise... Excuse mon français. Он посмеялся, качая головой. — Так, французский и?… — Русский, — легко ответила Николь, быстро шагая вперёд. Блэк вопросительно посмотрел на неё, даже остановившись на секунду. Шутит или не шутит... видимо, не шутила. — Вот как, — сказал он задумчиво. Переварил эту информацию, понял, принял и ещё раз повторил. — Вот как... Отдел Малфоя. Там работают и Тессен, и Лестрейндж, и... — Лестрейндж? — переспросила она, проигнорировав всё остальное. — Который из? — Младший, — ответил Регулус. Они уже подходили к ресторану. Дверь сама открылась перед гостями, впуская их с колючего мороза в приятное тепло. В воздухе витал аромат мяса, официанты кругом разносили заказы, а само помещение утопало в уютной полутьме. Как только пара спровадила официанта, услужливого старичка лет шестидесяти, Регулус наложил на стол заглушку и выдохнул, наконец, спокойно. — Ты сегодня как-то напряжён. Николь подняла на него взгляд, и он заметил, насколько они сияют в свете ламп. Была у карих глаз такая способность... Он усмехнулся. — А ты сегодня довольно рассеяна. — Просто задумалась, — мгновенно среагировала Легард, опустив глаза в стол. Её пальцы водили по трещинкам в старом дереве. Она предугадала следующий вопрос: — Задумалась о том, стоит ли мне знать четыре языка. А, может, пять... Регулус уже не удивлялся её внезапному порыву трудоголизма. Его интересовал только один вопрос: — Зачем? — Чтобы в свою пользу иметь ещё один аргумент. Когда-нибудь потом. Если меня не примут завтра, что вероятно... — Николь прищурилась, наклонив голову вбок. Вправо. Значит, ей действительно было любопытно узнать... о чём? — А что насчёт тебя? — А что я? — Ты задумывался о том, кем станешь... в будущем? Где будешь работать? Достаточно обычный вопрос застал в расплох. Он как будто даже не вязался с характером Николь — она не спрашивала о личном. Хотя, может, вопрос о работе не входил для неё в эту категорию? Он как сейчас помнил первые впечатления от еë писем. Да, она писала ему, но редко настолько, что можно было сосчитать по пальцам... поэтому он запомнил. В большинстве своём это были буквально три фута пергамента, где она рассказывала о множестве интересных вещей, научных фактов, о чём-то забавном... Это были письма обо всëм, но одновременно ни о чём конкретном. Ни о нём. Ни о ней. За три года общения он не узнал даже, в какой части Англии, чëрт возьми, находился её дом. Впрочем, она сама просила не писать ей во время каникул из-за своих вечных разъездов. А этим летом вообще сменила место жительства. Но это как раз хорошо — новый адрес был ему хотя бы известен. Он прокашлялся, когда понял, что молчит подозрительно долго. — Нет, не задумывался. «Потому что уже занят в террористическом кружке», — добавил он язвительно, самому себе в укор. — Ясно, — пожала плечами Николь, будто большего и не ждала. Она дружелюбно улыбнулась официанту, когда он принёс уже заваренный чай в миниатюрном чайнике. Ровно на двоих. Старикашка разулыбался в ответ. Блэк фыркнул. — Иногда мне кажется, что тебя надо было отправить на Слизерин. Есть у тебя какая-то... аура. — Приму за комплимент, но в змеиное логово меня не затащить, — буднично ответила девушка, разливая чай. — Я не аристократка, мне там делать нечего. Да и вообще, надеюсь, это было не оскорбление моего рейвенкловского интеллекта? — Конечно нет, я не посмел бы, — поклялся Регулус, но глаза его смеялись. — Все слизеринцы такие бессовестные вруны? — Ты ничего не докажешь, — непоколебимо заверил Блэк, хотя факт того, что «Пожиратели смерти» чуть ли не поголовно состояли из выпускников его факультета, больно кольнул где-то в районе метки. — Кстати, как идут дела с радио? Николь поморщилась, будто от зубной боли. — Не напоминай, — сказала она, расталкивая кубик сахара чайной ложкой. — Если коротко, не очень. Оно старое и не ловит нужные станции. Да и вообще не ловит, в принципе... Регулус нашёл его в комнате старшего брата и выглядело оно действительно не очень надёжным даже на взгляд волшебника, ничего в маггловских технологиях не смыслившего. Но всё же он отдал его Николь, которая часто говорила об «этой штуке». В общем-то, для большинства чистокровных, особенно в Великобритании, мир за пределами волшебного был, есть и будет непостижимо сложен. Отчасти потому, что там всё решает далеко не магия и отчасти потому, что волшебники сами не спешат в нём разбираться. И Блэк был в их числе. По крайней мере, до какого-то момента. Он не видел смысла разбираться в том, что ему, казалось, никак не пригодится. Но после того как Николь на седьмом курсе привезла в Хогвартс тяжёлую штуку, которую назвала «кассетным магнитофоном», он начал понемногу интересоваться маггловскими разработками. И ему было даже жаль, когда этот «магнитофон» не смог работать в Хогвартсе: встречу с магией замка он просто не пережил. — А что именно ты хочешь услышать? — Музыку. Какую-нибудь, — Николь перемешала чаинки. — Я хотела сходить в магазин за моделью поновее, но цены... Я и так без денег. — Совсем? — Совсем, — ответила она с нервным смешком. — Понятно. Регулус, вновь наблюдающий за тем, как Николь со вздохом принялась за разглядывание чаинок, начал прикидывать, сколько может стоить хороший радиоприёмник.
